Часть третья

Не знаю, сколько времени я просидела в своей комнате, уставившись в одну точку и пытаясь разобраться в себе. Как дальше вести себя, что делать? С одной стороны, я понимаю, что это не вина Дамиана или его отца. Просто так сложилось, просто такая политика, просто такие порядки. Я уверена, что магистр действительно сделал все, что смог… Но какой-то мерзкий привкус от произошедшего, да и от нашего разговора остался. Разочарование точило меня изнутри. Ведь я только недавно уверилась, что он чуть ли не всесилен, а тут… Хотя будет мне уроком. Нельзя превозносить людей. Сколько бы всего ни было намешано в нашей крови, по сути, мы те же люди со своими слабостями и возможностями. Так что на мое отношение к Дамиану произошедшее вряд ли повлияет сильно. Сейчас я еще на нервах и слегка злюсь, но, когда успокоюсь, приму все как должное. Чего не скажешь об отношении к императору, да и к остальной верхушке в целом. Если раньше это была обыкновенная, ничем не обоснованная предвзятость с моей стороны, то теперь все худшие подозрения на их счет оправдались, и даже в большей мере, чем я могла предполагать. Задерживаться в этом обществе я совершенно не желаю. Так что остается надеяться, что это дело не затянется вновь на десятилетия. Столько лет в этой компании я не протяну.

Из раздумий меня выдернула громко хлопнувшая дверь. Флора, одетая в обтягивающий кожаный костюм и с убранными наверх волосами, возвышалась перед порогом, холодно и грозно рассматривая меня. Вот ведь как получилось, я разочаровалась во всесилии Дамиана, а Флора в моей положительности. Не то чтобы я себя особо причисляла к добрым и правильным, но она, кажется, как раз такой меня и считала, судя по ее разговорам во время учебы. А теперь открылась жестокая истина. Оказывается, быть для кого-то разочарованием так же больно, как и самой разочароваться в ком-то.

– У тебя десять минут на сборы, – жестко произнесла Флора. – Форма одежды – спортивная или хоть что-то, что не будет иметь подола и подойдет для тренировок. Волосы подбери и заколи в высокий пучок. Сразу предупреждаю, если твоя шевелюра станет намного короче, моей вины в этом не будет.

Резко развернувшись, она вышла, снова хлопнув смежной дверью между нашими комнатами.

Похоже, в себя она уже окончательно пришла, и теперь последует жестокая месть. В плане изощренности грядущего наказания можно не сомневаться, вот только я ей должна, так что позволить спустить пар – меньшее, что я могу для нее сделать. В конце концов, серьезно меня калечить боевичка не посмеет, тем более под крышей Бриара. А вот повалять в грязи и поставить пару синяков – запросто, но это не так уж и страшно.

Я смиренно отправилась переодеваться, размышляя, удастся ли мне хоть частично восстановить то доверие, что было между нами. Хотелось бы… Тем более в дальнейшей работе оно нам, несомненно, пригодится. Если, конечно, Флора согласится продолжить…

Собралась я быстро и, серьезно восприняв угрозу девушки насчет волос, скрутила их как можно туже в узел на затылке. Флора дожидалась меня за дверью и, стоило выйти, молча проследовала по коридору, так что мне оставалось только поспешить за ней, плохо себе представляя, где же она собирается проводить запланированную «тренировку».

А вот сама девушка, очевидно, никаких сомнений не испытывала, на удивление уверенно продвигалась по чужому дому куда-то вглубь, а затем вниз. Когда мы спустились на уровень подвала, я даже начала слегка нервничать, но наше путешествие внезапно оборвалось перед массивной дубовой дверью. За ней оказался просторный зал, холод в котором не могли прогнать даже с десяток факелов, висящих на каменных стенах. В дальнем углу стоял большой щит, увешанный всевозможным оружием. Стены были испещрены множеством сколов, царапин и даже кое-где подпалин, а под ногами вместо привычных каменных плит или деревянных полов оказалась земля, щедро присыпанная песком. Тренировочный зал… в подвале. Впрочем, было бы странно, если бы у Дамиана вообще не оказалось в доме никакого места для боевых занятий.

Пока я заторможенно осматривалась, Флора закрыла за нами дверь на довольно внушительный засов, прошла на середину зала, развернулась ко мне и требовательно спросила:

– Чего встала?

– В смысле? – растерялась я, не понимая, чего от меня хочет девушка.

– Мне казалось, что ты поумнее, – вздохнула она, закатив глаза. – Ноги в руки и побежала!

– Куда?!

– Не куда, а как, – поправила меня боевичка, задумчиво рассматривая ногти на своей руке. – По кругу, и быстро.

Я все так же стояла, в недоумении уставившись на нее.

– Мне тебе заряд бодрости пинком добавить? – внезапно рявкнула Вегерос, да так, что я уже без вопросов и уточнений затрусила вдоль стены. Похоже, Флора действительно решила заняться тренировками. – Быстрее, – заявила она через пару кругов, и, очевидно, как дополнительный стимул, прямо в то место, где только что была я, врезался горячий пульсар, чей жар я ощутила спиной.

– Ты с ума сошла! – воскликнула я, но скорость прибавила, предчувствуя, что Флора вполне может повторить этот трюк.

– О, наконец-то, хоть какая-то реакция, помимо бесконечного раскаяния и самоуничижения, – выдала боевичка, и я, даже не видя, почувствовала довольный оскал на ее лице.

Поняв, что так вести разговор глупо, я все же остановилась, разворачиваясь к девушке, но и слова произнести не успела, как мимо моего виска пролетел очередной огненный шарик, рассыпавшийся искрами за моей спиной при встрече со стеной.

– А вот приказа останавливаться не поступало, – холодно отметила девушка, демонстративно подбрасывая на руке еще один сгусток пламени. – Так что развернулась и продолжила забег.

– Флора… – начала было я, желая все же завязать разговор, но огненный росчерк, пролетевший теперь с другой стороны от моей головы, ясно давал понять, что на диалог она сейчас не настроена, так что пришлось выполнить требуемое.

– Я уверена, что воина в принципе можно сделать из любого. Все зависит от времени, мастерства учителя и его терпения, чтобы не прибить ученика раньше, чем он научится хоть немного давать отпор, – начала свой монолог девушка. – В свете последних событий стало понятно, что моя дальнейшая миссия по твоей охране отнюдь не ограничится защитой от острых зубок дамочек-аристократок. Сделать из тебя сносного бойца за короткое время невозможно, да и надобности такой нет. Но натренировать так, чтобы ты не стала легкой мишенью для врага, – вполне реально.

Я раздраженно зыркнула на Флору и споткнулась.

– Меняем направление! – рявкнула она.

Пролетевший перед моим носом пульсар заставил испуганно пискнуть. Я резко развернулась и побежала в обратную сторону.

– О чем это я?.. – невозмутимо продолжила девушка. – Ах да, тренировки. В общем, с сегодняшнего дня мы с тобой ежедневно как минимум по часу будем заниматься твоей физической подготовкой. Меч я тебе в руки не доверю – убьешься еще, а вот работу с метательными ножами можно продолжить. Нравится тебе или не нравится, но тренировки будут, потому что я хочу сделать все, чтобы облегчить себе, любимой, работу. Раз-во-рот!

Громогласный приказ эхом пронесся по каменному залу. В мое лицо опять был пущен огненный шар, от которого я увернулась в последний момент.

– А тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? – уже сбиваясь с дыхания, поинтересовалась я.

– Это мне раньше казалось… что все будет просто и легко и, кроме закулисных интриг с привычной грызней истеричных дамочек, нас особо ничего не ожидает, – с усмешкой в голосе проговорила Флора. – А теперь я уверена, что с твоей удачей рассчитывать на такое было глупо. Ты же ходячая проблема, а мне за твою жизнь ответственность нести перед великим и ужасным. Уж лучше я сама тебя тут слегка покалечу, чем потом кто-нибудь другой приложит по полной.

В этот раз предупреждения не было. Просто боковым зрением я заметила всплеск пламени и, прежде чем пульсар долетел до меня, резко развернулась и пригнула голову.

Довольно быстро бег по кругу превратился в беспорядочное метание в попытках избежать встречи с очередным огненным шариком. Не всегда мне это удавалось, поэтому радовало то, что Флора хорошо контролировала свою силу – снаряды не прожигали мою одежду и не оставляли ожогов, лишь копоть на руках и лице да противный запах гари, пропитавший волосы. Приняв очередной удар пульсара прямо в грудь, я упала на землю, уже не в силах подняться и понимая, что для меня тренировка на этом окончена. Чем бы мне ни угрожала Флора, продолжить я не смогу, даже рискуя при этом остаться с подпаленными волосами.

Но, удивительно, девушка не стала требовать подняться, а села рядом со мной.

– На случай, если ты себя последние несколько часов считала вселенским злом и прочее, сейчас я тебе наглядно доказала, что ты таковой не являешься, – спокойно проговорила она и, когда я ошарашенно посмотрела на нее, ехидно мне усмехнулась. – Могу тебе с уверенностью сказать, что зло не улепетывает с такой неуклюжестью от маленького огненного шарика.

– Все равно я виновата, – тихо проговорила в ответ, пряча взгляд.

– Знаешь, у тебя просто непомерное самомнение, – раздраженно заявила девушка.

– Почему? – не поняла я.

– Это ж каким себя нужно считать пупом земли, чтобы искренне полагать, что все, что происходит плохого с окружающими тебя людьми, исключительно по твоей вине, – скривилась она. – Вот этим ты меня и бесишь. Нашлась тоже великая страдалица, бьющаяся в конвульсиях от раскаяния. Родная, опустись с небес на землю. Я ведь могла попасть на чаепитие к этой старушке и без твоей помощи. И в таком случае для меня все закончилось бы куда печальнее. Я вчера, конечно, вспылила, состояние было омерзительное, да и заклинание, наверное, сыграло свою роль. Но то, что ты так прониклась моей сиюминутной вспышкой гнева, – вот это уже странно. До этого вроде покрепче психикой была. А тут пара обвиняющих фраз, и ты уже готова стать жертвенной овцой, лишь бы мнимую вину передо мной загладить. Аж смотреть противно.

– Но я действительно поступила эгоистично, – мрачно сказала я. – Нужно было перекинуть заклинание на себя, когда я поняла, что Дамиан ничего не чувствует и не придет, а не продолжать мучить тебя.

