Глава 26

– Что это, Рустам? Аборт?! Молю тебя, скажи, что бумаги не Киры! Но муж безмолвно застыл посреди комнаты, потрясенно глядя на меня. В его глазах плескался неподдельный ужас. Губы беззвучно шевелились, да так и не смогли выдавить ни единого слова… Я с криком кинулась на него. Молотила кулаками куда придется, не разбирая, – по груди, по плечам, по лицу. Слезы душили, мешали дышать, но я все колошматила и колошматила обмякшего Рустама, вымещая скопившиеся страх и ярость. – Звони своей драгоценной Вике ещё раз! – Да уже раз тридцать звонил! Связи нет! Ни черта не понимаю… Рустам нервно взъерошил волосы и с мольбой посмотрел на меня: – Вика никогда бы так не сделала, она не такая! Да что ты заладил – Вика, Вика! Как он смеет защищать суку после всего, что она натворила? Сделав над собой титаническое усилие, я глубоко вдохнула и постаралась взять себя в руки. Сейчас главное – сохранять хладнокровие и придумать план. Рустам, потоптался на месте с виноватым видом и вдруг ломанулся на кухню. Вернулся оттуда со стаканом воды. – Выпей. И это… Главное верить в лучшее! Плохое притягивает плохое, а хорошее… Я с трудом подавила желание от души приложить Рустама чем-нибудь тяжелым. Вовремя увидела растерянную Лилю, сжавшуюся в комочек среди разбросанных вещей Киры, и сдержалась. Из последних сил, но сдержалась. Опустилась в кресло, обхватив гудящую голову руками. Лиля тут же подскочила ко мне, обняла за шею. Начала гладить по спине, бормоча что-то утешительное. Мысли из хаотичного месива собрались в некое подобие плана. Так, Нина, возьми себя в руки. Надо действовать – и побыстрее! Каждая минута на счету. Схватив телефон, я принялась судорожно названивать подружкам Киры и просто знакомым. Одногруппникам, приятельницам с фитнеса, даже просто знакомым… Никто ничего путного сказать не мог. Все в один голос твердили, что давно Киру не видели, не общались. Следующий на очереди был номер Юли. Я набрала его, уже практически потеряв все надежды… Гудок, второй, третий… Ну давай же, возьми трубку! – Але… – раздался наконец сонный голос. – Юленька, беда у нас! – затараторила я, от избытка чувств. – Кира пропала! Умоляю, расскажи все, что знаешь! Любую мелочь, любой намёк! На том конце провода воцарилось гнетущее молчание. Я нутром чуяла – Юля что-то скрывает. Мнется, юлит. Выдерживает длительные паузы и вздыхает. – Юля, пожалуйста! Не тяни, ради всего святого! Я места себе не нахожу. Кира твоя лучшая подруга, ты обязана помочь! Маслова тяжко вздохнула и пробубнила: – Ох, тёть Нин, если бы вы знали… Я пыталась её отговорить! Так и сказала – Кир, брось ты эту затею, добром не кончится. А она уперлась – я уже взрослая, сама разберусь. Слушать ничего не хотела! – Постой… Ты вообще про что? – нахмурилась я, чуя неладное, и быстро нажала кнопку «запись вызова». Пригодится для полиции. Юлька прерывисто задышала в трубку: – Кира просила не говорить никому… Она мне случайно проболталась! Она звонила вчера и хвасталась, что… что её шейх к себе на вечеринку позвал. – Какой ещё шейх?! Комната покрылась тёмными пятнами и пальцы, сжимающие телефон, онемели. Только слышала, как шумит в ушах и отнимается всё тело. – В Эмираты… Она полетела в Дубай. За границу. Меня будто парализовало ужасом – не пошевелиться, не продохнуть! Рустам тоже уловил неладное. Подскочил ко мне, с тревогой вглядываясь в моё перекошенное лицо. Жестами показал – мол, включай громкую связь! Я трясущейся рукой ткнула в кнопку и продолжила лихорадочно ловить ртом воздух. А Маслова все щебетала, щебетала… – Я пыталась её остановить! Но Киру будто подменили! Как с цепи сорвалась. Дескать, ты, Юлька, ничего не понимаешь. Меня, может, судьба за руку ведет! Вот приеду в Дубай, там принц меня и заприметит. И все, прощай нищета! Каждый день платья-драгоценности-лимузины… Она вообще другая стала. Я боюсь за неё! Она одна полетела, с этой… Викой. Заверила, всего на пару дней, если ничего не выйдет. Туда и обратно! Никто не узнает. Зато будет контент топовый. Я зажала рот ладонью, судорожно