43

– Я предпочту подождать, что ответит этот ублюдок… – хищно оскалил зубы наш похититель.

– Роберт?! Вы с ним уже связались?! – я даже вперед подалась, желая поскорее получить необходимую информацию.

Мужчина еле заметно кивнул.

А я вдруг на самом деле осознала свою дальнейшую участь. Неизбежную, и слишком безрадостную.

– Даже если… Даже если, он пойдет на ваши условия из-за меня, то потом Самиров все равно вас найдет. Вы же понимаете это? Вы не давали ему спокойной жизни долгие годы. Неужели, считаете, что все сойдет с рук?

– Спокойной жизни, – вновь рассмеялся мужчина. – Когда ты в таком бизнесе, девочка, то о спокойной жизни можно забыть. Здесь ты варишься в одном котле с акулами, который откусят башку, как только почувствуют кровь. Твой Самиров пока самый сильный хищник из всех. Но у него столько врагов, что вычислить одного почти нереально. Ты хоть представляешь сколько есть желающих покусать сильного хищника, и, пользуясь случаем, оттяпать свой кусок?

– Гиены сильны только в стае… – пробормотала я горько, уткнув взгляд в носки своей обуви. Повела плечами. Озябла.

– А, если он подпишет документы на передачу мне бизнеса, все будет кончено. Дальше у него ресурсов воевать уже не останется. Он признает свое поражение. Каким бы не был жестоким наш мир, но тут тоже есть свои правила. И Самиров им следует, – просветил меня этот жестокий мужчина. – А такие, как ты не должны касаться нашего мира. Ты слишком наивная. Слабая. Такие тут не жильцы.

Я сглотнула. А мужчина продолжил, будто открывать мне глаза на всю правду – поистине доставляло ему удовольствие:

– И Самиров знал какой опасности подвергает тебя. Врагов у него всегда будет много. Не я, так другие. Но я хотя бы претендую на то, что должно принадлежать мне по праву. Так что… – он взял в пальцы прядь моих волос. Покрутил. – За все свои беды теперь, «благодари» только его.

«Мне этот выбор не нужен, Роберт. Я уже давно все решила…» – пронеслись в мыслях собственные слова, сказанные больше пяти лет назад.

Понимала ли я тогда всю тяжесть этого выбора? Наверное, нет. Но я его сделала. И винить во всем только Роберта сейчас было бы глупо.

– Что с нами будет? – вскинула взгляд, когда похититель, потеряв интерес к нашей беседе, уже собирался покинуть подвал. – Что будет, если Роберт не согласится на ваши условия?

Он обернулся. Окинул безразличным взглядом сначала меня, потом Женьку.

– А сама ты как думаешь? – спросил равнодушно.

Но как только взялся за ручку двери, она открылась с той стороны. В подвал вошел парень. Молодой, лет двадцати. Высокий и щуплый, с мелкими бегающими глазами. Шестерка. И судя по тому, как подобострастно он смотрел на нашего похитителя, тот ему был хозяином.

– Тахир, Самиров ответил, – торопливо оповестил. Я притаилась, боясь, что мужчины уйдут и не станут обсуждать это при нас. Неизвестность порой хуже смерти. Но Тахир не стал останавливать подчиненного. Вероятно и у самого интерес разыгрался. Повелительно кивнул, приказав скорее выложить всю информацию: – Согласен. Документы уже подготовлены.

Даже за пару метров я явственно ощутила волну жгучего удивления, исходящую от этого жесткого человека.

– Согласен? На все условия? – переспросил он мальчишку.

– Да, – поспешили заверить в ответ. – Готов передать все документы на бизнес уже сегодня. Сам на этом настаивает.

Тахир медленно ко мне оборачивается. Окидывает другим, будто оценивающим взглядом.

А я до сих пор не могу поверить в услышанное. Может, что-то неправильно поняла? Или это какой-то хитрый план Роберта?

– А ты дороже, чем думаешь, – насмешливо оповестили меня. Сразу после послышался глухой громкий звук громоздкой двери, и нас с сестрой снова оставили наедине.

– Сашка, – зашептала она. – Я ничего не поняла. Что это значит…? Что нас отпустят…? Отпустят? Ведь так? Твой Роберт готов отдать им свой бизнес, чтобы тебя спасти…?

Я медленно к ней повернулась. В глазах Женьки слезы.

– Я не знаю, что будет дальше. Но очень плохо верится, что сделка состоится. Возможно, Роберт специально согласился на это, чтобы выманить похитителей на встречу. И… Возможно… До наших жизней ему дела нет. По крайней мере, я бы на это не особо рассчитывала, – решила быть честной, чтобы подготовить Женьку к суровой реальности.

– Но как…? – сестра снова начала заходиться в рыданиях.

– Я не знаю, Женя! – закричала срываясь. – Не знаю! Мы должны попытаться выбраться из этого сами.

***

Нас усадили в машину, предварительно натянув на головы мешки из плотной ткани. Сквозь нее лишь проглядывал свет, но ни силуэтов, ни места, где нас держали, уже не было видно.

Руки по-прежнему скованы строительной стяжкой. Она врезается в кожу, больно давя.

Машина тронулась с места, когда я повернулась к Женьке спиной. По ощущениям, мы сидели на заднем сидении большого просторного внедорожника. Спереди сидели двое мужчин. Я слышала их тихие голоса. Но это был не Тахир, и не тот прихвостень, что сообщил ему новости.

Наемная сила? Сообщники? Сколько всего с нами едет машин? Или Тахир отправил на встречу в Самировым такое же пушечное мясо, а сам предпочел остаться в укрытии?

Женька поняла мои намерения не сразу. Лишь после того, как я крепко схватила ее руку и дернула на себя.

Сердце в груди молотило, как оголтелое. Я не могла видеть, и это усложняло задачу. В любой момент кто-то из мужчин мог бросить взгляд в зеркало заднего вида, заметив, что что-то не так.

Когда запястье потянуло от острой боли, я чуть не застонала. Сестра изо всех сил дергала пластик, чтобы его сила ослабла. Рывок за рывком я ощущала, как на моей коже остаются кровоподтеки и алые борозды.

И только через долгих десять минут почувствовала, что стало свободней. Истерично выдохнув, собрала всю волю в кулак и сама потянула кисть, чтобы вытащить.

– Получилось… – прошептала так тихо, что сама почти не расслышала.

У меня получилось. Руки свободны.