Глава 17

Маркиз Альфред Дункле быстро спустился по лестнице, на ходу отдавая распоряжения слуге. Не успел он преодолеть последние ступени, как ему навстречу поспешил дворецкий.— Прибыл барон Хайдрих с визитом, — сообщил он. — Изволите принять, или просить его посетить вас позже?— Бенедикт или Райнер? — уточнил зачем-то хозяин. Хотя и так было понятно, что прибыл отец, а не сын. В противном случае было бы сказано, что с визитом явился молодой лорд Хайдрих.— Это я, — не дожидаясь приглашения, гость прошел в холл. — Прости, Альфред, я услышал твой голос и решил лично узнать, найдется ли у тебя минутка для меня.— Я как раз собирался к тебе, — маркиз сделал рукой приглашающий жест. — Повезло, что мы не разминулись в дороге. Проходи в кабинет. Нас не беспокоить. Если что-то понадобится, я позвоню.Слуги отступили в сторону. Едва мужчины скрылись за дверями, дворецкий поспешил вернуться к своим обязанностям, а личный камердинер маркиза занял один из стульев возле стены, чтобы быстро прибыть на зов хозяина. При этом он присматривал, чтобы в холле не собирались другие слуги или кто-то из домочадцев не решил подслушать не предназначенную для их ушей беседу.— Ты уже слышал новости? — сразу осведомился Бенедикт Хайдрих.— Разумеется, — подтвердил маркиз. — Именно из-за них я и собирался посетить тебя. Было бы интересно узнать, что вы думаете по этому поводу. И, что куда интереснее, что собирается делать Райнер.— Собственно, поэтому я и хотел поговорить с тобой без сына, — барон без приглашения опустился в глубокое кресло возле окна. — Я не знаю пока, что обо всем этом думает Райнер. Более того, я вообще не знаю, где он пропадает со вчерашнего утра. И, признаться, не хочу знать. Я хочу, чтобы все эти новости улеглись в моей голове. Ведь я до сих пор помню ее.Он глубоко вздохнул и замолчал, что-то вспоминая.— Помнишь кого, — поинтересовался Альфред.— Мать этого Даниеля, Анхелику. Одна из фрейлин прежней королевы. Помню, как танцевал с ней на одном из балов. Такая тоненькая, хрупкая, веселая. Она заражала всех своим жизнелюбием. Я пытался ухаживать за ней, но она мягко пресекала все попытки. А когда я в очередной раз попытался объясниться с ней, сказала, что ее сердце не свободно. Спустя какое-то время она пропала из дворца. Я пытался говорить с ее отцом, братом, но все, чего добился — требование забыть о позоре их рода. Тогда мне было странно слышать такое о девушке, которая завладела моим сердцем. Я пытался искать ее, привлек все свои связи, а они уже тогда были весомыми. Увы, фрейлина словно провалилась сквозь землю. И вот все встало на свои места. Уже тогда у нее был роман с Митарисом. А пропала она потому, что ждала ребенка.— То есть, сомневаться в том, что этот юноша действительно сын короля, нет смысла? — зачем-то уточнил маркиз.— Нет, — покачал головой гость. — Он похож на нее, как может быть похож только ребенок. А, зная Митариса и его отца, можно не сомневаться, именно они могли так спрятать девушку, что найти ее не было возможности. Кто бы еще мог незаметно вывезти человека из столицы и поместить там, где его никто не найдет.— Хорошо, будем исходить из того, что новый наследник — сын короля. Да, он рожден вне брака, но есть свидетели, живы братья его матери, кто-то из монахинь. Что дальше? Твой сын уже примеряет корону. Как бы он не натворил глупостей, — задумчиво произнес маркиз. — Райнер слишком хочет заполучить Беатрис. Еще недавно он мог обещать ей корону, сейчас же обещать нечего. Или он хочет заполучить королевскую корону, а Беатрис — лишь попытка легализоваться в глазах общества?— Если честно, пока я не думал об этом, — барон Хайдрих вынырнул из блужданий в прошлом. — Мне даже страшно подумать, что может натворить сын, когда узнает, что все наши замыслы идут прахом. Я не думаю, что ему так нужна Беатрис, особенно сейчас, когда ее статус официально закреплен. Но соглашусь с тобой, друг мой, он мысленно уже водрузил себе на голову корону. Боюсь, как бы мой средний сын не наделал глупостей. Наверное, стоит отправить его за границу с каким-нибудь безумно важным поручением, но я никак не могу придумать, с каким.