Глава 19 · От друга до врага и обратно

Утро выдалось холодным и пасмурным. Попивая на веранде горячий чай с вареньем и кутаясь в теплую шаль, я ощущала особое умиротворение. Сейчас можно никуда не спешить, ничего не планировать, а сесть и спокойно посмотреть полицейские отчеты. Чем я и занималась весьма увлеченно ближайшие два часа, изучая каждый лист почти до дыр. Под увеличительным стеклом рассматривала каждую букву, но, чем больше читала, тем больше портилось мое настроение.

Во-первых, по протоколу действительно выходило, что мэр Васко причастен к похищению герцога Кроуна. Он последним говорил с его светлостью и видел его. В его рабочем кабинете были обнаружены следы борьбы, а также личная печать герцога. Правда, мэр утверждал, что проводил Кроуна к черному ходу, и тот целым и невредимым покинул ратушу. Куда отправился герцог, Васко не знал и, почему вышел через черный ход, объяснить не мог. Настаивал, что никакой драки не было, хоть и признал принадлежность найденной в кабинете печати семейству Кроунов. На допросе нервничал и раздражался. Словом, вел себя более чем подозрительно. Кроме того, в одном из протоколов я прочла, что мэр Васко вскользь упомянул о присутствии в ратуше младшего брата герцога.

Как же так? Ведь Гаспар заверил, что у него стопроцентное алиби, которое могут подтвердить две девушки. Неужели он меня обманул? Полученной информацией я решила немедленно поделиться с Крисом, поэтому поспешно нацарапала ему письмо, не забыв спросить о здоровье друга. Сунула его в почтовик и стала ждать ответа. Почтовики незаменимы для срочной коммуникации. Эти ларцы совсем недавно изобрели знаменитые маги-артефакторы семьи Астэр. Кладешь письмо в такую шкатулочку, и буквально через мгновение оно оказывается у адресата в таком же сундучке.

Пока ждала ответа, раздумывала над ситуацией. У мэра не было причин обманывать полицейских, рассказывая о присутствии на балу младшего Кроуна. Он и упомянул-то об этом мимоходом. Дескать, видел мельком среди гостей, и все. Получалось, что врал Гаспар. Я припомнила наш разговор в «Жареном петухе». Он говорил, что провел весь вечер в компании двух дам в доме терпимости. Значит, специально выбрал такое неприличное алиби, которое заведомо никто не станет проверять. А уж тем более молодая незамужняя девушка. Но тут ты здорово ошибся, дружок, меня такой мелочью, как бордель, не испугать. Мысленно похвалив себя за решимость, я села продумывать план, как вдруг засветился почтовик на столе. Пришел ответ от Криса.

Друг сообщил, что в Кроунхолле все спокойно. Великая герцогиня практически не покидает своей комнаты, а леди Элиз занята подготовкой к приезду своего брата. Друг же чувствовал себя гораздо лучше и все время посвящал изучению поместья и опросу слуг, но результатов пока не было. В конце письма Крис настоятельно просил не делать глупостей и не ввязываться в сомнительные авантюры, а приехать и спокойно решить все вопросы на месте.

Я в который раз удивилась прозорливости друга и тому, насколько хорошо он меня знает. Конечно, я и сама предпочла бы не вмешиваться, но алиби Кроуна-младшего требовало немедленной проверки, а сделать это, кроме меня, было некому.

Раздумывая, как лучше всего поступить, я поднялась к себе в спальню. Прежде всего требовалось любой ценой сохранить инкогнито. «Империал», где предположительно мог провести ночь Гаспар, считался элитным заведением и очень заботился о своей репутации. Случайных людей там не бывало, персонал крайне бережно относился к вопросу анонимности своих клиентов. Тем не менее мне пришла в голову идея, каким образом можно разговорить девушек, не вызывая подозрений. Но для этого следовало хорошенько подготовиться.

Подготовка заняла практически весь день. Шнырь выразил желание остаться дома и заняться хозяйственными делами. Поскольку никакой реальной помощи в борделе он оказать не мог, я оставила фамильяра, предварительно взяв с него обещание, что в мое отсутствие ни с ним, ни с домом ничего не случится.

В очередной раз пробежав по себе взглядом и оценив результаты своих трудов, я осталась вполне довольна и мимоходом взглянула на часы. Стрелки показывали половину восьмого вечера. Вспомнив, что необходимо вернуть протоколы Тэтчерду, я быстро оделась, собрала сумку и, накинув сверху глухой длинный плащ, скорым шагом вышла из дому. Главное отделение королевской полиции находилось рядом с центральной площадью города, тремя улицами выше меня. Рассудив, что вполне успею дойти пешком, я отказалась от проезжающего мимо кеба.