глотая подступившие рыдания. Рустам сжал кулаки так, что побелели костяшки. Похоже, он только сейчас начал осознавать весь масштаб грядущей катастрофы. – Расскажи всё, всё, что знаешь, в подробностях! Какой аэропорт? Когда вылет? Может ещё успеем… – Да вроде с утра они стартануть должны были, – подумав, ответила Маслова. – Ну, то есть сегодня. – Скажи ещё, пожалуйста, а Кира что-то рассказывала о беременности… Она была беременна?? – Ой, – смущённо пискнула Юля, – беременна? Блин даже не знаю, ничего не говорила, хотя мы всякие проблемы обсуждали, она со мной всем делилась по телефону, даже несмотря на то, что эта мерзкая Вика запрещала нам общаться, мы общались. Я думаю вряд ли, она бы сказала… Вообще, Кира ещё девственница. Мы обещали друг другу признаться, если у нас появится… если мы… ну вы понимаете! – Спасибо, Юлечка! Спасибо! Боже, пусть всё будет так! Хоть какая-то светлая надежда появилась… – Я поняла, – выдохнула, – будут новости – сообщу! Мы сейчас немедленно звоним в полицию и едем в аэропорт. Попробуем там перехватить… Одним глазом, следя за временем записи диктофона, я покосилась на Рустама. Бывший уткнулся в дисплей. Вдруг окаменел, уставившись в экран. Его скулы заходили желваками, лицо позеленело, а потом и вовсе сделалось белее полотна. Зашипев что-то нечленораздельное, пулей вылетел в соседнюю комнату. Наспех попрощавшись с Юлей, я рванула за Рустамом – а тот уже метался по комнате, то и дело прикладывая трубку к уху. Бубнил что-то, жестикулировал, чуть ли не подвывал от бессилия. Мне вдруг нестерпимо захотелось вцепиться ему в горло. Удавить собственными руками, и будь что будет! – Рустам, запомни! Если с Кирой хоть что-нибудь случится… Если хоть волос упадет с её головы! Клянусь, ты за всё ответишь. Твоя никчёмная жизнь превратиться в ад! Ты у меня сгниешь за решеткой, понял? Ты, и только ты будешь виноват! Не уберег, не досмотрел… Голос сорвался. Я закусила губу, с трудом сглатывая колючий ком в горле. – В общем, молись, Довлатов. Молись, чтобы дочь ещё не села в самолет. И чтобы твоя подстилка не втянула её во что похуже! – Нина… – просипел вдруг, глядя на меня совершенно безумными глазами. – Меня… Меня обокрали, Нин! Со счета все деньги сняли! Это были мошенники. Моё наследство… Всё пропало! Я в два шага преодолела разделяющее нас расстояние. Схватила Рустама за ворот рубашки, с силой встряхнула, приводя в чувство: – Да плевать я хотела на твои деньги, идиот! Очнись, ребенка нашего найти надо! Быстро, я сказала, звони в полицию! Поднимай связи! Ты должен их остановить! Но муж будто мои слова не слышал. Все бубнил, стуча зубами: – Быть того не может… Ноль на счету, Нин! Круглый ноль, понимаешь? Как такое вышло вообще… – Что ты удивляешься Рустам? Тебе надо дать премию неудачник года! Лучший из худших! Может хоть сейчас до тебя допрёт, что это всё сделала твоя шалава! Вика тебя обчистила, завербовала нашу дочь и увезла её за границу. Продаст в бордель… * * *– Быстрее, быстрее! Что за черепаший темп?! Нам нельзя опаздывать! Я нервно терзала ремень безопасности, устремив безумный взгляд на дорогу. Водитель лишь лениво покосился в зеркало заднего вида и промолчал. – Побыстрее, ну пожалуйста! – взмолилась, упираясь взглядом в ссутуленную спину таксиста. – У нас чрезвычайная ситуация! На счету каждая минута! Я вам доплачу! – Я ж объясняю, пробка впереди, – буркнул тот со снисходительной ленцой. – Нашли тут, тоже мне, шумахера, это ж не кино! Рустам сидел рядом, прижав к уху телефон, и что-то азартно тарахтел, перебрасываясь ругательствами со службой поддержки банка. Меня просто разрывало от злости. – Ну что ты сидишь как воды в рот набрал?! – повернулась к нему, вложив в голос все накопившееся отчаяние. – Хоть как-то повлияй на ситуацию! Будь мужчиной! Рустам только помахал свободной рукой, сохраняя ледяное спокойствие. Зеленый, будто тухлая водоросль, он думал сейчас только о своих деньгах. – Подожди пока, не мешай, – процедил недовольно. – Отставить панику! Мы уже скоро будем в аэропорту! От