64

В тот день ничего не предвещало перемен. Разве что я нервничала и злилась на весь свет больше обычного. А к вечеру Софи чуть не спалила меня за разговором с Энрико. Я думала, она уже ушла домой, и болтала с ним в гостиной на первом этаже, как  вдруг открылась дверь.

- Прошу прощения, мадам, я забыла зонтик. Знаете, мне показалось, что вы разговариваете с Энрико и он вам отвечает.

- Вам показалось, Софи, - пришлось сделать над собой усилие, чтобы не прозвучало слишком резко. – Я действительно разговариваю с Энрико, но нет, он мне не отвечает. К сожалению.

Она хотела сказать что-то еще, но посмотрела на меня, пожала плечами, забрала зонт и ушла.

- Наверно, с ума сойду, - простонала я, когда дверь закрылась.

- Успокойся! – тихо, но веско приказал Энрико. – Сколько можно, Анжелика? У тебя было достаточно времени, чтобы примириться с положением дел и жить уже наконец дальше. Не забывай, ты ждешь ребенка.

- Примириться?! – я взвилась едва ли не до потолка. – Я примирилась с тем, что по милости призрака меня занесло в другой мир, да еще и с рыбьим хвостом по ночам. Но оказалось, этого мало. Теперь у меня еще и муж кенгуру.

- А у меня жена русалка, - Энрико слегка куснул за руку, как делал каждый раз, когда сердился. – Ты теперь хотя бы дома. А я за целый месяц не видел ничего, кроме этого ужасного сооружения. Что было в голове у Пьера, когда он занимался его строительством?

- Если б не это ужасное сооружение, мы бы с тобой не встретились, Энрико, - возразила я. И добавила мысленно: хотя наверняка так было бы лучше для всех.

- Послушай, Анжелика, - он поддел меня мордой под локоть. – Если вас с Пьером и духом сначала затащило в наш мир, а потом выбросило обратно, причем вместе со мной, кто может утверждать, что не случится еще чего-нибудь. Того, что изменит все к лучшему.

- Я боюсь одного. Как бы не случилось чего-нибудь похуже.

От этого разговора мне стало совсем плохо. Я понимала, что не должна срывать свое раздражение и чувство беспомощности на Энрико, которому, по правде, было гораздо хуже, чем мне. Но ничего не могла с собой поделать.

Ночью он пробыл со мной совсем недолго и ушел спать. Может, сердился за наш последний разговор. Или уже устал от этой абсурдной безнадеги. А может, просто не хотел мокнуть под мелким холодным дождем.

- Анжелика, - услышала я голос Филиппа. В тот самый момент, когда мое уныние достигло апогея. – Я с новостями.

- Я уже боюсь твоих новостей, Филипп.

- Могу уйти, - обиделся он. – Ладно, слушай. Все это время я пытался разобраться, как дом преобразует энергии. Почему так вышло, что мы попали в тот мир, а потом вернулись обратно.

- Ты говорил, все произошло потому, что тебе вздумалось войти с нами в контакт и выдать себя за дух Хайнлайна.

- Да, Анжелика. Все так. Я сам – что-то вроде сгустка энергии. Чтобы заставить вас сдвигать указатель спиритической доски в нужную сторону, мне понадобилось… я не могу доходчиво объяснить, что именно я сделал, но баланс сил в результате изменился. Образовалась воронка, которая пробила отверстие между мирами и затянула нас туда.

- Но почему в Камбер? – я испытывала все большее волнение, понимая, что Филипп заходит издалека к самому важному. – Это связано с тем, что Рене и отец дяди двойники?

- Да, именно поэтому. Тем более тамошний Рене как раз умер, и это создало дополнительное возмущение. Слушай внимательно. Я выяснил, дом собирает потоки энергии таким образом, что каждый месяц, в полнолуние, грань между двумя соседними мирами истончается. Настолько, что достаточно небольшого изменения, и…

- Подожди, -  подожди, перебила я, не выдержав. – Ты хочешь сказать, что раз в месяц, при определенном раскладе сил, можно переходить туда-обратно?

- Да, Анжелика. Когда мы попали в тот мир, первые месяцы ничего не менялось. Я имею в виду, в балансе энергий. Но потом ты забеременела, и проход открылся. Мы вернулись, вместе с Энрико, и получилось…

- Филипп, я знаю, как получилось. Думаю, ты пришел вовсе не для того, чтобы напомнить мне об этом.

- Какая же ты нетерпеливая! – рассердился он. – Дослушаешь, или мне все-таки уйти?

- Говори! – я шлепнула хвостом по воде, подняв фонтан брызг.

- Я узнал, как сделать так, чтобы переход между двумя мирами был открыт постоянно. То есть чтобы он открывался каждый месяц без дополнительных изменений. Вы сможете свободно, по своему желанию, перемещаться туда и обратно. И избавитесь от своих вторых ипостасей. Однако для этого нужно… кое-что…

- Филипп!!!

- Мне придется оттянуть на себя поток энергии, который превращает вас в кенгуру и русалку. Воплотиться. Не могу сказать, что мне очень хочется провести несколько лет в обличье Джо-Джима и Ля Сирен, точнее, совсем не хочется. Но кенгуру живут не так уж и долго. В неволе лет двадцать. К тому же я чувствую за собой вину. Ведь началось все с того, что мне захотелось, как вы говорите, потроллить вас. Значит, мне и исправлять положение.