– Правда, что ли? – ахнув, вскинулась она. – Действительно, ты права. Надо было перекинуть. Чтобы потом, увидев какую-то навеянную гадость, жахнуть потоком неконтролируемой силы и убить нас всех? Для меня, честно говоря, это стало куда бо́льшим аргументом, чем возможное появление Бриара, прежде чем мы раскроем правду. Как бы там ни было, но я и Эйдит со своими силами живем уже давно, и контроль идет чуть ли не на уровне дыхания. Тем более мы обе учимся на боевом, что тоже добавляет дисциплины и самоконтроля. Ты же пару месяцев как обзавелась смертоносной магией. Если ты даже заклинаний никаких толком не знаешь, о каком полном владении собой может идти речь? В общем, надоела мне эта болтовня. Если коротко, то заканчивай строить из себя героиню, разочаровавшую своих последователей, и самокопание прекращай. Нам еще много работать, а ты сопли на кулак мотаешь. Тьфу.

Я всхлипнула, чувствуя, как слезы действительно скапливаются в глазах. Вроде ничего такого, о чем бы я не знала, Флора не сказала, но мне все равно стало легче. Как будто камень с души упал. Если бы не одно «но»…

– Дамиан тебе рассказал… – начала я, но девушка и так меня поняла.

– Что старушка отделалась укоризненным взглядом и твердым обещанием не повторять прошлых ошибок? Конечно.

– И что ты думаешь по этому поводу? – спросила, затаив дыхание, в надежде, что ее ответ подскажет мне, как быть дальше.

– Да ничего. Глупо было рассчитывать на то, что эту троицу торжественно предадут народному суду и устроят показательную казнь на главной площади. Обидно, конечно, стоило все же врезать парням пару раз, хоть душу отвести. Да и старушенции я бы тоже зубы посчитала. Но что есть, то есть. Наша задача вообще в другом состояла, и убиваться теперь, что Деланей осталась безнаказанной, я не собираюсь. Тем более немилость императора ей еще во многих делах отольется. В общем, проще надо жить, Серас, – криво улыбнулась Флора. – Если будешь переживать за всех вокруг, переживалка сломается.

Боевичка бодро поднялась с песка и отряхнула штаны.

– Вставай, чучело, ты же не хочешь, чтобы твой дорогой магистр застал тебя в таком чумазом и непотребном виде, – ядовито усмехнулась девушка и протянула мне руку, чтобы помочь встать.

«Может, она и права. Есть ли смысл страдать за всех подряд? Хватило бы сил защитить тех, кто близок, и то было бы неплохо», – подумала я и крепко ухватилась за ладонь Флоры, с силой вздернувшую меня на ноги.

Правильно. У меня нет времени раскисать и утопать в жалости к себе и окружающим. Мы уже отсеяли практически половину подозреваемых, а ведь это несомненный плюс. И впереди нас ожидает еще немало работы, так что нужно брать себя в руки и готовиться дальше раскапывать скелеты в шкафах благородных семей.

Из тренировочного подвала поднималась я уже в куда лучшем настроении, твердо решив больше не поддаваться внутренней слабой плаксе, а держаться и бодро шагать вперед.

– Учти, завтра с утра ты должна быть в зале, или я сама приду тебя будить, и уверяю, тебе это очень не понравится, – твердо заявила Флора, заметив на моем лице легкую улыбку.

Я запнулась на очередной ступеньке.

– То есть про тренировки это ты серьезно? – уточнила на всякий случай.

– А ты что думала, сегодняшнее занятие было устроено исключительно ради душеспасительной беседы с тобой? – скептически взглянула она на меня. – Вот еще, стала бы я так напрягаться.

Откровенно говоря, я действительно подумала, что вся эта тренировка просто была способом вправить мне мозги. И, похоже, по выражению моего лица Флора догадалась о моей наивности.

– Тебя нужно привести в форму, – уже серьезно проговорила она. – Тем более есть такая возможность. Даже если это не пригодится сейчас, лишним уж точно не будет. А то мало ли, попадешь в какую-нибудь передрягу со своим Бриаром, и пока он тебя защищать самоотверженно будет, сама по глупости подставишься. Жалко его, несчастного. Намучается он еще с тобой, непутевой.

Волна возмущения мгновенно прокатилась по мне, и я уже хотела заявить, что я не настолько глупа и беспомощна. Но промелькнувшее воспоминание заставило поспешно захлопнуть рот.

Тот дурацкий бал, схватка двух магов на мечах и кинжал, летящий прямо в меня. А ведь кто знает, как бы окончился тот вечер, если бы я не стояла, глупо уставившись на приближающийся клинок, а сразу увернулась. Дамиану не пришлось бы отвлекаться от боя, чтобы вывести меня из-под удара, и, возможно, мы бы уже поймали убийцу. Так что тренировки с Флорой лишними точно не будут.

– Ладно, – вздохнув, согласилась я. – Постараюсь не проспать.

– И что, никаких возражений? – удивилась девушка.

Я промолчала. А что тут скажешь?..

Уже на подходе к комнате меня догнал дворецкий с сообщением от Дамиана, чтобы, как только я освобожусь, подошла к нему в кабинет. Я решила сначала привести себя в порядок, а уже потом идти вести серьезные беседы. Вряд ли магистр всего лишь хочет удостовериться в моей целости после занятия с Вегерос.

Робко поскребшись к нему в кабинет и получив разрешение войти, я скользнула внутрь, надеясь на лучшие новости, но внутренне все же готовясь к плохому.

– Я смотрю, Флоре быстро удалось вывести тебя из подавленного состояния, – с улыбкой заметил он, приглашая меня присесть напротив.

– Удивительно, но да, – согласилась я. – Она оказалась понимающим и заботливым человеком. Хотя порой выражает свои истинные чувства весьма оригинальным способом.

Я вспомнила, как она пыталась открыть мне глаза на истинную натуру Рины. Вот уж ни за что бы не подумала, что в тех издевательствах было больше искренней заботы обо мне, чем в сладких речах бывшей подруги.

– Значит, я не ошибся в выборе для тебя компаньонки, – заключил мужчина, пристально разглядывая меня, словно пытался найти что-то.

Отголоски обиды и разочарования? Если они и остались, то ушли глубоко внутрь. Успокоившись и подумав, я не приняла все произошедшее как должное, но и так остро уже не реагировала. В конце концов, это «вне моей компетенции».

А вот насчет компаньонки он прав. Флора не держит меня в напряженном боевом ожидании и готовности к очередной перепалке, пусть и словесной, но при этом и не дает слишком уж расслабиться и впасть в уныние. С ней легко быть собой и выказывать как радость, так и неприязнь, потому что и она себя никогда в этом не ограничивает. По крайней мере, при нашем личном общении, а не когда мы играем на публику.

– Так о чем ты хотел поговорить? – напомнила я, понимая, что Дамиан вряд ли хотел пообщаться о наших с боевичкой взаимоотношениях.

– У меня для тебя письмо и приглашение для вас с Флорой на одно мероприятие, – посерьезнев, проговорил он. – Сначала прочитай письмо, лучше даже с Вегерос, а потом вместе решите, стоит вам туда идти или нет. В данном случае я настаивать не буду.

Я, слегка нахмурившись, протянула руку через стол, забирая у него два конверта из дорогой бумаги. Один покрупнее и потолще, видимо, с карточками. Никакой подписи сверху ни на одном из них не было.

– От кого? – настороженно взглянула на Дамиана.

К чему были все эти «сами решите, не буду настаивать»?

– От Эйдит, – раздалось в ответ.

И я, облегченно вздохнув, расслабилась. Ситуация у нас, конечно, вышла неприятная, но ничего настолько страшного, как мне подумалось вначале. В таком случае письмо нам действительно стоит прочитать вместе с Флорой.

– А что насчет того, что я рассказала про бал? – внезапно вспомнила я. – Ты проверил, Дилвин действительно все время своего отсутствия проговорил с ректором?

– Проверил, – легко кивнул мне магистр. – Все подтвердилось.

– Как хорошо, – радостно улыбнулась я.

Хоть у кого-то из нас оказались преданные друзья. Минус еще один человек из нашего списка, это уже что-то. Вот так вот, за один вечер нам удалось, считай, разом избавиться от половины подозреваемых. Хотелось бы надеяться, что и со второй расправимся так же быстро. Слишком долго этот человек оставался безнаказанным.

– Побегу тогда Флору искать, посмотрим, что же нам написали. – Я поспешно встала из-за стола, но вот отойти не успела.

– Погоди, Касс, – ухватил меня за руку Дамиан.

Я вопросительно взглянула на него.

Но он ничего не сказал. Потянув за руку на себя, заставил обойти стол и, подведя близко к себе, обнял за талию, устало уткнувшись лбом мне в живот. Я удивленно вдохнула, нелепо взмахнув руками, не зная, куда их пристроить, а с выдохом мягко опустила ладони ему на голову, зарывшись пальцами в темные волосы.

– Прости меня, – глухо сказал он, а я вздрогнула, почувствовав горячее дыхание даже через ткань платья. – Я чувствую, что с этим происшествием подвел тебя. Да и не только тебя, но в данном случае ты для меня важнее. Совсем не так я рассчитывал завоевать доверие любимой. И не разочарование жаждал видеть в твоих глазах…

Он крепче прижал меня к себе, а я стояла и глупо улыбалась, в очередной раз чувствуя, как счастлива просто оттого, что он назвал меня любимой. Хорошо хоть, что он не видит моего дурацкого выражения лица.

– Если начать считать, сколько раз я не оправдывала твоих надежд, боюсь, счет будет не в мою пользу. Так что лучше даже не начинать. Не стоит так реагировать на все мои вспышки. Я, конечно, всегда стараюсь говорить то, что думаю, но это не значит, что мои слова всегда отражают то, что я на самом деле чувствую. Человек – существо эмоциональное, а я еще и нестабильное. Наболтаю всякого в порыве злости, а потом успокоюсь и пойму – это ведь неправда, ну или, по крайней мере, не вся. Я стараюсь постепенно прийти в себя и стать нормальным человеком, но будь снисходителен, так быстро это не получится. – Я мягко отстранилась, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Ты меня устраиваешь любая, – с улыбкой проговорил он. – Главное, чтобы была целая и рядом со мной.

– В этом я с тобой полностью согласна. Главное, чтобы рядом, – прошептала и, решившись, склонилась, чтобы поцеловать Дамиана.

