Глава 20.

Конечно, ничего бы не случилось, если бы я пошла в участок после занятий, но терпеть косые взгляды и, тем более, вставать на сторону кого-то из этих двоих было выше моих сил. Не знаю, отчего я так разнервничалась, наверное, от расстройства, ведь Дейла я считала если не другом, то нормальным парнем. Если такое вообще можно сказать о клановом вампире.

И с деканом непонятно: что это на него нашло? Сначала я думала, что он меня проверяет или в чем-то подозревает, но его злость на Ши была неподдельной. Хотя, кто его знает, он ведь долгие годы жил в клане и был отличным лицедеем. Не в пример некоторым, не будем показывать пальцем.

Погрузившись в свои мысли, я не сразу заметила, что за мной опять следят. Аккуратно обернулась, но знакомого паромобиля нигде не увидела. Больше того, улицы вообще были пусты. Даже как-то неприятно стало, хоть вампирше ночью одной на улице бояться и нечего. Наверное.

Я не стала тратить время на маскарад и петляние по подворотням. В конце концов, тот, ради кого это задумывалось, теперь все знает. А преступники скоро узнают ― уверена, мы на правильном пути. Если же следит кто-то другой, то тем хуже для него.

Так что я выскочила из дилижанса, влетела в участок и побежала сразу в кабинет, не останавливаясь, даже чтобы отметиться. Пока я работаю под прикрытием, это неважно. Только завернула в кухонный закуток и щедро заполнила тубу кофе.

На этот раз Катл был на месте, правда, выглядел так, будто в одиночку останавливал стадо бизонов. Разорванный в лоскуты и кое-где окровавленный сюртук висел на спинке стула, на рубахе и жилете виднелись бурые пятна, один из рукавов был разрезан, а сама рука забинтована почти до локтя. На повязке тоже проступала кровь. Образ дополнял огромный наливающийся синяк на скуле, рассеченная бровь и, судя по всему, порезанный бок.

Напарник смотрелся героем портовой драки, причем явно проигравшим.

― Стэн, что произошло? ― я не стала кудахтать и охать, хотя очень хотелось, как минимум, подбежать, спросить, как он себя чувствует и отправить домой выздоравливать.

― Выезжал на поимку гуля. В общем, сейчас все сама увидишь, ― ведьмак попытался встать, но я положила руку на его плечо, заставляя сесть обратно.

― У меня есть новая важная информация. Я тебе записку оставляла, ты читал?

― Прости. Меня выдернули прямо с ужина с Мартой, а когда вернулся… у меня пока все строчки плывут перед глазами, ― пожаловался он.

― У тебя не сотрясение, случайно?

― Оно. Здорово она нас потрепала, нечего сказать.

― Почему вызвали тебя? ― я нахмурилась, уже чувствуя, что тут не все так просто.

― Сейчас все сама увидишь ― мы взяли ее живой. Хотя допросить вряд ли получится, но вдруг… ― я только сейчас поняла, что Катл не просто смертельно устал и ранен, он еще и сильно расстроен. ― Ладно, расскажи, что там нашла, а то голова раскалывается, хоть посижу немного.

Я разлила по чашкам кофе, пододвинула напарнику. Стэн только слабо улыбнулся, благодарно кивнул и тут же поморщился.

Честно говоря, мне хотелось лишь вызвать ему целителя, поскольку он явно не в порядке. Но вместо этого я рассказала, что нашла.

― Значит, тоннели? ― задумчиво проговорил он. ― Что ж, этого стоило ожидать.

― Нужно добавить к запросу по городам, возможно, у них тоже есть нечто подобное.

― Даже добавлять не стоит ― определенно есть. По крайней мере, в землях клана Ши ― так точно. Раньше такие подземные галереи были частью фортификационных сооружений крепостей.

― Не все города возникли на месте старинных замков и крепостей.

― Готов спорить, что наши преступники орудовали только в них. Кста-а-ати, а где, ты говоришь, второй выход?

― У реки, но он завален и запечатан. А что?

― А то, что наш гуль орудовал именно в этом районе.

― При всем уважении, но вряд ли это связано, ― возразила я, думая, что Катлу слишком сильно досталось, чтобы трезво мыслить.

― Это все совершенно точно связано. И когда мы придем в каземат, ты поймешь, почему.

― Не хочешь просветить?