— Он слишком взрослый, чтобы уехать так просто, — покачал головой Дункле. — Но что, если отправить его с матерью куда-нибудь в деревню. Мол, ей нужен отдых, покой, сопровождать жену ты пока не можешь, дела в городе задерживают тебя. И кто, как не наследник, верный и любящий сын, выполнит эту миссию. Его старший брат вот-вот примет постриг. Он уже переселился в обитель. А младший должен продолжать обучение.— Да, ты хорошо придумал. Жена и так переживает, что Штефан вот-вот покинет нас, отречется от мира. Надо будет переговорить с доктором. И уже при сыне пригласить его и все устроить. Наверное, это будет лучшим выходом, — просиял Хайдрих старший. — Надо признать, вся эта затея с заговором изначально была какой-то детской забавой. Группа аристократов, обидевшихся на короля за то, что он проиграл войну, решила захватить трон. На что мы могли рассчитывать? За нами не было ни армии, ни поддержки народа. Так, встречались, болтали, потом вкусно ужинали и расходились. Неужели мы могли перехитрить короля? Даже если у нас получится каким-то образом подвинуть его бастарда, он вытащит еще какой-то козырь из рукава. Ты обратил внимание, как он назвал Беатрис?— Старшая дочь… — маркиз задумался. — Бенедикт, ты хочешь сказать, что есть и младшая?— А ты забыл? Была еще одна принцесса. Но с ней произошел несчастный случай. Историю как-то так замяли, что о судьбе девочки ничего не известно. Люди предпочли думать, что она умерла. Вроде как даже есть какая-то могила в склепе. Но могло произойти всякое. Например, она просто потеряла способности ходить, или что-то подобное. Может, ее внешность стала такой, что ребенка не хотели показывать людям. Вот и имитировали смерть.— А еще Беатрис, ведущая распутный образ жизни, регулярно посещала один и тот же монастырь. Не за отпущением же грехов она туда ездила, — принялся рассуждать Дункле. — То есть, ее сестра вполне может находиться там. И твоему сыну об этом лучше не знать. Я даже представить боюсь, что может прийти в его голову.— Соглашусь, чем быстрее получится отослать Райнера из столицы, тем меньше бед он привлечет на свою голову, — барон поднялся. — Спасибо за совет, друг мой. Поспешу домой, надо поговорить с женой, продумать, как мы будем его уговаривать уехать. Она не довольна, что мальчик спутался с принцессой, так что согласится мне подыграть.— В таком случае, позволь проводить тебя, — маркиз последовал за своим гостем.Из кабинета они выходили в молчании, но опытный глаз камергера сразу отмели, мужчины приняли какое-то решение, и оба довольны им. Что это может значить, он не пытался даже предположить. Мужчина был слишком хорошо осведомлен о делах хозяина, поэтому даже думать себе не позволял, что сиятельный лорд планирует предпринять. Случись что, простому исполнителю будет светить несколько лет на каторге, а вот соучастник вполне может с головой расстаться. И без того узнал слишком много. Теперь надо думать, как с этим знанием жить. Хорошо бы — тихо и спокойно, но об этом остается только мечтать. Можно, конечно, получить расчет, уехать в глубинку, открыть лавку или таверну, но слишком он привык к этой жизни, чтобы все резко менять.* * *Райнер вошел в свою комнату, на ходу читая газету. Раньше он не имел привычки читать всякие листки, продаваемые мальчишками. Но последние новости были таковы, что своим ушам будущий барон не верил. Вот и сейчас глаза его бежали по строчкам, но мозг отказывался верить прочитанному.«Накануне король Митарис собрал представителей всех слоев населения в здании городской ратуши, чтобы представить столице своего наследника. Им оказался его сын, рожденный баронессой Анхеликой ун Флад в монастыре городка Дагриша около двадцати пяти лет назад. Как нам удалось узнать, при дворе его матери действительно была фрейлина с этим именем. Девушка обаяла многих аристократов своей красотой и умом, но внезапно таинственным образом исчезла. В настоящий момент наши представители отправлены как в Дагриш, чтобы побеседовать с монахинями, которые могут вспомнить события столь большой давности, так и к барону ун Фладу и его братьям и сестрам, чтобы те помогли пролить свет на прошлое юной Анхелики. Подробности непременно будут опубликованы в одном из листков. В настоящий момент наследник