Глава 26 · План замка и огонь в глазах…

Вернулась в свою комнату уже поздней ночью, когда княжич спал. Как бы не хотелось мне вновь остановиться около его кровати, но я заставила себя нырнуть под свое одеяло и отвернуться к стене. Чувствуя, что от усталости уже ничего не соображаю, погрузилась в тревожный мрачный сон, который наполнил сознание ужасными образами.

Кажется… я видела замок с высоты птичьего полета. Мрачное марево заполняло каждую его щель. Мой разум влетел в окно и понесся по холодным коридорам, натыкаясь на бесконечную вереницу измученных слуг. Я видела, как хнычут дети, как стонут согбенные старики, как устало вытирают пот со лба женщины. Черные нити проклятия тянулись к каждому телу, словно ненасытные щупальца, готовые высосать жизнь из каждого.

Чувствуя нарастающее отчаяние, я мысленно закричала о помощи и в этот момент снова повисла над замком, продолжая видеть его внутренность сквозь стены. И в этот момент я заметила, что у проклятья существует чёрное сердце — этакий чернильный пульсирующий сгусток, ставший центром убийственной смертоносной силы.

Через мгновение после этого открытия я проснулась с криком… и тут же оказалась в объятьях Людвига.

Кажется, я кричала уже давно, потому что он сжимал меня крепко-крепко, удерживая на собственных коленях. Я тяжело дышала, некоторое время рассматривая его испуганное лицо, а потом устало уткнулась лбом в его грудь.

— Это просто кошмар… — прошептала с трудом, чувствуя, как подрагивает всё тело. — Кошмар о том, что творится тут с вами…

Людвиг тоже вздрогнул.

— Ты что-то увидела? Вещий сон? Говорят, знахарки часто видят такие сны…

— Думаю, это была подсказка… — ответила я, отстраняясь и уже с легким смущением поднимая на княжича глаза. — Спасибо… что разбудили меня…

Людвиг тоже смутился, но всего на пару мгновений. Однако тут же его лицо приобрело решительное выражение, поэтому он поднялся на ноги, зачем-то оставив меня в своих руках.

— Я будущий глава этого рода, — проговорил он с каким-то особенным достоинством, — и буду защищать каждого из моих людей!

Это было даже забавно — торжественно, несколько пафосно, но княжич не шутил, а я не хотела оскорбить его своей улыбкой. Вместо этого аккуратно поинтересовалась:

— А я тоже… ваш человек?

Людвиг смутился вновь. Надо же, такой сильный, ловкий, с характером, а в отношениях с женщинами — точно юнец.

— Ты помогаешь моим людям и живешь на моей земле, значит… принадлежишь к моему народу.

После этих слов он наконец-то опустил меня на пол.

Я отступила, испытывая не меньшую решимость, чем он сейчас. Удивительно, но этот молодой человек, еще недавно казавшийся мне лютым противником, сейчас реально вдохновлял на подвиги.

Не для победы ли прислал меня Бог в этот мир? Разве я буду счастлива, если брошу всех этих людей в беде?

Нет, не хочу так!

А о личном счастье… помечтаю позже.

Подумав так, я вспомнила поцелуй Людвига и слегка покраснела. Хорошо, что в комнате царил полумрак, и он не заметил этого.

— Помогите мне тогда… — прошептала приглушенно. — Ваш замок действительно проклят, но проклятье сосредоточено в одном месте. Мы должны найти его. У вас есть план замка? Я должна увидеть его…

— Есть… — ответил княжич несколько недоуменно. — Он находится в библиотеке. Можно будет поискать с утра.

— Пойдёмте сейчас… — проговорила я, повинуясь некоему наитию. — Чтобы никто нам не помешал…

Людвиг бросил на меня задумчивый взгляд, но утвердительно кивнул.

— Только вам… придётся держать меня за руку, — добавила я осторожно, боясь заулыбаться. — На всякий случай. Думаю, таким образом с вами не должно случиться никакого приступа…

Людвиг не то, чтобы удивился, но… несколько оробел, что попытался тут же скрыть. Еще бы: он и так показал передо мной слишком много своей душевной слабости, которая несколько омрачала его имидж великого воина. Молча согласившись на всё, он набросил на плечи плащ и направился к двери. Я последовала за ним.

Когда мы оказались в коридоре, я протянула парню руку, которую тот аккуратно взял в свою ладонь. Машинально я переплела его пальцы со своими, и Людвиг окаменел. Я заметила, как по телу его снова пробежала дрожь, дыхание на мгновение сбилось, а я… не смогла сдержать ликования: я действительно нравлюсь ему. Очень нравлюсь…

* * *

Библиотека замка оказалась огромной, холодной, но довольно-таки пустой. Я удивилась, потому что не в пример ей заброшенная библиотека в башне была гораздо больше набита свитками и книгами.