Мгновение, и вот я уже у него на коленях, крепко обнимаю за шею. Чувствую, как каждое движение его губ и каждое прикосновение наполняют меня искрящимся, пьянящим счастьем, восторгом и еще чем-то терпким и темным, как огонь, иногда мелькающий в его глазах.

Тихий стук в дверь заставил нас резко оторваться друг от друга. Правда, руки на моей талии не спешили отпускать меня, тем более что посетитель за дверью терпеливо ждал ответа.

– Знаешь, тихий домик где-нибудь вдали ото всех, у моря, постепенно становится и моим пределом мечтаний, – прошептал мне в губы Дамиан, глядя мерцающими темным пламенем глазами прямо в мои. – Главное, чтобы ты жила в нем со мной.

Еще одно мимолетное обжигающее прикосновение губ, и с тяжелым вздохом меня отпустили, позволив встать на ноги. И даже слегка подтолкнули в спину в сторону выхода, правда, с еще более тяжелым и печальным вздохом.

А я, счастливо улыбаясь, прошла к двери.

– Ты ведь меня пригласишь? – раздалось мне в спину, когда я уже взялась за ручку.

– Куда? – удивленно обернулась я.

– В свой домик у моря, – лукаво улыбнулся мне в ответ Дамиан.

Я слегка нахмурилась, изображая сосредоточенное размышление.

– Боюсь, что в том домике, который я могу позволить на свои средства, едва ли хватит места для кого-либо еще… – вздохнула я горестно.

Улыбка на лице Дамиана медленно померкла.

Резко развернувшись, я пробежала к столу и, перегнувшись через него к лицу помрачневшего магистра, горячо прошептала:

– Но для тебя место там будет всегда, рядом со мной, – и вновь мимолетно коснулась его губ, чтобы через мгновение оказаться у двери.

– Жестокая, – раздался тяжелый вздох у меня за спиной, но я-то успела заметить улыбку, промелькнувшую у него на лице.

Пропустив в кабинет ожидающего в коридоре дворецкого, я поспешила в сторону лестницы, теперь уже точно уверенная, что охватившее меня уныние отступило. Флору я нашла на первом этаже, уже переодетую, задумчиво листающую какую-то книгу.

– Нам с тобой пришли письмо и приглашения, – начала я, крутя конверты в руках.

– От кого? – спросила она, лениво оторвав взгляд от страницы.

– От Эйдит.

И вот это уже явно привлекло ее внимание.

– Что пишет? Что за приглашения?

– Я не стала читать без тебя, – призналась, наконец распечатывая меньший конверт. – Думаю, то, что там написано, относится к нам обеим, поэтому предпочла дождаться тебя.

– Дождалась, – кивнула она. – Читай теперь.

Прежде всего я должна извиниться. То, что я сделала, это, по сути, предательство. Причем даже не вас с Флорой и не тех, кто в свое время пострадал от этих бесчеловечных экспериментов, я предала саму себя. Пошла на сделку не только с младшей леди Битан, но и со своей совестью. Да, она хорошая женщина, да, мне было ее жалко. Что бы вы ни думали, но леди Кейси точно не участвовала в этом всем, да и не знала, чем занимаются свекровь, сын и племянник. Вы бы видели, какой разбитой она была, когда пришла умолять меня не рассказывать все отцу. Не просто просить, а именно умолять, а ведь она тоже из высших лордов, и раньше мне казалось, что мы в принципе на такое не способны. Леди была крайне подавлена произошедшим, поэтому, если она решится прийти и к вам, прошу пусть не о прощении, но хотя бы о снисхождении к бедной женщине. Но согласилась молчать я вовсе не из жалости к ней, а исключительно из эгоизма. Я же говорила, что брат давно и безуспешно искал учителей для себя, а она все же одна из лучших в целительстве. Практически на одном уровне с сумасшедшей старухой. А Дилвин – мой родной, единственный брат. И я всегда буду делать все возможное, чтобы помочь ему.

Я не жду, что вы поймете или простите меня. Сама бы я, наверное, такого поступка не поняла. Но сказать, что мне очень жаль, что все так получилось, обязана.

И все же буду надеяться, что наша только зарождающаяся дружба не закончится вот так. Я бы очень хотела продолжить общаться с вами. Откровенно говоря, в нашем обществе не слишком много адекватных девушек, с которыми можно нормально поговорить не о бесконечных платьях и балах, а просто обо всем подряд. Поэтому отправляю вам вместе с письмом приглашения на праздник по случаю моего 25-летия. Если вы все же решите, что я не настолько плоха, чтобы перестать со мной общаться совсем, буду ждать вас с нетерпением на этом вечере. Без вас мне там будет очень скучно.

С надеждой на лучшее, Эйдит

Закончив читать вслух письмо, я задумчиво помяла в руках бумагу и подняла взгляд на Флору. В отличие от меня, девушка не выглядела ни сомневающейся, ни размышляющей. Безмятежное спокойствие и лень. Даже зевнула, не таясь, показывая, что прочитанное ее не затронуло никоим образом.

– Что будем делать? – спросила я, решив предоставить решение Вегерос. Все же во всем произошедшем она главная пострадавшая, это будет справедливо.

– А что тут делать? – удивленно проговорила она и протянула руку за вторым конвертом у меня на коленях. – Давай сюда приглашения.

Я передала ей послание и уже готова была увидеть, как она закинет его в растопленный камин, рядом с которым мы сидели. Но вместо этого девушка распечатала его и сосредоточенно вчитывалась в написанное.

– Вот ведь, – буркнула она. – Через три дня всего. А нам еще надо платья подобрать и подарок найти. Абы что не подаришь и с пустыми руками тоже не придешь – высшая аристократия как-никак.

– То есть мы пойдем? – осторожно поинтересовалась я.

– А разве могут быть сомнения? – удивленно посмотрела она на меня.

– Ну, я думала, что после произошедшего ты еще не скоро захочешь с ней разговаривать, – призналась я.

– Дорогая, что было, то прошло, – усмехнулась она. – В конце концов, мы тут с тобой не развлекаемся, не ищем друзей и возлюбленных и не укрепляем связи в обществе. Мы с тобой работаем. Так что важно сейчас лишь то, что на подобное мероприятие не могут не пригласить всю их остальную шайку высших. А значит, это прекрасная возможность для нас разобраться с остальными подозреваемыми. Или, по крайней мере, попытаться с ними сблизиться.

И снова сверкающий хрусталем, драгоценностями и разноцветными огнями зал, правда, на этот раз все же и украшения попроще, и зал, конечно, не такой огромный, как в императорском дворце. Да и количество приглашенных в разы меньше, чем на балу. Все исключительно статусные. Еще бы – день рождения представительницы высших лордов. Но такое чувство, что лишь немногие помнят, ради чего они здесь собрались. Не мне, конечно, об этом говорить, ведь мы сами сюда явились не только и даже не столько, чтобы поздравить именинницу. Но весь этот блеск украшений, излишне кричащие дороговизной платья, оценивающие взгляды говорили о том, что гости пожаловали, исключительно чтобы показать себя и посмотреть на других. А чей-то там личный праздник – удачный, вовремя подвернувшийся повод. Мы с Флорой решили посетить день рождения Эйдит в уже привычных образах. Боевичка изображала нежный цветок, а я осталась верна черному цвету, хотя он и выделял меня из всей толпы куда больше, чем броские украшения, дорогие ткани и сложные покрои. Не то чтобы, став некромантом, я воспылала внезапной страстью к траурному цвету, нет. Просто пришло осознание, что черное платье может быть полезно – оно вполне отчетливо сигнализирует о моей деятельности, тем самым избавляя меня от лишних разговоров и назойливости. Почему-то познакомиться поближе с некромантом жаждут немногие. И раз уж жизнь предоставила мне такую возможность, не стоит ею пренебрегать, тем более в условиях высшего общества, где каждый норовит укусить побольнее.

На этот раз на бал мы с Флорой прибыли без дополнительного сопровождения. Вернее, без очевидного сопровождения. После всего произошедшего сомневаюсь, что нас отпустили бы без соглядатаев. Присутствие кого-либо из старших Бриаров мы единогласно посчитали излишним. К сожалению, жаждущих пообщаться со мной и Флорой из-за нахождения рядом Дамиана или его отца не появляется. Так что мы с боевичкой были в свободном полете, и я очень надеялась, что нам это поможет.

Встреча с виновницей сегодняшнего вечера прошла… странно. Как-то натянуто-неуклюже, что ли. На лице Эйдит застыло выражение человека, испытывающего одновременно неловкость, стыд и вину, но при этом старательно пытающегося прикрыть все это радостной улыбкой. Все же ни ей, ни нам не забыть так просто произошедшего. Пока Флора рассыпалась в теплых поздравлениях, я стояла рядом и надеялась, что моя улыбка выглядит достаточно приветливой. Не то чтобы я испытывала к Эйдит какую-то неприязнь, но от той легкости, которая появилась между нами в лабиринте, не осталось и следа.

После принятия девушкой поздравления между нами повисла неловкая тишина. Дилвин, находящийся рядом с сестрой, смотрел на нашу компанию хмурым, недоуменным взором, а мы бросали друг на друга взгляды, не решаясь что-либо сказать первыми. В конце концов именинница не выдержала и, тихо пробормотав, что ей нужно следить за вечером, ретировалась. Брат ее, еще раз как-то странно посмотрев на нас с Флорой, скрылся следом. Судя по всему, он ничего не знал о случившемся в лабиринте. Возможно, несмотря на более мягкий характер и прирожденный дар целителя, подобное поведение семейки Битан с собственной сестрой он бы так не оставил и в своей мести оказался бы куда жестче отца.

– Это было… – неуверенно протянула Флора.

– Неудобно? – предположила я, глядя в спину удаляющейся девушке.

– Если говорить культурно, то да, – вздохнула она.

Пора было приступать к основному делу, а для этого прежде всего надо отыскать в зале наших фигурантов. Через полчаса неспешного блуждания Флорой были замечены изобретатель Стаас Элидир вместе с женой. Это уже неплохо, вот только подбираться к старшему поколению в нашем случае будет сложнее. Но попробовать хотя бы просто познакомиться – стоило. Когда мы с Флорой направились в сторону четы высших, мой взгляд выловил более удобный объект для расспросов. У окна, скрываемый от зала мраморной колонной, притаился Вилмар Адальштейн с бокалом чего-то явно покрепче вина, предлагаемого гостям. Весь его неряшливый вид ясно давал понять, что мужчина прибыл на праздник уже в состоянии изрядного подпития. Но что-то у меня с этим образом не вязалось…

Указав на него Флоре, я тихо попросила:

– Я поговорю с ним сама, ладно?

