Глава 11. Маски сорваны

Чаще всего Регине снились кошмары. Успокаивающие настойки заглушали её страхи и проблемы в реальности, поэтому разум вываливал это всё ночью. Девушке уже очень давно не снилось что-то приятное и светлое. До сегодняшнего дня. Регина не помнила, о чём был её сновидение, но проснулась она с чувством счастья и… покоя. Такого забытого и манящего, что она несколько минут лежала с закрытыми глазами, нежась в этом прекрасном и таком желанном уже многие годы ощущении. – Регина? – позвал её тихий голос. Лэри открыла глаза и увидела лицо Тристана. Ей показалось, что лицо супруга как-то изменилось. Черты его лица словно стали твёрже, во взгляде появилась сила, уверенность, решительность… «Узнаешь, когда проснёшься, откроешь глаза, увидишь меня, поцелуешь и скажешь, что любишь. Договорились?» – всплыли в памяти слова из сна. Поддавшись неожиданному порыву, Регину потянулась к супругу, легко прикоснулась губами к его губам и прошептала: – Я люблю тебя, Тристан. Она тут же попыталась отпрянуть, смущённая своим действием, но супруг мягко схватил её за подбородок, не дав отстраниться, и тихо ответил: – Я тоже люблю тебя, Регина, и я, – мужчина тяжело вздохнул и с решительностью добавил: – И я всё знаю. Девушка вырвала подбородок из его пальцев рефлекторно, лишь затем опомнилась и уточнила спокойно: – О чём ты говоришь, Тристан? – Я мог бы сказать, что узнал обо всём, когда провёл больше одиннадцати лет в твоём сознании и видел твои воспоминания, но я тоже не хочу тебе лгать. – Что ты имеешь в виду, Тристан? – Теперь в её голосе слышался страх. – Я расскажу всё с начала… – начал лэрн, но девушка перебила его, резко села и испуганно воскликнула: – День рождения Марии?! Тристан, я… – Регина, прошу, помолчи и выслушай меня. – Мужчина дёрнул супругу за руку, заставив лечь обратно. – Когда ты предложила мне фиктивный брак, я уже понял, что ты необычная девушка. Извини, но все твои попытки показаться безвкусной, холодной, безразличной лэри я мгновенно раскусил. Регина смущённо потупилась: она ведь так всё хорошо продумала! Не учла девушка лишь одного: Золотой повеса слишком хорошо чуял фальшь и тайны. – Признаться, я согласился на твоё предложение не из-за тех фактов, о которых ты говорила, а потому что мне банально захотелось тебя разгадать! – Тристан слегка улыбнулся и фыркнул. – Тогда и представить не мог, во что выльется это банальное любопытство! Как оно изменит всю мою жизнь! – Мужчина на эмоциях повысил голос, но быстро опомнился и заговорил тише и спокойнее: – Я принялся разгадывать тебя, твою семью и Анигера. Иногда я приходил к совсем абсурдным выводам… Точнее, тогда они казались здравыми и логичными, но сейчас я понимаю, насколько был далек от правды. Например, одно время я считал Анигера внебрачным сыном Миноса и что он опасен для тебя. Потом думал, что вы с ним состоите в каком-то заговоре… – Мужчина резко замолчал и виновато улыбнулся. – Думаю, ты уже понимаешь, Регина, даже когда ты пообещала мне всё рассказать сама, я не успокоился и продолжал допытываться до правды. И, в конце концов, сам нашёл ответы на множество вопросов. Я узнал, кто такая Жанна… – Регина побледнела и попыталась что-то сказать, но Тристан приложил палец к её губам и попросил: – Прошу, дай мне закончить? Девушка слегка кивнула. Лэрн убрал руку и провёл ладонью по её щеке, словно в попытке успокоить. – Я понял, что Регина Аско-льд не обычная девушка, а гениальный металиран. После узнал, что она и Анигер – это один человек, и понял, что моя супруга собралась открыться миру. Единственное, что я не понимал: почему она решила поставить свою жизнь на кон? Извини, тогда я ещё был слишком узколоб и не знал, как трудно тебе пришлось в жизни. Всё же я мужчина и никогда не задумывался о роли женщин в нашем обществе. – Тристан вновь провёл по лицу супруги ладонью. Она смотрела на него с шоком и изумлённо расширенными