Глава 8. Положение обязывает
Затянувший Ташу туннель выбросил её на твёрдый пол, как реактивную струю из сопла: резко, неожиданно и с хорошего разгона. Будь она при теле (так сказать), отбила б все коленки! Поднявшись, Таша увидела семь сидящих у приборов людей в одинаковой сине-голубой форме и одного стоящего посреди небольшого помещения. Стоящий был в чёрном комбинезоне, тёмных очках и перчатках и был ей неплохо знаком! Уткнувшиеся в приборы люди не заметили её появления, неподвижно замерший и отдающий отрывистые приказы некромант – тоже. Лицо её спасителя было встревоженным и таким измученным, словно он не спал несколько суток подряд, но его голос оставался холодным и чётким, как ей запомнилось по прошлым встречам.
«Где мы? Почему все ведут себя, как группа спасателей МЧС на лесном пожаре? Липкий страх сидящих за приборами людей буквально витает в воздухе, команды моего некроманта они исполняют моментально, слаженно и без единого вопроса». – Таша осмотрелась и не поверила собственным глазам: сквозь стены корабля она сумела рассмотреть призрачный, до боли знакомый туннель! У неё галлюцинации? Как она может видеть сквозь стены? И как в пульсирующей мгле могли оказаться другие люди, да ещё вместе с комнатой и приборами?!
Она не поняла, как её желание разобраться в ситуации привело к такому эффекту, но одна только мысль – и она видит со стороны огромный, многоэтажный корабль необычной конструкции. Корабль, действительно застрявший в том самом туннеле, по которому она привыкла бродить в одиночестве или (в последнее время) в компании некроманта. Ошеломление, испытанное Ташей, заставило её сильнее почувствовать силу притяжения к высокой фигуре в чёрном комбинезоне, почувствовать его утомление и неистовое твёрдое намерение справиться со своей задачей вопреки всему.
Стало яснее ясного, что её некромант подрабатывает не только высокой шишкой в своем Альянсе, но ещё и главным спасателем всех попавших в беду. Но ёлки-палки, какому идиоту взбрело в голову засунуть в смертельно опасную мглу кучу народа?! Это как надо начать думать, чтобы до такого додуматься, а?! Ведь не случайно же они сюда попали, так?
Таша поняла, что выкрикнула свои мысли вслух, когда увидела, что вновь стоит в рубке корабля и на неё ошарашено смотрят восемь пар глаз. То, что не стоило отвлекать своего некроманта от работы, она сообразила, когда увидела угрожающее мерцание туннеля.
– Отпусти их!!! – взвизгнула Таша, раскидывая руки в стороны в неосознанной попытке раздвинуть призрачные стены.
Толчок, ослепительно яркая вспышка – и корабль бесследно исчез. Рядом с Ташей стоял только некромант, в последний миг схвативший её за руку и теперь рассматривающий её задумчиво-задумчиво, как особое решение дифференциального уравнения, внезапно выпавшее в процессе преобразований.
– Что с кораблём? – шёпотом спросила Таша, страшно боясь услышать, что из-за неё погибли люди. Как жить с таким грузом на душе?!
– Ты помогла вытолкнуть его в реальное пространство, так что с пассажирами и экипажем всё в полном порядке. Полагаю, сейчас они находятся на пике своей религиозности.
– Что? – растерялась Таша.
– Со слезами благодарности молятся всем богам всех народов галактик. Возвращайся в своё тело, не рискуй собой: этот туннель нестабилен. Возможно, ты не знаешь этого, но если твоё сознание не успеет покинуть схлопывающийся туннель, ты погибнешь навсегда и окончательно. Уходи отсюда!
Таша прищурилась и уточнила:
– А ты?
– Я – Первый стратег, а в туннеле ещё три корабля, – спокойно объяснил её некромант.
Она всем сердцем ощутила его непоколебимую готовность погибнуть, но не отступить. Ощутила всеобъемлющее чувство долга, бывшее для этого мужчины одним из основных жизненных императивов. Как она и думала: фразу «положение обязывает» придумали не только на Земле, и самураи встречаются не только в нашей Японии. Если бы она встретила такого мужчину в своей прежней жизни, то не дожила бы до тридцати лет не зная любви.
