14

Грейсон, собравшись было уходить, обернулся.

Кейтлин, окутанная длинными волосами, точно русалка, сидела в постели. Глаза её блестели во мраке ночи, будто две ярких звезды, приоткрытые губы манили…

— Грейсон, — повторила она. — Спасибо за то, что спас меня.

Секунда — и он уже рядом с ней, и не просто касался её, а обнимал со всей страстью, на которую только способен.

— Ты такая холодная, Кейтлин!.. Такая холодная!.. — шептал он между поцелуями и крепче прижимал девушку к горячей груди, пытаясь согреть. По сравнению с его пылающей кожей Кейтлин казалась ледышкой, и, сминая её холодные губы и касаясь обжигающего холодного языка своим горячим, Грейсон невольно вспомнил тот день, когда в далёком детстве провалился с головой под лёд.

Распаляясь всё больше, он уже не мог думать ни о ранении Кейтлин, ни о канонике Прескотте, ни о нависшей над всеми угрозы встретить Рождество в Крамфорде. Наоборот, Грейсон был бы не против остаться здесь надолго — только он и Кейтлин. И эта широкая удобная кровать, которая нисколечко не скрипит. Он с наслаждением вдохнул её терпко-сладкий аромат и скользнул ладонью под свитер, обжигая нежную обнажённую кожу. Кейтлин довольно застонала и, крепко обхватив парня за шею, словно играя, куснула за нижнюю губу. В ноздри ударил пряный запах крови, на подбородок потекло что-то горячее, и это что-то Кейтлин тут же слизнула холодным гладким языком… А потом с неожиданной силой впилась острыми зубками в его губы так, что отстраниться оказалось попросту невозможно. И Грейсон вдруг сообразил: да она пьёт его кровь!

Вмиг всё человеческое в нём отошло куда-то на задний план, глубоко спавшие инстинкты вырвались на свободу, и одним резким движением он повалил девушку на постель, фиксируя её руки над головой. Кейтлин зашипела и, расцарапав его нижнюю губу, наконец отпустила. Её глаза метали молнии, а губы, резко контрастируя с мертвенно-бледной кожей, были перепачканы кровью.

А Грейсона заворожила мелко дрожавшая жилка на её шее. Но лишь на мгновение. Кейтлин не успела клацнуть зубами, как Грейсон впился своими ей в шею. Ужасная боль пронзила всё её тело, а перед мысленным взором предстало изображение фамильного герба Бойдов — оборотень, перегрызающий глотку вампиру…

Тени ринулись на помощь девушке и, словно свистящие торпеды, врезались в Грейсона, оставляя на его теле длинные кровоточащие царапины. Другие пытались оттащить его от Кейтлин. Быть может, только благодаря им она ещё оставалась живой. Кейтлин хрипела и, насколько хватало сил, отбивалась от него ногами. На пальцах, точно клинки, заострились ногти, однако против хватки Грейсона они оказались совершенно бесполезными.

В какой-то миг Грейсону показалось, что в хрипах Кейтлин да в свисте её верных теней он слышит отдельные слова, которые то сливаются во вполне понятные фразы, то вновь превращаются в невнятный хрип:

— Словам моим внемли… Усмири зверя, стань человеком…

Грейсон фыркнул — и отпустил. Тяжёлым взглядом окинул залитый кровью воротник, разметавшиеся по подушке волосы, заведенные за голову руки с удлинившимися ногтями.

— Время вспять не повернуть, — шептала Кейтлин, булькая звуками, — человеческий нами выбран путь…

— Кейтлин… — проговорил Грейсон, ужасаясь тому, что натворил.

Шлёп! И меткий удар тени — прямиком в глаз — заставил Грейсона крепко зажмуриться и отпустить девушку. Два чёрных призрака тут же заботливо окутали её шею, останавливая кровотечение и заживляя раны.

— Зверь внемлет словам… Река забвения всё унесла… — невнятно шептала Кейтлин.

— Я не знаю, что на меня нашло! — Грейсон всё ещё прикрывал ладонью правый глаз, точно боялся, что тот вывалится. — Ради Великого, прости… Хотя я понимаю — мне нет прощения! Я ведь чуть тебя не убил!..

— Ты не виноват, — прошептала девушка. Ей всё ещё было больно говорить. — Я тебе потом всё подробно объясню. А сейчас у нас мало времени. Я так понимаю, экскурсия уже окончена? Нас ждут?

— Ты не знаешь, что произошло? — изумился Грейсон. — Ах да, не знаешь… Мы заперты в Замке. На дворе настоящая снежная буря. Подъёмный механизм сломан, ворота невозможно открыть.

— Это не беда, — возразила Кейтлин, — есть потайной выход, и не один. У меня есть карта. То есть была — в моём телефоне… Не важно. Путь к выходу я помню наизусть. Главное, выбраться за стены Замка. А бурю можно переждать и в автобусе.

— Да, но комендант Уилберт утверждает, будто подземные ходы завалены.

— Нам нужно это проверить. В Замке оставаться опасно.

— Значит, ты знаешь?..

— О чём?

Грейсон немного помялся с ответом.

— Об убийствах.

— Подозреваю, учитывая то, что, возможно, не одна я умею превращаться в чёрт знает кого. Но, Грейсон, уверяю тебя, я не причастна к этим злодеяниям!

— Я знаю.

— Откуда?.. Дай-ка я посмотрю, что у тебя с глазом.

— Ты уже не такая холодная, — осмелился сказать Грейсон, ощущая нежные прикосновения к своему лицу.

— Серьёзно? — усмехнулась Кейтлин. — Я всё ещё вампир. Это ты уже не так горяч, милый.

— Ну, я вообще-то… Погоди. В каком смысле — вампир?

— В буквальном. Подайте-ка мне бумажные салфетки и бутылку с водой. Благодарю. — Она подхватила протянутые верными тенями предметы. Промокнула выступившую в уголке глаза слезинку. Вытерла кровь с губ. — Жить будешь. И со зрением всё будет в порядке. Ну а пока следует приложить холод, чтобы не было гематомы, — подойдёт хотя бы моя рука или щека — и ни в коем случае не протирай глаз и не читай! Я бы и за руль тебе не советовала садиться. А как только мы выберемся отсюда, пообещай, что посетишь офтальмолога.

— Обещаю. Что мне для тебя сделать?

— Ничего. Регенерация сделает своё дело, пока я… пока мы с тобой не совсем люди. Приляг. Всё-таки для регенерации нужно время, особенно когда вред тебе причинило древнейшее существо вроде этой тени.

Они прилегли на постель так, что верхняя правая сторона лица Грейсона прикасалась к холодной щеке Кейтлин. Нос его чуть ли не задевал чёрную тень, шарфом обернувшуюся вокруг шейки Кейтлин. Тень фыркнула, возмущаясь такому соседству, но с места не сдвинулась.

— Я всё ещё хочу впиться зубами тебе в шею, — честно признался Грейсон. — Прости. Ты пахнешь, как… самое вкусное в мире мороженое.

— И ты меня прости, — отвечала девушка. — Потому что я хочу того же. С трудом сдерживаюсь.

Грейсон сглотнул. Он ещё помнил вкус её крови — терпко-сладкий, с нотками ванили.

— Расскажи мне всё по порядку, — попросил парень. — Кто ты такая на самом деле? С какой целью приехала в Замок? Почему тебя пытались убить? Почему тебя пытался убить я?.. Если тебе, конечно, не трудно разговаривать.

— Мне уже лучше, правда, — поспешила уверить Кейтлин. — Так, говоришь, по порядку?.. Тогда слушай…