В здание полиции вошла ровно за минуту до восьми. Вихрем промчась по коридорам, ворвалась в кабинет Рэда без стука. Всю дорогу я репетировала покаянную речь и сейчас приготовилась обрушить ее на голову следователя, но меня ждал сюрприз. Кабинет был совершенно пуст. Я немного потопталась у двери, потом зачем-то заглянула в шкаф. Не найдя никаких признаков присутствия Тэтчерда, аккуратно сложила протоколы на столе и вышла на улицу.

На землю уже опускались сумерки, но до визитов первых любителей ночных утех было еще далеко. Самое время нанести визит в «Империал».

С улицы заведение выглядело как роскошный отель. Но это лишь на первый непосвященный взгляд. Все местные жители прекрасно знали, какого рода услуги оказывает своим постояльцам «Империал». Завсегдатаями заведения являлись сливки аристократического общества. Отдых в таком месте могли позволить себе далеко не все. Именно поэтому рабочее время местных девушек исчислялось не часами. Мужчина, пожелавший отдохнуть в отеле, выбирал понравившуюся подругу и оплачивал сразу всю ночь. Клиентов у заведения было не так много, но все они являлись крайне обеспеченными людьми.

Подойдя ближе, остановилась на углу у отеля и надела на глаза черную кружевную маску. Бросив взгляд на фактурный королевский фасад здания и глубоко вдохнув, я вошла.

У двери послышалась мелодичная трель колокольчика. Молодой мужчина, стоявший за большой золоченой стойкой, увидев меня, слащаво улыбнулся и приторным, слегка гнусавым голосом произнес:

– Приветствую вас. Мисс ищет отдыха или заработка?

От его неприкрытого намека я внутренне содрогнулась, но тут же, взяв себя в руки, доброжелательно ответила:

– Заработка, но не того, который вы имеете в виду.

Мужчина недоуменно поднял брови и произнес:

– Я не понимаю, объяснитесь.

– Видите ли, – начала я заготовленную заранее речь. – Я высокоуровневый целитель. Могу излечить любую болезнь или, например, провести общеукрепляющий ритуал.

Видя, что распорядитель пока не слишком впечатлен, я зашла с другой стороны:

– или… наслать мор на неугодных… – вкрадчиво сообщила ему.

Мужчина заинтересованно посмотрел на меня, и я вдохновенно продолжила:

– Вы только подумайте, как это выгодно. За скромное вознаграждение я увеличу работоспособность ваших… хм… сотрудниц в несколько раз и надолго обезврежу врагов. Вы ничего не теряете, но зато приобретаете возможность в несколько раз увеличить прибыль.

На слове «прибыль» глаза гнусавого загорелись как маяк, и я победно улыбнулась.

– Понимаете… – вдруг виновато начал он. – Я не могу лично принять такое решение. Мне нужно посоветоваться с хозяйкой.

Я несколько разочарованно кивнула, и он скрылся за неприметной дверью позади стойки. Мне оставалось лишь стоять и разглядывать холл.

Мне никогда не доводилось бывать в королевском дворце, но по книгам и рассказам я представляла его примерно так, как выглядел «Империал». В глаза бросалось огромное количество лепнины, позолоты и хрусталя. Маленькие диванчики на тонких изящных ножках, обитые дорогим алым бархатом, разбросанные то тут, то там, словно разлитые пятна крови. И, что примечательно, в холле совершенно отсутствовали часы. Хотя в отелях они, как правило, обязательны.

Пока я глазела по сторонам, ко мне вышла немолодая грузная женщина в красном платье с весьма откровенным для своего возраста вырезом. Руки ее были затянуты в черные перчатки выше локтя. Морщинистую шею прикрывал широкий бархатный чокер такого же цвета, как перчатки. В руках женщина держала длинный мундштук с дымящейся сигаретой, от которой исходил запах дорогого табака и ментола. Вокруг нее плющом вился тощий длинный распорядитель и что-то тихо нашептывал на ухо. Со стороны они были похожи на толстую откормленную гусыню и тощего голодного хорька. Женщина внимательно осмотрела меня с головы до ног и хриплым, прокуренным голосом произнесла:

– Как твое имя, девочка? Почему ты в маске?

– Мое имя Мелинда, миледи, – покорно отозвалась я и слегка поклонилась. – Маска обеспечивает обоюдную анонимность.

– Целительница Мелинда? – подозрительно прищурилась хозяйка. – Что-то я о такой не слыхала…

– Я не здешняя, миледи, – отозвалась быстро. – Путешествую с юга в столицу. Не задержусь в городе дольше пары дней.

Женщина хмыкнула и затянулась.

