Глава 28. Проблемы доверия

За последнюю неделю погода стала заметно меняться. Была уже середина квера, и дни потихоньку становились всё длиннее. Солнце запылало ярче, расплавляя остатки снега на улицах, то и дело начинал моросить мелкий дождь. Сегодняшнее утро особенно радовало ярким солнцем, лёгким ветерком и мыслями о приближающейся весне. Но Минос Аско-льд, несмотря на погоду, был хмур и недоволен. Ему казалось, что огромное поместье сжалось до размеров тюремной камеры, за решеткой которой он находился в компании призраков. Всё чаще мужчина спускался на первый этаж, входил в гостиную, садился в кресло и наблюдал за ней. За её прямой осанкой, медленными плавными движениями, пустым взглядом.

Это было так иронично: стремиться к обществу той, чьей гибелью он стал.

Регина порой бывает так жестока…

— Ты когда-нибудь задумывался о своём создателе, Минос? — она перевела взгляд с окна и посмотрела ему прямо в глаза. Голос её был тих и задумчив. — Я постоянно думаю и спрашиваю себя. Кто я есть? В чём моё назначение? Зачем меня создали?

— Почему ты не спросишь об этом её? — ответил вопросом на вопрос лэрн.

— Я не могу, — она отвернулась, отпила красного вина. — Если я начинаю задавать подобные вопросы, то она меня… меняет. Знаешь, как это невыносимо раз за разом осознавать, что ты…

Минос молчал некоторое время и ответил:

— Ты напоминание. Вот только я до сих пор не могу понять, для кого именно. Для Регины… или для меня.

— Думаешь, она знает, что это был ты?

— Иногда Регина бывает наивней ребёнка, но в то же время она слишком умна.

Она подалась вперед и зло усмехнулась:

— Ты завидуешь… и боишься её, Минос. Ты никогда не задумывался о том, что тоже можешь оказаться всего лишь напоминанием?

— В отличие от тебя, я живой! — не сдержавшись, повысил голос мужчина и рефлекторно схватился за руку, усеянную рубцами, с силой сжал её в желании почувствовать боль.

Она проследила за ним взглядом и расхохоталась.

— Значит, задумывался! Но я тоже жива! Я тоже умею чувствовать!

— Твои чувства — лишь вложенные в тебя параметры поведения. Не больше.

— А в тебя разве нет? — она усмехнулась. — Эволюция тоже вложила в людей «параметры поведения», только вы называете это инстинкты.

— Ты всего лишь призрак.

Эмоции исчезли с её лица, превратив его в застывшую бездушную маску. Она откинулась на спинку дивана, отвернула голову и уставилась в окно.

Так они долго сидели в молчании, пока в гостиную не ворвался взволнованный Тристан Дельт-гор. Вид его был довольно неопрятным, что было не характерно для человека, любящего блистать на публике: растрёпанные волосы, рыжее пальто нараспашку, верхние пуговицы на рубашке расстёгнуты.

— Лэрн Минос, лэри Жанна, — кивнул Дельт-гор им по очереди и быстрым шагом подошёл к лэрну. — Минос, мне нужно с вами срочно поговорить.

Лэрн Аско-льд впервые видел серьёзную сторону Дельт-гора-младшего, и это его несказанно поразило. С трудом взяв себя в руки, мужчина поднялся на ноги и довольно высокомерно произнёс:

— Что ж, пройдёмте в мой кабинет, — глава дома Баргарон направился вон из гостиной.

— Лэри Жанна, — ещё раз кивнул Тристан и уже хотел было отправиться следом за лэрном, но застыл, с непониманием и удивлением глядя на тёщу.

Женщина, с того момента как он вошёл в комнату и до этой секунды, не двигалась. Взволнованный пропажей супруги, Тристан не сразу обратил на неё внимание, и сейчас это осознание словно ударило его по голове.

— Лэри Жанна, с вами всё в порядке? — спросил лэрн, сделав шаг вперёд.