глазами, на дне зрачков которых уже кружился серебряный туман. – Когда на дне рождения Марии у тебя произошёл срыв, я запаниковал и кинул на твоё сознание "ментальный блок". Регина, тогда я и представить себе не мог, что у тебя есть психологические проблемы! – Мужчина обнял супругу и силой прижал её к себе. В его голосе слышалась боль и вина. – Когда снял с тебя "блок" и ты не пришла в сознание, я… я просто был в ужасе. Ты лежала и никак не реагировала… Я чувствовал себя таким беспомощным, таким слабым, жалким… таким… таким… Регина слегка отстранилась и сама провела ладонью по щекам супруга, стирая слёзы. – Тристан?.. – В её голосе было и удивление, и паника, и вина, и просьба. Мужчина с силой сжал плечо супруги и спрятал лицо у неё на груди. – Регина, я чуть не убил тебя! Девушка принялась гладить супруга по волосам и тихо заговорила: – Тристан, со мной всё хорошо. Я жива. Я тут. Тристан, я рядом. Лэрн поднял голову, взглянул на испуганное лицо супруги и счастливо улыбнулся. – Да, теперь ты рядом со мной. Я искал тебя долгие годы, бродил по твоим воспоминаниям и кошмарам. Видел, как ты взрослела, как годами тренировала свои способности, лёжа на кровати в той комнате и выкручивая железные гвозди из стен. Видел, как появился и "очеловечивался" Анигер, как он заменил тебе старшего брата, понимающего и заботливого. Видел, как менялась твоя мама, как менял тебя Минос. Я всё видел, Регина… и всё понял. – Тристан смотрел прямо в глаза супруге, и взгляд у него был серьёзный и решительный. – Я клянусь, что никогда не стану тебе указывать, как жить, и не буду пытаться прогнуть под себя. Я люблю тебя как женщину, Регина, и уважаю как металирана. Я хочу стать твоей поддержкой и опорой. Хочу помогать тебе во всём. Не неси эту тяжесть на себе одна, прошу, поделись со мной. Регина слушала Тристана и понимала, что сама готова расплакаться! От облегчения, от радости, от счастья и от той огромной плиты, что спала с её плеч. Ведь она боялась… безумно боялась, что когда она расскажет ему правду – супруг отвернётся от неё. Но он узнал всё раньше. И он не отказался от неё! Он принял её со всеми тайнами и скелетами в шкафу! Хочет её поддержать… Регина чувствовала себя самым счастливым человеком на свете. – Тристан, – девушка проглотила сухой ком в горле, чувствуя, что слёзы всё же потекли по щекам, – я благодарна тебе. Ты не представляешь, что для меня значат твои слова… Но теперь ты понимаешь – быть рядом со мной опасно. Тристан натянуто улыбнулся, скорее по привычке, а не потому что хотел на самом деле, и ответил: – Знаешь, Регина, я всегда жил не задумываясь, как именно. Мне казалось, что у меня идеальная жизнь… Но почему я так думал? Теперь знаю ответ – так считали другие люди. Их внимание, зависть и восхищение заставляли меня думать, что я выше и лучше их. Но когда я помогал Анигеру с протезом, то впервые ощутил это чувство… эту важность своих действий. Моей помощи была лишь кроха. Но сейчас я осознаю, что эта капля была самым значимым достижением в моей жизни. Спасибо тебе за это, Регина. – Ты себя недооцениваешь, – тихо, но уверенно возразила девушка. – Твоя помощь была очень значима, и ты смог провести тяжелейшую операцию по присоединению протеза к живой плоти. Пожалуйста, не обесценивай свой труд. – Мы сделали это вместе, – поправил душевидящий, теперь улыбнувшись искренне. – Вот именно! – повысила она голос. – Признаться, Анигер предложил тебе принять участие в разработке протеза из-за того, что я хотела подружиться с тобой. Ты, конечно, говорил, что сильный душевидящий, но я не знала насколько. – Регина смущённо потупилась и добавила со стыдом и неловкостью: – Когда ты ушёл из проекта, мы поняли, что не сможем найти тебе достойную замену. Твои плетения слишком сложные и энергозатратные. Не каждый душевидящий сможет повторить. Мы даже хотели попросить тебя вернуться, хотя нам и трудно было