33

Первый взгляд был, разумеется, на хвост. На месте – значит, еще ночь.

Каким ветром Энрико принесло ко мне в комнату в такое время? Что-то случилось? Или заглянул узнать, как я себя чувствую? Ночью-то? К незамужней девице? Не в любви же пришел объясняться.

Он продолжал колотить в дверь и с тревогой спрашивать, что со мной. Надо было ответить, но язык прилип к нёбу. Вспомнилось, как удирала от него прошлым вечером и потеряла туфли на лестнице.

Лика, очнись уже! Если не ответишь, вынесет дверь. Полюбуется на твой бюст, но это ладно, он очень даже ничего. А вот хвост… Или, может, пусть? Расставить все точки над «i»?

- Энрико, со мной все в порядке! Пожалуйста, уйдите!

В конце концов,  вдруг у меня живот прихватило. Как у дядюшки прошлой ночью. Может, это у нас тоже семейное.

- Вы уверены, что все в порядке?

- Да!!!

Недолгая тишина за дверью, а затем удаляющиеся шаги.

- Уфф, пронесло! – пробормотала я себе под нос, и тут же рядом раздался знакомый смех.

- Да уж, повезло, Анжелика. Он так перепугался, что готов был ломать дверь. Я не дождался тебя вчера, не дождался сегодня и подумал, наверняка что-то случилось. ДОбрался сюда одновременно с мсье, который бродил по коридорам, заметил приоткрытую дверь в твою комнату и сунул туда нос.

- Здравствуй, Филипп! А я беспокоилась, догадаешься ли ты прийти. Дверь была открыта? Наверно, дядя, когда уходил, закрыл неплотно.

- Возможно, - согласился дух. – В общем, он увидел, что тебя нет в постели, постоял на пороге, подождал. Довольно долго ждал, потом забеспокоился и зашел. Еще подождал, затем уже начал стучать и звать тебя. Но ты не отзывалась. Я проник в ванную…

- Через стену?

- Нет, через стены я не умею. Но в щель под дверью вполне могу пробраться. Пролез, увидел, что ты спишь. Звал тебя, но ты не отзывалась. Знаешь, тоже начал беспокоиться.

- Ты за меня волновался? – я улыбнулась. – Это приятно.

- Вынужден разочаровать, Анжелика. Беспокоился я по сугубо практической причине. Вернуться обратно мы можем только втроем. Именно в таком виде, как сейчас. Полурусалка, полуживотное и дух. Никак иначе.

- Ты узнал точно? – насторожилась я.

- Да. Абсолютно точно. Энергии в ту ночь сложились так, что мы попали сюда единым целым. И вернуться сможем так же.

- А… как это сделать, ты узнал?

- Энергии снова должны сложиться точно таким же образом.

Был бы он материальной сущностью, я бы в него чем-нибудь запустила. А так даже водой не могла брызнуть, поскольку понятия не имела, в каком месте он находится.

- Филипп, не зли меня. Пожалуйста!

- А то что?

- А то я нырну, усну, а утром захлебнусь. И вы без меня останетесь здесь навсегда.

- Ну и кому будет хуже? – равнодушно отозвался он. – Хотел бы по старой памяти сказать, не смеши меня. Но подобные эмоции мне недоступны. Лучше послушай. Звезды и планеты должны находиться в определенном соотношении. Как в тот день, вернее, в ту ночь, когда мы попали сюда. Но пока я точно не могу сказать, когда это случится. Может, через месяц, может, через год. Или через сто лет.

- Спасибо, Филипп, ты очень обнадежил.

- Не ставил себе такой задачи, Анжелика. Понимаешь, дело не только в точном положении в пространстве. Есть еще много других обстоятельств, которые я не могу тебе объяснить понятным языком. Это больше относится к энергиям.

Похоже, на слово «энергии» у меня вот-вот начнется нервная почесуха! Мог бы сказать проще: шансы есть, но очень невеликие. Скоро две недели как мы пропали. Наверняка в нашем мире нас с дядей объявили в розыск. Интересно, на работе уже взяли кого-то на мое место? Маму жалко, совсем одна осталась, ни дочери, ни брата.

- Филипп, а если вдруг энергии сложатся как надо, ты узнаешь об этом заранее? – отмахнувшись от мрачных мыслей, спросила я.

- Как же я могу узнать заранее? – видимо, тут подразумевалась ирония или даже сарказм. – Но если в этот момент мы все трое будем находиться в замке или поблизости, нас затянет в завихрение и выбросит обратно.

- Поблизости – это как? – уточнила я. – Если, например, ночью я буду в море, насколько далеко можно отплыть?

- Постараюсь выяснить. Но на всякий случай сиди в ванне. Или хотя бы плавай вокруг замка.

- Прекрасно, - я закатила глаза к потолку. – Сто лет плавать по ночам рядом с причалом! Одно утешение: столько я не проживу.

- Ну извини. Это не я придумал. Так получилось. Ладно, больше мне тебе пока сказать нечего. Не буду утомлять. До встречи.

Ситуация складывалась не слишком радужная. Хорошо хоть к утру, когда ко мне вернулся человеческий облик, глаза тоже пришли в норму, Люсиль не соврала. По периферии еще немного туманилось, но в целом больше не расплывалось. Ушиб колена оказался несильным, за неделю все должно было восстановиться. Легкое сотрясение мозга проходит за пару недель, сломанные ребра срастаются за месяц, максимум полтора. Будь Лика Максимова моей пациенткой, я бы уложила ее в постель дня на три-четыре, не больше.

Повязка не промокла, так что, выбравшись из ванны, я кое-как вытерлась, влезла в ночную рубашку и доковыляла до постели. Можно было притвориться, что вообще не вставала.

Пришла Люсиль, помогла с утренним туалетом, принесла завтрак. Делать было нечего, и я попросила что-нибудь почитать. На удачу – своего любимого Эмиля Золя. А вдруг он здесь тоже есть. Люсиль принесла из библиотеки аж три тома. Я даже не очень удивилась. Однако книги оказались незнакомыми. От прадедушки осталось полное собрание сочинений, и я осилила его целиком. Но здешний Золя написал совсем другие романы. Читала я по-французски намного хуже, чем говорила и понимала, так что хватить должно было надолго. Конечно, при травме головы не самое лучшее занятие, но что я еще могла делать? Плевать в потолок и думать об Энрико?

Легок на помине, он появился, когда я осилила целых три страницы. Постучал, вошел и остановился у двери, глядя себе под ноги.