Глава 3

Решив, что с начальством ссориться выйдет себе дороже, она через два часа была на рабочем месте. И, похоже, не зря. Подошли еще четыре стюарда — высокие, подтянутые парни.

Выяснилось, что всю подготовительную часть новые коллеги уже выполнили до отхода. Белоснежные скатерти расстелены на столы, судки со специями расставлены. И сейчас им осталось лишь разложить столовые приборы. Пока ничего непонятного в работе не было. В конторе ей часто приходилось сложнее. Там нужно было думать. А здесь исполнять обязанности на автомате. Думала за них за всех хэдрум Эмма.

Когда стали подтягиваться пассажиры, скорость обслуживания увеличилась в разы. А через час подносы вдруг стали просто неподъемными. Хотя в ее обязанности входили только напитки. Основные блюда разносили мужчины. Агата сжимала зубы, помня что, как минимум, до Нью-Йорка обратного пути у нее нет. А когда ужин закончился, все стюарды быстро убрались в зале и поспешили по каютам. Но она решила, что пять минут стоит постоять на палубе. Во-первых, морской воздух полезен для здоровья. А во-вторых, вдруг она снова увидит своего красавчика? Она же от него ничего не хотела. Просто полюбоваться со стороны.

Воздух на палубе оказался намного холоднее душной атмосферы ресторана. И уже через минуту она почувствовала что просто-напросто замерзает. Плотнее обхватила себя руками и решила спуститься в каюту. И вдруг снова увидела капитана. Он улыбнулся ей:

— Как первый рабочий день? Устала?

— Устала, — тоже с улыбкой ответила Агата. А потом вдруг вспомнила, что так и не поблагодарила капитана. — Сэр Бэкхем, простите, но я вас так и не успела поблагодарить за предоставленную работу!

— Главное, чтобы ты меня к концу рейса не возненавидела! — рассмеялся он, демонстрируя совершено неожиданные ямочки на щеках. — Однако, будем надеяться, что втянешься.

Капитан кивнул и пошел дальше. Но в последний момент затормозил:

— Агата, у нас на корабле в этот раз есть очень необычный гость — доктор Розенталь. Он не только профессор доказательной медицины, но и восточный практик. Каждое утро в 6 часов на верхней палубе проводит занятия по йоге. Если будут силы и желания, можешь присоединиться к компании.

Про йогу мисс Стармер читала. Также слышала про восстание сипаев, которое произошло, когда ей было 10 лет. Причина была смехотворной: англичане, чтобы не ржавели патроны, смазывали их коровьим жиром. А для индусов корова была священным животным. Конфликт оказался неразрешимым. Сколько тогда погибло аборигенов, девушка не знала. Однако тема Индии была ей интересна. Поэтому, ложась спать, она приказала своему мозгу разбудить ее в полшестого утра. Раньше подобная практика всегда срабатывала. Получилось и на следующее утро.

Тело ломило. Все же когда три года сидишь за конторкой и не поднимаешь ничего тяжелее чернильницы, физическая работа кажется очень тяжелой. Агата любила поговорку, что не боги горшки обжигают. И решила, что человек привыкает ко всему. Она быстро оделась, умылась и поспешила на верхнюю палубу. Если мисс Эмма попытается снова ее одернуть, скажет, что ей разрешил капитан.

На верхней палубе уже толпились три престарелые леди, четыре мужчины и две молоденькие девушки. Когда среди мужчин она заметила красавчика, то ее счастью не было предела. День сразу показался солнечным. Она стрельнула глазками, разглядывая его, и смущенно улыбнулась, когда тот неожиданно ответил ей обжигающим взглядом.

Капитан поднялся на палубу вместе с мужчиной в пестром халате необычного кроя и тюрбане на голове. С образом не вязались совершенно седые европейские усы с закрученными наверх кончиками и пенсне в золотой оправе.

— Доброе утро, уважаемые пассажиры! — поприветствовал всех Адам. — Разрешите представить вам доктора Розенталя. А тот в ответ смиренно поклонился, сложив руки ладонями друг к другу.

Агата неожиданно для себя узнала его. Доктор сидел в ресторане в компании толстой дамы и хорошенькой девушки. Только одет вчера был в парадный смокинг. А на голове не было ничего, кроме роскошной седой шевелюры.