― Сама увидишь, ― Стэн поджал белые бескровные губы и с трудом поднялся. ― Пошли.

Мне пришлось тащить Катла до подъемника практически на себе. От мысли, чтобы спуститься пешком, пришлось сразу отказаться.

― До чего же ты упрямый! ― проворчала я и прислонила к стене ведьмака, то и дело пытавшегося съехать вниз или просто упасть плашмя.

― Абсолютно с тобой согласен, Шир, ― на платформу подъемника шагнул наш начальник. ― Я отправлял его домой, но он смог отбиться. Откуда только силенки взялись?

Донахью хоть и язвил, но выглядел так, будто то самое стадо бизонов, которое потопталось на напарнике, он пытался остановить силой мысли. В общем, начальник был выжат как лимон и раздражен до последней степени.

― Может, он просто боится до дома не дойти, милорд? ― я критически осмотрела Катла, который просто закрыл глаза и притворился, что его этот разговор совсем не касается.

― И то верно, ― Ши соскочил с подъемника и кивнул двум бравым бойцам-оборотням. ― Помогите старшему офицеру. Шир, будь наготове, она дьявольски сильна. Две пары наручников она уже разломала.

― Почему ее тогда просто не сжечь?

― Сейчас все сама увидишь, да и вообще это не вариант. Когда ее казнят, нужно будет провести вскрытие, а вскрывать угли как-то…

Начальник не договорил, из дальнего конца коридора послышался полурык-полувой, и что-то ударилось в глухую дверь камеры для особо опасных полуночных.

― Кажется, это был стол, ― хмыкнул Катл, выпрямляясь и отталкивая руку помощи постового офицера.

― Шир, ― Донахью сжал губы в тонкую линию и стал присматриваться к двери. Говорят, он иногда может видеть через стены ― личный дар такой интересный. ― Бей в шею на поражение, но только если кому-то из нас будет грозить опасность.

Я кивнула и убрала в кобуру револьвер. Как и в случае с оборотнем, огнестрельное оружие тут бесполезно ― гуль раны просто не заметит. Чтобы заметил, нужно голову снести, а пушки помощнее в моем арсенале как-то не завалялось. Зато нашелся чудесный кинжал канской стали, который я практически зубами выгрызла у кладовщика.

Начальник подал знак, и полицейские уже в количестве пяти штук распахнули дверь камеры и сразу же накинули заклинание ступора. К счастью, попали. Так же слаженно они ее связали цепями, надели еще две пары наручников одновременно и приковали к стене. Только после этого вошли мы.

Гулем оказалась хрупкая брюнетка, и хоть черты ее лица сейчас были искажены животной яростью, она казалась неуловимо знакомой.

Пока я рассматривала девушку в изорванном, но явно дорогом платье, и вспоминала, где же ее видела, Донахью приказал принести стулья и усадил Катла за стол. Вовремя, а то тот выглядел хуже с каждой минутой.

― Оставьте нас, ― Ши кивнул оборотням, и те с опаской, но удалились, прикрыв за собой двери камеры. ― Шир, будь наготове, если что.

Я кивнула, понимая, что стою ближе всех, у Стэна, вероятно, сейчас нет магии, а начальник не так уж силен, чтобы упокоить гуля.

― Кто она? ― не выдержала я затянувшегося молчания. ― Лицо очень знакомое, но не могу вспомнить.

― Неудивительно, ты раньше ее только на картинке видела, ― тихо и как-то безжизненно ответил Катл. ― Знакомься: Мисра Вакару, наша вторая пропавшая.

Взглянув на рычащую тварь еще раз, я поняла, что он прав ― это та богатенькая ведьма, с отцом которой Стэн дружит. Теперь стало ясно выражение его лица, равно как и Донахью. Вряд ли Ши общался с ведьмаком, но влиятельный член гильдии проблемы может обеспечить очень немалые.

― Вот теперь я точно ничего не понимаю… ― тихо сказала я. ― Нам что, еще и останки вампира искать?

― Сообщений о пропавших вампирах пока не поступало, ― ответил начальник, ― а ведь гулю уже дня три, если не больше. Но мы пока не можем установить, сколько ее продержали в таком состоянии.

― Гули дохнут через неделю, если их не подкармливать, ― устало возразил Стэн, ― так что от трех до семи дней.