Тёща резко повернула голову и спокойно ответила:

— Вы должны как-нибудь прийти ко мне, когда их не будет… Вы ведь хотите узнать о Регине?

Интуиция предупреждала, что тут происходит что-то странное, но сейчас не было времени заострять на этом внимание.

— Я приду, — вновь кивнул лэрн и отправился за Миносом.

Тристану уже доводилось бывать в доме супруги, поэтому расположение кабинета лэрна Аско-льда он помнил. Хотя глава дома ушёл не так уж далеко, и лэрн догнал его на втором этаже.

Когда мужчины оказались в кабинете, Минос присел за свой рабочий стол, сцепил пальцы рук в замок и вопросил:

— Чем же вызван ваш внезапный приход, Дельт-гор, раз вы пренебрегли такой важной вещью, как этикет?

— Уберите сарказм из голоса, Минос, — раздражённо парировал Тристан, без спросу присев на стул.

Аско-льд удивлёёно заломил бровь. Мужчина, который сейчас находился напротив него, настолько отличался от привычного нахального и насмешливого Золотого повесы, что такая перемена обескураживала.

— Я пришёл к вам из-за Регины.

— Что случилось? — встревожился Минос, но спросил спокойно, только пальцы его сжались сильней.

— Она — я не знаю, как это возможно! — ушла в коридор Пожирателей. Поэтому мне нужно узнать, кто покровитель вашего дома, чтобы я знал, где мне её искать.

Ответ успокоил лэрна, поэтому он откинулся на спинку и сказал, вновь с сарказмом:

— Вы всё же зря пренебрегли этикетом, Дельт-гор. Я не имею права разглашать тайны моего дома постороннему.

— Раз вы так спокойны, значит, Регине ничего не угрожает, — произнёс Тристан с кривой улыбкой, выдохнул с облегчением и тоже откинулся на спинку стула. — Как она узнала о Пожирателях?

— Вы забываетесь, Дельт-гор, — резко ответил Аско-льд и с обманчивым спокойствием предупредил: — Я не собираюсь перед вами отчитываться. Регину тоже не спрашивайте: она вам не ответит.

— Знаете, Минос, — Тристан, наоборот, не стал скрывать своё напряжённое состояние, — чем больше я узнаю о семье своей супруги, тем страннее она мне кажется. Я постоянно задаюсь вопросом: «Сколько же тайн скрывает род Аско-льдов»?

— Знаете, Дельт-гор, — в тон ему ответил Минос, — я вам, как своему родственнику, — тут губы мужчины изогнулись в кривой ухмылке, — дам один совет: продолжайте вести своё не обременённое тревогами и заботами существование. Вам это прекрасно удаётся.

— Ведь именно из-за этих качеств вы выбрали меня на роль подставного мужа для своей племянницы? Я вас, кстати, так и не поблагодарил за это, — Тристан поднялся и шуточно раскланялся. — Огромное вам спасибо, Минос! Если бы не вы, то моё существование не наполнилось бы тревогами и заботами о Регине.

Аско-льд вдруг рассвирепел: вскочил на ноги, ударил ладонями по столу и подался вперёд.

— Да что ты знаешь о Регине, мальчишка?! Она не такая, как все эти… — лэрн осёкся и выплюнул с неприязнью: — расфуфыренные бабы!

Тристан уловил отголоски чувств Миноса, и они его поразили: восхищение, зависть, нежность, страх… преклонение и ужас. Разве такие чувства должен испытывать дядя по отношению к племяннице?!

— Минос, вы… — Дельт-гор не нашёл, что сказать, но брошенная фраза резко отрезвила Аско-льда.

Он выпрямился, откинул волосы со лба, поправил фрак и холодно отрезал:

— Ваш визит затянулся, Дельт-гор, и я настаиваю, чтобы вы покинули этот дом. Всего доброго!

Когда Тристан Дельт-гор покинул поместье Аско-льдов, Минос вошёл в гостиную. Она сидела всё в той же позе: ровная спина, руки целомудренно сложены на коленях, лицо повернуто в сторону окна.