— Дорогие мои бханте! — начал доктор свою вступительную речь. Агата вдруг вспомнила, что это обращение к монахам мужского пола. Но они здесь точно не монахи. Да и мужчины среди них не все. Наверное, она в том тексте что-то неправильно поняла. Во время своего кругосветного путешествия она обязательно заедет в загадочную страну и все узнает из первоисточника.

Доктор даже не предполагал, какие страсти бушуют в кудрявой головке мисс, поэтому спокойно продолжил:

— Я рад, что ради моих занятий вы проснулись столь рано и готовы приступить к уроку.

Мисс Стармер улыбнулась уголками губ. Для нее это было вполне обычное время для пробуждения. Однако у аристократов точно иные порядки. Она тут же решила, что, когда разбогатеет, постарается не отказываться от полезной привычки. В утреннее время ей и работалось, и думалось лучше.

— Жаль, что дамы в платьях! — продолжил доктор. — Вы не сможете выполнить половину из йоговских поз. Поэтому начнем с простейших.

Для начала все повертели головой в разные стороны, покрутили плечами и коленями, поприседали. И перешли, наконец, непосредственно к йоге.

Мужчины, несмотря на прохладную погоду, сняли сюртуки, оставшись в одних рубашках. Чем основательно смутили дам. В пуританскую викторианскую эпоху мужчина не мог показать даме даже голую шею и ступни. Это было верхом неприличия.

Пожилые дамы тут же зароптали. Однако доктор их живо одернул:

— Дамы, я никого не держу! Не нравится, можете спокойно отправляться по каютам. Я вам ничем не обязан, как и вы, собственно, мне.

— Но в Лондоне говорят, что ваши упражнения возвращают молодость! — разгорячилась одна из дам с одутловатым лицом землистого цвета.

— Ваш выбор очень прост, — пожал плечами доктор. — Или вы полностью подчиняетесь моим требованиям, или на этом мы с вами прощаемся.

Пожилые леди что-то там побунчали недолго, но остались все до одной. И старательно начали принимать очень неприличную позу под названием «собака мордой вниз». Это когда попу поднимают резко вверх, стоя на руках и ногах одновременно.

— Эта поза способствует омоложению организма, из-за прилива крови к голове начинают лучше расти волосы, натягивается кожа на лице, свежеет взгляд, — вещал доктор, проходя между пациентами, застывшими в скрюченном положении. Дальше они разучили еще три позы. Розенталь называл их на санскрите, но Агата просто не смогла запомнить сложное звучание. А потом перешли к дыхательным практикам.

Доктор рассказал, что правая ноздря принадлежит солнцу. И дыхание через нее возбуждает, бодрит организм. А вот левая ноздря принадлежит луне. И дыхание левой стороной принесет практикующему успокоение и отдых.

Пожилые дамы так усиленно дышали, что тряслись их вторые подбородки. Они тоже никак не вписывались в классификацию Агаты об аристократах. Только она решила, что такие леди в туристическое агентство просто ни разу не приходили. Для очень богатых дам существовали какие-то другие фирмы.

Успокоения или бодрости она тоже не заметила. Зато обнаружила очень интересный факт: окружающий мир для нее стал пахнуть по-разному. Правой ноздрей ощущался запах соли, как и в трюме. А левая ноздря выдавала девушке аромат лука. И это было очень даже странно. Запах морской соли на море казался естественным. А вот лук нигде рядом не лежал. Но она точно ощущала его запах.

В конце занятий доктор спросил:

— Есть ли у кого вопросы?

Девушка, сильно смущаясь, решила прояснить:

— А почему у меня левая и правая ноздря запахи ощущают по-разному?

Она уже хотела сказать про соль и лук. Да только доктор смерил презрительным взглядом девицу в униформе официантки, недовольно поморщил нос, словно луком пахло от нее, и высокомерно отчитал ее:

— Милочка, вы каким местом меня слушали? Я же сказал, что у каждой ноздри своя энергетика. Поэтому нет ничего удивительного, что и запахи окружающего мира вы ощущаете дифференцированно.

К своему стыду, мисс Стармер не знала слово «дифференцированно», хотя из контекста поняла его значение. И тут же твердо решила разузнать, есть ли на корабле библиотека и сможет ли она ею воспользоваться. Пока же капитан ей явно благоволил и разрешал чуть больше, чем остальным.

