Глава 34 · Обвинитель…

Оказалось, что прибыл не только принц, но и соседи рода Ларитэ — многочисленные благородные фамилии, которые входили в зал с неизменным царственным величием. Нас с Людвигом усадили в непосредственной близости от неприятного принца, причем, мне досталось место прямо рядом с ним, что не могло не нервировать.

Однако я очень внимательно следила за выражением собственного лица и сдерживала эмоции.

Линда зарылась мне в волосы бледным огоньком и тонко улавливала мое состояние.

«Всё хорошо, Хозяйка, — шептала она ласково. — Принц сам по себе не опасен. Он бабник и пройдоха, но не жесток и не одержим. Просто потерпите…»

А я гадала, почему меня настойчиво обуревает тревога, словно должно случиться что-то крайне нехорошее.

Мысленно спросила об этом у Линды. Та призадумалась.

«Простите, — произнесла она наконец, — но я ничего особенного не чувствую. Темных и злых намерений вокруг полно. Они витают в воздухе, как стаи птиц. Их принесли все эти многочисленные гости. А мрачного рока я не вижу…»

«Спасибо, — ответила я ей. — Не могу объяснить, просто… у меня ощущение, что чья-то ненависть прожигает мне душу…»

«Ты великий маг, Хозяйка… — улыбнулась Линда. — Ты видишь глубже и дальше, чем я…»

Мне были приятны ее слова, но… настолько всесильной я себя не чувствовала. Однако, прислушавшись к странным ощущениям, я вдруг поняла, что к этой ненависти примешивается и какое-то злое торжество. А вот это уже нехороший звоночек!

Осторожно оглядела сидящих неподалеку людей, но в этот момент чужая липкая рука накрыла мою ладонь, и меня передернуло.

Принц! Как он дотянулся вообще???

Посмотрела на ухмыляющуюся физиономию и попыталась освободить руку. Его Высочество нехотя отпустил, а сам наклонился ближе и спросил:

— Я слышал, что вы очень могущественная знахарка, моя леди! Потрясающе! Всегда считал, что ведуньями и знахарками бывают только морщинистые старухи, а тут… просто изумруд! Алмаз — редкостный, прекрасный, достойный занять центральное место в короне королевского рода!

Я вытаращилась на него с изумлением: это намек на то, что принц был бы не против присвоить меня себе? Вот это поворот!

Впрочем, я давно уже замечала, что местные мужчины от меня без ума. Оказалось, что королевский отпрыск не исключение.

Но вот меня это ни капли не обрадовало. Теперь я понимала, что красота — это далеко не то счастье, о котором следует мечтать…

— Вы очень добры… — пробормотала я, опуская глаза и пряча свое отвращение.

К счастью, по залу потянулись вереницы слуг, несущие многочисленные блюда с ароматными яствами, и внимание высочества отвлеклось на них.

Он быстро переключился на князя и начал выспрашивать его о чем-то, мне недоступном, а я с облегчением выдохнула. Людвиг поймал мою руку под столом и легонько сжал.

— Ничего не бойся, — прошептал он с мягкой улыбкой. — Я защищу тебя!

Честно говоря, я удивилась. Что-то поблескивало в его взгляде такое… необычное. Торжество, уверенность, сила? Что он имел в виду, говоря эти слова?

Слуга протиснулся между нами, расставляя тарелки в этой стороне стола. Я с изумлением заметила несколько глиняных пиал с горками квашеной капусты и усмехнулась. Все-таки Дафна отчаянная женщина. Как только она увидела, что это замечательное блюдо приносит так много пользы, то совершила просто революцию, заставив всех в замке есть его буквально трижды в день. Отличная мастерица! Я искренне оценила ее умения и больше не вспоминала о той неприязни и даже войне, что существовала между нами вначале.

Принц тоже обратил внимание на непривычное блюдо и, похоже, решил его попробовать.