— Он скоро обо всём догадается, — произнесла она лишённым каких-либо чувств голосом.

— Он слишком глуп для этого, — с неприязнью бросил лэрн, поморщился, дёрнул крават на шее, словно он душил его.

— В этом всегда была твоя проблема: ты никогда не умел заглядывать в суть. Всегда шёл на поводу у своих чувств и впадал из крайности в крайность. Никогда не мог остановиться и трезво взглянуть на вещи…

— Не тебе меня поучать! — выкрикнул Минос и, наконец, сорвав платок с шеи, с чувством кинул его на пол.

— Ах да, ведь я всего лишь призрак, — в голосе проскользнула ирония. — Но вот что мне интересно, — она повернула голову и лишённым эмоций, неживым взглядом посмотрела ему глаза, — если Дельт-гор-младший узнает о Регине правду, ты тоже его убьёшь?

Минос не ответил, развернулся на каблуках и быстро вышел из комнаты, хлопнув на прощанье дверью.

Лэри Жанна Аско-льд слегка улыбнулась своей маленькой победе, повернула голову в сторону окна и задумалась о смысле своего существования.

Работа в этот раз не спасала. Регина, как обычно, пыталась отбросить все чувства и полностью отдаться делу, но мыслями раз за разом возвращалась к последнему разговору с Тристаном. Прокручивала в голове его и свои слова, предполагала, как она могла ответить на ту или иную фразу, чтобы ситуация повернулась иначе, и, кончено же, корила себя за несдержанность.

Регина помассировала пальцами шею, подвигала плечами, чтобы размять затёкшую спину, и вновь склонилась над образцом под кодовым именем «Дейв». Нужно было сосредоточиться на работе, иначе мысли её съедят.

Дейв лежал голый на столе. Его грудная клетка была открыта, словно дверцы у шкафчика. С этим образцом была серьёзная проблема: импульс отклика для правой ноги запаздывал на сорок семь секунд, что вносило сильный диссонанс в заложенные параметры походки. Но сколько девушка ни билась над проблемой, найти причину и убрать ошибку никак не могла. Мысли не давали сосредоточиться.

— Проклятье! — выругалась лэри и отъехала на стуле к соседнему столу, где стоял чайник, кружки и сахарница. Чай, понятное дело, уже давно остыл, поэтому девушка поставила его на небольшой паровой котел.

— Регина?

Лэри резко соскочила со стула, ударилась правым локтем о стол, сжала его, выругалась, развернулась на голос и холодно спросила:

— Как ты сюда прошёл?

Дядя остановился в нескольких метрах. Ближе не подходил и старательно делал вид, что не замечает тела на столе. Регина знала, что глубоко в душе он боится её созданий. К «кошкам» он уже привык, но вот к «людям» — нет. Разве что к матери.

— Я глава этого дома, и Мрачный в первую очередь подчиняется моим приказам, — в тон ей ответил Минос.

Девушка поморщилась. Она специально отрезала вход в это место от коридора Пожирателей, но дядя, видно, узнал у Мрачного, куда именно она вышла, и проложил другой ход.

— Тогда поставлю вопрос по-другому: зачем ты пришёл?

— Недавно приходил Дельт-гор-младший. Он разыскивал свою супругу, которая убежала в коридор Пожирателей.

Регина вновь поморщилась. Подобный исход она не предугадала, хотя он был самым логичным. Тристан, конечно, в первую очередь отправился к главе её дома, чтобы узнать, куда она делась и как узнала о коридорах.

— Почему ты так поступила, милая? — дядя добавил в голос встревоженные нотки. — Дельт-гор что-то пытался с тобой сделать?..

— Нет! — тут же отрезала Регина. — Ничего такого не было!

— Тогда почему ты сбежала от него? Притом через коридор? — теперь в голосе были строгость и недовольство.