Но он сам подошел к ней с вопросом:

— Агата, как вам доктор?

Она сразу забыла про библиотеку и, краснея, прошептала:

— Спасибо! Было очень интересно!

Красавчик в ее сторону и не взглянул. К нему подошли старая матрона и молоденькая хорошенькая девушка, которая тоже занималась с ними. Они подхватили его под руки, затем все вместе направились к каютам первого класса.

Агата решила, что молоденькая — его жена. Она была так же изысканно одета, как и он. А вот старшая, скорее всего, теща. Потому что молоденькая с ней постоянно о чем-то шепталась. Со свекровью вряд ли кто так доверительно общается.

Девушка же посмотрела на свои крохотные часики, доставшиеся в наследство от матери, и убедилась, что ее свободные утренние часы закончились — пора спешить в ресторан и приступать к обязанностям.

Работы было много. Пассажиры в ресторан приходили не одновременно, а кто когда вздумает в отведенные для завтрака, обеда или ужина два часа. И поэтому стюарды находились постоянно в движении, обслуживая пассажиров.

Агата во всем и всегда пыталась найти положительные стороны. В этот раз она решила, что сможет сбросить пару фунтов. Такое изменение веса будет очень полезным для ее фигуры. Пока ей все нравилось. И она даже перестала с жалостью вспоминать свою контору в туристическом агентстве. Ведь там она лишь мечтала, а здесь уже путешествовала сама.

И, конечно, настроение ей поднимали красавчик с золотыми волосами и женой-француженкой по имени Жаннет, капитан Адам Бэкхэм и доктор Розенталь. Последний подарил Агате кусочек Индии, хотя их корабль шел на запад, а не на восток.

А еще во время обеда она обнаружила у себя удивительную особенность. Девушка принимала заказ у пары молодоженов. Они несколько минут спорили, что же будут пить. А мисс Стармер стояла рядом и ждала их решения. И у нее зачесался нос. Она потерла правую ноздрю, скорее всего, перекрыв простым действием поток воздуха. И сразу же ощутила приятный розовый аромат, словно где-то рядом стоял букет роз. Но она ничего похожего не видела. Поэтому повертела головой, разыскивая источник запаха. Роз не было. Да и запах исчез, как только она убрала руку от носа.

Обозвав мысленно парочку розочками, она пошла обслуживать других пассажиров. И уже намеренно зажала правую ноздрю, встав рядом с женщиной и ее тремя дочками. Со стороны матушки пахло ландышем. А вот от девочек шли совсем иные ароматы. От самой старшей пахло луком. От средней сильно несло кислой капустой. Такую обычно предпочитали немецкие бюргеры при своих пивных возлияниях. Поэтому работники туристического агентства не любили, когда они к ним случайно забредали. Приходилось потом проветривать помещение. А младшая пахла молоком.

Когда завтрак закончился, а стюарды остались на уборку столовой, появилось время для размышлений. С разговорами к ней не приставали: каждый четко занимался своими обязанностями.

К каким выводам она пришла? Во-первых, что все люди пахнут по-разному. При этом при определенных обстоятельствах запахи могут совпадать. И совершенно не обязательно, что один и тот же человек пахнет всегда одинаково. Она заметила, что ароматы меняются в зависимости от того, что люди говорят и думают.

У нее, как у стюардессы, имелся специальный блокнотик для заказов. И девушка решила, что вполне может воспользоваться его последней страничкой для записи и анализа своих ощущений. И первым, что она написала, было слово «лук». Его запах встречался ей чаще всего.

Вспомнив, что слышала от людей в то время, когда они так убойно пахли, пришла к неожиданному выводу. Все в этот момент были чем-то недовольны! Поэтому рядом со словом «лук» добавила определение «недовольство».

Молодожены пахли розами. Возможно, так пахнет любовь. Здесь она поставила знак вопроса. Ландыши девушка записала в нежность. И только для кислой капусты пока не нашла определения.

От дальнейших размышлений ее отвлекла вездесущая хэдрум. Эмма ворвалась в столовую, как ураган, оглядела всех орлиным взглядом и накинулась на Агату:

— А чем это вы, мисс, там в уголочке заняты? — и бесцеремонно вырвала из ее рук блокнот. Мисс Стармер даже ойкнуть не успела. — Лук — недовольство?