переступить через обиду. – Извини меня за тот раз, Регина, – попросил мужчина и расцеловал руки супруги. – Тогда я поступил подло. Предал твоё и Анигера доверие. – Не нужно извиняться, Тристан. Ведь я знаю, что ты хотел меня защитить… – Вот только в защите ты не нуждалась, – с грустной улыбкой добавил лэрн, вспомнив, как супруга ему об этом говорила. – Я поступил слишком поспешно. Совсем не подумал, сколько сил, времени и упорства ты вложила в свою мечту доказать, что у женщин тоже есть права и желания. Тогда я этого не знал, но это всё равно не уменьшает мою вину, ведь я предал людей, которые доверяли мне. Не только тебя и Анигера, но и остальных из команды «Шаг вперёд». Насчет Августины вообще молчу. Мне страшно теперь по улицам ночью ходить. Боюсь, она может внезапно выпрыгнуть из подворотни и избить меня гаечным ключом на 56! Регина улыбнулась и ответила: – Не волнуйся: парни ничего не знают, а у Августины я могу удалить тот фрагмент из памяти. – Не нужно. Это будет несправедливо по отношению к ней… – мужчина замолчал, увидев, как изменился взгляд у супряги. – Что? – Ты её не боишься? – стараясь подбирать слова, спросила девушка. – Нет. Почему должен? – он неловко улыбнулся. – Неужели она всё же решила меня где-нибудь подкараулить и прибить? – Она кукла, – не поддержала весёлый тон супруга девушка. – Неживое создание, созданное мной. – Сознание у неё как раз живое, – возразил душевидящий, поднялся и посмотрел на девушку сверху вниз. – Так же, как у Жанны. Я был поражён, когда понял, что она собой представляет! Как ты только смогла объединить живой разум и искусственное тело? – Ты не знал об этом? Ты же сам сказал, что был в моих воспоминаниях. – Да. Но по большей части в детстве и юности. В твоей взрослой жизни я был совсем недолго, и… – Мужчина замялся, но всё же добавил: – Я посчитал неправильным лезть в последние годы твоей жизни. Особенно в дни нашей совместного проживания. – Тристан… – Регина вовсе расчувствовалась. Сейчас она была благодарна и королю, который заставил её вступить в брак; и дяде Миносу, предложившего на роль подставного мужа именно Золотого повесу; и судьбе, которая подарила ей шанс узнать и полюбить такого великолепного и порядочного мужчину. Но большего всего она была благодарна Тристану: за понимание, за принятие, за любовь. Теперь она, наконец, понимала, о чём говорила Ларин. Регине так хотелось, чтобы Тристан узнал о её чувствах и мыслях, но девушка просто не находила слов описать их. Хотя этого и не требовалось. Тристан прочитал всё в её взгляде и счастливо улыбнулся. Но его улыбка продержалась недолго и спустя мгновение исчезла. Лицо мужчины нахмурилось, и он произнёс серьезно, даже зло: – Хотя сейчас важно другое… Это не всё, что я хотел тебе сказать. – Тристан продолжал смотреть на супругу сверху вниз. Его взгляд стал мрачным и каким-то отстранённым, заставив Регину заволноваться, поднять руку и прикоснуться к мужской щеке. Супруг сжал её ладонь и расцеловал пальцы. Взгляд стал ещё тяжелее. – Помнишь, ты сказала: «Когда узнаешь обо мне всю правду, тогда и примешь решение, быть со мной или нет»? Сейчас я вынужден повторить твои слова. – Тристан прикрыл глаза и прижался к её руке, словно хотел запомнить это чувство – тепло ладони на своей щеке. Несколько секунд он не двигался, затем открыл глаза, с болью посмотрел на супругу и хмуро, со злостью произнёс: – Я думал, что твоя семья полна загадок, но когда пытался их разгадать, невольно узнал секреты и своей семьей. Регина, моя семья… – Мужчин сжал зубы и выдохнул с трудом: – Моя семья главенствует над «Ловцами ведьм»! Они принадлежат моей семье, и глава моего дома – моей собственный отец! – управляет ими! Регина побледнела, и Тристан почувствовал, как у неё ускорилось сердцебиение. – Я так и знал, что ты испугаешься. – Лэрн грустно улыбнулся, потупил взгляд и выпустил её ладонь. – Теперь ты понимаешь, что это не