«Никогда не поздно всё исправить, – подумалось Таше, рассматривающей по-военному коротко остриженные тёмные волосы, орлиный нос. – Какого всё-таки цвета у него глаза? И как надоело непрерывное чувство страха, нагнетаемое чёртовой пульсирующей мглой! Так, сосредотачиваемся на важном».
– Раз я могу помочь, то останусь. Где твои корабли?
– Ты согласна рискнуть жизнью в попытке спасти чужих тебе людей, которым ничем не обязана ни ты сама, ни твоя планета?
– Да, можешь внести моё согласие в официальный протокол, – закатила глаза Таша и напомнила: – Теряем время.
Её слова не успели замереть на губах, как они уже стояли в капитанской рубке второго корабля, двойника первого. Здесь командовали два незнакомца в чёрном и оба выглядели так, будто вот-вот упадут в обморок от истощения. Нашивки на их комбинезонах были похожи на ту, что рисовала Таша, но меньше размером и без крупного центрального символа. При виде её некроманта один из его подчинённых в самом деле рухнул на колени с нескрываемым облегчением на лице.
– Уходите оба, курируйте навигацию извне. И проконтролируйте исполнение моего приказа о блокировке всех туннелей в пустоте, – кратко приказал спутник Таши, и мужчины в комбинезонах исчезли.
.
На экране блока управления высвечивались динамические коэффициенты, описывающие состояние создававшегося его ребятами туннеля. Показатели Стейзу не понравились: расчётная ширина пути ненамного превышала размеры корабля, а погрешность измерений никто не отменял.
– Тесно, – поёжившись, прошептала его невероятная помощница. Она вновь раскинула руки, пытаясь раздвинуть стены туннеля. Коэффициенты мигнули, доказывая наличие небольшого эффекта от её усилий. – Почему на этот раз у меня ничего не получается?!
– Потенциальная яма глубже, – ответил Стейз, продумывая пути выхода из подпространства: путь, намеченный его ребятами, нужно было корректировать. – Первый корабль я успел поднять довольно высоко к моменту твоего появления, а этот сидит в пустоте на более низком отрицательном энергетическом уровне. Продолжай делать то, что делаешь: туннель понемногу расширяется, ты выигрываешь мне время на размышления.
– Знать бы ещё, что именно я делаю, и не сделаю ли хуже, – пропыхтела Таша. На её лбу выступили капельки пота, но чёрная мгла отодвинулась от обшивки корабля.
– Хуже уже некуда, об этом не стоит волноваться.
«Он шутит? Голос такой бесстрастный, что сразу не поймёшь». – Таша усилила нажим, чувствуя упругое сопротивлениё и понимая, что надолго мглу не удержит. Она попробовала мысленно крикнуть: «Отстань! Отпусти!», но корабль не вышибло из пустоты, как пробку из бутылки. Она отчётливо осознала себя дилетантом, которому от природы даны какие-то уникальные способности, но без обучения стоящие очень мало. Её некромант начал отдавать команды, и картинка вокруг корабля стала понемногу меняться. Сквозь стены суть этих изменений улавливалась с трудом, надо бы взглянуть на ситуацию со стороны...
– Таша! – услышала она встревоженный крик из рубки, почувствовала чужой страх за саму себя, натянувшуюся связь, что так напугала её на планете. Если бы она тогда знала, что та тянет на помощь к её некроманту, то не сопротивлялась бы изо всех сил, а сразу откликнулась на зов!
– Извини, буду предупреждать об отлучках, – поспешив вернуться, покаялась она. – Выходила глянуть, как оно там – снаружи.
– Что увидела? – отрывисто бросил её некромант в паузе диктовки указаний.
– Я, конечно, не нуль-физик, – замялась Таша, и её прервали:
– Ты окажешь неоценимую помощь, если будешь просто сообщать обо всём, что видишь и думаешь.