Первым порывом Регины было обо всём рассказать, но она не поддалась ему. Слишком это было… личное. Хотя ей безумно хотелось кому-нибудь выговориться. Впервые очутившись в такой ситуации, девушка не знала, как себя вести и что предпринять.

Признание Тристана было так не вовремя… и ещё было безумно жалко. Регине так хотелось подружиться с Золотым повесой, что, несмотря на свои собственные запреты, она пришла к нему в образе Анигера Тремса. Но мужчина предлагал ей то, чего она не могла себе позволить… Безумно хотела, но не могла рисковать. На карту и было поставлено слишком многое. Именно поэтому мыслями она всё время возвращалась к его словам. Они затмили даже её собственное откровение, ведь она призналась ему в том, в чём до сих пор не могла признаться себе.

— Просто семейная ссора, — вернулась Регина в реальность, сообразив, что её молчание затянулось. — Когда люди только начинают жить вместе, то они сталкиваются с некоторыми разногласиями. Мы немного повздорили, и у меня случился приступ в самый неподходящий момент. Ты знаешь, что в эти моменты я не могу мыслить здраво и контролировать себя.

— Ты принимаешь капли? В последнее время твои приступы заметно участились. Милая, если тебя что-то беспокоит, то расскажи мне. Ты же знаешь, я всегда на твоей стороне и смогу тебе помочь…

— Минос, пожалуйста, не нужно так со мной разговаривать, — раздражённо оборвала его Регина. — Я уже не маленькая девочка. — Чайник тихо засвистел. Девушка сняла его с котла, отставила на стол, повернулась к дяде и продолжила: — Я признательна тебе за помощь, но я не могу всё время полагаться только на тебя. Я уже взрослая и должна учиться принимать свой собственные решения.

— Как в этот раз? — саркастично усмехнулся дядя. — Если ты хочешь быть самостоятельной, то, в первую очередь, научись не убегать от проблем. — Лэрн замолчал, вздохнул и продолжил уже серьёзно: — Ты знаешь, я недоволен твоим браком с Дельт-гором, но намного больше мне не нравится твоё поведение. Куда делась твоя осторожность? Тебе известно, что Дельт-гор начал копать под Анигера Тремса? Мне очень интересно, что же такого Тремс сделал, что им заинтересовался Дельт-гор?

Регина налила в кружку чай, кинула четыре ложечки сахара, размешала и ответила разом на все вопросы:

— Моя осторожность при мне. Известно. Он сделал ему предложение, от которого Тристан не смог отказаться.

— Предложение? — с удивлением переспросил Минос и, догадавшись, воскликнул: — Протез! Я так и знал: ты его создала из-за Николаса Дельт-гора! Но ты сама сказала, что это только идея!

— А ты мне сказал, что я должна перестать продавать свои идеи, — спокойно парировала девушка, отпила и с наслаждением улыбнулась. — Поэтому я и решила сама им заняться.

— Это ведь из-за Дельт-гора? — в удивлении Минос забылся и даже сделал несколько шагов вперёд. — Регина, ответь честно, что ты испытываешь к этому мужчине?

Лэри несколько секунд смотрела в кружку с чаем, горько усмехнулась и тихо ответила:

— Это не важно, — развернулась, схватила стул и отвезла его к столу. — Уходи, дядя, мне надо работать. Убегать я не собираюсь и вечером вернусь к Тристану.

Минос Аско-льд стоял и смотрел за работой племянницы, испытывая при этом противоречивые чувства. Вдруг тело на столе выкинуло правую ногу вперёд, словно желало сделать шаг. Мужчина рефлекторно дёрнулся назад, нахмурился от своего действия, развернулся и направился к выходу.

Регина вошла в свою спальню и удивлённо воскликнула:

— Тристан?..

Увидеть его в своей комнате она не ожидала. Лэрн сидел на её кровати и смотрел на супругу тяжёлым взглядом.

— Ты давно здесь…

Тристан порывисто поднялся, и Регина замолчала. Напряжённо наблюдая, как он медленно подходит к ней, девушка еле сдерживаясь, чтобы не шагнуть назад. Это показало бы её испуг, а опускать себя в его глазах ещё ниже ей не хотелось.