такого пофигизма у меня чуть пар из ушей не повалил. – Рустам! Ты совсем уже кретин?! Он не обращал на меня ровно никакого внимания. Даже таксиста как следует попросить не мог – мужик мужика! Вот ведь безвольная размазня… Я не выдержала. Наклонилась и выхватила у Рустама телефон – тот был так ошарашен моей прытью, что несколько секунд таращился в ступоре. А я взяла и выкинула его смартфон в окно. Может хоть так он взбодрится?! И осознает, что всё происходящее, не шутки! – Стерва, с ума сошла?! – Рустам взревел как сумасшедший, багровея от ярости. – Что ты наделала?! Вылетел из машины и бросился на обочину, подбирая детали рассыпавшегося гаджета. – Быстрее, езжайте! – рявкнула я водителю. Как раз пробка рассосалась и таксист прибавил газу, когда я кинула ему на подлокотник несколько купюр. Отъехав, я обернулась. Вдалеке виднелся силуэт Рустама, пытающийся поймать другую машину. – Пошел этот ублюдок к чёрту… – вырвалось у меня сквозь стиснутые зубы. Лиля вжалась в уголок, к сожалению, наблюдая очередную перепалку между нами. Мне было безумно совестно и не по себе, вступать в конфликты с кем-то при детях, особенно с её отцом. Но он меня вывел, как никогда. Я впервые за долгое время не смогла себя контролировать, хотя по жизни была очень спокойным человеком. Чтобы вывести меня из себя – надо очень сильно постараться. Я повернулась к дочке и прижала её к себе, погладив по волосам. – Лиленька, извини. Я сама не своя от переживаний. – Я всё понимаю. Папа нехорошо поступает и он не прав! Мам, а мы успеем? Я за Киру волнуюсь… Мне её не хватает. Обещаю, я теперь никогда-никогда не буду её задирать. Её детские глазенки затуманились слезами. – Я сделаю всё возможное! Поцеловав младшую в лоб, я набрала номер полиции, дежурной части. Спустя три гудка мне ответил строгий мужской голос. – Помогите! – затараторила я, вжимаясь в трубку. – Мою дочь похитили и увезли за границу! Надо срочно остановить самолет! – Что-что? – уточнил дежурный. – Остановить самолёт?! Девушка, у вас все в порядке? Попытка помешать авиаперелету карается по… Я перебила сбивчивым потоком слов: – Пожалуйста, выслушайте! Точный рейс номер неизвестен. Моя дочь попала под влияние мошенницы и проститутки! Нужно срочно вмешаться, они могут угодить в беду! Я прошу вас, умоляю!!! На линии замолчали, но я слышала, как барабанят по клавишам. Затем жестяной голос произнес: – Девушка, сколько времени прошло с момента пропажи вашей дочери? То есть, получается, ваша дочь должна сегодня же улететь еще до полудня? – уточнил сержант. – Да! В трубке послышался тяжелый вздох. – Послушайте, – наконец произнесли с расстановкой. – Вы звоните, к сожалению, не по адресу. Мы не занимаемся такими делами. До 24 часов с момента исчезновения еще не прошло суток. Обращайтесь в полицию позже. Приезжайте в участок, напишите заявление как положено. Единственное, что мы можем сделать – связаться со службой безопасности аэропорта и запросить данные, действительно ли эти девушки прошли регистрацию на рейс. Назовите еще раз имена и личные данные… * * *Трубку просто бросили, не дослушав до конца. Отчаяние накрыло меня с головой. Вот оно, простое человеческое отношение в современных реалиях! Руки безвольно упали на колени, телефон выскользнул из вспотевших ладоней. Я сидела ошарашенная, уставившись остекленевшим взглядом в никуда. В груди растекалась ледяная пустота. Я так и знала, что полицейские отреагируют именно таким образом. Ситуация достаточно серьезная, чтобы они наконец оторвали свои ленивые задницы от уютных кресел? Нет, конечно. Как правило, берутся только за дело, когда уже совершено преступление и пролита кровь. – Что там, мамочка? – встревоженный голосок Лили вывел меня из оцепенения. – Все наладится, вот увидишь. Врала я, успокаивая скорее саму себя, чем дочь. Как тут не впадать в панику, когда события складываются, будто все силы мироздания сошлись против? Утешало только одно – неизвестно, как долго затянется регистрация на рейс, а потом ещё в запасе часы перелёта. У нас еще есть шанс