Тонкие брови Эммы изумленно взлетели:

— Мисс, что за абракадабру вы здесь пишете?

Агата глубоко вздохнула, выдохнула, уже по привычке почесала левую половину носа, активируя волшебную ноздрю, и неожиданно почувствовала запах жареных котлет. Если розы, ландыши и даже лук подчинялись хоть каким-то закономерностям, то котлеты и капуста напрочь выпадали из этого ряда.

«Придется искать соответствие методом тыка, — решила девушка про себя. — Главное, что Эмма не проявляла недовольства». Поэтому вслух сказала:

— Простите, хэдрум, но это мои личные пометки, кто из пассажиров что любит и не любит. Так мне проще обслуживать.

Она надеялась, что въедливая дама не будет вникать глубже. И оказалась права.:

— Ну, ладно! — состроила та недовольную гримасу и отдала ей блокнот. А затем проследовала за освободившийся столик и потребовала у ближнего к ней стюарда:

— Сэм, обслужи меня!

— С какой это стати? — отказался мужчина. — Идите в камбуз, вас там и накормят.

— Но должна же я вас контролировать! — рассердилась она.

— Ваше дело следить, чтобы нам униформу вовремя стирали, а не за тем, как мы пассажирам еду подаем, — с усмешкой парировал он. — Что-то вы, Эмма, напутали.

Та резко схватила уже расстеленную на коленях салфетку, скомкала ее и со злобой бросила на стол:

— Хорошо, — прошипела она. — Я уточню у капитана еще раз.

И после этого поспешно покинула зал.

— А разве не она у нас начальник? — растерялась Агата.

— А с чего это она? — ухмыльнулся Сэм. — Мы напрямую подчиняемся старшему коку, а он старпому. Хэдрум никак в эту схему не вписывается.

Девушка открыла рот, чтобы задать еще пару вопросов разговорчивому коллеге, но их разговор прервал капитан.

— Молодежь, как дела? — с неизменной улыбкой обратился он к стюардам.

— Спасибо, все отлично! — ответил за всех старший стюард Колин. — Вы что-то хотели?

— Да, решил вот проинспектировать, как вы кормите тут пассажиров, — ответил капитан.

«Точно, Эмма успела нажаловаться», — молниеносно сообразила мисс Стармер.

— Мисс Агата, можно мне виски с содовой и стакан лимонада? — попросил ее Адам.

Девушка тут же засуетилась, исполняя заказ самого главного клиента. Собрала все на поднос, подошла к его столику и переставила все на скатерть. В том, что командовать здесь он имеет право, не сомневался никто из стюардов. И, к ее огромному удивлению, Бэкхем приказал:

— Агата, присаживайтесь! — и указал рукой на соседний стул. А затем предложил:

— Лимонад, кстати, для вас.

— Обслуживающий персонал не имеет права обедать в ресторане первого класса! — тут же отбарабанила девушка. Стюарды сразу ее об этом предупредили, намекнув, что некоторые пассажиры мужского пола могут позвать ее разделить с ними трапезу. Она же в силу молодости и наивности тогда очень сильно этому поразилась. А сейчас решила, что это очередная проверка.

— Со мной можно, — возразил капитан. — С остальными — нет. Присаживайтесь. Я просто хотел узнать, как ваши дела. Все же, сорвав вас с места, чувствую ответственность за столь юное создание.

Ответить она не успела. Внимание всех отвлек красавчик, внезапно появившийся в дверном проеме. Он быстро окинул взглядом зал. Выхватил капитана и стюардессу, сидящих рядом за столом. И на красивое лицо тут же набежала тучка. Но через мгновение она исчезла, уступив место широкой улыбке.

— Капитан, добрый день! Я как раз хотел с вами поговорить!

Адам встал и пожал руку подошедшему мужчине:

— Здравствуйте, лорд Смит!

— Бросьте, Адам, для вас я всегда Уильям!

Агата поняла, что она здесь лишняя. С сожалением посмотрела на недопитый лимонад. Но забирать его со стола посчитала неудобным.

— Не буду вам мешать! — и встала.