— Тристан, я должна извиниться, — быстро заговорила Регина. — Я поступила необдуманно и глупо. Признаю…

Лэрн притянул девушку к себе, крепко обнял и хриплым голосом заговорил:

— Это я должен извиниться. Я надавил на тебя, хотя не должен был. Понимаю, моё признание тебя сильно удивило. Ты вышла за меня замуж из-за давления со стороны короля и планировала, что наш брак будет только договорённостью на бумаге, а тут я со своими чувствами. Любой бы на твоём месте испугался. — Мужчина отстранился, заглянул супруге в глаза и продолжил, придав голосу строгости: — Но если ты ещё раз пропадёшь, а я не буду знать, где ты и всё ли с тобой в порядке, то возьму и отшлёпаю тебя.

— От… отшлёпаешь? — медленно переспросила Регина в удивлении.

Триста с предвкушением улыбнулся, но подтвердил серьёзно:

— Так отшлёпаю, что в следующий раз моя уважаемая супруга дважды подумает, нужно ли заставлять своего супруга волноваться о ней.

— Ты… шутишь? — лэри действительно не понимала, говорит он серьёзно или, как обычно, дурачится.

Вместо ответа Тристан ощутимо хлопнул её ладонью пониже спины, подтвердив, что он крайне серьёзен. Регина смотрела на супруга, широко раскрыв глаза, не сдержалась и всё же попыталась сделать шаг назад, но супруг схватил её за локоть правой руки, и она поморщилась от боли.

— Что такое? — испуганно спросил мужчина, тут же утратив свой строгий вид. — Я сильно схватил?

— Нет. Я просто ударилась локтем, — пояснила девушка.

— Дай посмотреть, — приказал Тристан и сам стал закатывать рукав. Синяк был размером с куриное яйцо, и он особенно выделялся на белоснежной коже девушки. — Где ты так ударилась?!

— Случайно получилось, — отчего-то виновато ответила Регина, осознала это и добавила уже спокойней: — Ничего страшного. Оставь, Тристан. Через пару дней пройдёт.

— Нет, — отрезал супруг.

Менее чем через час Регина лежала в кровати, а над ней склонился семейный доктор дома Виниарск и внимательно осматривал её локоть. Доктор отстранился, поправил круглые очки, стёкла у которых были размером с монету, и произнёс с такой важностью, словно девушка внезапно вылечилась от неизлечимой болезни:

— Не волнуйтесь, лэрн Дельт-гор. Это обычная гематома, которая при должном лечении и уходе пройдёт через пару дней. Но я крайне не рекомендую вашей супруге напрягать руку в ближайшие дни. Также я советую вам сегодня воздержаться от вступления в физический контакт.

— Нидхельм, вы сломали такие прекрасные планы на сегодняшнюю ночь, — с деланным разочарованием покачал головой Тристан. — Ведь я обожаю вступать в физические контакты с травмированными женщинами.

Доктор дурачество лэрна не поддержал и добавил всё с той же важностью в голосе:

— Лэри Дельт-гор выглядит крайне измученной и уставшей. Я понимаю, вы недавно вступили в брак, но как врач, обеспокоенный здоровьем своего пациента, хочу напомнить, что норма сна для человека равна восьми часам. К тому же женщины слабые создания, и долг мужчины — заботиться об их состоянии, как физическом, так и душевном.

— Боюсь, моей заботы на всех женщин не хватит, да и моя супруга такого рвения явно не оценит.

Доктор покосился на лэрна с неодобрением, сжав губы в узкую линию, достал из саквояжа стеклянную баночку и положил её на прикроватный столик.

— Это мазь от ушибов. Мажьте три раза в день. Всего доброго, лэрн Дельт-гор, лэри Дельт-гор, — поклонившись обоим, доктор вышел из комнаты.