Когда слуги подали ему ногу зажаренного поросенка, он придвинул к себе капусту и подцепил пучок узкой вилкой.

Но не успел поднести ко рту, как неподалеку раздался крик:

— Ваше Высочество! Постойте!

Вилка замерла на полпути, а на лице Генриха появилось недовольное выражение. Похоже, он был большим любителем поесть, что было заметно по его округлому брюшку, поэтому очень ревностно относился к принятию пищи.

Я тоже обернулась на крик. За соседним столом на ноги поднялся… лекарь. Да, да, тот самый любитель навоза и ревностный почитатель убийственных традиций. Я до сих пор не могла запомнить его имени. Впрочем, зачем оно мне?..

Когда я заглянула ему в лицо, по телу тут же пробежалась удушливая волна страха. Всего на мгновение, но меня действительно окутало весьма неуютное ощущение, потому что я нашла источник своего интуитивного беспокойства. Именно этот неадекватный человек нёс на себе печать ненависти и злорадного торжества! Именно он что-то задумал!

Я непроизвольно дёрнулась, словно порываясь подняться и заткнуть ему рот, но Людвиг сильнее сжал мою ладонь. Я посмотрела на него с недоумением и увидела в его глазах… ещё больше уверенности. Он что-то знал! Знал то, что мне было неведомо!

Это так удивляло! Я привыкла, что все самые страшные и скрытые тайны в этом замке открываются именно мне, но сейчас, похоже, что-то обошло меня стороной…

— Ваше Высочество, — лекарь вышел из-за стола в центр зала и подобострастно поклонился. — Позвольте мне проверить это блюдо! У меня есть подозрения, что оно отравлено!!!

Что???

По рядам гостей пробежал испуганный гомон. Многие побросали свои приборы, и воздух наполнился ещё и беспорядочным звоном посуды. Принц отчетливо побледнел, но быстро взял себя в руки и отложил вилку с нанизанной на нее капустой. Согласно кивнул, стараясь выглядеть невозмутимым, но в глубине его глаз начало рождаться что-то жесткое и страшное. Кажется, вот-вот проснется вулкан, который может стать опасным для рода Ларитэ!

Лекарь подошел вплотную и вынул из-за пазухи кусок светлой ткани. Оттуда он выудил длинную и толстую иглу, блеснувшую во свете канделябров серебром, и медленно опустил её в блюдо с квашенной капустой.

Мне вспомнились многочисленные азиатские сериалы, в которых древние китайские лекари проделывали то же самое. Серебро темнело при соприкосновении с ядами. Похоже… лекарь решил меня подставить!

Осознание этого ужасом затопило душу. Не ожидая подобного коварства, я не была готова к последствиям, но рука Людвига, сжимающая мою, казалась оплотом покоя и сил.

Опущенная в капусту игла вызвала жуткое напряжение в зале. Стихли разговоры и даже дыхание, и лишь лекарь в один миг странно дрогнул, когда изогнутая игла осталась такой же светлой и блестящей, как и прежде.

Я почувствовала невероятное облегчение, а вот мужчина отчётливо побледнел.

— Простите… — пробормотал он. — Я… ошибся! Блюдо совершенно безопасно.

И начал пятиться назад, но в этот момент словно из-под земли выскочил мой недавний пациент — парень по имени Лех. Он посмотрел на окружающих весьма воинственно, сделал легкий и несколько неуклюжий поклон, после чего произнес:

— Господин, — обратился он сперва к князю Ригу, а потом и к принцу, — Ваше Высочество! Заявляю, что этот человек, — он указал на дрожащего лекаря, — пытался отравить это блюдо, чтобы навредить вам и роду Ларитэ!

Окружающие ахнули. Лекарь побледнел так сильно, что стал похож на живого мертвеца. Но через пару мгновений он отмер и в буквально смысле заверещал:

— Это чудовищная ложь!!! Она, — он ткнул в меня корявым пальцем, — это она хотела уничтожить всех нас! Гнусная ведьма, которая убивает жителей замка! Она ослепила нашего дорого княжича, устроила пожар и собралась прыгнуть в постель Его Высочества!!!

