41

Дверь открылась с противным скрипом, отдающим на натянутых нервах.

Я прищурилась, разглядывая мужской силуэт. Мощный, большой. В темных брюках, такой же рубашке, и дорогой лакированной обуви. Его шаги оглушали.

А, как только мужчина подошел ближе к лампочке и позволил лучше себя разглядеть – мое сердце оборвалось.

Я чуть не вскрикнула. То ли от неожиданности, то ли от радости.

Роберт?!

Но мужчина сделал еще один шаг, остановившись от нас в паре метров.

И мне невольно захотелось отползти чуть дальше. Назад. Чтобы расстояние между нами больше не сокращалось, потому что…

Нет. Перед нами был не Самиров.

До боли похожий на него человек. Такой же высокий, с широким разворотом в плечах. Когда он подался вперед, ткань рубашки чуть натянулась, обрисовывая массивные мышцы. Темные волосы, щетина на скулах, большой мясистый нос и пронзительный взгляд темных, как омуты, глаз.

Я со страхом сглотнула.

Но это не Роберт.

Несмотря на схожесть в общих чертах, в лице этого человека было что-то до омерзения отталкивающее. Возможно, само выражение превосходства и брезгливости ко всему, что его окружает, послужило причиной.

Приглядевшись получше, я заметила, что волосы у незнакомца чуть темнее, чем у Самирова. Крупнее лицо. Другой разрез глаз. Выцветшая татуировка на шее, выглядывающая из-под ворота темной рубашки.

Мужчина закатал рукава до локтя, обнажая и руки в рисунках. Все это время он пристально смотрел мне в глаза, явно наслаждаясь произведенным эффектом.

– Кто… – прошептала я одними губами. Во рту пересохло от подступающей паники. – Кто вы такой?

Презрительно улыбнулся.

– А ты еще не поняла? – прохрипел. И где-то на подсознательном уровне я отметила, что его голос совершенно не похож на голос Самирова. У Роберта он глубокий и звучный, а у этого человека неприятный и сиплый.

«Заткнись. Закрой рот» – всплыли в памяти обрывки моего похищения, и я окончательно убедилась, что именно он вколол мне тот препарат.

Мужчина оглядел нас лениво, с легкой брезгливостью в хищных глазах:

– Странно, я думал ты умнее, – заключил он, вновь обращаясь ко мне. – Разве твой ненаглядный не познакомил свою драгоценную невесту с семьей? – с сарказмом спросил. Отошел ближе к стенке, взял стул, и поставив его перед нами, уселся.

– У Роберта нет семьи… – прошептала я тихо, – вся его семья погибла, когда ему было 17…

– Уверена? – с вызовом дернул он бровью, и меня зазнобило. В этом жесте так отчетливо читался сам Роберт…

– Уверена… – осадила в ответ, храбрясь до последнего.

Рассмеялся. Показательно громко. Противно. Затем устало вздохнул:

– Ты ошибаешься. – Одной фразой осадил он меня. – Самиров мой брат. Только по отцу, слава всевышнему. Моя мать была любовницей его отца.

Барт? – стучало в моей голове беспрерывно, силясь усвоить полученную только что информацию.

– А Роберт… Он…? – я облизала пересохшие губы, пытаясь выяснить как можно больше. Но для этого нужно формулировать мысли в слова, а в моей голове сейчас полная каша.

– Знает ли он? – лениво хохотнул мужчина в ответ. – Ну конечно, – на этих словах я отметила, как в его темных глазах мелькнула обида. – Конечно, мы с ним знакомы. Давно. Наш благородный и несравненный Самиров даже пытался меня в свое дело ввести. Когда-то. Это было слишком давно… – будто погружаясь в воспоминания, мужчина замолчал на секунду. Но потом жестко продолжил: – Жаль, наши с ним взгляды на ведение бизнеса не сошлись. Да и на саму жизнь мы смотрели по-разному, – хмыкнул презрительно.

Женькины нервы сдали быстрее моих. Устав ждать, сестра всхлипнула:

– Зачем вы нас сюда привезли?! Что вам от нас надо?! Вы же обещали помочь!

– От вас? – почти искренне удивился мужчина. – От вас ничего. А вот от Самирова то, что принадлежит мне по праву.

– Вы хотите забрать у Роберта то, что он унаследовал от отца… – протянула я, безвольно опуская взгляд в пол. Это же очевидно…

– Соображать начала? – с сарказмом фыркнул мужчина. – Меня зовут Тахир Юсупов. – Мужчина встал со своего стула, подошел ко мне ближе. Склонился. Ноздри обжег пряный запах тяжелого мужского парфюма, алкоголя и табака. – И это я должен был носить фамилию отца. И я должен был унаследовать его бизнес. Я. Как старший наследник. Мой дорогой братец не захотел делиться со мной, – он оперся ладонью о спинку моего стула, и склонялся все ниже и ниже, пока я зажмурившись, отворачивала лицо. Не могла скрыть омерзения. – Теперь я заберу у него все это сам. Его бизнес, – он провел кончиком пальцем по моей щеке. – Деньги, – спустил руку ниже, одергивая ткань моего свитера, – И даже, его женщину, – хмыкнул он в заключении.

Глаза запекло от горячей влаги.

– Вот здесь вы просчитались, Тахир, – хрипло выдавила я из себя, до последнего стараясь сохранить самообладание и беспристрастный тон голоса.

– В чем? – явно не веря, переспросил.

– Я не его женщина. Ради меня Самиров и пальцем не пошевелит, не то, что отдаст вам свой бизнес. Потому что я – была всего лишь приманкой. Для вас.

Мужчина шумно выдохнул и отшатнулся. Посмотрел с недоверием, будто оценивая – какова вероятность того, что я сейчас вру.

Вздернула подбородок. Смело встретила его взгляд.

– Врешь, – с усмешкой покачал головой. – Ты от него дочь родила.

– Да, – не стала я спорить. – У нас есть общая дочь. Но Роберт не знал о ней долгие годы. И сейчас бы не знал, если бы не глупое совпадение. Я ушла от Самирова в день нашей свадьбы. Пять лет назад. Потому что он…

Глаза защипало с удвоенной силой, когда мысли прострелила пронзительная догадка. С ошеломлением я вновь посмотрела на человека, который стоял передо мной и был до боли похож на самого Роберта.

– Ярослава… – прошептала я не своим голосом. – Вы ее знали?