― Это если предположить, что ее не кормили, ― ответила я. ― В конце концов, ей запросто могли скормить и останки вампира. Но вообще ситуация странная ― это да. Вряд ли вампир добровольно согласится умереть в страшных муках, чтобы потом быть съеденным этой тварью. А заставить урожденного начать чье-то обращение невозможно в принципе.

― Кто знает, ― откликнулся Ши. ― Я уже ни в чем не уверен, Шир.

Мы все трое задумались, не обращая внимания на воющего гуля.

Ситуация и впрямь складывалась невероятная. Ведьм невозможно обратить в вампиров, как и любые другие расы, кроме людей ― это всем известно. При попытке такого обращения появляются гули, но дело даже не в этом. Кровь любого полуночного для вампа яд. Если кто-то из нас выпьет глоток или два, пролежит пластом несколько недель, не умрет, но помучается, а если выпьет больше ― сгорит за несколько минут. Да и на вкус эта самая кровь больше напоминает жидкий огонь. Сама я не пробовала, но так говорят.

Проблема в этом случае и заключается в том, что для обращения в вампира жертву нужно осушить полностью. То есть нужно где-то откопать вампира-самоубийцу, который согласится выпить несколько литров огненного напитка, разъедающего его изнутри, а позже умереть в страшных муках.

Но и это не все. Можно было бы предположить, что вампира как-то заставили. Но дело в том, что для проведения ритуала необходимо искреннее желание урожденного и уверенность в своем решении, иначе магия не сработает и все будет вообще бесполезно ― ведьма просто умрет или, опять же, превратится в гуля.

То есть имеем мы сочетание невозможных факторов, в итоге приводящее как раз к наличию гуля.

― Я бы не торопился с выводами насчет смерти вампира, ― Катл заговорил негромко и медленно ― то ли формулировал, то ли ему было сложно говорить.

― Поясни?

― Что, если они используют какой-то ритуал, позволяющий урожденному выжить?

― Или лунную железу оборотня, ― добавила я, уловив направление мыслей напарника.

― Мастер Шах ничего такого не говорил, ― возразил Ши.

― Что, если это какой-то слишком старый ритуал, например, изобретенный еще до темных времен, либо наоборот ― они его недавно сами придумали? При всем уважении к мастеру, все знать он не может.

― Тогда непонятно, зачем превращать ведьм в гулей… Мотив же должен быть?

― Может, исследования? ― я сильно сомневалась, что это так, но все же предложила как один из вариантов.

― Вряд ли для исследований нужно такое количество, ― возразил Ши. Я только хотела уточнить, что он имел в виду, как вампир продолжил: ― Сегодня пришли документы из нескольких городов, не из всех. Но как минимум в шести из них побывала наша банда. Правда, один городок, почти деревня, выбивается из этой схемы. Там похитили не пять ведьм, а четыре. Но, думаю, о похищении пятой просто не сообщили, или она не попала в отчет по какой-то другой причине. В общем, с этим надо разбираться, а наши похитители орудуют уже минимум десять лет ― именно этим временем датируются первые документы из Каролстауна.

― Десять лет, и их никто не поймал и даже не попытался собрать дела воедино?

― Вампиров мало волнует, что происходит на их землях в мирное время. Да и без вмешательства службы клановой безопасности такие дела не решаются, ― ответил Катл. ― Гарольд должен был с этим разобраться, но, скорее всего, его сотрудники просто не обратили внимания.

― И что мы сейчас будем делать?

― Дожидаться декана Даркнелла, разумеется. Я ему уже телеграфировал.

― Может, стоило обратиться к Гарольду? Он не будет в восторге, что его задвинули.

― А мне плевать! ― прошипел Донахью. ― Пусть лучше свою работу делает, а я буду делать свою.

― А зачем вы вызвали декана? ― подала голос я, а Стэн и Ши обернулись с такими лицами, будто стена неожиданно заговорила.

― За тем, малышка Вайлет, ― криво усмехнулся напарник, ― что у тебя вряд ли настолько хорошо с ментальной магией, чтобы ты могла считать гуля.

― Но это ведь невозможно! У этих тварей нет разума.

― На самом деле есть, ― ответил знакомый голос, ― просто он отходит на второй план, а верх берут чистые инстинкты.

Даркнелл прошел в камеру и окончательно заполнил собой все пространство. Глянул на Катла, потом на угрюмое лицо начальника.