– Тогда... ты ведёшь корабль сквозь самую плотную мглу, а вон там пространство за туннелем светлее.
– Где там? – Он дождался взмаха её руки, указавшей точное направление. – Меняем курс. Загружаем новые расчётные данные.
Колонки цифр, ползшие по экранам медленно, как черепахи, шустро побежали вниз. Судя по тому, как расправились плечи и повеселели лица членов экипажа, хуже от её подсказки не стало.
– Энергию двигателей перевожу на уширение воронки выхода. Двигатели на полную мощность! РЫВОК! – скомандовал Первый стратег, предварительно схватив Ташу за руку.
Ещё одна нестерпимо яркая вспышка – и опять они остались вдвоем в пустоте. Выдохнув, непривычная к космическим катастрофам землянка утёрла свой как бы нематериальный, но отчётливо вспотевший лоб и повторила прежний вопрос:
– Так кто же всё-таки тот идиот, что додумался протаскивать людей сквозь смертельно опасную пустоту?!
– Проект транспортных путей в подпространстве разрабатывался нуль-физиками.
– А-ааааа, – смутилась Таша. – Тобой, значит...
– Моими предшественниками, я не настолько стар. – И опять неясно: шутит он или нет? – Дорога сквозь подпространство долгие века считалась самым безопасным способом попасть в любой конец вселенной.
– Жаль, что новый век внёс свои коррективы. Как тебя зовут-то?
– Стейз. Остался последний корабль, ты со мной?
– Похоже, я всегда с тобой: не пойду сама – выдернут принудительно. Ты тоже ощущаешь мои чувства, как я твои? Чувствуешь притяжение между нами?
– Что? – Удивление мужчины пронеслось сквозь Ташу, делая ненужным ответ на вопрос.
– Не бери в голову. Почему корабль последний, ты же раньше говорил о трёх?!
– Грузовое судно уже вывели в реальный мир, моим коллегам нужна помощь с последним пассажирским лайнером. Как нам лучше поступить: перенестись на корабль или в туннель непосредственно к нему?
Самый гениальный нуль-физик галактики спрашивает такого совета у неё???
В далёком детстве у Таши был такой случай: в кабинет для первоклашек, где она сидела за партой, пришла незнакомая раздражённая учительница и попросила дать ей девочку на пять минут на урок в девятом классе. Выбор отчего-то пал на Ташу и её привели в другой кабинет и поставили перед доской. Незнакомая учительница поругалась на учеников, что они не способны ответить на простейший вопрос, который ясен даже малому ребёнку, и в качестве доказательства задала этот вопрос Таше. Сейчас она уже не помнила ни вопрос, ни свой ответ, но прекрасно помнила жуткое ощущение первоклашки, стоящей перед старшеклассниками. Вокруг сидят взрослые мальчики и девочки и ждут от неё чуда, как от цирковой собачки, а она не просто забыла команды – её вообще не дрессировали!
Почувствовав, как задрожали её руки, Стейз сильнее сжал их в своих ладонях. Заглянул в глаза и произнёс:
– Эмоции иномирян сильно затрудняют взаимодействие с ними. Я обучен замечать признаки их возникновения в людях и сейчас вижу, что тебя беспокоят именно они. Если ты объяснишь мне, что с тобой происходит, я постараюсь развеять твои тревоги.
– Ты учёный, физик, ты знаешь эти адские туннели изнутри, а я – нет.
Таша запнулась, не зная, как продолжить, но Стейзу хватило её признания, чтобы достроить логическую цепочку:
– За жизнь людей ответственность несу я, не ты. Окончательные решения по вопросам их спасения принимаю тоже я. Любые твои действия я контролирую и всегда готов вмешаться в их ход, а все твои предложения критически оцениваю. Если я оценю их неверно, это будет мой просчёт, не твой. – Настойчиво смотря в её глаза сквозь непрозрачные тёмные очки, он попросил: – Доверься мне.
– Тебе-то я верю безусловно, я сомневаюсь в себе!