тебе требовалось моё принятие, а мне твоё. Регина, ты сможешь быть с тем, кого глава «Ловцов ведьм» хочет сделать своим преемником? Я не жду твоего мгновенного ответа. Даже мне требовалось время, чтоб подумать о тебе и принять решение. Поэтому я сейчас уйду, а ты обдумай всё и сделай выбор. Если это буду не я, то пришли мне документы на развод – я подпишу их. Тристан поднял взгляд, посмотрел на бледное лицо супруги и, резко поднявшись на ноги, сделал шаг в сторону дверей. – Тристан?.. – окликнула его неуверенно Регина. Мужчина остановился, развернулся, покачал головой и тихо ответил: – Не принимай поспешные решения, прошу, и не поддавайся чувствам. Я знаю, ты привыкла думать логически, но сильные эмоции могут помешать. Не хочу, чтоб ты поступила необдуманно, поддалась им, а затем пожалела. Я приму любое твоё решение: если ты решишь остаться со мной, то я никогда не отпущу тебя, но если ты решишь развестись – сделаю всё, чтоб мы с тобой больше не встречались, и, конечно же, никому не расскажу о тебе. Можешь не волноваться на этот счёт. Кинув последний взгляд на лицо Регины, Тристан резко развернулся и быстро вышел из комнаты. Супруг, конечно же, был прав – Регине требовалось подумать. Сколько лет… сколько долгих лет она боялась и скрывалась от «Ловцов ведьм», поэтому признание Тристана стало для неё настоящим шоком. Девушка никогда не пыталась выйти на членов этой организации, считая это слишком большим риском. Вдобавок отец внушил ей страх перед «ловцами», заставив бояться и опасаться их на уровне инстинктов. Регина подняла руку и вытерла холодный пот со лба. Её бил озноб, руки тряслись, и в мыслях была огромная чёрная дыра. Но хуже всего – у неё не было ответа. Одна её часть хотела вскочить на ноги и броситься за супругом, но другая… Другая приказывала скрыться, спрятаться, затаиться и больше никогда не попадаться на глаза людям семьи Дельт-гор… на глаза Тристану. Регине захотелось стать маленькой девочкой, которой приснился ночной кошмар, и чтоб мама её обняла, прижала к себе и ласково зашептала что-то успокаивающее. С трудом поднявшись на ноги, девушка оглянулась и увидела невысокий – примерно ей по грудь – шкаф со стеклянными дверцами, через которые просматривались чайные сервизы. Подойдя к нему, девушка опустилась на колени, взялась за ручки в виде закрытых пионовых бутонов и прижалась лбом к дверцам. – Явись на мой зов, Мортохэй, – властно произнесла Регина, почувствовала отклик и резко отпрянула от шкафа. Дверцы открылись, и теперь из его чёрной утробы на неё смотрели с дюжину красных глаз с вертикальными зрачками. – Куколка, ты одурела?! – возмущённо пробасил Мрачный. – Ты не имеешь никакого права пользоваться силой главы Дома и призывать меня! – Выпущу на полчаса, – сразу перешла к делу лэри. – Чё делать надо? – деловито уточнил Пожиратель кошмаров. – Открой мне проход домой. – И всё? Ты скоро совсем ножками ходить разучишься! – Мрачный… – устало попросила Регина. Сил препираться с Пожирателем у неё не было. – Ладно, – смиловался он. – Но точно отпустишь? – Обещаю. Но на полчаса. Не больше. – Хоть что-то, – сказал Пожиратель и исчез. Регина залезла в шкаф, выровнялась и зашагала в темноте к яркому пятну света впереди – к двери, над которой горела лампочка. Когда девушка была в шаге от неё, дверь открылась, приглашая, а со всех сторон раздался мужской бас: «Ты обещала». Выйдя в подвал родового поместья Аско-льдов, Регина направилась в гостиную. Жанна была там, сидела на кушетке и безразличным взглядом смотрела в окно. – Вернулась, – не обернувшись, произнесла она и наябедничала с усмешкой: – А Тристан обо мне знает. – Он мне рассказал, – тихо ответила Регина и остановилась в нескольких шагах от кушетки. – Да? – хмуро уточнила Жанна и презрительно выдала: – Я считала его более умным, а он оказался лишь глупцом! – Он любит меня, – заступилась за супруга девушка. – Ты, наверное, так