– Почему?

– Кажется, мы с ним уже установили что-то вроде доверительного контакта во время танца на императорском балу, – повела я плечами.

Девушка внимательно посмотрела на меня.

– Ну что ж… Вперед.

Я направилась в сторону одинокого мужчины, стараясь подойти так, чтобы он не заметил меня раньше времени и не сбежал. Судя по всему, Вилмар не особо настроен разговаривать.

– Вы в очередной раз удивительно печальны для такого праздника, – тихо произнесла я, подходя к Адальштейну со спины.

Он обернулся, окинул меня взглядом куда более трезвым, чем можно было предположить издалека по его внешнему виду, и слабо улыбнулся.

– А вы поразительно наблюдательны, леди Клейрон, – поприветствовал меня мужчина, отсалютовав бокалом. – Хотя, пожалуй, тут удивляться нечему. В вашем возрасте ни с того ни с сего некромантом не становятся, да и дар не может проснуться на пустом месте. Следовательно, вам пришлось достаточно повидать в жизни, чтобы стать столь проницательной.

Я слегка вздрогнула от холодного голоса и догадливости Адальштейна. Значит, он не поверил в нашу прекрасную легенду о простушке… Ну что ж, раз мне практически прямым текстом заявили, что я не настолько глупа и наивна, насколько пытаюсь казаться, можно сделать ответный ход.

– А вы поразительно недостоверно для вашего возраста сейчас пытаетесь изобразить пьяного, – заметила я, давая понять, что его вид и бокал меня не обманули.

– Нам ли с вами не знать, сколь зыбко мнение окружающих. Стоит лишь дать намек, – улыбнулся он мне. – Чаще всего они видят то, что хотят видеть, иногда то, что хотим видеть мы, но почти никогда – то, чем мы реально являемся.

– Вы хотите, чтобы вас видели пьяницей? – удивленно спросила я.

– А вы – чтобы наивной, несчастной сироткой? – усмехнулся мужчина.

– В образе забитой сиротки есть свои плюсы, – не стала я отрицать его выводы. – Вас жалеют, относятся благосклоннее и не воспринимают всерьез. Хотя стоит признать, что пьяницу всерьез тоже никто не воспринимает, но это однозначно не тот образ, которого стремится добиться мужчина из именитой, влиятельной семьи.

– Смотря какая стоит цель… – пробормотал он себе под нос, одним махом осушая бокал. – Ваш образ, леди Клейрон, тоже не тот, к которому может стремиться молодая представительница семейства некромантов.

– Не называйте меня леди Клейрон, – оборвала я его. – Этот титул принадлежит леди Аларии, я чувствую себя словно воровкой и мошенницей, когда ко мне так обращаются. Лучше просто Касс.

Мужчина пару мгновений задумчиво рассматривал меня и неожиданно тепло улыбнулся.

– Вилмар, – наконец представился он. – Хотя не думаю, что кто-то из нас нуждается в представлении. Мы живем в слишком замкнутом обществе, чтобы не знать друг друга в лицо. И хоть вы к нам попали недавно, но это уже относится и к вам.

– Неужели вы думаете, что все эти люди действительно знают, кто я? – удивленно спросила я, краем глаза осматривая зал и отмечая, как много гостей следит за нами.

– Даже больше вам скажу! – оскалился он. – Уже завтра все газеты будут пестреть заголовками, что наследник семьи Адальштейн заигрывал с новоиспеченной представительницей семьи Клейрон. Не значит ли это будущее объединение семей?

Вилмар изобразил задумчивое лицо, словно размышлял над последней фразой. А меня все не оставляла мысль, что это просто какой-то фарс.

– И с чего бы им пестреть такими заголовками? – нахмурилась я. – Наше с вами нынешнее общение с трудом можно принять за флирт.

– Это мы еще посмотрим, – снова изобразил он шальную ухмылку и, ухватив меня за руку, запечатлел на ней поцелуй, словно специально задержавшись губами на ладони, чтобы все желающие успели рассмотреть происходящее, а потом, даже не спрашивая, потащил меня в центр зала к кружащимся парам.

Вырываться и устраивать скандал теперь, когда мы уже среди взметающихся юбок и искрящихся украшений, – глупо, внимания ко мне и так было предостаточно. Так что я нацепила на лицо легкую улыбку, словно все идет так, как и должно, и продолжила расспросы.

– Ну и к чему это вам? – поинтересовалась я.

– Какая разница. – Во время очередного па Адальштейн неприлично близко склонился к моему уху, шепча ответ: – Подыграйте мне. Вы поддержите свою репутацию наивной девочки, главное, краснейте побольше, а я свою – гуляки. Не буду допытываться о вашей цели, так что позвольте и мне свою оставить при себе.

Я постаралась изобразить смущение. Да уж, разговор получился странным, как и вся ситуация. А главное, никаких подсказок к тому, что меня действительно интересует, не получить! Только подыгрывать подозреваемому.

Конечно, обойтись одним вальсом в нашем внезапном спектакле было нельзя, вот только уже на третьем танце Вилмар заметил в толпе что-то такое, что помешало ему продолжить играть выбранную роль. Его руки на моей талии сильно сжались, а взгляд стал не просто злым, а яростным.

– Вы делаете мне больно, – с мягкой улыбкой заметила я, страстно желая узнать, кто же так его разозлил.

– Простите, леди, – вернул он взгляд ко мне и поспешил ослабить хватку. – Боюсь, на этом наш вечер придется закончить.

Ничего не объяснив, мужчина просто оставил меня стоять посреди танцевального зала, скрывшись в толпе. На неудобную ситуацию и взгляды окружающих мне было плевать. Волновало только, куда он пошел и кого с таким остервенением выглядывал в толпе. Стоило мне пробиться сквозь танцующие пары к той колонне, за которой я заметила Вилмара, как ко мне тут же подскочила Флора, очевидно, наблюдавшая за всем произошедшим.

– Пошли, – пробормотала она, взяв меня под локоть, и потащила к выходу из зала.

– Подожди, – задержала я ее на мгновение и, вытащив запрятанный в кармане платья амулет, намотала себе на запястье, а потом крепко ухватила этой рукой ладошку Флоры. – Отвод глаз, – ответила на ее вопросительный взгляд. – Чтобы все любопытные потеряли нас в толпе и не поняли, куда мы пропали.

Девушка лишь кивнула, и мы поспешили к дверям. Что-то мне подсказывает, что где-то там сейчас происходит нечто крайне интересное и мы обязательно должны в этом поучаствовать.

К сожалению, маленькая задержка с амулетом привела к тому, что, выскочив в коридор, мы там уже никого не застали, и в какую сторону скрылся наш подозреваемый, было не понять.

– Упустили. – Я тихо чертыхнулась себе под нос, прежде чем Флора шикнула на меня, заставляя замолкнуть и вместе с ней прислушаться к окружающему нас гулу, доносящемуся из приоткрытых дверей зала.

С правой стороны отчетливо донесся звук хлопнувшей двери.

– Туда! – не сомневаясь, потащила меня за руку Флора в правое ответвление коридора, подтверждая мои собственные догадки.

Быстренько проскочив мимо мило воркующей парочки у окна, совершенно не обратившей на нас внимания, что подтвердило успешную работу амулета, мы свернули за угол и остановились в недоумении.

Коридорчик, в котором мы оказались, заканчивался тупиком, так что оставалось разобраться, к какой же конкретно из четырех дверей нам стоило прильнуть и прислушаться. Вот только звуков не доносилось ни из-за одной из них. А судя по тому, как зол был Вилмар, покидая меня, тихо разговаривать с тем, за кем он кинулся, он бы не стал.

– Если бы я взялась вести секретные разговоры в таком ненадежном месте, я бы поставила на дверь защиту от прослушки… – пробормотала я.

– Ага, непонятно, зачем мы вообще сюда кинулись, – раздраженно буркнула рядом Флора. – Лучше где-то недалеко спрятаться и хотя бы проследить потом, кто отсюда выйдет.

Она настойчиво потянула меня обратно в сторону зала. Видимо, позабыла, что узнала о моих способностях в лабиринте. Может быть, мы сможем узнать гораздо больше, чем просто личность неизвестного.

Сконцентрировавшись и перейдя на хранительское зрение, я мгновенно определила необходимую нам комнату по легкому свечению, исходившему от двери.

– Сюда, – потянула я девушку к дальней правой комнате. – Они здесь.

– Откуда знаешь? – прошептала она.

– На этой двери защита висит, – так же тихо пояснила я и стала всматриваться в плетение.

На этот раз Флора, кажется, припомнила все и теперь уже поинтересовалась по существу, смогу ли я взломать ее.

– Взломать вряд ли, но сделать так, чтобы мы смогли хоть немного подслушать, попробую, – прошептала я.

Аккуратно подхватив пальчиками самое слабое место плетения, осторожно, стараясь не порвать, развела нити в стороны, создавая дыру, достаточную, чтобы до нас начал долетать звук. Да еще какой! Отпрянув от двери от громкости прозвучавшего голоса, мы с Флорой поспешно прильнули обратно, а я слегка уменьшила получившуюся щель, надеясь, что это приглушит звуки. Не хотелось бы привлечь в этот коридорчик любопытных.

– …Сделал все, что ты требовал! – бушевал за дверью Вилмар. – Что еще ты от меня хочешь?!

– Этого недостаточно, – спокойно ответил ему другой, незнакомый мне голос. Я бросила взгляд на Флору, но она покачала головой, подтверждая, что тоже слышит его впервые. – Своей цели я еще не достиг.

– И что я могу с этим сделать? – уже не так яростно, но раздраженно проговорил высший. – Не я принимаю решения. Если бы мог, просто отписал бы тебе все еще пару месяцев назад.

– Если все пройдет не так, как мне хотелось, то тебе представится возможность просто все отписать. Вот только затягивать совсем не в твоих интересах. Малышке одной нелегко придется, – с холодом в голосе сказал неизвестный.

– Ты… – прошипел Вилмар, кажется, пребывая просто на грани. – Ты не сможешь долго контролировать все. Я выжду момент, когда ты расслабишься…

– Уверен? – прервал его второй. – Не побоишься рискнуть? Неужели опыт тебя ничему не научил? Ты же приходил на последний концерт девчонки. Не правда ли, это было опасно? И как удивительно, что именно тогда, когда ты пришел, ей внезапно стало плохо. А если бы она в тот момент была наверху? Страшно представить, чего это могло ей стоить. И не только ей.

