40

Люсиль устроила мне выволочку. За то, что сняла повязку без разрешения врача и полезла в ванну. Выдали не успевшие высохнуть волосы. Нет, я знала, что личная прислуга считает хозяев своей собственностью, но чтобы настолько? Наверно, надо было рявкнуть и поставить на место, но у меня просто не осталось сил. А еще страшно хотелось спать – после всех потрясений вчерашнего дня и бессонной ночи.

- Люсиль, выйди и дверь закрой, - пробормотала я, отвернувшись и натянув одеяло до ушей. – Завтрака не надо. Как захочу, так и встану. Понадобишься – позову.

Я очень надеялась, что, когда проснусь, Энрико и Маргериты в замке уже не будет. Вынести еще и пытку прощанием – это было бы слишком. Да, я хотела, чтобы они уехали. И если б Энрико не остался со мной на причале, а ушел с ужасом или с отвращением, было бы больно, но не так, как сейчас. Я пыталась напомнить себе об их с Маргеритой плане, но словно чья-то рука выделяла маркером совсем другое.

«Энрико не сразу согласился. Ему это показалось… некрасивым».

«Мы перехитрили сами себя. Рико влюбился в тебя. Можешь не верить, но это правда».

Наш ночной разговор – он был не похож на другие. Когда Энрико удалось справиться с изумлением, а нам обоим с неловкостью, в нем появилось что-то, может, не эротически волнующее, но дружеское, теплое, чего не хватало раньше.

И все же, все же… Если они уедут – так будет лучше для всех.

Сон не принес ни покоя, ни отдыха – рваный, путанный, тягостный. То я не успела проснуться до рассвета и утонула. То вдруг оказалась человеком, а Энрико русалкой – русалом? Под конец дядя и Маргерита обвенчались ночью в часовне. Она в белом платье и фате, он – кенгуру во фраке и цилиндре.

Проснулась я от стука в дверь. Судя по свету, пробивающемуся из-за штор, перевалило не только за завтрак, но и за обед. Поскольку Люсиль получила команду без моего звонка не появляться, наверняка это был дядя.

- Come in! – буркнула я, не слишком заботясь, услышал он или нет.

К счастью, утром мне было лень встать и закрыть дверь на ключ. Дядя вошел, сел на стул у кровати и принялся покачиваться на задних ножках, активно действуя на нервы.

- И?.. – прервала я затянувшуюся паузу. – Они уехали?

- Вообще-то нет. Знаешь, Лика, кажется, я все-таки на ней женюсь.

- Чего?! – я так и подскочила. – А она в курсе?

- Она согласна. Да и потом… - дядя не слишком натурально изобразил смущение. – Я должен это сделать. Ну, как честный человек, и все дела.

- И эхо ответило: «Мать, мать, мать…» Дядь Петь, я не любительница совать нос в чужую интимную жизнь, но все же… согласись…

- Как все это случилось? Ну не знаю. Как-то… само собой. Не в кенгурином виде, разумеется. Сначала она была в шоке и рыдала, потом ругалась на трех языках, потом смеялась и чесала меня за ухом. Ну ты же знаешь, квокки всегда улыбаются, когда не жрут. Спасибо Джо-Джиму за то, что у него такая обаятельная морда. Мы разговаривали, потом уснули и…

- Можешь не продолжать, - фыркнула я. – Уснули, а когда проснулись, Марго обнаружила рядом привлекательного голого мужчину. Грех было не воспользоваться.

- Воспользование было взаимным, - поправил дядя. – И к обоюдному удовольствию, замечу.

- Ненавижу тебя! – я отвернулась и натянула на голову одеяло.

- Не завидуй, Лика. Зависть – непродуктивное чувство. Нет чтобы порадоваться за любимого дядю.

- Я рада. Только оставь меня в покое. Уйди. Я буду завидовать в одиночестве.

- Кстати, Энрико тоже остался, - это прозвучало словно между прочим.

- И что с того? Мы с ним всю ночь разговаривали. Но когда я превратилась из русалки в человека, он пошел за моим платьем. Сам предложил сходить.

- А может, просто не хотел тебя смущать. Ты же девушка, а он джентльмен.

- Джентльмен! – он злости критическое мышление окончательно сделало мне ручкой. – Еще скажи, что он девственник, поскольку до свадьбы ни-ни. Нет, просто его не возбуждают рыбы! Какого черта он остался? Чтобы поприсутствовать на вашем венчании? Не поверишь, мне это приснилось. Сон в руку!

- Спроси его сама, - дядя встал и пошел к двери. – Думаю, мы обойдемся без оглашения и прочих глупостей. Чем быстрее, тем лучше.

- Чтобы не передумала?

Но эту мою язвительную фразу он уже не услышал. Я со всей силы вмазала по подушке кулаком и разревелась, кусая ее угол. Впрочем, истерику прекратила быстро, вспомнив, к чему она привела в прошлый раз. Нет уж, хватит, больше никакой распухшей физиономии, красных глаз, атропина и сломанных ребер.

Встав с постели, я пошла в ванную, вымыла лицо и позвала Люсиль. Она помогла мне одеться и причесаться. Даже корсет затянула, хотя и не так туго, как обычно.

Первыми, кто попался мне на пути, оказались дядя и Маргерита. Они вышли из зеленой гостиной, оживленно о чем-то беседуя и улыбаясь шире плеч.

- Поздравляю, Маргерита, - развернувшись, я пошла обратно к лестнице, когда в спину прилетело ядовитое, как зуб кобры:

- Тебя что-то не устраивает, Анжелика?

Вот так, да? Ты была милой и любезной, пока рассчитывала женить на мне брата, а теперь можно уже и не притворяться? Ну так зря думаешь, что вышла в дамки. В нашем мире переспать зачастую не повод даже для знакомства, а уж для брака и подавно. Пьер Камбер хоть и кенгуру по ночам, но голова у него работает.

- Все устраивает, Маргерита, - повернувшись, я улыбнулась так сладко, что слиплась попа. – Тетушка Маргетта…