этому рада. Тебя не любили ни мать, ни отец, ни брат. Лишь боялись и презирали. Даже Минос опасается тебя. И завидует. – Она довольно усмехнулась и всё же кинула на своего создателя взгляд. – Только ты почему-то довольной не выглядишь. Неужели он всё-таки испугался и убежал, госпожа? Тогда беру свои слова обратно: у этого мужчины есть всё же кроха ума! – Пожалуйста, помолчи немного, – тихо попросила Регина и подошла к кушетке, скинула туфли, залезла на неё и положила голову на колени Жанны. – Мама, что мне делать? – спустя пару минут молчания зашептала девушка, и Жанна почувствовала, как её юбка намокает. – Я не знаю, что мне делать, мама. Она подняла руку и провела по волосам своего создателя, аккуратно, почти с нежностью, а затем тихо произнесла: – Какая ты жалкая… и жестокая, Регина. – Её ладонь продолжала нежно гладить голову девушку. – Почему из всех ты пришла именно ко мне… к созданию, которое ты сама создала и которое тебя ненавидит и презирает? Почему, ответь мне?! – Мама, прости, я не могла тебя отпустить, – шептала Регина, глотая горькие слёзы. – Прости меня, мама. Прости, что я родилась такой. Прости, что я не оправдала твои ожидания и не стала той, кем ты хотела меня видеть. Прости, что из-за меня ты погибла. Прости, что я вернула тебя… Прости меня за всё. Жанна вновь провела ладонью по её волосам и тихо ответила: – Я тебя никогда не прощу. Регина спрятала лицо и зашептала: – Я знаю… знаю… но прости, пожалуйста, мама. Мама… Мамочка… Пожалуйста… Мамочка… – Освободи меня, Регина, – тихо ответила Жанна. – Молю, дай мне покой. Я слишком устала… Я не могу так больше… Я хочу освободиться от тебя. Ты уже выросла, у тебя появился мужчина, который смог полюбить тебя, в отличие от твоей семьи… Мама тебе больше не нужна… Поэтому молю: освободи меня от себя… Освободи себя от призраков прошлого и живи будущим… Регина сжала юбку матери и заплакала в голос, а Жанна продолжила с нежностью гладить её волосы и запела: – На небе зажглись все звёздочки, Луна обнажила свой лик. Почему ты не спишь, малышка? Время для игр уж прошло. Звёздочка спросит тебя: "Почему ты не спишь?" Что же ты ей ответить, малышка? Луна тебя спросит: "Почему не устала? Неужели сегодня нигде не гуляла?" Что моя малышка ей скажет? Ночь заглянет в окошко, Укроет тебя одеялом из звёзд. Спи, спи, моя малышка. Время для игр уж прошло… Они провели на той кушетке с полчаса, затем Регина поднялась на ноги и протянула Жанне руку. – Идём, мама, – сказала девушка. На её лице была улыбка, но глаза заполнила грусть. – Пришла пора твоей душе успокоиться… и моей… – Спасибо, – ответила Жанна и приняла руку. Максимилиан Эванс-гор вышел из машины, приподнял ворот пальто и кинул хмурый взгляд на тёмное небо. Сегодня весь день стояла прекрасная погода, но к ночи – всего за какие-то пару минут! – небо затянули грозовые тучи и на столицу хлынул ливень с громом и молниями. Он продлился недолго, но оставил после себя холодную свежесть и ледяной ветер. Мужчина зашагал к огромному особняку семьи Аско-льд прямо по лужам, благо ботинки на толстой подошве позволяли. Возле открытых настежь дверей его остановил офицер, но Максимилиан показал ему свой жетон, и его пропустили. – Тарвольт, – окликнул мужчина знакомого, подошёл ближе и спросил: – Что у вас тут? Тарвольт Мерс-лин приветливо кивнул сослуживцу и ответил: – Самоубийство. – Уверен? – педантично уточнил Максимилиан. – Ну, если две пустые бутылки вина и полупустая пачка «Винтола» для тебя не являются прямыми доказательствами самоубийства, то я просто не знаю, какие ещё улики тебе нужны для подтверждения, – со смешком ответил Мерс-лин, хлопнув мужчину по плечу. Эванс-гор кинул на сослуживца хмурый взгляд и покачал головой. Сколько лет они уже работают вместе, а он до сих пор не мог привыкнуть к чёрному юмору Тарвольта. – Я взгляну на тело? – спросил Максимилиан. – Валяй, – махнул рукой Мерс-лин и