– Нет, в данном случае ты не доверяешь именно моим силам. Боишься, что ответственность за твои советы ляжет на твои плечи, но так никогда не будет, ведь Первым стратегом из нас двоих являюсь я.
Выматывающий душу страх совершить непоправимую ошибку отступил. Ощущающей уверенность стоящего рядом мужчины Таше показалось, что с неё впрямь сняли непосильный груз. Господи, где во вселенной делают таких мужчин?! Умных, сильных духом, всё понимающих с полуслова, без нытья и сомнений взваливающих на себя груз огромной ответственности за других? Страшно захотелось спросить, женат ли Первый стратег и какой исключительной даме так фантастически повезло с супругом, но Таша выбросила из мыслей несвоевременные глупости.
– Давай перенесёмся к стенам корабля, – сказала она.
.
Лайнер такого вида отнесли бы на Земле к шедеврам инженерной мысли. Он был огромный, но удивительно изящный, с плавными линиями бортов и обманчиво хрупкими украшениями носовой части. Прогулочные палубы были накрыты прозрачными куполами, овальные проёмы иллюминаторов закрыты шторками за время путешествия в пустоте. Путешествия, которое внезапно затянулось.
– Попробую раздвинуть стены туннеля? – предложила Таша.
– Пробуй. Мгла везде выглядит для тебя одинаково чёрной?
– Нет. Если присмотреться, то заметен более светлый, серый отлив со стороны задней части левого борта корабля, видишь?
– Таша, я вижу только твою ментальную проекцию, мглу вокруг и показатели на своих приборах. Я не вижу ни сам туннель, ни корабль, ни серое просветление над ним. Укажи ещё раз, где пустота кажется тебе менее густой.
«Не видит туннель и корабль? Как же он бродит тут: полагается лишь на свои приборы?!» – изумлялась Таша, старательно расталкивая пульсирующую черноту и прислушиваясь к речи Стейза:
– Уходите в сторону задней части левого борта корабля. Ещё немного левее. Да, я вижу, что показатели туннеля стали стабильнее. Я непосредственно рядом с вами, насколько уместно выражение «рядом» в отсутствие материи и пространства как такового. Да, туннель расширяется не сам собой. Нет, это не моя работа. Совершенно верно, вам помогает выбраться та же самая девушка, что вывела в открытый космос ваших товарищей по несчастью. Корректируйте курс с учётом задаваемого ею уширения пути. Стоп, коэффициент в расположении 34-8-12 рассчитан неточно! Да, так лучше. Новый расчётный путь утверждаю, форсируйте перемещение.
Движение в призрачном туннеле вслед за кораблём не требовало от Таши никаких усилий, довольно было желания удержаться рядом. Первый стратег продолжал оставаться на связи со своими нуль-физиками, работающими в капитанской рубке, время от времени спрашивая у Таши, не видит ли она чего-нибудь необычного. Что понимать под «необычным» в потустороннем, как бы несуществующем мире, было не совсем ясно, но пока стены мглы не придвигались вплотную к кораблю, она не видела поводов для беспокойства. Надвигающуюся угрозу Таша скорее почувствовала, чем увидела воочию: с двух сторон на корабль медленно накатывались волны, поражающие антрацитовой чернотой даже на общем непроглядном фоне. Если бы не редкие блики от гребней этих псевдо-волн и не чувство дикого ужаса, нахлынувшего на неё, она бы их не заметила.
– С боков! Чёрные волны!!! – выкрикнула Таша, резко разворачивая нуль-физика к неведомому зловещему явлению.
Стейз ахнул, быстро забегал пальцами по оправе своих очков и крикнул собеседникам на той стороне связи:
– Нилс, Мэйлз, рвитесь прочь отсюда на минимальных расчётах! К нам движутся возмущения от квантового перехода в подпространстве. Они поглотят всё на своём пути, никакие энергоблоки не удержат защиту.