Людвиг зажег несколько факелов и развесил их на стенах. После этого удалился в дальний конец помещения, затерявшись среди немногочисленных стеллажей в поисках нужной карты, я же почувствовала, как на затылке шевелятся волосы.

Линда ожила!

Образ девушки — полупрозрачный и тусклый — соткался передо мной весьма стремительно.

— Я здесь не одна! — прошептала я испуганно. — Тебе лучше не появляться так открыто!

— Знаю, — ответил дух замка. — Но я должна сказать кое-что очень важное. Проклятье действует циклично. Сейчас оно в разгаре — набирает силу. Где-то через неделю оно начнет ослабевать. И жители замка где-то на месяц почувствуют облегчение. Но за эту неделю может произойти что угодно. Мы можем потерять немало людей убитыми. Поэтому я должна знать: что ты решила, Хозяйка?

— Почему Хозяйка? — уточнила я наконец. — Почему вы называете меня так?

— Я смогла призвать твою душу, потому что ты нам… родная. Подозреваю, что твоя душа в далеком прошлом, возможно, в иной жизни была частью рода Ларитэ. В тебе есть сила, которая превосходит силу колдуна, наславшего проклятье. Скажи же мне: что ты решила?

Я громко сглотнула, осознавая, что решение действительно уже принято, но то, что поведала Линда, ошеломляло. Значит… этот мир когда-то мог быть моим??? Невероятно!!!

— Я согласна… помочь вам! — выдохнула с трудом, чувствуя, как от волнения начинает болит голова. Всё, я сделала это! Сказала! Теперь пути назад нет!!!

Закрыла глаза, пытаясь победить вдруг накатившую дурноту, но в тот же миг моего лица коснулись чьи-то руки.

Я стремительно открыла глаза и увидела перед собой Людвига, который смотрел на меня с большим волнением. Кончики его пальцев скользили по моей скуле с нежностью прикосновения бабочки. Линды уже не было.

— Тебе нехорошо… Инга?

В груди разлилось трепетное теплое чувство. Людвиг впервые назвал меня по имени!

— Да, немного… — пробормотала я, ощущая, что из головы вышибает всё то важное, о чём стоило думать сейчас. — Вы нашли план?

— Нашел… — ответил княжич и нехотя отступил. В его глазах всё ярче разгорался огонь, который я увидела вчера вечером перед нашим поцелуем, но Людвиг боролся с ним. Явно боролся, потому что стряхнул с себя ненужные эмоции и развернул передо мной потрёпанный лист бумаги.

Карта была старой, и я удивилась, как она вообще ещё не рассыпалась в его руках.

План замка был нарисован весьма схематично, надписи были довольно корявыми и почти нечитаемыми. Но я сразу же узнала то место, в центре которого увидела во сне черный сгусток — сердце проклятья.

— Что находится здесь? — спросила взволнованно, указывая на помещения в центре замка, слегка смещенные вправо.

— Это усыпальница предков и алтарь… — ответил Людвиг, зачем-то осеняя себя жестом, весьма отдаленно напоминающим православный крест. — Место, запрещенное к посещению почти весь год. Мы появляемся там только на праздник — в день посещения усопших. Его празднуют в первый день весны…

Я нахмурилось. Усыпальница прямо в замке? Они здесь с ума посходили? Разве можно жить в такой близости с покойниками???

Мне стало жутко, но слабый голос Линды пробился в разум:

«Там нет покойников. Тела сжигают и развеивают по ветру. В усыпальнице хранятся памятные таблички и личные вещи предков. Но там действительно легче творить магию. Скорее всего, проклятье действительно начинается оттуда…»

Линда замолчала, а я задумалась.

До весны ещё две-три недели. А люди умирать могут уже сегодня…

— Пойдёмте обратно… — произнесла я, выдыхая. — Мне нужно подумать.

Людвиг послушно кивнул. А он действительно отличный парень, когда не считает тебя врагом. Адекватный, спокойный, очень милый…

Я проследила за тем, как бережно он свернул карту и спрятал ее в кожаный тубус. Длинные аристократические пальцы в несознательном жесте погладили гладкие бока футляра. В моей груди невольно усилилось волнение, когда я представила, как эти пальцы снова прикасаются ко мне. Вспыхнули кончики ушей, захотелось сжаться и отвернуться, чтобы парень не увидел моей откровенной вспышки влечения.

Но он увидел. Резко поднял взгляд, и наши глаза встретились. Людвиг легко считал выражение моего лица, и тубус неожиданно выскользнул из его рук…