По толпе гостей прокатился очередной шокированный возглас. Принц ошеломлённо уставился на меня, как и все остальные в помещении. Рука Людвига, сжимающая мою, дрогнула, и я увидела, что он отчаянно борется с клокочущей внутри яростью, направленной на моего обвинителя, но всё равно сдерживает себя.

— Лекарь лжет, господин! — обратился невозмутимый Лех к князю Ларитэ. — Я лично был свидетелем того, как он пробрался в кухонную кладовку ночью и всыпал в бочку с квашеной капустой белый порошок! Кухарка Дафна опознала его: это был крысиный яд!

— У тебя нет доказательств, жалкий выкормыш собаки! — негодуя, бросил лекарь, решивший, похоже, вплести в свои показания мнимый лекарский авторитет. — И что значит слово какого-то там стражника против слова уважаемого ученого-лекаря с потомственными знаниями протяженностью в тысячи лет???

— Я тоже видела! — из толпы выступила Глашка. Ее лицо пылало густым румянцем волнения. — Я тоже всё видела своими глазами.

Князь Ларитэ хмуро сдвинул брови:

— Что вы делали в кладовой ночью? — уточнил он, но не сурово, как могло показаться, а просто весьма напряженно. Сложившаяся ситуация просто убивала его, судя по посеревшему лицу.

Лех и Глашка смутились, но через мгновение стражник твёрдо произнес:

— В ту ночь я пригласил… деву моего сердца поговорить и сделал ей предложение, — он с нежностью покосился на племянницу кухарки. — Она вы́ходила меня во время болезни и была мне опорой в трудные времена, поэтому мы встретились там именно для этого. Я едва успел надеть на ее палец колечко, как вдруг в кладовую вошел лекарь, и далее произошло то, о чем мы вам сообщили. Я сразу же разбудил Дафну, и мы быстро выбросили отправленную капусту вместе с бочонком. Той же ночью мы собрали всех девушек и нарезали блюдо заново, чтобы оно приготовилось к моменту пира. Так что у нас очень много свидетелей преступления!

Слова Леха прозвучали весомо, и взгляды всех присутствующих устремились на посиневшего от страха лекаря. Раздраженный принц нервно постукивал пальцами по столу, но вмешиваться пока не пытался.

— Ложь! — просипел мужчина, оказавшийся загнанным в угол. — Вас всех околдовала ведьма! Вы слепцы!!!

И тут вдруг подал голос Людвиг. Он отпустил мою руку и вышел вперед, подзывая одного из своих солдат.

— Отец, Ваше Высочество, сегодня утром мы обыскали комнату лекаря и нашли там вот это…

Солдат разложил прямо на полу сверток. Когда его раскрыли, я увидела множество бутылок и склянок с непонятным содержимым, но где-то в самой глубине моего естества снова проснулась прежняя Инга, и я начала понимать предназначения некоторых из них. Порошки от боли, от бессонницы, откровенные яды, а также… нет, не может быть… целая связка амулетов из сплетенных воедино стеблей и перьев. Колдовские приспособы! Наверняка, и знакомая по прошлым событиям «стинха» где-то здесь…

В один миг мне стало понятно, где именно Дафна приобрела эту гадость, когда пыталась меня подставить! Значит, лекарь давно промышляет запрещенными веществами!!!

То, что в свертке были колдовские предметы, поняли не все, но Людвиг любезно окружающим объяснил. После этого вину лекаря доказывать уже было не нужно.

Князь с трудом поднялся на ноги и приказал немедленно схватить его. Визжащего в слепом отчаянии мужчину увели солдаты, а в помещении повисла ошеломлённо-тягостная тишина…

Что же на это скажет принц Генрих?