Регина вздохнула с облегчением. Ей не нравилось, что Тристан устроил шоу из простой гематомы. Да и доктор произвёл на неё не лучшее впечатление.

Тристан присел на пуфик у кровати, схватил баночку, открыл и резко отдёрнул её подальше.

— Теперь я понимаю, к чему именно было предостережение насчёт воздержания, — задумчиво поделился мыслями лэрн и кивнул супруге. — Давай руку.

— Я сама могу, Тристан, — запротестовала девушка, смутившись. При докторе она не ощущала эту эмоцию, но когда они остались наедине…

— Вы так жестоки со мной, супруга, — с болью в голосе заметил лэрн, сокрушенно покачав головой. — Или вам доставило удовольствие наблюдать, как Нидхельм отчитывает меня, словно мальчишку? Не спорю, у него это прекрасно получается, но быть объектом нравоучения как-то не пришлось мне по душе.

— Я ему не скажу, — отозвалась девушка. — Притом у этой мази резкий запах, и пальцы потом трудно будет отмыть. Так что пусть уж лучше я одна буду ей пахнуть.

Регина предполагала, что супруг на это ответит наигранно-возмущённой фразой вроде: «Что я за мужчина, если испугаюсь какого-то запаха!», но Тристан… просто посмотрел на неё. Спокойным, немного усталым взглядом, который говорил: «Мы оба знаем, что я выиграю, поэтому давай на этом и остановимся». Лэри без слов протянула ему руку, покраснела, так как пришлось откинуть одеяло и обнажить верхнюю часть тела. Но супруг не пытался ничего рассматривать, он аккуратно нанёс на синяк мазь, подул, хотя не пекло, положил руки супруги на кровать и накинул одеяло. Несколько секунд Тристан просто молчал и смотрел на Регину, затем вздохнул, взял её руку и неуверенно начал:

— Регина, насчёт нашего утреннего разговора…

— Я виню себя в смерти родных, — выпалила лэри заранее придуманное оправдание, которое могло бы логично объяснить её признание и в то же время не соответствовать правде. — Я не убийца, но я чувствую вину. В тот день мы должны были поехать к моей кузине на день рождения, но я сильно заболела. Меня с мамой оставили дома, но я их сильно задержала. В результате отцу пришлось поторопить водителя, несмотря на плохую погоду, машину занесло, и она сорвалась с обрыва. Они скончались мгновенно. Я прекрасно понимаю, что ни в чём не виновата, но чувство вины гложет мою душу.

Во взгляде Тристана появилось удивление. Регине оно не понравилось, и она с паникой в голосе спросила:

— Ты не об этом хотел поговорить?

Лэрн сильнее сжал её пальцы и хмуро ответил:

— Сейчас это не важно.

Регина выдернула руки и упрямо продолжила:

— Нет, Тристан, ответь, о чём ты хотел поговорить. Хотя дай я угадаю…

Мужчина с удивлением наблюдал, как её глаза меняют цвет с каждым произнесённым словом. Становятся необычного серебряного оттенка. Создавалось впечатление, что вместе с цветом менялась и Регина. Теперь это была не его смущающаяся и робеющая от ласк супруга, а кто-то… кто смотрел на него с холодом, злостью и презрением.

— …о том, что ты больше не будешь заводить любовниц и готов всецело отдаться мне? Начал бы убеждать меня, что подобные чувства испытываешь впервые. Что я не такая, как все и… — она сделала вид, что задумалась, закусила губу, глянула в глаза мужчине и продолжила: — Что обычно Золотой повеса говоришь женщинам? Не напомнишь?

Сказать, что мужчина опешил от подобной смены поведения — ничего не сказать. Но Тристан не был бы Тристаном, если бы позволил своим истинным чувствам вырваться на свободу. Поэтому он обольстительно улыбнулся, наклонился к супруге и вкрадчиво произнёс:

— Ты, правда, хочешь услышать это, Регина? Может быть, я лучше покажу?