Раздался яростный рык и жуткий грохот.

– С твоей стороны это было опрометчиво, – после того, как шум затих, произнес неизвестный. – Ты же понимаешь, что такой неосторожный всплеск эмоций может вызвать определенные последствия. Видишь эту дорогую безделушку? Это ведь не простой кулон на цепочке. Если я сейчас дотронусь до этого камня, твоя девочка опять свалится где-то с невыносимой болью. Стоит ли это твоей сиюминутной ярости? И на всякий случай предупреждаю – дело не только в твоем приближении к ней. Если я узнаю, что ты подослал к ней своего человека, а я узнаю, поверь, то девчонка тут же умрет. Правда, предварительно жутко помучившись. Так что советую тебе не рисковать и больше не проявлять характера.

В комнате повисло молчание.

– Что я должен сделать на этот раз? – обреченно спросил Вилмар.

– Сделка с Конфреем. Ты должен провалить ее. Чем громче и скандальнее, тем лучше. Способ оставляю на твое усмотрение.

– Это слишком сложно, – проговорил высший.

– Ты уверен, что стоит разбрасываться такими фразами, учитывая, что стоит на кону? Жизнь любимой женщины! Неужели есть что-то невозможное на пути у такой любви? – явно издевался говоривший.

В этот момент Флора начала активно дергать меня за рукав, знаками требуя, чтобы мы ушли.

– Но это еще не все, – пыталась возразить я.

– Своего он добился, согласие получил. Нам следует убраться отсюда, – твердо заявила Вегерос.

Что ж, придется с ней согласиться. Главное в деле подслушивания – сбежать, прежде чем тебя успеют заметить. Поэтому я отпустила ленты защитного плетения, позволяя им вернуться на место и отрезать нас от всех звуков из-за двери.

Мы как раз успели добраться до бального зала, надеясь подсмотреть за тем, кто выйдет из того коридорчика, когда раздался повторный звук хлопнувшей двери. Фигура Вилмара, вынырнув из-за угла, стремительно удалялась по главному проходу в сторону, противоположную бальному залу, к выходу из дома. Через полминуты из того же коридорчика показался мужчина, достаточно молодой, но явно старше Вилмара, одетый дорого, но не сказала бы, что со вкусом, скорее, кичащийся своим богатством. Незнакомец расслабленной походкой и с довольным лицом направился в нашу сторону.

Мы с боевичкой юркнули в зал и поспешили притаиться за колонной так же, как до этого прятался Адальштейн. Я сняла с руки амулет, снова делая нас заметными.

– Ты знаешь, кто это был? – поинтересовалась у Флоры.

– А ты не признала? – удивленно вскинула она бровь.

Я отрицательно покачала головой.

– Что ж, могу нас поздравить, на наших глазах развернулась очередная семейная трагедия. Это был, представь себе, тоже Адальштейн, только Эерик.

– Вот уж повезло так повезло… – с досадой пробормотала я. – Их трагедия не имеет никакого отношения к нашему расследованию.

– Да, – согласилась со мной девушка. – Тут все кристально ясно. Эерик шантажирует племянника его возлюбленной, чтобы тот потихоньку заваливал дела их семьи, дабы все в итоге досталось ему, дядюшке.

– А смысл разваливать? – не могла понять я. – И как он вообще может получить все?

– В законах о наследовании ты, очевидно, не особо разбираешься, – вздохнула девушка. – Все просто. Отец Вилмара, старший Адальштейн, вполне может передать главенство родом своему родному братцу, если сочтет сына недостойным. Так что у Эерика все хорошо продумано. Парня он держит за горло крепко. Лишь девчонку искренне жаль. Видимо, она даже не из высшей аристократии, а, скорее всего, простая горожанка.

Я согласно покивала головой, размышляя, можем ли мы исключить семейство Адальштейн из круга подозреваемых? Какова вероятность, что это единственный скелет в их шкафу? Но при этом чутье мне подсказывало, что к нашему «скелету» эта парочка отношения не имеет.

В общем, мы в очередной раз наткнулись на прелести закулисной жизни представителей высшей аристократии. А главное, больше всех страдает простая девушка, так неудачно выбравшая объект своей любви.

– Вот черт, – тихо выругалась Флора, сделала большой глоток шампанского из бокала, только что снятого ею с подноса услужливой прислуги, и обреченно проговорила: – Я предчувствую проблемы.

Я вопросительно уставилась на нее.

– Вот прямо-таки вижу, как эти проблемы надвигаются, – помрачнела она, выглядывая что-то за моей спиной.

И вот тут я все-таки догадалась обернуться. К нам приближался уже знакомый мне блондин, очевидно, и бывший нашим тайным соглядатаем. Неудивительно, что Флора так скривилась, последняя их встреча прошла, мягко говоря, не очень дружелюбно.

– Леди, – подойдя, поприветствовал он нас легким поклоном.

Я приветливо улыбнулась, хоть и понимала, что подошел он к нам наверняка не для того, чтобы просто поздороваться, а Флора так даже и не удосужилась изобразить вежливость, лишь хмуро кивнув в его сторону.

– Вы покидали зал, – холодно и с заметным упреком произнес Матэмхейн. – Вы же понимаете, что это было опрометчиво с вашей стороны.

– Мы вышли подышать свежим воздухом, – непонятно зачем соврала Флора.

Я немного недоуменно посмотрела на девушку, которая с маской холодного аристократического презрения на лице пристально смотрела прямо в глаза Вайнна.

К чему было умалчивать правду, я не понимала. Дамиан, конечно, разозлится, что мы, скрывшись ото всех с помощью амулета, кинулись преследовать Вилмара, но рассказать ему об услышанном диалоге дяди и племянника все равно придется.

– Леди Вегерос, умению придумывать достоверные оправдания вам еще учиться и учиться. Но, учитывая, в каком направлении вы планируете работать, вам прежде всего стоит научиться исполнять приказы, – холодно заявил страж Флоре, у которой резко очертились скулы, явно указывая на то, что девушка едва сдерживается, чтобы не высказаться в ответ. – Отчитываться за произошедшее будете перед Бриаром. В дальнейшем, если вы захотите покинуть зал, попрошу вас не скрываться от наблюдения.

Коротко кивнув мне, Вайнн удалился.

На Флору я смотрела с опаской, ожидая, что в любую секунду она просто взорвется. Но она лишь судорожно сжала в руке ножку хрустального бокала, сделала пару глубоких вдохов и протяжных выдохов и снова расплылась в уже привычной улыбке, изображая расслабленную, наслаждающуюся вечером девушку.

– Ты как? – тихо поинтересовалась у нее.

– Все в порядке, – кивнула мне боевичка. – В чем-то он даже прав. Мне поступили четкие указания – не выпускать тебя из зала, не предупредив наблюдающих. Но в тот момент, когда ты на меня налетела из толпы танцующих, как-то было не до подачи условных знаков. Учитывая, что кое-какой информацией мы все же обзавелись, да и не случилось ничего страшного, будем надеяться, что сильно меня отчитывать не станут.

– Что значит не выпускать из зала? – нахмурилась я на вскользь прозвучавшую фразу.

– Не обращай внимания, – отмахнулась девушка. – Бриар над тобой трясется, как над куклой фарфоровой, ничего удивительного.

Сравнение с куклой, учитывая, что таковая, точная моя копия, у Дамиана даже имеется, не понравилось. Как и то, сколь пристально за мной следят. Понятно, что ради моего же блага, но такой контроль слегка напрягал. Правда, после всего со мной случившегося в одном Вегерос точно права – ничего удивительного.

– Флора… – вспомнила я еще один интересующий меня момент. – А почему ты так… резко негативно настроена против Матэмхейна? Он тебе что-то не то сказал в лабиринте?

Понятно, что тогда вся ситуация была неприятной, но все же, чтобы девушка настолько резко обращалась с ним, выпав из выбранного образа, между ними должно было произойти что-то особенное, когда мы их не видели.

– Этот… – процедила Флора, явно не зная, каким эпитетом наградить светловолосого стража, – меня, «чтобы успокоить», водой холодной тогда окатил. Словно какую-то кошку драную, подзаборную, чтобы она замолкла и не верещала больше. А потом еще интересовался вежливо – достаточно ли, или истерика еще не закончилась и мне нужны дополнительные водные процедуры. Мол, в этот раз он может еще похолоднее водичку сделать.

Она шипела, а я старательно пыталась скрыть улыбку. Понятно, что для боевички это было не просто неприятно – оскорбительно. И каждое появление Вайнна рядом – лишнее напоминание о том инциденте. Но мне почему-то, как представила эту сцену, смеяться хотелось. Правда, стоило вспомнить, из-за чего изначально та ситуация возникла, и все хорошее настроение тут же смыло. Постоянно кажется, что где-то мы сглупили, в чем-то поспешили и, если бы действовали умнее, все могло сложиться лучше.

Вечер был в самом разгаре. Нам с Флорой оставалось сосредоточить внимание на старшей паре Элидир. Но сколько мы ни крутились по залу, обнаружить их нам не удалось. Наверное, они по каким-то причинам покинули мероприятие раньше. Нам на этом празднике жизни тоже делать больше нечего, вот только уйти сейчас с нашей стороны будет довольно грубо, и нам с Флорой пришлось продолжать изображать наслаждение балом.

Как только гости начали постепенно расходиться, мы решили, что и нам пора. Прежде чем покинуть мероприятие, следовало все же проститься с хозяйкой праздника. Следовательно, нас ожидал очередной неловкий момент. Найти Эйдит труда не составило. Несмотря на все ту же приветливую улыбку, которой она встречала гостей, я наметанным взглядом заметила, что девушка сильно устала и, похоже, сама не против выпроводить всех поскорее. Правда, узнав о том, что мы тоже уходим, Эйдит явно расстроилась. За весь вечер нам переговорить не удалось, но, судя по всему, она надеялась, что мы задержимся после бала и пообщаемся. Может, и стоило, но у нас с Флорой имелись новости для Бриара, которыми не терпелось с ним поделиться.

– Кажется, я ошиблась с выбором мероприятия для примирения, – грустно улыбнулась Эйдит, шагнув ближе к нам, чтобы посторонние не смогли расслышать, о чем идет речь. – Уже после того, как праздник начался, я поняла, что нам следовало для начала встретиться наедине. Поэтому я надеюсь, что вы не откажетесь, если в следующий раз я приглашу вас на прогулку.

