Глава 16

Альвинора стойко грызла гранит науки и с нетерпением ждала того светлого дня, когда они с архимагистром отправятся добывать необходимые компоненты для универсального защитного артефакта. Тогда она, наконец, сможет нормально выходить из академии и перестанет бояться каждого шороха. Аркент’тар снова проводил ритуал истончения, и Аль поймала себя на том, что каждая такая процедура будто отрывает у неё часть души. Нет, нужно окончательно разорвать эту проклятую связь, а дальше… будь что будет.

Когда в конце зимы Тёмный позвал её в кабинет и сказал готовиться к путешествию, сердце пустилось вскачь от радости и нетерпения.

— В первый день весны мы должны уже быть на месте, поэтому отправимся на несколько дней раньше, — постановил он.

— А почему именно в это время? — Аль была полна интереса.

— Цветок кариллиса растёт в Заповедном лесу Фертинии и расцетает раз в десять лет, в ночь первого дня весны. Нам нужны его лепестки и пыльца. Если пропустим момент…

— Я поняла. Получается, вы ваш артефакт сделали десять лет назад, когда цветок распускался предыдущий раз? Или ещё раньше?

— Нет, не раньше. Это произошло десять лет назад, как раз перед основанием нашей Тиарской академии, — декан задумчиво поглаживал пальцами камень на серёжке. — Есть несколько вариантов изготовления подобных артефактов, у каждого свой «рецепт» и набор составляющих. Мне удалось выяснить именно этот, он мало кому известен. Надеюсь, мне не нужно вам рассказывать, что достать необходимые составляющие удаётся далеко не всем желающим, а попытки некоторых смельчаков сводят их в могилу?

Аль кивнула:

— Оно и понятно, иначе с подобными «украшениями» разгуливали бы все кому не лень.

— Именно, — подтвердил наставник. — Признаюсь, мне было нелегко собрать нужные компоненты, но оно того стоило. Пятнадцать лет назад я едва не погиб именно потому, что у меня ещё не было артефакта. Это было покушение на членов королевской семьи. Линнское королевство тогда потеряло королеву, а ваша новая подруга лишь чудом осталась жива.

— Чудом? Или ценой вашего здоровья? — отчего-то спросила Аль, совершенно не понимая, почему в голову пришло нечто подобное.

— Ха-х, моя кровь в вашем теле порою подсказывает вам то, о чём я не хотел бы особо распространяться… Но да, если не вдаваться в подробности, вы правы, именно я её спас. А вот королеву спасти не сумел… не успел.

И такая щемящая тоска в этот момент заполонила грудь Альвиноры, что в уголках глаз появились слёзы. Жгучее чувство вины, злость на себя, ярость и раздражение… Её накрыло теми эмоциями, которые сейчас испытывал Тёмный, все его переживания отразились в ней, как в зеркале. О Светлейший, жить столько лет с такими чувствами, обвинять себя в том, что не смог спасти всех, кого хотел…

— А принцесса Эвилина… Она знает, что обязана вам жизнью? — голос Аль поневоле дрогнул.

— Уже знает, декан Солис рассказал, хотя я и просил его не распространяться на эту тему, — дроу развернул какой-то свиток, мельком пробежал глазами и развернул следующий. — Хотя с тех пор она перестала ёрничать и пытаться мне хамить, так что определённые плюсы в его говорливости всё же есть.

— Да, я тоже заметила, что она изменилась. Стала спокойнее, не такой агрессивной и безрассудной.

— Думаю, дружба с вами поможет ей и дальше держать себя в руках и не переступать черту, — тёмный эльф поднял на Альвинору глаза, а потом снова погрузился в созерцание написанного. — Принцесса хоть и выросла в роскоши среди множества слуг, но по сути очень одинока. Если вы поддержите её и станете доброй наперстницей, Линнский престол займёт достойная королева, а не беспокойный и неуравновешенный подросток. Главное, не поддавайтесь на её провокации и не ввязывайтесь в сомнительные предприятия, а то пропадать вам на совместных отработках до самого окончания академии, — его губы дрогнули в намёке на улыбку. — Вы знаете, я на подобные «развлечения» не поскуплюсь.

— Спасибо, не надо, мне и прошлых отработок хватило с головой, — поморщилась Аль.

— Вот и замечательно. Тогда будьте готовы к нашему рискованному предприятию.

— Рискованному?

— Весьма и весьма рискованному, — кивнул наставник. — Потому что… увы, обратно мы можем и не вернуться… или вернуться не совсем здоровыми. Вы же не думаете, что обитатели Заповедного леса легко пускают к себе незванных гостей и так просто расстаются со столь ценными растениями? Сам по себе цветок кариллиса способен излечить смертельные раны. Но в этом случае его уже не используешь для изготовления артефакта, поэтому придётся действовать с максимальной осторожностью и постараться избежать ранений или хотя бы свести их к минимуму.

— А обитатели Заповедного леса… Они очень страшные? — Альвинора старалась не думать о всяких жутях, оно само думалось.