– Миледи, – с небольшим нажимом произнесла я, – время дорого. Решайте скорее, нужны вам мои услуги или нет.

– Не уверена, что могу довериться… – с сомнением покачала головой женщина.

– Я гарантирую полную анонимность и высокий профессионализм, – нетерпеливо объяснила ей.

– Подумайте о выгоде, – горячо поддержал меня «хорек». – Мы сможем удвоить прибыль.

Мадам минуту размышляла, затем кивнула и сдалась:

– Сколько вы хотите за свои услуги?

– Двадцать золотых, миледи, – с готовностью отозвалась я. Эта сумма была чуть больше, чем брали обычные лекари за визит, но однозначно меньше, чем хозяйка заплатила бы за лечение всех своих девушек.

– По рукам, – кивнула она и уточнила: – Что вам необходимо для ритуала?

– Отдельная комната, где я могу спокойно осмотреть девушек без посторонних глаз, – сказала ей.

Хозяйка кивнула и обратилась к распорядителю:

– Жюль, обеспечь Мелинду всем необходимым. Думаю, малый зал вполне подойдет. До первых клиентов еще пара часов. Вам хватит времени? – обратилась мадам уже ко мне.

Я с готовностью кивнула и пристроилась рядом с тощим хорьком, мысленно окрестив его Жулькой. Когда хозяйка скрылась за дверью, он повернулся и, махнув рукой, попросил следовать за ним.

– А вы мужчин смотрите? – вкрадчиво спросил он.

Я споткнулась и чуть не врезалась ему в спину. На такое я немного не рассчитывала, но, поборов смущение, ответила ровным голосом:

– В основном моими услугами пользуются женщины, но, если необходимо, могу посмотреть.

Жулька кивнул и, слегка покраснев, сказал:

– Тогда, пока девушки не собрались, посмотрите?

– Конечно, – с трудом проглотив ком в горле, беспечно отозвалась я.

Мы прошли через холл по коридору и оказались в небольшой комнате, сплошь уставленной бархатными диванами, такими же алыми, как и в холле. Огромные окна от пола до потолка были занавешены тяжелыми бархатными портьерами такого же кричащего оттенка. Даже если до этого момента и возникали сомнения, то в этой комнате мне стало предельно ясно, что я нахожусь в борделе. Жулька указал на центральный диванчик, возле которого стоял небольшой золоченый столик:

– Можете разместиться там.

– Благодарю, – кивнула я и, сбросив плащ, стала доставать из сумки склянки с зельями и порошки, аккуратно расставляя их на столике.

– А мне что делать? – смущенно уточнил мужчина, переминаясь с ноги на ногу.

– Снимайте штаны, – решительно приказала ему.

Назвалась целителем, Кира, будь добра, соответствуй. Мысленно настроившись на то, что больной для врачевателя всегда бесполый и стыдливость тут неуместна, я приготовилась воочию узреть то место, где, по моему скромному мнению, размещен мозг у большинства мужчин.

Жулька нервно сдернул ремень и дрожащими руками спустил брюки к лодыжкам.

Я мельком взглянула на белые портки и, уставившись на одну из склянок на столе, произнесла:

– Полностью, мне нужно видеть проблемное место целиком.

Дрожащими руками мужчина развязал завязки на поясе и приспустил штаны. Я собралась с духом и повернулась.

Оказывается, боялась я совершенно напрасно. Ничего особенного в штанах у Жульки не оказалось. На самом деле все выглядело до смешного нелепо. Словно у того, кто создал мужчину, оставался лишний кусочек кожи, и он решил прилепить его между ног. До того убого это смотрелось, что мне даже захотелось обнять и пожалеть бедного Жульку, чтобы он не сильно расстраивался из-за своего вынужденного уродства.

Справившись со своими внутренними порывами, я заставила себя внимательнее присмотреться к тому, что показывал мужчина. Оказалось, что вся кожа в паху покрыта мелкой красной сыпью, которая кое-где уже перешла в сильное раздражение.

– Чешется? – деловито спросила я.

– Да, – сокрушенно кивнул мужчина.

– Как давно появилась? – продолжила допрос.

– Дня три, – тихо сказал Жулька.

– Я так понимаю, у кого-то из девушек обнаружится такая же? – уточнила вкрадчиво.

– Да, – покаянно сказал мужчина.

– У кого? – наседала я.

– У Нэри, – признался он. – Только прошу вас, не говорите хозяйке.

– Не скажу, – уверенно отозвалась я и протянула хорьку пузырек с ядовито-зеленой жидкостью:

– Мазать ежедневно утром и вечером. Обоим. От встреч пока воздерживаться. Дня за три должно пройти.

– Спасибо! – громко прошептал Жулька и обеими руками схватил пузырек. Портки, более ничем не поддерживаемые, рухнули вниз к брюкам.