Девушка с надеждой взглянула на нас. Помириться она действительно хотела.

Я неопределенно кивнула головой, сама не зная, стоит ли вообще с этим заморачиваться, учитывая, что подозрения относительно ее брата уже развеяны. Флора, широко улыбнувшись, сказала, что с удовольствием, в любое время. Правда, я уже достаточно ее знаю, чтобы понимать, что это могла быть просто игра.

По возвращении домой нас встретил дворецкий и сообщил, чтобы мы тотчас проследовали в кабинет Бриара. Судя по тому, как сползла улыбка с лица Флоры, она тоже поняла, что нас не просто хотят расспросить о том, как прошел бал.

А магистр меня удивил. Хоть и выглядел он довольно хмуро, но отчитывать нас не стал.

– О том, где и в чем конкретно вы были не правы, я поговорю с каждой по отдельности, – сказал он, прежде чем потребовать отчета, почему мы все же смылись от слежки.

Я взялась рассказывать свою часть разговора с Вилмаром, а Флора – подслушанное нами. И чем больше мы говорили, тем мрачнее становился Дамиан. Не нас одних, видимо, выводят из себя грязные игры аристократов. Хотя не сомневаюсь, что магистр и до этого не особо обольщался насчет своей братии. А мой внутренний голосок мерзко нашептывал, что и за самим Дамианом и его семейством наверняка имеются мелкие грешки.

В общем, информации к размышлению мы предоставили более чем достаточно. Бриар допытывал нас, выуживая каждую деталь разговора, заставляя вспоминать слово в слово все, что было произнесено обоими Адальштейнами в той комнате. Когда убедился, что выуживать больше нечего, со вздохом отпустил Флору, попросив зайти завтра с утра, а меня попросил задержаться. Боевичка бросила на меня сочувствующий взгляд и вышла, оставляя нас наедине.

И неожиданно Дамиан удивил меня второй раз за этот вечер, не став ворчать и выговаривать мне, а обратившись к совершенно другой теме.

– Что можешь сказать по поводу артефакта? – спросил он.

Спрашивать, о каком именно артефакте он говорит, глупо. О том самом, который Эерон продемонстрировал Вилмару и с помощью которого обещал навредить какой-то безымянной девушке, если племянник попытается воспротивиться его приказу. Я не специалист-артефактор, но в этой теме копалась слишком много и слишком упорно, чтобы не понимать одного…

– Магия крови, – выдохнула я, уверенная, что как-то по-другому влиять на состояние девушки на расстоянии было нельзя.

Бриар лишь мрачно кивнул. Видимо, я подтвердила его собственную догадку. А вот это уже напрягало, потому как слишком уж непростая вещица. И даже больше. Насколько я поняла из разговоров с Дамианом и его отцом, те знания, которыми они обладали в этой области, – это исключительно заслуга все той же библиотеки и моей матери, предоставившей им в свое время материалы оттуда. Леди Кэрридуэн с большой неохотой пускала кого-либо на территорию хранилища, но вот сами книги все же предоставляла. И несколько из них даже остались в семье Дамиана по сей день. Ходили слухи о еще парочке крайне редких изданий, бродивших где-то по миру, о знаниях, передающихся из уст в уста. Но в данном случае задуматься заставлял именно тот факт, что заклинание, с помощью которого наш неизвестный высший пытался открыть библиотеку, – оно тоже к магии крови относится. И вот повторный случай использования. Это уже подозрительно.

– Есть какие-то идеи о принципе действия? – спросил Дамиан.

Идеи-то есть, но вот насколько они реальны…

– То, что в кулоне содержится кровь девушки как объекта, на который идет воздействие, это точно, – размышляя, проговорила я. – Очевидно, что активировать артефакт Эерик может непосредственно через камень, но кое-что в его словах заставляет меня думать, что имеется и еще одно действие артефакта, пусть и побочное, но с постоянным эффектом.

– Каким? – внимательно слушал мои выводы Дамиан.

– Предполагаю, что в артефакте есть еще и кровь младшего Адальштейна. В результате получается нечто вроде артефакта-отворота, только очень агрессивного действия. Когда Вилмар приближается к девушке, ее буквально начинает тошнить от него.

Бриар немного помолчал, раздумывая.

– Касс, ты читала в библиотеке о магии крови? Только честно, – строго спросил он.

Нехотя, но кивнула. Самое удивительное, что я наткнулась на книги по магии крови еще в светлой части библиотеки, хоть искренне причисляла этот раздел магии к темной. А вот во второй части Обители я книги по крови не искала. Вообще не особо хотелось лезть в хранящиеся там знания.

– Исходя из изученного тобой, какова вероятность того, что мы сможем обойти действие артефакта, не имея его на руках? – мрачно спросил он.

Вопрос заставил задуматься всерьез. Я не слишком глубоко погружалась в тему магии крови, зато достаточно сильно увлекалась артефактами, чтобы прийти к совершенно неутешительным выводам.

– Нет, – покачала я головой. – Не имея артефакта, единственное, что мы можем сделать, это минимизировать его действие, хотя я пока не слишком хорошо представляю, каким образом. Но, учитывая, что у нас нет и самой девушки, это меньшая из проблем.

– А мне как раз кажется, что найти девушку будет проще, чем разобраться, как ей помочь, – возразил мне мужчина. – У Тайной канцелярии наверняка найдется что-то интересное по этой теме.

– Тогда и насчет артефакта тебе лучше посоветоваться с лордом Осбеорном, – решила я.

Дамиан кивнул и задумался о чем-то. Мы сидели в полной тишине, и я начала нервничать. Деловые вопросы обсудили, похоже, пора переходить к нотациям. Вот только Бриар продолжает молчать, что заставляет меня психовать все сильнее. Лучше бы уже высказался и отпустил меня отдыхать.

– Ты будешь ругаться? – наконец, не выдержав, спросила я.

Магистр поднял на меня тяжелый взгляд.

– А есть смысл? – серьезно спросил он. – Я уже пробовал ругаться, просить, уговаривать, убеждать, но, к сожалению, никакие мои слова не смогли убедить тебя не рисковать и не соваться куда не надо.

Возразить на это мне было нечего. Сказано Дамианом действительно немало.

– И хотя в данном случае ваши действия были оправданны – у вас не было времени искать кого-то, подавать какие-то знаки, а позволить кому-то еще увидеть, что вы следите за Вилмаром, было бы слишком неосмотрительно, – но это не значит, что я могу принять тот риск, которому вы себя подвергли. И самое печальное, что ты будешь продолжать самозабвенно бросаться во всякие авантюры. – Дамиан поднялся со своего места, обошел стол и, мягко обхватив ладонью мой подбородок, заставил взглянуть прямо ему в глаза. – Ты просто не понимаешь, Касс, насколько сильно я дорожу тобой. И боюсь, никакие мои слова и действия не заставят тебя осознать и проникнуться этой мыслью. Только разве что запереть тебя, чтобы ты поняла, насколько я серьезен.

Я скованно улыбнулась, пытаясь слегка разрядить обстановку.

– Дамиан… – мягко проговорила в ответ. – Ты же понимаешь, что это глупо. Ты не сможешь всегда прятать меня от всего мира.

– Нет, родная, – ответил он с ласковой, но какой-то пугающей улыбкой. – Это ты не понимаешь. Я действительно могу спрятать тебя от всего мира там, где ты будешь в полной безопасности, даже если внезапно исчезнем я и мой отец. И сделать так было бы правильно. Если бы не мое к тебе отношение – все было бы куда проще. Мне были бы совершенно безразличны все твои претензии и истерики, обиды и обвинения. А важно одно – сохранить жизнь и наследие одной из семей высших лордов. Но, к сожалению, наша с тобой история сложилась по-другому… В дело вмешались мои чувства к тебе. И теперь я не могу поступить правильно, чтобы не разрушить наши и без того хрупкие отношения. Я не могу пренебречь твоим мнением в этом вопросе, и даже не потому, что оно значимо для нашего расследования, а потому, что для меня важна ты. Я слишком к тебе лоялен, Касс, и это бьет по мне же… Но я хочу, чтобы сейчас ты услышала и крепко уяснила одно – как бы сильно я ни был этими чувствами связан в своем поведении к тебе, есть то, что всегда будет стоять выше твоей ко мне лояльности, что я столь терпеливо взращиваю, – это твоя жизнь, милая. И если однажды я пойму, что ты превзошла предел допустимого или все стало слишком опасно для тебя, я без каких-либо сомнений упрячу тебя в самую тьму этого мира, где отыскать тебя не сможет никто, кроме меня и, быть может, моего отца.

– Ты же несерьезно? – прошептала я внезапно онемевшими губами.

Раньше я бы, наверное, поверила сказанному Дамианом, но мне казалось, что за последние несколько месяцев я все же достаточно его узнала и уверилась в том, что он может быть строгим, но никогда жестоким.

– Родная… – ласково произнес он и, наклонившись, подарил мне легкий поцелуй. – Мне безмерно приятно, что ты обо мне такого хорошего мнения, но ты должна знать реальное положение вещей. Да, я показывал тебе не лучшие стороны моего характера и жизни. Но никогда не показывал худшие. Все, что я сейчас сказал, чистая правда.

– Ты не поступишь так со мной, – продолжила гнуть я свое.

– Любимая, чтобы ты осталась в живых, я сделаю все. И даже твоя возможная ненависть ко мне не станет сдерживающим фактором. В конце концов, мне очень повезло, что ты не только маг, но и представительница семейства высших. Даже в самом худшем варианте развития наших отношений у меня всегда будет пара-тройка десятков лет, чтобы преодолеть твою ненависть и вновь завоевать расположение, – снова легко коснулся он губами моих и, отступив, вернулся на свое место. – Я хочу, чтобы ты поразмышляла над всем этим на досуге. И чтобы впредь перед каждым необдуманным порывом влезть куда-то у тебя возникала мысль о том, какие действия с моей стороны это может повлечь.

Я застыла в кресле, переваривая услышанное и пытаясь разобраться, как ко всему этому относиться. Дамиан несколько долгих минут наблюдал за моим ошалевшим лицом, а потом, вздохнув, сказал:

– Иди спать, Касс. То, что я посоветовал тебе поразмышлять, не означает, что приступить нужно немедленно.

Я кивнула и, встав, покинула его кабинет.