Улыбка архимагистра погасла:

— Там много разных созданий, страшных и не очень, однако нам с вами придётся иметь дело с хозяевами леса, корнвингами. И ваш дар Восприятия может оказаться очень полезным, чтобы найти с ними общий язык. Мне в прошлый раз пришлось несладко, да и дважды в одни руки они кариллис не отдают.

О-о-о, если дело касается корнвингов, то придётся изрядно попотеть. Эти крылатые единороги очень горды и умеют читать в душах людей. Кто приходит к ним со злым умыслом или корыстью, как и сказал декан, обратно не возвращается.

— Другими словами, раз вы в прошлый раз цветок уже получили, то если мне не удастся сорвать свой, значит… всё, мы проделаем весь путь зря? — оптимизма от предстоящего путешествия поубавилось.

— И это тоже. А ещё… — он отложил свиток. — Цветок каждый раз распускается в разных местах, поэтому, кроме всего прочего, нам предстоит не только договариваться с корнвингами, но и обнаружить растение, пока время его цветения не прошло, и при этом никому не попасть в зубы. Потому что дожить до следующего цветения у нас с вами шансов не так уж много, ибо носить один защитный артефакт на двоих, как мы делаем сейчас, слишком рискованно и самонадеянно.

— Я всё поняла. Буду относиться к нашим тренировкам с ещё большей серьёзностью, ведь времени до отъезда совсем мало, — Аль мысленно уже планировала, чем именно стоит заняться в первую очередь, и, разумеется, решила подналечь на полёты без использования браслета-артефакта.

— Я давно уже понял, что мне досталась весьма разумная подопечная, — губы наставника снова озарила слегка ироничная улыбка. — Идёмте, поработаем над вашими слабыми сторонами. И заодно я немного расскажу о весьма экзотическом месте под названием «Заповедный лес» и о его, как я уже упоминал, далеко не всегда безобидных обитателях.

Альвинора пребывала в нетерпении и волнении и считала дни до начала весны. Она и сама не до конца понимала, что больше разгоняло по жилам кровь: шанс заполучить собственный универсальный защитный артефакт или предстоящее путешествие наедине с архимагистром.

Символично, что цветение кариллиса выпадает на Новый год. Первый день весны, он же первый день нового года, символизирует новое начало… и да, шанс заполучить цветок и перестать бояться каждой тени. Дорога туда-обратно займёт несколько дней (при условии успешного возвращения, конечно), два из которых выпадут на выходные, а остальные — на новогодние каникулы, когда у адептов будет целая неделя на отдых и возможность повидаться с семьями. Так что в академии отсутствия Тёмного и его подопечной никто и не заметит.

Пока была возможность, Аль на полную пользовалась отлучками Лелии, которая почти всё свободное время проводила с Вином, и читала Пушистика. Ох, сколько в этой уникальной книженции нашлось всякой полезной (и далеко не всегда законной) всячины!

Заклятие подчинения, которое учат курсе так на пятом, если не в магистратуре. Заклинание мгновенного облысения (очень действенно против стервозных и подлых соперниц, не гнушающихся зловредными чарами). Магия временной трансформации, чтобы обращать недругов в неведомых зверушек. Чесоточные чары, чтобы враг чесался несколько часов без остановки. Заклятие для слабости желудка, чтобы заставить недруга просидеть в кустах не меньше половины дня, мучаясь животом. И это только первые двадцать страниц! Определённо, пока Аркент’тар не забрал его обратно, Пушистик будет у Альвиноры любимой настольной книгой.

Однако веселье весельем, но чем ближе была заветная дата, тем сильнее сжималось у Аль сердце. Ну сколько ещё ждать? Как всё пройдёт? Она старалась не думать о плохом и полностью выкладывалась на занятиях и тренировках, но по ночам навязчивые мысли не давали покоя.

— Что с тобой? — сощурился Логан.

«Что ж ты такой проницательный?!»

— Ничего такого, — отмахнулась она, на ходу придумывая самое достоверное объяснение своему взмыленному состоянию. — Просто Новый год один из моих любимых праздников. Мы, природники, чтим приход весны, когда зима уступает свои права и отзывает холода, позволяя земле и растениям возродиться к жизни.

Некромант объяснением удовлетворился, хотя продолжал поглядывать на Аль с подозрением. Ну, меньшего от него ожидать и не приходится.

Наконец утром за три дня до наступления Нового года наставник, вызвав Аль в свой кабинет, провозгласил:

— Что ж, настал момент, которого мы с вами так долго ждали. Сегодня последний день занятий перед каникулами. Проведите его с толком, а потом отправляйтесь собираться: берите только самое необходимое, и, разумеется, как можно больше артефактов и накопителей. Ночью мы покинем стены академии.

— Ночью? Не утром? — озадачилась Аль.

— Нет, именно ночью, так будет безопаснее. Поэтому, когда соберётесь, мы отправимся в «Комнату отдыха» и вы вдоволь выспитесь. Боюсь, во время путешествия полноценный сон может оказаться для нас слишком большой роскошью.