Что значит «минимальные расчёты» Таша сообразила, когда корабль заметало от одного края туннеля к другому, как машину на скользкой дороге. Выстраиваемый нуль-физиками туннель тоже стал кривым, как траектория бредущего к дому пьяницы, а угольно-чёрные волны подбирались всё ближе и ближе. Таша уже видела светлое пятно реального пространства вдалеке, окно в настоящую жизнь, и со страстным желанием помочь выбросила руки вперёд, отключившись от всего, кроме одной задачи.
«Я тучи разведу руками...», – вспомнилось ей.
Чернота перед кораблём дрогнула и разошлась, выпуская добычу из смертельных объятий. Яркая вспышка доказала, что её усилия были не напрасны. Очнувшись, она осознала, что висит на руках у Стейза.
– Из-за чего возникают квантовые переходы в пустоте? – спросила она и сама удивилась абсурдности вопроса. Верно говорили ребята из МЧС, что в состоянии стресса люди часто интересуются сущими пустяками: такова защитная реакция от перегрузки психики.
– Это стохастический процесс, – серьёзно ответили ей.
Как и ожидалось, ответ непонятный, но зато смешной. Ташу так разбирал смех, что ей показались потешными и узкие очки с бегущими по ним символами, и чей-то голос, истошно что-то орущий в ухо её некроманту. Если она слышит крики из микроскопической, невидимой гарнитуры в его ухе, то его они вовсе оглушать должны, и этот вывод тоже показался уморительным.
«У меня нервический припадок», – диагностировала Таша, давясь смехом в тщетных попытках подавить его.
– Где ты находишься в реальном мире? – встряхнули её.
Как хорошо, когда кто-то умеет задавать правильные и нужные вопросы!
– Я в мире Ирилан. Вторая планета звезды Тау-8 сектора Ми-91-03, – поспешила выпалить Таша.
– Это мы успели выяснить, тебя ищут люди Оррина и мне уже показали оставленные тобой портреты. В каком конкретно месте ты сейчас находишься?
– Меня арестовали ваши стражи – смотрители мира.
Желание в подробностях рассказать, как и за что её лишили свободы стражи правопорядка, умерло на корню при виде антрацитовой волны, накатывающей на них за спиной Стейза. Через миг случится непоправимое!
– Уходи отсюда!!! Исчезай, как все! – рявкнула Таша, всеми силами души и призрачного тела выталкивая мужчину из опасной зоны.
Он пропал. Мгла вокруг Таши схлопнулась, выбросив её к телу, к которому она понемногу успела привыкнуть: к телу иномирянки Малиньи. Хм-ммм, господин нуль-физик напрасно переживал, что пустота убьёт её легко и просто: похоже, та считает её любимой игрушкой. Если она где и помрёт, то точно не в чёрной мгле, её прикончит только гибель в реальности.
...
Впервые Стейза выбило из подпространства чужой волей. Его сознание с такой силой впечатало в тело, что зазвенело в ушах и поплыли круги перед глазами. Сквозь звон донеслись радостные крики, он открыл глаза и обнаружил себя в медицинской капсуле, утыканного датчиками, как дикобраз иглами.
– С возвращением! – приветствовали его медики Стратегического Центра, Верховный стратег и коллеги нуль-физики.
– Почему не ушёл из адской пустоты вместе с последним кораблём?! – гаркнул Оррин, потрясая кулаками.
– Мне надо было спросить у Таши, где её искать, – споро сдёргивая с себя датчики, Стейз выбрался из капсулы под дружные протесты врачей. Он боялся думать, что отважная девушка, пришедшая ему на помощь, не выбралась из руин погибшего туннеля. – Вели своим людям немедленно связаться со стражами-смотрителями планеты Тау-8, она у них. Помнится, я строжайше запретил всем нуль-физикам самостоятельно перемещать сквозь подпространство живые объекты? Объявляю об одном исключении: Оррин, мы с тобой немедленно переносимся на Ирилан.
– Ты еле дышишь, а собираешься создать ещё один ненадёжный одноразовый туннель и нырнуть в него?!
– За ней нырну хоть в пекло ядерного взрыва.