Как бы возмутительно ни прозвучало все сказанное сегодня Дамианом, злости я к нему не чувствовала. Потому что в голове крутилась одна его фраза: «Ты просто не понимаешь, Касс, насколько сильно я дорожу тобой. И боюсь, никакие мои слова и действия не заставят тебя осознать и проникнуться этой мыслью». А перед глазами стояла картинка, где я в чертовом лесу некроманта с практически мертвым, окровавленным Дамианом на руках. И если бы у меня была возможность спрятать его в самой тьме, в тот момент я бы тоже не преминула ею воспользоваться. Когда я воспроизводила кровавый ритуал, чтобы спасти его от тварей, мне было глубоко плевать на то, как он отнесется к моему пользованию запретной магией.

Так что в одном он не прав – его словами я прониклась, и еще как. Они всколыхнули во мне слишком многое, из-за чего выспаться толком так и не удалось. В темной спальне меня преследовали смутные образы и воспоминания о ночи в замке некроманта. Лужи крови вокруг, умирающий мужчина на руках… Промучившись до утра, то проваливаясь в объятия сна, то вновь просыпаясь от очередного видения-кошмара, я не выдержала и, несмотря на раннее время, оделась и спустилась в столовую завтракать.

На удивление, довольно быстро ко мне присоединилась Флора, отвратительно бодрая для такой рани, но не сказать, что особо веселая. Увидев мое недовольное лицо, она с неподдельной жалостью в голосе спросила:

– Сильно ругался?

А я, хорошенько осмыслив все сказанное прошлым вечером, заключила:

– Угрожал.

– Значит, мне еще повезло, – задумчиво протянула она, садясь рядом со мной за стол. – Я отделалась всего лишь выговором. Кстати, тебя после завтрака он тоже просил зайти.

Я вяло ковырнула в тарелке пышный золотистый омлет и решила, что лучше поговорю сразу, раз уж все равно ничего в горло не лезет.

– Ты куда? – удивилась Флора, заметив, что я встаю. – А как же…

– Не хочу, – отмахнулась от нее.

– Ну и дура, – пробурчали мне в спину.

«Очень может быть», – внезапно почему-то согласилась я с ней мысленно и направилась в кабинет Бриара.

У двери на миг замерла, делая глубокий вдох и готовясь к очередному, скорее всего, не самому простому разговору. Только занесла руку, чтобы постучаться, как из-за двери донеслось:

– Заходи, Касс.

И как он только всегда узнает, что это я?..

Несмотря на мои опасения, мне вполне доброжелательно улыбнулись и кивнули на кресло напротив.

– Смотрю, наш вчерашний разговор затронул тебя слишком сильно, – заметил он, убирая кое-какие бумаги со стола.

Я с подозрением взглянула на него. Иногда его способность читать меня как открытую книгу пугает. Откуда он так точно знает мои мысли и переживания?

– Касс, – мягко усмехнулся Дамиан на мой взгляд. – Нужно быть слепым, чтобы не заметить, что тебе сегодня явно не спалось.

Он протянул мне кружку с исходящим горьким ароматом кофе, и я расслабилась, поняв, что ругать меня не будут. Сбросив легкие туфли, забралась в кресло с ногами и, устроившись поудобнее, взяла горячую кружку из его рук.

Первые несколько глотков с закрытыми глазами помогли сбросить с себя ту мерзкую паутину дремоты, которая не отпускала всю ночь, то утаскивая в полусон кошмаров, то возвращая из него. А вот теперь уже можно обратить более осознанный взгляд на Дамиана, чтобы внимать, ради чего такого важного он меня позвал к себе с утра. После вчерашнего разговора я вообще не ожидала увидеть его в ближайшее время, учитывая, сколько всего теперь придется раскопать. Так что определенно что-то случилось, но, судя по его хорошему настроению, ничего страшного.

Я кивнула, показывая, что готова слушать.

– Касс, тебя ищут, – произнес он фразу, которая заставила меня судорожно вцепиться в несчастную кружку, чуть не расплескав содержимое.

– Что же ты такая нервная… – покачал головой Бриар. – Никогда не дослушиваешь до конца. Даниэлла приехала в город. И она разыскивает тебя, пока не активно, но достаточно, чтобы мои люди обратили на нее внимание. И, откровенно говоря, это нужно прекратить.

Весть о том, что Данька вернулась, всколыхнула во мне волну искренней радости, которая сразу же и погасла – ведь повидаться нам вряд ли удастся. Но с выводами я поспешила.

– По-хорошему бы, пускать тебя к ней нельзя… – продолжил Дамиан, и я тут же бросила на него полный надежды взгляд. – Но вы с Флорой ближайшие пару дней не понадобитесь, и из того, что я знаю про вас обеих, лучше направить вашу энергию в какое-нибудь другое русло, прежде чем вы сами найдете себе занятие. В общем, у вас есть час, чтобы собраться и привести себя в как можно менее заметный вид, после чего я перенесу вас в переулок недалеко от площади. Успокой свою неугомонную подругу.

Но окончания я уже практически не слышала. Быстро отставив кружку, я с диким визгом счастья соскочила с кресла и кинулась на шею Дамиану, беспрестанно повторяя: «Спасибо!»

Конечно, он не преминул меня обнять и прижать к себе крепче.

– Если бы я знал, что это приведет тебя в такой восторг, то еще неделю назад отпустил бы, – усмехнулся он мне в волосы, но потом немного отодвинул, заглядывая в глаза, и добавил строгости в голос: – Но одни вы там не будете. И на этот раз никаких скрывающих амулетов и никаких слежек. Я надеюсь, что ты постараешься обойтись только общением с подругой.

– Обещаю! – от чистого сердца поклялась я, коротко коснувшись его губ поцелуем, освободилась из объятий и поспешила в свою комнату.

Флору сообщение о выходе в город тоже вдохновило. И неважно, с какой целью мы покинем дом Бриара, главное, что не придется изображать великосветских леди и вести бессмысленные разговоры ни о чем.

Помня о том, что идем мы инкогнито, я достала одно из моих собственных платьев, в которых я еще в академию ходила, и оставшиеся запасы темно-русой краски для волос. Можно было бы спуститься в подвальную лабораторию и смешать состав какого-нибудь другого оттенка, но на это уйдет время, а мне не терпелось увидеть подругу.

Уже через полчаса из зеркала на меня смотрела «адептка Серас». Простое темно-зеленое платье, русая коса и ни грамма косметики на лице. Наверное, единственное отличие – это отсутствие бледности и темных кругов под глазами. Все-таки за месяцы проживания у Клейронов у меня ни с питанием, ни со сном таких жутких проблем, как в период учебы, не было, естественно, организм восстановился. Даже платье неожиданно село чуть плотнее, чем раньше. Честно говоря, я даже соскучилась по этому образу. Вроде, с одной стороны, я все та же Касс, но… Вот смотрю на свое отражение и понимаю, что в образе адептки, в котором я прожила столько лет, привыкнув вести себя тихо и незаметно, дрожать от любого воспоминания о высших и не лезть в чужие проблемы, мне уже тесно. Наверное, я просто переросла его. Слишком много всего произошло за последний год. И даже не знаю, жалею ли я, что все это случилось в моей жизни. Хотя все же склоняюсь к ответу, что нет – не жалею.

В каком-то неосознанном единодушии мы с Флорой решили вернуться к привычному в учебе образу, так что девушку я обнаружила в одном из тех кожаных комбинезонов, в которых она обычно ходила в академию. В городе к магам-боевикам и, соответственно, к таким вот облачениям давно привыкли, так что Вегерос не будет особо выделяться в толпе. Не считая, конечно, ее цвета волос. Все же ярко-рыжая шевелюра без внимания никак не останется, так что мгновенно было принято решение, что Флору мы тоже будем красить, причем той же самой краской, так как других у меня в наличии не было. Она скривилась, но согласилась, и в итоге минут через десять рассматривала в зеркале свой новый каштановый оттенок волос. Еще пара минут, потраченных на размещение ею запасов оружия по всем тайным кармашкам, словно мы на войну собираемся, и вот, наконец, мы уже у кабинета Дамиана, полностью готовые к отправке.

Он нас критически оглядел, но высказывать ничего не стал, так что, наверное, с внешним видом мы все угадали.

– Я надеюсь, ты понимаешь, Касс, что можно говорить твоей подруге, а что нет? – строго спросил Бриар.

Я кивнула. Можно только порадоваться тому, что Данька из тех людей, кому можно честно признаться, что о том, где была и куда пропала, ничего сказать не могу, и вселенской обиды за этой фразой не последует.

В следующее мгновение нас затянула черная воронка, и тут же оглушил приглушенный шум толпы и отзвуки музыки где-то недалеко. Как же я отвыкла от бурлящего жизнью, полного людей дневного города. Мы оказались в небольшом переулке, видимо, невдалеке от Бродячей площади, где обычно и останавливалась для выступлений труппа Даниэллы. А Дамиан, переместившийся вместе с нами, тем временем раздавал последние указания, причем с очень строгим видом, наверное, чтобы я прониклась всей серьезностью его слов.

– Так, напоминаю еще раз, с площади никуда не уходить, ни в какие переделки не ввязываться. Не пытаться где-то и от кого-то скрыться. Охрана следит за вами ненавязчиво, но в случае чего подозрительного, думаю, для Флоры не составит труда отыскать приставленного человека.

Он бросил проницательный взгляд в сторону девушки, и мне почудилась в его глазах хитрая усмешка. Начинаю догадываться, кто за нами следит на этот раз. Вегерос на его слова лишь кивнула, подтверждая, что найти сможет.

– Вот и хорошо. А ты, Касс, поговори с подругой, чтобы она успокоилась сама и успокоила всех тех, кто еще может начать тебя искать из твоих городских знакомых. И я тебя очень прошу, ограничься только этим. Общайся с Даниэллой, гуляйте по площади, развлекайтесь, пройдитесь по лавкам, благо вокруг площади их немало, купите что-нибудь. Держи, кстати, – с этими словами из его кармана в мою руку перекочевал весьма увесистый кошель, а потом его пальцы сжали мои ладони, он проникновенно заглянул в мои слегка ошалевшие после этой речи глаза и произнес заключительное: – Я тебя очень прошу, проведи этот день просто как обычная, нормальная девушка. Вернусь часов через шесть. Я сам вас найду.

Коротко поцеловав меня в губы, он исчез, а я так и стояла, замерев посреди переулка, уставившись в обшарпанную стену дома.

Как-то… странно все это было.

Рядом фыркнула Флора, после чего я очнулась и перевела взгляд на нее.