– Не за что. Одевайтесь, – повелительно сказала я и деликатно отвернулась в сторону.

Как только мужчина оделся, дверь распахнулась, и в комнату вошли по меньшей мере пятнадцать молодых девушек в шелковых пеньюарах всевозможных цветов и фасонов. Я закатала рукава и приступила к приему, попутно знакомясь и ненавязчиво расспрашивая о работе. Выслушивая жалобы, щедро раздавала свои зелья и порошки. Кому от аллергии, кому обезболивающие. За несколько часов я вылечила буквально все – от соплей до поноса. Вот только пока мои усилия были напрасными. Среди всех моих пациенток не обнаружилось ни одной с именем Катрина или Сюзанна. Осматривая последнюю девушку, хрупкую миловидную брюнетку, я устало поинтересовалась:

– Больше никто не нуждается в помощи? Вы последняя?

Девушка робко покачала головой и произнесла:

– Есть еще две, мисс Мелинда, но они не могут к вам спуститься.

– Почему? – ровным голосом спросила я, а внутри затеплилась надежда. Еще остался шанс.

– Они плохо себя чувствуют, – тихо сказала она и почему-то покраснела.

– Тогда отведи меня к ним сама. – Я решительно поднялась и потянула за собой брюнетку. – Я обещала, что вылечу всех. Веди.

Девушка покорно кивнула и, подождав, пока я соберу остатки своих зелий, повела меня вверх по лестнице в одну из комнат на втором этаже. По дороге я гадала, какой же недуг мог свалить с ног молодых девиц, и перебирала в уме все варианты – от тяжелых форм простуды до постыдных паховых болезней типа сифилиса. Однако, войдя в комнату, поняла, что не угадала.

Такого тяжелого похмелья я не видела никогда. Даже Шнырь, несколько дней подряд фестиваливший с приблудными гоблинами, выглядел гораздо лучше, чем две молоденькие блондинки, лежавшие сейчас на узкой кровати. В комнате стоял тяжелый душный запах алкогольного амбре. Девушки держались за головы и тихо скулили. Я на мгновение даже усомнилась в их способности к членораздельной речи.

Интуиция меня не обманула. Девушек звали Катрина и Сюзанна. Отпустив свою застенчивую провожатую, первым делом открыла настежь окна, чтобы впустить свежий воздух. Затем смешала остатки болеутоляющего зелья с тонизирующим и дала выпить страждущим. Буквально через десять минут настой подействовал и скулеж стал гораздо тише, а среди беспорядочного мычания я отчетливо услышала тихое «спасибо».

Решив, что девушки уже достаточно пришли в себя, принялась задавать ненавязчивые вопросы об их работе. Изначально готовилась применить магию, но радость от облегченного похмелья была так велика, что бедняжки сами охотно ответили на все мои вопросы. Выяснилось, что буквально вчера они отдыхали в компании молодых лордов, которые чуть ли не силой заставляли их пить крепкий алкоголь. По сбивчивому описанию я без труда узнала давнего знакомого, от которого меня когда-то спас Крис, – Алларию и его прихвостней. Стало жаль девушек, которые не могли сопротивляться этим гнусным приматам. Потом я плавно перешла к расспросам о других их клиентах, в частности о тех, которые наведывались в ночь, когда в городской ратуше был бал. Катрина и Сюзанна рассказали, что среди их постоянных клиентов есть один изумительный молодой человек, жгучий брюнет с колдовскими зелеными глазами. Конечно, они говорили о Гаспаре Кроуне! Именно он посещал их в тот вечер, и они вместе провели незабываемую ночь. Не вдаваясь в подробности, что именно сделало ночь незабываемой, я уточнила, в котором часу пришел и ушел гость. Девушки, немного поколебавшись, сказали, что встретились с ним около десяти часов вечера, а покинул он их не раньше одиннадцати утра.

Я глубоко вздохнула – алиби было железным. Выходит, Гаспар сказал правду, но теперь получалось, что солгал мэр Васко. Зачем? А может быть, вовсе и не солгал, а просто обознался? Мэр уже в довольно почтенном возрасте, его могло подвести зрение.

Размышляя об этом, покинула комнату девушек, оставив им на столе последний пузырек тонизирующего. Я узнала все, что хотела, пора было уходить. Определить точно, который сейчас час, я не могла, а часов нигде не наблюдалось. Выглянув в окно, увидела высоко в небе яркую луну и предположила, что дело наверняка идет к полуночи. Лечение и выслушивание жалоб отняли достаточно много времени. Пора было собираться домой. Спускаясь по лестнице, я вдруг вспомнила, что забыла плащ в малой гостиной.