отправился следом за Эванс-гором. – Женщину нашла её дочь – лэри Регина Дельт-гор. Она приехала к матери в гости… – Так поздно? – Лэри Дельт-гор сказала, что поругалась со своим супругом лэрном Тристаном Дельт-гором… – Это тот Золотой повеса? – с неприязнью уточнил мужчина. – Он самый, – кивнул Тарвольт. – Бедная лэри Регина. Скорей всего, её супруг завел себе очередную любовницу, она приехала в отчий дом поплакаться матери в жилетку, а тут такое… Они вошли в гостиную. Пока Эванс-гор внимательно осматривал улики и труп женщины, Мерс-лин зачитывал добытую информацию: – Лэри Жанна Аско-льд, в девичестве Корсус. – Она из низов? – удивлённо оглянулся на сослуживца Максимилиан. – Мама была из дворян, а отец – крестьянин, – пояснил мужчина. – Погибшая росла в небольшом городке Паргост, пока Георг Аско-льд не взял её в жены в семнадцать лет. – Понятно. Продолжай, – вернулся к осмотру Эванс-гор. – Женщина сорока девяти лет. Имела двоих детей – сына Артура и дочь Регину. Артур погиб вместе с отцом в автокатастрофе. Слуги рассказали, что после их смерти лэри стала уединяться в гостиной и напиваться. Ситуация особенно ухудшилась, когда лэри Регина вышла замуж и переехала в дом супруга. Погибшая отказывалась от еды и всё время пила. Так что мотив самоубийства понятен: она потеряла мужа с сыном, потом её покинула дочь, и погибшая осталась совсем одна. – А где хозяин поместья? – уточнил Максимилиан. – Минос Аско-льд уехал по работе несколько дней назад в Миринск и вернётся только завтра. – Я закончил тут, можете уносить тело, – сказал Эванс-гор двум офицерам, застывшим на пороге гостиной, перевёл взгляд на Тарвольта и спросил: – Где Регина Дельт-гор? Хочу её опросить. – Лэри на кухне. Идём, я проведу тебя, – ответил сослуживец и махнул рукой. Когда мужчины вошли на кухню, лэри Регина Дельт-гор подняла на них взгляд серых покрасневших глаз, и Максимилиан почувствовал, как у него дрогнуло сердце. Девушка выглядела такой разбитой и несчастной, что мужчине захотелось обнять её, утешить и поклясться защитить от всех бед и невзгод. – Дальше я сам, – тихо сказал Максимилиан Тарвольту. Тот понятливо кивнул и покинул кухню. – Лэри Дельт-гор, – тихо окликнул мужчина и подошёл ближе, – моё имя Максимилиан Эванс-гор. Я следователь, занимающийся делом вашей матери, и вынужден буду задать вам пару вопросов. Вы позволите? – кивнул он на соседний стул. – Прошу, – ответила лэри. Её голос был тих и печален, отчего Максимилиан почувствовал себя садистом, вынужденным сыпать соль на только что полученные раны. – Спрашивайте, что вас интересует, я отвечу на любые вопросы, лэрн Эванс-гор. – Во-первых, я хочу принести вам свои соболезнования. – Благодарю, – вежливо ответила девушка. – Во-вторых, опишите мне сегодняшний ваш день: во сколько вы проснулись, что делали, во сколько приехали сюда. – Этой ночью я с супругом, Тристаном Дельт-гором, ночевала у его двоюродной тёти, лэри Изольды Дельт-гор. Я точно не знаю, во сколько проснулась, но, скорей всего, ближе к полудню. Затем у меня состоялся разговор с супругом, мы слегка повздорили, и он уехал. Я пробыла в доме Изольды Дельт-гор до семи часов вечера, затем отправилась в дом родителей и… – Девушка замолчала и с силой сжала юбку на коленях. – Не надо, – остановил её Максимилиан и положил ладонь на её руку. – Не продолжайте, я понял. Девушка удивлённо посмотрела в лицо мужчине. – Лэрн?.. – Извините, – поспешно убрал руку Эванс-гор. – Лэри Изольда Дельт-гор и лэрн Тристан Дельт-гор смогут подтвердить ваши слова? – Разумеется. Максимилиан задал лэри Регине Дельт-гор ещё несколько вопросов и покинул её. Когда они с Тарвольтом вышли из поместья семьи Аско-льдов, сослуживец самоуверенно произнёс: – Я же сказал, это самоубийство! Эванс-гор не ответил. Он остановился и кинул взгляд на поместье. Всё действительно выглядело как самоубийство, но что-то не давало ему покоя. Вот только что?