41

- Дамы! – предостерегающе сказал дядя. – Договоримся сразу. Никакой войны между вами не будет. Во-первых, потому что нет причины. Делить вам точно нечего. Во-вторых, это непродуктивно. Я понимаю, Анжелика, что ты встала… не с того хвоста, но это не повод рычать на окружающих. Маргетта, ты же понимаешь, в чем дело, будь снисходительна.

Маргерита выпятила губу и пожала плечами. Очень выразительно.

- Если тебе надо поговорить с Энрико, он в саду, - добавил дядя.

Я не представляла, о чем говорить с Энрико, но все же взяла из маленькой гардеробной у входа теплую накидку и вышла в сад.

Он сидел на скамейке и задумчиво рисовал что-то тросточкой на песке дорожки. При моем появлении быстро стер ногой, но я успела заметить нечто напоминающее рыбий хвост.

- Ты не уехал?

Глупее вопроса придумать было сложно. Очевидно же, что нет. Хотя я подразумевала другое: «Почему ты не уехал?»

- Ты бы этого хотела?

Вид у него был так себе. Измученный и мрачный. Лицо осунулось, под глазами обозначились темные круги.

- Ничего не изменилось. Я хочу… хотела бы, чтобы ты остался, но какой в этом смысл?

- Разум говорит мне, что никакого. Но почему-то я все еще здесь.

Энрико не глядя нашел мои пальцы своими. Я вздрогнула, как школьница, которую впервые взял за руку мальчик.

- Все зависит от тебя, Анжелика. Одно твое слово – и я уеду.

- И даже не останешься на свадьбу сестры? – слезы опять плескались где-то на поверхности.

- Что?! – Энрико вскочил в крайнем изумлении. Тросточка упала, больно стукнув мне по ноге костяным набалдашником.

- Тебя еще не обрадовали? Они собираются пожениться. И как можно скорее. Ну конечно, - не удержавшись, добавила я с горечью, - он мягкий, теплый и пушистый. Улыбается все время. По ночам можно под бок положить, как кота. А я – холодная и скользкая рыба. И должна быть в воде.

- Перестань, Анжелика. Если хочешь знать, это было очень красиво. Русалка. Хотя… - тут он улыбнулся и снова сел рядом. – Рубашка… или что там на тебе было? В общем, это портит весь вид... Ты серьезно? Что они решили пожениться?

- Абсолютно, - буркнула я. Замечание Энрико насчет того, что лиф был явно лишним, заставило меня улыбнуться, но мысли о предстоящей дядиной свадьбе нисколько не радовали. Чтобы он ни говорил о том, что война между мной и Маргеритой непродуктивна. – И не могу сказать, что я в восторге.

- Почему? Слишком быстро?

- Ну… и это тоже.

Разумеется, озвучивать настоящую причину я не собиралась. Дядя и раньше намекал, что не прочь остаться в этом мире навсегда. А если у него будет жена, которую он, как выяснилось, не слишком смущает в двойном облике, и подавно не захочет вернуться. Мало ли что он там обещал. Возьмет и уедет с ней в Швейцарию, чтобы воронка энергий не утащила его обратно насильно. Конечно, шансы на это минимальны, но чего только не случается. А если он в тот момент окажется вдали от замка, то и мы с Филиппом тоже останемся здесь. Ведь вернуться можно только в исходной конфигурации: русалка, кенгуру и дух. Никак иначе.

- Маргетта непредсказуемая женщина, - усмехнулся Энрико. – У нее все быстро. Хотя могла бы мне и сказать. Обидно.

Промелькнула мысль, что я, вероятно, нашла бы в нем союзника, но тут же стало стыдно. Что-то меня и правда не туда занесло. Раздражение, страх и… да, и зависть – плохие советчики. Возможно, Маргерита ничего дурного не имела в виду, а мне почудился яд в ее словах, поскольку внутренне была к этому готова. Или, может, это я ляпнула свое «поздравляю» таким тоном, что она невольно укусила в ответ. А уж настраивать брата против сестры и вовсе самое паскудное дело.

- Наверно, просто не успела, - заступилась я за Маргериту, немного задетая, что новость, хотя и сногсшибательная, конечно, увела в его сторону от наших с ним отношений. Впрочем, Энрико сам вернулся к этой теме.

- И все же, Анжелика… Повторю, все зависит от тебя. Маргетта и без меня прекрасно выйдет замуж. В Португалию мы собирались к ее знакомым. Если она останется здесь, я вернусь в Локарно. Должен же кто-то присматривать за ее имуществом. Буду управляющим у своей сестры.

Управляющим… Вот, кстати, еще одна наша тайна. Им неизвестно, что дядя на самом деле не Пьер Камбер и не наследник Рене, а всего лишь управляющий, который имеет право пользоваться имуществом и получать половину дохода с него. Впрочем, речь сейчас шла не об этом.

Я не хотела решать вместо Энрико. Хотя бы уже потому, что не могла сделать этот выбор. Как и у него, разум отчаянно сражался с чувствами.

- Нет, Энрико, - я встала и поддела носком туфли трость, которая так и лежала на песке. – Не все зависит от меня. Мы еще и месяца не знакомы. Но если ты останешься здесь, принимать решение придется как раз тебе. Именно с точки зрения разума. Действительно ли ты готов провести остаток жизни с полурыбой, которая не только не родит тебе детей, но даже не будет спать с тобой в одной постели по ночам.

- Бог мой, Анжелика, - рассмеялся он. – Это, конечно, веские аргументы против. Учитывая, что очень многие супруги не могут иметь детей. И что у многих – я имею в виду состоятельных людей, конечно, - отдельные спальни. Я, скажу по секрету, очень сильно храплю. Ты бы и сама не захотела спать со мной в одной постели. И потом, ночью ты сказала, что люди могут потерять руки, ноги, ослепнуть, оглохнуть или сойти с ума. Полурыба по сравнению с этим не самый худший вариант. Ведь днем ты обыкновенный человек.

Я стояла и в замешательстве покачивалась с носка на пятку – как это обычно делал Энрико. Главные мои аргументы он действительно разбил на подлете. Оставался последний – что в любой момент мы с дядей можем исчезнуть. Навсегда. Но рассказать об этом было труднее, чем продемонстрировать хвост.

- Я останусь, - поднявшись, Энрико сделал шаг ко мне. – Но нам ведь не обязательно так торопиться, как Пьеру и Маргетте, правда? К тому же я хочу, чтобы никаких сомнений не осталось у нас обоих. Ты права, Анжелика, ничего не изменилось. Я все так же беден, как и вчера.