вытащить её из передряги. И тут телефон ожил – входящий звонок. Высветилось имя «Валерий». – Доброе утро, Нин! – бодро произнес Романов. – Как настроение? Может встретимся сегодня вечером? Прогуляемся с детьми опять, а потом заглянем ко мне в гости. Мы с Матвеем испекли пирог, так что… – Валер, я не знаю, что делать!!! – вырвалось у меня сбивчивым потоком. – У нас беда случилась! Полиция меня послала, Рустам не рыба ни мясо, я вся на нервах! Мне так плохо… Кира бежит за границу с любовницей Рустама на какую-то вечеринку к шейху! Я боюсь, она попадет в беду и её просто продадут на панель! Их надо остановить! Пожалуйста, помоги нам! На линии повисла пауза, а затем раздались шорохи и звон ключей – похоже, Валера засуетился. – Нина, ты где? – спросил он решительно. – Я сейчас буду! – Мы едем в аэропорт! Надеюсь, успеем… – Ты можешь прислать мне фото Киры и ее паспортные данные? – Да-да, могу! У меня есть фото ее паспорта в мессенджере. Отправляю! – Хорошо, – деловито отозвался Валерий. – У меня есть пара знакомых в полиции, сейчас свяжусь и пну их как следует. Если что, готов организовать срочный вылет чартерным рейсом. Дай мне минут десять, я перезвоню! – Хорошо, жду, – выдохнула я с надеждой. Отключившись, откинула голову на спинку сидения и прикрыла веки. Господи, хоть бы все обошлось… Дыхание со свистом вырывалось из груди, мысли клубились диким хороводом. Минуты тянулись невыносимо долго. Я вздрагивала от каждого звука телефона и тут же его хватала, но это были лишь приходящие уведомления. От полиции – ни слуху ни духу, хотя они обещали связаться со службой безопасности аэропорта. Наконец машина свернула на развязку, ведущую к Домодедово. Сквозь стекло уже виднелся огромный терминал. У служебного входа сновали фигуры в униформе охранников. – Стойте! – заголосила я таксисту, разжимая пальцы на ремне безопасности. – Вы на ту стоянку не едьте, к черту ее! Сворачивайте здесь и высаживайте меня! Водитель лишь кивнул в ответ. Я отстегнула ремень, кинула водителю деньги и выпрыгнула из машины прямо на обочину. Лиля следом юркнула за мной. – Лиля, руку! – бросила на ходу, направляясь к ближайшему охраннику. – Да, мамочка… Человек в оранжевом жилете приблизился к нам. Я сбивчиво начала объяснять ему ситуацию, пытаясь не сбиться и не забыть важных деталей. Мужчина слушал, постукивая рацией о бедро, а затем решительно кивнул: – Пройдемте со мной, я сопровожу вас к начальнику смены службы авиабезопасности. Я облегченно выдохнула – похоже, зацепка наметилась. Стиснув ладошку Лили в своей руке, я пошла следом за охранником по ведущей к терминалу бетонной дорожке. Голова слегка кружилась от пережитого стресса и недосыпа. В холле аэропорта нас встретил крепкий мужчина в строгом костюме. Выслушав мой сбивчивый рассказ, он потер подбородок и сделал несколько звонков по внутренней связи. Затем коротко бросил: – Ждите здесь, я всё выясню. Мы с Лилей уселись на жесткие пластиковые стульчики. Лиля жалась ко мне, будто боясь меня потерять. А я нервно разглядывала суету вокруг, выискивая взглядом хоть какие-то признаки начавшейся спасательной операции по вызволению Киры. Но ничего не происходило – люди сновали туда-сюда по своим делам, не обращая на нас внимания. Минут через десять ко мне подошел тот самый человек в костюме и протянул руку для рукопожатия: – Вячеслав Селезнёв. Мы навели справки по вашему делу. Кира Довлатова прошла регистрацию на рейс в десять часов и вылетела прямым рейсом в Дубай… – П-покажите, – прохрипела я, сжимая руку Лили. Мы вошли в небольшую комнату с рядами мониторов и техникой для видеонаблюдения. Мужчина ввел несколько комбинаций на клавиатуре, и на дисплеях замелькали цветные кадры с видеокамер зоны таможенного контроля. И тут я увидела Киру… Она стремительно вышагивала по залу вместе с Викой, расталкивая встречных пассажиров чемоданами. Вика кокетливо улыбалась и что-то щебетала, то и дело поправляя яркий макияж. А лицо Киры было сосредоточенным и мрачным. Она просто шла следом, будто загипнотизированная…