― Я правильно понял, что с меня все подозрения сняты?

― Нами сняты, но Гарольд может изъявить желание с тобой поговорить, ― пожал плечами Ши. ― Все же это случилось в твоем заведении.

― В моем? То есть, уважаемого ректора вы уже списали со счетов?

― Ты прекрасно понял, о чем я. Скорее всего, после скандала, который обязательно последует, ему придется уйти. Кто встанет на его место?

― Неужто Гарольд согласует мою кандидатуру? ― ухмыльнулся магистр.

― Прошу прощения, уважаемые милорды, но не могли бы мы заняться делом, а технические вопросы обсудить позже? ― уж не знаю, откуда взялась моя смелость и наглость, но я нервничала все сильнее. Не нравилось мне, что гуль притих и будто прислушивался к разговору.

Донахью хотел, видимо, указать мне на место, но декан, обернувшийся посмотреть на тварь, замер и поднял руку вверх, призывая к молчанию.

― Вайлет права. Приступим.

Даркнелл приблизился к девушке, которая тут же ощерилась клыками. Они были раза в два больше, чем у обычного вампира и загнутые внутрь, жуткие. С трудом, но мужчина смог поймать ее взгляд, и она замерла, будто пригвожденная к каталогу биолога бабочка.

Я почувствовала чудовищный всплеск магии, направленный на гуля, увидела странные плетения неизвестного заклинания, срывающиеся с пальцев вампира. Вздрогнула, когда тварь взвыла от боли.

Постойте, но она же не должна чувствовать боль!

Только я собиралась окликнуть декана, как он сам отдернул руки и развернулся. Теперь и у него видок стал очень так себе: глаза запали, белки стали черными, как сама первозданная тьма, а с рук посыпались искры. Это же сколько он сил потратил?!

Мужчина оперся о стол, покачнулся, но устоял.

― Удалось что-то узнать? ― спокойно спросил Катл, баюкая поврежденную руку. Наверное, от всплеска магии ее сильно “дернуло”.

― В общем, так: я смог пробиться, но там пустота. Мозг работает, он не умер, но она ничего не помнит ― ни кто она, ни как ее обращали, ни кто это сделал.

― Как это?

― Не знаю, но я до этого уже сталкивался с таким состоянием. Правда, та девушка еще не успела превратиться в гуля, а была на самой грани. Но с памятью то же самое.

― И что же с ней случилось? ― Донахью стал подозрительно напоминать охотничью собаку, вставшую на след.

― Ничего особенного, я ее дообратил, и она стала вампиром. Но вряд ли, кроме потери памяти, там есть еще сходства. Та девчонка полностью превратилась, значит, до смерти она была человеком.

― Город? ― от чего-то хрипло спросила я.

― Что?

― Какой это был город? Ну, где вы нашли ту девушку.

― Не город даже, небольшая деревенька на месте бывшей крепости. Вэлтаун, кажется. А что?

― Пятая, ― уверенно сказал Донахью и пояснил для декана: ― В Вэлтауне тоже были такие преступления пять лет назад, только там пропали не пять ведьм, а четыре.

― Вовсе не обязательно, что именно пятая. Это могла быть любая из четырех, ― возразила я и поняла, что все трое мужчин очень внимательно смотрят на меня. ― Что?!

― Вайлет, ты ведь не помнишь, откуда ты?

― Нет, вы с ума сошли! Нет, нет, нет! ― я энергично замотала головой.

― Но все сходится, ― тихо возразил декан. ― Тогда, пять лет назад на объездной дороге около Вэлтауна я нашел именно тебя. Уже после завершения обращения хотел посмотреть, кто это с тобой сделал, но в твоей памяти было так же пусто, как сейчас у Вакару.

― Но этого не может быть! Я не могла быть ведьмой, я же сейчас вампир, а значит, была человеком!

― Но и так ошибиться они тоже вряд ли могли. Успокойся, Вайлет, ― он протянул ко мне руку, и это стало последней каплей.

Я со всей возможной вампирской скоростью выскочила за дверь, пролетела несколько переходов и коридоров и оказалась под ярким солнечным светом зарождающегося утра.

Потом я еще куда-то бежала, не знаю куда, не разбирала дороги. Только не вспоминать, не думать, не чувствовать! Но мысль о том, что я ведьма ― урод, превратившийся в вампира, так и стучала в висках.