— А как быть с Лелией и Диаром? Сказать, что я еду домой?

— В этом случае он захочет отправиться с вами, — возразил декан. — Адептке Яртрэ и своему растительному другу намекнёте, что я вас очередной раз наказал и что в качестве отработки вы едете со мной за первыми весенними травами для зелий.

— Хорошее объяснение. Уж на отработку со мной он точно не захочет, — усмехнулась Альвинора. — Хотя всё равно может обидеться, ему только дай повод.

«Эх, как в воду глядела…» — с досадой вздохнула Аль, защитив барабанные перепонки заклинанием.

— Я знал, знал, что ты меня бро-оси-ишь, — что есть мочи голосил Диар.

— Да не бросаю я тебя, — закатила глаза Альвинора, продолжая собирать вещи.

— Слушай, уймись уже, а, — шикнула на него Лелия. — Ты привлекаешь слишком много внимания, сейчас сюда пол-этажа сбежится.

— Но как же… — всхлипнул он и посмотрел огромными заплаканными глазами. — Ежели её отпущу, а она не вернётся…

Скримм согласно пискнул и, лупая глазёнками, закивал, поддерживая друга. Ну вот, ещё один сомневающийся…

— Это кто тут не вернётся? — строго спросила Альвинора. — Ты мне дорогу не заговаривай и беду не накликивай.

— И ничегошеньки я не накликиваю, — обиделся цветочек. — Куды, ну куды Его Темнейшество тащит тебя на энтот раз? Я, вона, волнуюсь за неё, а она… Да как ты с отцом-то названым разговариваешь?!

— Слушай, отец, ты в свою дочку хоть немного веришь?

— Ну верю. Но там же… а вдруг там жути всякие зубастые? Вы кожного раза полуживые возвращаетесь.

— Сам же сказал, что веришь. Вот и верь! И в меня, и в архимагистра, — Альвинора взяла Диара в руки и отёрла его слёзы. — Ты же знаешь, какой наш Аркент’тар сильный. Он точно никому не даст меня в обиду.

— Энто да, он не даст. Самец же! — шмыгнул носом цветочный друг и сморгнул остатки слёз. — Смотрите мне, чтобы вернулись…

— Светлейший, да мы просто едем собирать травы, ну что с нами случится, а?

Хоть Аль и говорила с полной уверенностью, но на самом деле волновалась не меньше Диара. С корнвингами поладить очень сложно, она встретит их впервые и совсем не уверена, что найдёт общий язык. А вдруг они заподозрят их в корысти, попрекнут, что один цветок уже разрешили забрать и второй отдавать не захотят?

— Ну что, попрощались с друзьями? — встретил её дроу возле библиотеки. — Не волнуйтесь, когда адептка Яртрэ уедет домой, магистр Трэлис не даст скучать Диару: он отметит праздник как подобает, — архимагистр препроводил Альвинору в «Закрытую секцию».

— А кто-нибудь из магистров знает, куда и зачем мы едем? — она отложила сумку и устроилась на кушетке, готовясь вздремнуть.

— Об истинной цели нашего путешествия известно лишь ректору, а для остальных мы едем за ценными травами, — декан занял соседнюю кушетку. — Я редко беру кого-то с собой, но вы же одна из лучших моих учениц, так что заслужили такую честь.

— А Логана брали в своё время? — она глянула на Тёмного с любопытством.

— Брал. И… замечательно, что у вас с ним сложились хорошие отношения, только…

— Только…?

— Вы же умеете отличать дружбу от чего-то другого, более… — он сделал неопределённый жест, — глубокого?

— Очень надеюсь, что да, — пробормотала Аль, старательно отгоняя от себя мысли, что высказывание наставника подозрительно напоминало… ревность.

— Да, хочу вас обрадовать: если благополучно справимся с миссией, то уже очень скоро, ещё до турнира, сможем провести ритуал извлечения: я почти закончил приготовления, — обнадёжил архимагистр. — Как я уже говорил, нам нужно поскорее разорвать связь и… оценить наши настоящие чувства.

Сердце Аль застучало сильнее:

— Боюсь, мне будет всего этого не хватать. Ну, нашей с вами взаимочувствительности, хотя временами это очень сложно, а порою даже мучительно.

— Но ведь настоящее всегда лучше, чем выдуманное, разве нет? — тёмный эльф заклинанием набросил на Альвинору плед. — Кстати, не могу не отметить, что ваши зелья стали ещё лучше, чем раньше. Магистр Трэлис информирует меня о ваших результатах, и я безмерно рад, что вы с ней хорошо сработались и наши с вами уроки в этой области дают свои плоды. А теперь отдыхайте.

Аль послушно прикрыла веки и подумала, что если бы было возможно, то с огромным удовольствием писала бы диплом у Аркент’тара, потому что он для неё стал особенным. И хотелось верить, что между ними всё останется по-прежнему и никакой ритуал не разрушит то, что успело (ведь успело же?) возникнуть.