Глава 32

Утром мир оказался не таким радужным, как накануне вечером. Сбившиеся влажные простыни врезались в тело, комната остыла, а натруженное сверх меры тело огневика стонало и болело, а сам он кривился от каждого движения. Заметив это, Кэндис хмыкнула, птичкой спорхнула с кровати и, накинув на плечи плед, выглянула в коридор. Поймала пробегающую мимо служанку и велела ей принести ведро горячей воды для умывания и полотенца. Как только требуемое доставили, Кэндис устроила мужу сначала обтирание с горячими компрессами, а потом, как и обещала, растерла его виски. Ощутив прилив сил, Килкени воспрял духом и попытался завалить жену в постель, но Кэндис напомнила мужу, что у него нет ничего, кроме слишком короткой рубашки и таких же коротких и узких нижних штанов. Стукнув себя по лбу, Махоун отправил вестника товарищам. Вскоре в гостиницу заявились бойцы из «огненного братства». Они привели «железного коня» и привезли своему предводителю чистую одежду. Приведя себя в порядок, Кентавр пригласил жену на завтрак, чтобы обсудить дальнейшие планы братства. Завтракать все сели в просторном нижнем зале гостиницы. Увидев толпу здоровенных мужчин, да еще явно магов, хозяин гостиницы расстарался – подали яичницу, бекон, густую овсяную кашу со сливками и патокой, лепешки с джемом, печенье, чай и, конечно, жареный хлеб с сыром. Мужчины сначала ели, поглядывая на Кэндис, а когда подали чай, уставились на Кентавра. – Моя жена, – представил он, – миссис Махоун. Она сопровождала нас весь путь и помогла накрыть несколько гнезд «грязных магов». Изумление в глазах соратников Кентавра было приятно и Кэндис, и Килкени. – Теперь нам нужно решить, что дальше, – продолжил свою речь огневик. – Возвращаемся? Или еще покатаемся по местному бездорожью? Мужчины задумались, начали обсуждать ситуацию, и тут вмешалась Кэндис: – Килкени, а где сейчас лэрд Аэд? – спросила она негромко. – Ал? После замка Корк он поехал в свой родовой замок, Аэд. Представлять родителям невесту… – Фальшивую невесту? – удивилась Кэндис. – Она думает, что она фальшивая, но Ал уже написал Грегу, чтобы тот приготовил все для венчания и даже присмотрел дом! – выпалил Кентавр. – Тогда мы просто обязаны доехать до Аэда, чтобы сопроводить молодых в Бриванию! – сказала Кэндис. – Думаю, так будет безопаснее всем! Кентавр подумал и согласился с женой. Перспектива погулять на настоящей ирлингской свадьбе вдохновила огневиков, так что после завтрака все быстро собрались и выехали в сторону замка Аэд. Хорошо, что Кэндис успела попросить мужа закинуть старому другу вестника. Все же почти дюжина крепких мужиков на «железных конях» перепугает любых дозорных! * * *Между тем в замке Аэд все шло своим чередом – невесту поселили в лучших гостевых покоях и принялись готовиться к свадьбе. Как Эринн ни рассказывала всем о свадьбе в Лондиниуме, ей чуть не хором отвечали: – Лондиниум далеко, а клан тут! – Свадьба должна быть в клане, чтобы духи-хранители рода благословили вас! – Как же не повеселиться в клане, лэрди? Старики не простят! – Лэрд непременно должен жениться здесь, чтобы все знали об этом! Да и вам, лэрди, не помешает благословение родной земли! После таких разговоров Эринн каждый раз испуганно жалась к Аллиалю и умоляла его поскорее уехать, чтобы не вводить в заблуждение его родных, но лэрд каждый раз находил причину задержаться в отчем доме. То коней расковали, и для замены подков нужно два, а то и три дня работы. То карету решили почистить и покрыть новым лаком – неделя на просушку, не меньше! То зарядил дождь, и ехать просто невозможно! – Но ты не волнуйся, дорогая, все сделают вовремя, и мы вернемся в Лондиниум! – утешал невесту Аллиаль, целуя ей руки. Лэрди Хьюз бесилась и плакала в тишине своей спальни, чувствуя, как ее с каждым днем затягивает привязанность к молодому лэрду Аэду. Ал же словно издевался над ней! Ни словом, ни взглядом не давал понять, что невеста фальшивая. Улыбался, целовал пальцы, водил в луга – плести венки и собирать травы, и в рощи – целоваться под омелой. Дарил вышитые ленты, сладости, нитки для вышивания и отрезы на платья. Еще и нахваливал ее умение шить и вышивать, гордился ее магическими силами и рыжими волосами! Каждый день они вместе занимались магией в маленькой замковой библиотеке. Аллиаль перебирал старые книги и свитки и спрашивал у Эринн то одно, то другое из того, что в книгах не писали, а упоминали мельком, как само собой разумеющееся и понятное. Она показывала знаки, плела вместе с ним обереги и с каждым днем все больше привыкала к присутствию мужчины в своей жизни. Этого конкретного