Не дожидаясь ответа, Тристана наклонился ниже и поцеловал девушку. Она попыталась его оттолкнуть, но он удерживал её руки, пока она не успокоилась и не начала робко отвечать. Отстранившись, лэрн взглянул на покрасневшее от смущения лицо его Регины, заправил прядь волос за ухо и тихо произнёс:

— Знаешь, сколько я хочу задать тебе вопросов?

— Каких вопросов? — шёпотом уточнила девушка, кинув взгляд на супруга. Цвет её глаз вновь стал серым, хотя оттенок был значительно светлее, чем обычно.

— Например, кто сделал кольцо, которое ты мне подарила? Откуда узнала о Пожирателях и как научилась пользоваться коридорами? Почему тебе был нужен фиктивный брак? Какие тайны скрывает твоя семья и какое отношение к ней имеет Анигер Тремс? Но больше всего я хочу спросить… — Тристан вновь провел пальцами по волосам, которые недавно заправил, — о твоих глазах.

Регина напряглась, её взгляд стал встревоженным, но она не пыталась скрыть истинных эмоций, а прямо смотрела в глаза супругу, ожидая продолжения.

— Но я ни о чём не спрашиваю. Почему? Я боюсь, что ты закроешься от меня. Ты действительно не такая, как многие знакомые мне женщины. Я не знаю, какой линии поведения придерживаться с тобой, — Лэрн вновь погладил её по волосам. — Перед тем как ты начнёшь нести несусветную чушь, я хотел сказать, что не собираюсь давить на тебя. Не собираюсь задавать эти вопросы и множество других, включая брошенную фразу об убийстве, и слышать в ответ ложь. Не собираюсь ничего требовать, но я собираюсь быть рядом и прийти, если тебе будет нужна помощь. — Тристан целомудренно поцеловал Регину в лоб, поднялся на ноги, вдруг обворожительно улыбнулся, подмигнул и добавил: — Но я не обещал, что не буду пытаться тебя обольстить.

Супруг ушёл, а лэри смотрела на дверь, за которой он скрылся. Она прокручивала в голове их разговор и не могла понять причину, из-за которой чуть не сорвалась. Её реакция во время их диалога была странной и нелогичной. Осмысливая своё поведение, Регина поняла, что её задело то, что он оказался безразличным к её откровению. Он просто сильно удивился. Но сейчас лэри осознала: Тристан не думал, что она может поделиться с ним этой…

«…включая брошенную фразу об убийстве, и слышать в ответ ложь…»

…ложью.

Регина резко вскочила с кровати, бросилась в соседние апартаменты, не стучась ворвалась в спальню супруга и спросила на ходу:

— Ты понял, что я лгу?

Тристан застыл со спущенными по колено штанами. Рубашку он успел скинуть до того, как девушка ворвалась в его комнату. Но Регину его внешний вид не смутил, так что лэрн не спеша снял брюки, остался в одних подштанниках и спокойно ответил:

— Это получилось случайно, Регина. Я всё же душевидящий и лгать ему бесполезно, когда он может почувствовать твой пульс.

— Извини, — быстро забормотала девушка. — Я не должна была тебе лгать. Просто я думала, ты спросишь меня об этом…

— Не нужно оправдываться, Регина. Ты ведь сказала правду… почти правду. Но как я и обещал: спрашивать ничего не стал. Теперь оставь меня, пожалуйста. Сегодня был трудный день, и я сильно устал.

— Хорошо, Тристан, — ответила лэри, попятившись. — Спокойной ночи.

Когда за ней закрылась дверь, лэрн обессилено опустился на кровать и сжал виски руками.

— Всё же правду говорят: «Счастье в неведении».

В голове Тристана был самый настоящий сумасшедший дом. Разговоры с членами семьи Аско-льд всплывали в его голове. Он пытался выделить из них какие-нибудь отдельные фразы и сложить вместе, но картинка всё не складывалась.

Кинув задумчивый взгляд на дверь, лэрн тихо спросил:

— Что же ты скрываешь, Регина?