короля, Даниель Шефер, переехал в королевский дворец. Нам удалось узнать, что в столицу он приехал из города Оденвиль. Долгое время юноша работал в разных министерствах, занимая посты от секретаря до помощника министра, что может быть связано с его обучением управлять государством. Поскольку в сопредельных землях принцесс подходящего возраста нет, последняя, Иллисса вастилианская была выдана замуж в прошлом году, а принцессы из Северной империи обладают сомнительной родословной, многие девушки из знатных семей имеют все шансы стать женой принца. Остается положиться на бдительность их почтенных матерей, нянек и гувернанток».Сын… У Митариса был сын. Старый хрыч знал о нем, потому и не делал ничего с заговорщиками. Он перехитрил их всех. И теперь все кончено…Взгляд Райнера упал на название городка, в котором жил Даниель. Оденвиль. Так, быть такого не может. Это же тот самый мужчина, который обесчестил их служанку. Как ее там, Летицию. Вот оно. Это надо использовать, и как можно быстрее. Как хорошо, что он решил выслушать служанку. Теперь у него есть козыри против короля и его мальчишки. Такие козыри, которые заставят людей выступить против наследника. Жителей столицы, войска, а там и страну поднять можно. Кто согласится жить под властью насильника и обманщика?Мужчина довольно потер руки. Нет, они еще не все потеряли. Многое можно поменять, и он сделает это. Обратит их поражение в победу. Их король сам воспользовался юной и наивной девушкой, заделал ей ребенка и выслал из столицы. А теперь уже его сын обесчестил молодую девушку и бросил. Сейчас есть возможность привлечь на свою сторону колеблющихся. Главное, не расслабляться, а начать действовать. Для начала стоит переговорить еще раз со служанкой. Пусть расскажет хоть какие-то подробности: как познакомились, как развивались их отношения, как этот бастард сбежал, бросив обманутую девушку. А там он придумает, куда с этим пойти.Составив примерный план действий, Райнер потянулся. Все-таки бессонная ночь не прошла даром. После того, как он ушел от Беатрис, получилось встретиться с некоторыми старыми знакомыми. Ему и повезло и не повезло одновременно. Старые друзья рады были увидеть товарища по детским играм, им было что вспомнить, обсудить. А не повезло, потому что внезапно заглянули их знакомые и утащили всю компанию отмечать день рождения одного из бравых гвардейцев. Сопротивляться было бесполезно. Пришлось отправляться вместе со всеми.Вопреки опасениям, военные пили умеренно. Сначала поздравляли именинника, вспоминали его достижения, шутили. Потом постепенно разговоры перешли на военные вопросы. Кто-то, точно не гость, поднял тему последней войны, поражения. Было видно, что гвардейцы недовольны. Но сложно было понять, чем именно. Только ли поражением. Уточнять это лорд Хайдрих не стал. Просто спросил у знакомых имена людей. Лорд уже продумал, как можно будет использовать недовольство военных, оставались по сути мелочи — встретится еще раз, уже в иной обстановке и осторожно подвести разговор к возможности смены правителя. Мол, все равно на Митарисе династия прерывается, его дочь на самом деле нагуляна матерью на стороне. Так почему бы не… И тут эти новости. Нет, такое совпадение — это исключительно везение. Осталось продумать, как стоит действовать дальше. Надеяться только на круг заговорщиков глупо. Надо действовать масштабнее. Без прессы в этом вопросе не обойтись. Но сначала надо встретиться с наследником и высказать обвинения ему лично. И посмотреть, что он будет делать.* * *Клаудия закрыла дверь комнаты на засов и вытащила из сумки письмо, которое ей передала директор пансиона. На футляре значилось, что пришло оно от матери-настоятельницы, но девушка догадывалась, от кого будет настоящее послание. Иначе курьер бы не гнал коня, рискуя сломать шею на перевалах.«Здравствуй, малышка, — почерк отца она узнала сразу. — Прежде всего, хочу тебя обрадовать. С недавнего времени в книге пэров значится имя лорда Штерна, потомственного дворянина, твоего якобы отца. Это было не так просто, как может показаться, поскольку изменения эти пока не так заметны, как тебе хотелось бы. Хотя, ты сейчас находишься в другой стране, тебе достаточно и этого. Если кто-то решит осведомиться насчет тебя, ответ будет удовлетворительным.