мужчины. Миссис О'Доэрти словно позабыла о своей должности компаньонки – целыми днями пропадала в домах старух клана или в саду. Курила свою трубку, чесала Гримма, рассказывала ребятишкам сказки или собирала поздние травы. Если же Эринн уговаривала ее пойти с ней в рощу или в деревню, старушка безмолвно шагала позади, не обращая внимания на то, что Лэрд целует свою невесту или почти час держит ее руку без перчатки в своей. На возмущение лэрди Хьюз миссис О'Доэрти лишь разводила руками: – Он твой жених, деточка, и ничего сверх дозволенного он себе не позволяет! – Фальшивый жених! Фальшивый! – чуть не плакала Эринн. – Мы вернемся в Лондиниум, разорвем договор, и я останусь одна! С разбитым сердцем! – Детка, мне кажется, лэрд прекрасно знает, что делает, – тактично отвечала ей старушка и снова раскуривала свою трубку. На пятый день Эринн сорвалась. Она устала от всеобщего внимания, почтения и радости. Все в замке Аэд стремились угодить невесте лэрда и рассказывали ей, сколько поставлено эля для праздничного стола, сколько ощипано гусей, набито подушек, пошито нарядных платьев! Эринн целые дни проводила с членами клана Аэд, и ни в чем ей не было отказа – кроме одного! Уехать из замка Аэд она не могла. Аллиаль же с каждым днем становился все более нужным и желанным. У нее голова шла кругом от горьковатого аромата его туалетной воды и хруста накрахмаленных манжетов. В тот день в замок нагрянули огневики на «железных конях», и Эринн, в очередной раз услышав: – Это моя невеста, лэрди Эринн Хьюз! Рад, что вы заглянули к нам на свадьбу! – со слезами убежала к себе. Ал быстро поздоровался с Кентавром, поцеловал руку его жене и умчался вслед за невестой. – Идиот, – вздохнула Кэндис, провожая старого знакомого взглядом. – Перестань, Конфетка, – отозвался ее муж, – милые бранятся – только тешатся. – Я перестану уважать его невесту, если она не огреет его сковородкой! – серьезно ответила Кэндис. – В спальне сковородок нет, – меланхолично отозвалась лэрди Агна, – но кочерга у камина есть… И ведро с углем, и парочка тяжелых подсвечников… Дамы переглянулись и засмеялись. Мужчины насупились. – И нечего так смотреть! – Агна боевито подбоченилась и смерила взором супруга и гостей. – Если мой сын не может объяснить девушке, что любит ее, он заслужил хорошую трепку! – Все верно, моя радость! – лэрд Аэд неплохо знал свою кроткую жену, поэтому поспешил приобнять и чмокнуть в щеку, пока самому сковородкой не прилетело. – Зови же гостей за стол! Если наш сын не наделает глупостей, завтра сыграем свадьбу! Огневики с радостным гулом повалили в замок и потому не увидели, как из окна, выходящего в парк, вылетели кочерга и ведро. Затем на жухлую траву приземлились подушка, флакон с касторкой и щипцы для завивки. После окно с шумом захлопнулось, и только старый садовник успел услышать: – Да чтоб ты провалился, Аллиаль Аэд, за все то, что ты сделал! – Давай провалимся вместе, Эринн, любимая! Клянусь, я просто хотел, чтобы ты меня полюбила! * * *Огневики до вечера просидели в главном зале. Пили эль, ели рагу из кролика и местных овощей, рассказывали друг другу байки. А когда лэрди Агна отдала приказ запалить лампы, в зал спустились притихшая Эринн и сияющий, как начищенная монетка, Аллиаль. – Мама, отец, – сказал он с почтительным поклоном, – прошу вас завтра же пригласить священника, мы с Эринн решили обвенчаться здесь, а после ехать в Лондиниум, завершать дела. Маги радостно загудели, старший лэрд Аэд тепло поздравил сына и зардевшуюся невесту с правильным решением. Внимательно наблюдающая за парочкой Кэндис понятливо хмыкнула, оценив припухшие губы невесты, шишку на лбу жениха и зеленое платье Эринн. Встречать гостей она выходила в синем. Миссис Махоун тактично промолчала, но переглянулась с Агной Аэд. Лэрди Аэд подмигнула ей в ответ, и обе женщины ненавязчиво оттерли жениха от невесты: – По традиции невеста проводит ночь в женской комнате, – журчала Агна, – чтобы старшие подруги поделились с ней жизненным опытом! Эринн немного растерялась – такой обычай действительно существовал, а вот Аллиаль возмутился: – Мама, ты серьезно собираешься увести мою невесту? – Сынок, завтра она станет твоей женой, и никто, кроме ваших детей, не сможет претендовать на ее время, а сегодня позволь девочке насладиться последним девическим днем! Мы уходим! По знаку лэрди все женщины в зале поднялись стайкой и, окружив невесту, повлекли ее из зала. Аллиаль пытался возражать, но его затянули за стол огневики: – Раз уж ты собрался жениться, друг мой, – провозгласил Кентавр, – нужно как следует проводить холостяцкую жизнь!