От избытка чувств я ушла под воду, потом выпрыгнула, как дельфин, перекувырнулась в воздухе и с шумом плюхнулась обратно. Но тут же снова прибежали сомнения.

- А ты сможешь?

- Думаю, что да, но точно узнаем завтра ночью. Есть, правда, один момент… Если все получится, я должен буду оставаться здесь, в этом доме или рядом. Как ты понимаешь, один, без вас, не выживу. А если отправят в зоопарк, как Джо-Джима, обратно вы уже не вернетесь. Ты представляешь, что произойдет, если в зоопарке кенгуру вдруг превратится в русалку? Только учти. Когда он умрет, вы не будете снова меняться, но проход больше не откроется.

- Господи, Филипп! Все это мы решим. Жаль, не могу тебя обнять. Ну, пока не могу.5ebdbc

- Надеюсь, еще обнимешь. А сейчас удаляюсь. До завтрашней ночи. Тебе будет о чем подумать и что обсудить с остальными.

Уснуть я так и не смогла. С трудом дождавшись рассвета, побежала к Энрико. Ничего не объясняя, схватила его на руки и потащила к дяде. И только там передала им обоим слова Филиппа.

- Получается, он будет днем квоккой, а ночью русалкой? – подвел итог дядя.– А мы избавимся от этого безобразия и сможем раз в месяц переходить из одного мира в другой?

- Да! Ну, если все получится, конечно. Главное – чтобы не наоборот. Чтобы не днем русалкой, а ночью квоккой. В этом случае придется отказаться от прислуги и никого не пускать в дом.

- Анжелика, это уже не существенно, - дернул хвостом Энрико. – Я думаю вот что. Если Филипп не ошибся, нам с Пьером надо будет отправиться в тот мир и уладить там все дела. А ты останешься с ним. Ну а дальше… мы сможем жить попеременно, то здесь, то там. Чтобы кто-то всегда был с Филиппом.

- А если что-то пойдет не так? – я задохнулась от ужаса при одной мысли об этом. – Если вы не сможете вернуться? Я останусь тут одна, без тебя. Беременная! И меня наверняка заподозрят, что я убила дядю.

- Лика, это история про козла и капусту, - покачал головой тот. – В любом случае кто-то должен остаться здесь, а кто-то отправиться туда. Вы с Энрико останетесь. Это не обсуждается. У нас есть целый день на формальности. Сейчас я вызову своего юриста и скажу, что уезжаю надолго путешествовать. Оформлю на тебя доверенность на распоряжение имуществом и счетами. Оставлю все банковские карты и пинкоды. А еще свяжусь с тем миграционным чиновником, который сделал документы. Скажу, что к тебе нелегально приехал муж и хочет остаться здесь. Заплатим, сколько понадобится. Даже если вдруг я не вернусь, вы сможете жить нормально и ни о чем не беспокоиться.

Энрико сначала пытался возражать, но подумал и вынужден был согласиться. Что не могло меня не обрадовать: значит, возможность остаться со мной для него важнее возвращения в свой мир.

День прошел суматошно и еще более нервно, чем обычно. Мы даже пообедать забыли бы, если б не напомнила Софи. Дядя предупредил прислугу, что, возможно, рано утром уедет, и надолго. А я останусь, и – опять же, возможно, - ко мне приедет муж. Юрист оперативно оформил все бумаги. Чиновник охотно согласился помочь с документами для Энрико. Осталось только дождаться ночи.

После полуночи я сидела в бассейне, Энрико и дядя-квокка рядом, у бортика. В таком напряжении, что едва не летели искры. С дядей мы попрощались заранее – на всякий случай. Если уйдет и больше не сможет вернуться.

- Ну вот, - голос Филиппа в моих мыслях возник в тот момент, когда, казалось, уже не осталось сил ждать, - готовы?

- Да! – хотелось заорать, но получилось чуть слышно.

- Тогда приступим.

Сначала ничего не происходило. Потом вдоль позвоночника знакомо побежали огненные змейки, и хвост исчез, превратившись в ноги. И сразу стало холодно. Пока дядя, тоже в человеческом облике, одевался, я вылезла из бассейна и закуталась в полотенце.

- Филипп?

Он не ответил. Но рядом с сидящей на камне Ля Сирен возникло лиловое свечение, которое становилось все ярче.

- Скажи Пьеру, пусть идет туда, - едва различимо, словно тая, прозвучало в голове.

- Дядь, иди, - я махнула рукой в сторону света. – И… до встречи.

Обняв меня и Энрико, он сделал несколько шагов и исчез в сиянии, которое тут же погасло.

- Филипп? – позвала я снова, хотя и понимала, что ответа не дождусь. Я больше не была русалкой и не могла разговаривать с духами.

- Русалки нет, - наконец-то Энрико смог поцеловать меня. – И другого кенгуру тоже. Ну что ж… посмотрим, что будет дальше. А теперь, может, пойдем спать?

- Спать?! – возмутилась я. – Ну нет, дорогой муж, боюсь, спать мы сегодня точно не будем. Хотя нет. Не боюсь. Совсем не боюсь…