Теперь, что касается нашего будущего. Я уже писал тебе, что у меня есть сын. Так вот, скоро я планирую официально объявить его своим наследником, а за Беатрис сохранить титул принцессы. Я понимаю, что ты меньше всего хочешь возвращаться во дворец, и со своей стороны все усилия приложу, чтобы этого не случилось, но кроме Даниеля у меня остаешься только ты. И если с ним что-то случиться, то именно ты, малышка, будешь королевой Вастенхолда. Прости, но я должен предупредить тебя об этом, чтобы не было неприятных сюрпризов. Ты мой единственный ребенок, рожденный в законном браке».Клаудия вздохнула и отложила недочитанное письмо. Наверное, объявление брата наследником уже состоялось. Хотелось бы посмотреть, как вытянулись лица всех тех, кто собирался подвинуть ее сестру. Надо полагать, аргументов против у них нет. А если и есть, отец разметет все в пух и прах.— Создательница, прошу тебя, храни брата моего Даниеля, — прошептала бывшая принцесса, а ныне баронесса Штерн. — Понимаю, что это не совсем искренняя просьба, но сохрани его для Вастенхолда. Он будет лучшим правителем, чем я. Все-таки мужчины куда лучше разбираются и в политике, и в военном деле. А нашей стране нужно, чтобы во главе ее был именно разбирающийся человек.Эта краткая молитва принесла незначительное облегчение. Увы, в очереди на престол она все еще занимает второе место. Сначала после сестры, теперь после брата. Ничего не изменилось. В любой момент баронесса Штерн вновь превратится в ее высочество Клаудию. И сделать с этим ничего нельзя до тех пор, пока у брата не родится свой наследник. Или пока мать не родит еще одного ребенка, но надеяться на это смешно. Она уже слишком стара, да и не те у них с отцом отношения.Стук в дверь отвлек от мрачных мыслей. Клаудия поспешила спрятать письмо в потайной карман сумки, после чего открыла.— Прости, что так поздно, — на пороге топталась Луиза. — Но я весь вечер бьюсь над заданием для наставницы Келлер, и ничего не получается.— Проходи, — девушка посторонилась, пропуская подругу. — Давай объясню.Они устроились за столом, принцесса достала нужный учебник, конспект и убрала сумку подальше. Пусть письмо не видно, лучше не рисковать и не вводить подруг в соблазн. Нет, они не выдадут, но отвечать придется на огромное количество неудобных вопросов, чего совершенно не хотелось.Когда задания были разобраны, захотелось есть.— Ну что, пойдем, — предложила Клаудия.— Пойдем, — даже не спрашивая, о чем она, согласилась вторая пансионерка.Уже на лестнице они встретились с Деборой.— Ну что, готовы к завтрашнему дню? — поинтересовалась та.— Да, Клаудия так хорошо разбирается в предмете. Словно много лет изучала. Она мне сейчас так хорошо все объяснила, — принялась нахваливать подругу Луиза. — Словно сама наставница еще раз объясняла. Только у нее я всегда стесняюсь спросить, если что-то не понятно, а Кло своя. Ну, стукнет тетрадкой по голове, но не ругается.— А что, тебя ругали из-за учебы? — удивилась принцесса.— Да, отец постоянно говорил, что я тупица, и не стоит зря тратить на меня деньги на обучение, — смутилась подруга. — Что делать, кому-то легко дается математика, а кому-то история литературы. Я хорошая рукодельница, даже если меня выдадут за обычного горожанина и лишат приданого и наследства, не пропаду. Да, первое время будет сложно, но я быстро стану одной из лучших портних.Спорить никто не стал, Луиза прекрасно шила, вышивала, рисовала, даже готовила достаточно сложные блюда.— А я бы хотела быть принцессой, — вздохнула Дебора. — Ничего не делаешь, знай себе, отдаешь распоряжения.Клаудия предпочла промолчать. Возможно, жизнь принцессы проще, чем швеи или кондитерши. Все равно простой ее не назовешь. Но об этом она никому рассказывать не собиралась. Иначе последуют ненужные расспросы, к которым она пока была не готова.— Девочки, что портниха, что принцесса, что пансионерка, все хотят кушать, — перевела она тему разговора на нужный лад. — И кушать вкусное, а не что попало. Если мы не поторопимся, придется довольствоваться тем, что осталось после остальных.Возражений не нашлось, и девушки ускорили шаг.