– М-да, довела ты мужика, – ехидно оскалившись, пробормотала она и вытянула у меня из рук деньги, уверенной рукой пряча их в одном из своих многочисленных карманов. – Нет, тебе такую сумму доверять нельзя. Либо сама посеешь, либо украдут в толпе. Идем уже, что застыла столбом?

Боевичка взяла меня за руку и потянула в сторону оживленной улицы и громких голосов. А я напомнила себе, что, несмотря на все странности в моей жизни, главное сейчас – я иду на встречу с человеком, долгое время заменявшим мне сестру.

Мы действительно вышли буквально в паре шагов от Бродячей площади. Множество людей, спешащих по своим делам, торговцы, громко зазывающие в лавки покупателей, и громкая музыка, доносящаяся из угла площади, где примостилась небольшая сцена. А на противоположном углу стояли хорошо знакомые мне цветастые вагончики. К ним я и поспешила, даже забыв про Флору, старательно пробивающуюся сквозь толпу вслед за мной. Но меня сейчас не волновали ни окружающие люди, ни ругающаяся на меня Вегерос, ни неизвестный наблюдатель, следящий за нами. Я увидела яркий платок и черную копну кудрявых волос, мелькнувшие рядом с вагончиком, и устремилась туда. Пара минут, и я с громким криком «Данька!» выскочила на подругу из толпы, чтобы тут же повиснуть у нее на шее, как в детстве. Кажется, сейчас я, как обезьянка, обхвачу ее руками и ногами и разрыдаюсь от счастья. Я сама не заметила, как начала хлюпать носом.

– Касьена… – словно сама себе не веря, прошептала Даня и в следующее мгновение отстранилась, чтобы вцепиться в мое лицо и внимательно вглядеться, убеждаясь, что это я. – Касенька, лапа моя…

Она широко улыбнулась и крепко прижала меня к себе, позволяя снова спрятать заплаканное лицо у себя на плече.

– Живая, целая… – причитала Даня, гладя меня по волосам. – И здоровая даже вроде.

В следующее мгновение она снова отстранилась, чтобы дать мне хороший подзатыльник.

– За что?! – обиженно взвыла я, поднимая на девушку несчастные глаза.

– Ты где пропадала, свинья такая? – возмутилась Данька, сердито сверкая глазами. – Из академии пропала, в приюте не появлялась, у Кринуса тоже. Вестники в городе ее найти не могут. Исчезла девочка, словно сквозь землю провалилась! Да я тебя хоронить уже собралась, а она тут как тут, объявилась.

Про вестников я не знала. Но меня ведь какое-то время и в городе-то не было, поэтому они не доходили, а потом… Дамиан, наверное, закрыл меня от всех возможных способов поиска, так что неудивительно, что простенькое заклятие адресата не смогло до меня добраться. Но в остальном она права… Я ведь и правда… просто пропала.

– Прости, Дань, так получилось, – пробормотала я виновато. – И я не могу рассказать всего, что произошло, почему и куда ушла.

– Не можешь, и ладно, – проговорила она строго, смотря мне в глаза. – Но ответь на парочку нейтральных вопросов. С тобой все хорошо?

Я кивнула.

– Ты в безопасности?

Снова кивок. А потом хитрый, подозрительный взгляд подруги на меня и проникновенное:

– С Ним?..

Даже по голосу слышалось, что последнее слово стоит воспринимать исключительно с большой буквы и уточнять не требуется, чтобы понять, о ком она говорит. Собственно, Данька знает лишь об одном мужчине в моем окружении. И после того, как я покраснела и стремительно отвела глаза, ответа ей и не потребовалось.

Подруга усмехнулась, но издеваться в этот раз не стала, просто отпустила и фыркнула:

– Тогда я за тебя абсолютно спокойна.

Сзади послышалось вторившее ей ехидное фырканье, и я вспомнила о Флоре.

Причину ее насмешки, впрочем, понять можно. Ибо, несмотря на то, что Дамиан действительно рядом, спокойной за меня все же вряд ли можно быть, но Даню в эти мысли я посвящать не собиралась.

– Кто это с тобой, малышка? – обратила внимание на мое сопровождение подруга.

– Даня, знакомься, это Флора, моя…

На мгновение я замялась. Подруга? Коллега? Охрана?

– …Напарница, – закончила я, придя к заключению, что слово «подруга» все же недостаточно отражает наши с боевичкой отношения. – Флора, это Даниэлла, практически моя старшая сестра.

Данька мягко мне улыбнулась и перевела взгляд на Вегерос. Несколько мгновений девушки рассматривали друг друга. Честно говоря, этой встречи я слегка опасалась. Хоть магом Даня и не была, характером обладала настолько фееричным и взрывным, что вполне могла посоревноваться с огненным.

– Как младшей тебе стоит поздороваться первой, – с легкой усмешкой заметила Данька, одной фразой бросая вызов Флоре.

– Вы себе льстите, не настолько уж вы и стары. Лет пять еще таких приветствий можете не ожидать, – ехидно ответила боевичка.

И снова молчаливая битва взглядов.

– Знаешь, лапа, она мне нравится, – наконец с искренней улыбкой заявила Данька. – В ней есть эта искорка огня, дерзости и сумасбродства, которой тебе не хватает.

Насчет огня у Вегерос дело искоркой не обошлось бы, но меня больше смутило другое.

– Это мне не хватает сумасбродства? – удивленно посмотрела на нее. Уж она-то знала, что я далеко не такая тихая, какой всегда пыталась казаться.

– Да, зато в избытке безголовости, – криво усмехнувшись, заметила подруга, а сзади донесся ехидный смешок Флоры.

– А разница в чем? – не поняла я.

– Сумасбродство, Касьена, это когда ты готова рисковать, но всегда точно оцениваешь, на что идешь, и хорошо рассчитываешь свои шансы. А безголовость – это когда из-за тупости и упорства суешься куда не надо, влипаешь в дурацкие ситуации и проблемы и лишь по счастливой случайности и чьей-то помощи из них выбираешься, – пояснила мне девушка, а хохот за спиной стал откровенно издевательским.

И я решила обидеться. Но, вспомнив, что у меня только этот день и всего шесть часов на общение, передумала.

А потом мы гуляли по площади. Труппа Даньки должна была выступать только вечером, поэтому у нее было много свободного времени для нас. Подруга рассказывала о местах, где побывала, смешные истории, которые происходили во время путешествий. Мы смотрели представления на сцене, смеялись, шутили, ели сладости. И я чувствовала себя ребенком, тем самым, который сбегал от кошмаров и одиночества из приюта в эти яркие краски жизни артиста и конкретно Даньки. Даже Флора улыбалась искренне, не наигранно и без издевки! Несмотря на мои опасения, девушки довольно быстро сошлись и с удовольствием на пару подкалывали меня. А после того, как Флора проболталась, что нам выдали крупную сумму и позволили покупать все, что захотим, они хитро переглянулись и затащили меня в лавку белья, там же на площади. Почти час девушки заставляли меня примерять все, что приходилось им по вкусу, и делали совершенно неприличные намеки на то, с какой целью надо этим бельем пользоваться. Но я не обижалась. Я просто была счастлива, потому что в кои-то веки действительно чувствовала себя обычной девушкой. Даже темы для разговоров были нормальные, абсолютно девчачьи, пусть и слишком откровенные для меня. Я давно не жила, не оглядываясь на свои действия и обсуждая простые, повседневные вещи, а уж таких разговоров вообще не вела никогда. С Риной… все было как-то не так. Не было этой легкости и непринужденности.

Впереди еще целых три часа свободы, и даже поход по магазинам внезапно показался мне вполне веселым времяпрепровождением в соответствующей компании.

– Кстати, Кася… – вдруг нахмурилась Данька, когда мы бродили по рядам с украшениями-безделушками, а я размышляла, не набрать ли чего под основы для амулетов. – Я хотела тебя попросить посмотреть Маришку. Ей в последнее время что-то нездоровится. Прямо не знаем, что делать. Может, ты подлечить сможешь?

После того как я поступила в академию, бывало, что я несколько раз помогала артистам с вывихами и ушибами, да и зимой только мои противопростудные зелья спасали их от болезней. Но теперь…

Ощущение невероятного счастья стало медленно покидать меня, и я, словно сдувающийся воздушный шарик, опускалась на землю в реальность происходящего. Даже у Флоры улыбка слегка померкла. Она-то знала, что я дара лишилась.

– Даня, я не могу… – тихо проговорила и призналась: – Я больше не целитель.

Девушка нахмурилась.

– Нет, я в курсе, что с академией у тебя не сложилось, но это же не значит, что нужно гордо отказаться от звания целителя. Я ж тебя не практиковать на постоянной основе без лицензии прошу.

– Нет, Дань, – мягко прервала я ее. – Я не про учебу. Я дара лишилась.

– Как так? – пораженная, уставилась она на меня.

– Так… получилось, – поморщилась, невольно вспоминая, как именно это «получилось». – Я не хочу и не могу об этом говорить.

Рассказывать о том, что я взамен получила противоположный целительству темный дар, не стала. Хватит ей и этого потрясения. Да и… подозрительность моя вдруг проснулась. Ни к чему лишний раз распространяться.

Несколько мгновений Данька стояла молча. Флора рядом усиленно делала вид, что интересуется лишь окружающими нас украшениями.

Наконец Даниэлла очнулась, и мы продолжили движение вдоль рядов, правда, уже далеко не в столь прекрасном расположении духа.

– Ладно, Кась, – вздохнула девушка. – Потеряла, и демон с ней. Я вон живу без магии, и ничего. Но знания-то у тебя остались. Есть же хорошие врачи и без магического дара. В любом случае ты разбираешься в этом лучше, чем мы. Может, все-таки посмотришь Маришу, вдруг у нее что-то серьезное?..

В этом она права. Знания у меня остались. И хоть я училась не совсем на лекарском отделении, но уж простуду или отравление вполне смогу определить и даже лечение прописать. А большего в рядах артистов и не случалось, не считая, конечно, профессиональных травм, но с ними я сейчас уже особо не помогу, тем более без набора лекарств и инструментов.

– Я посмотрю ее, – улыбнулась я Даньке. – Прости, как-то даже не подумала, что и без магии могу чем-то помочь.

– Не привыкла просто, – кивнула она. – Идем, сразу разберемся тогда и, в случае чего, с тобой и в аптеку заглянем, сама выберешь, что ей нужно принимать.

Данька, взяв нас с Флорой за руки, потащила обратно, в сторону вагончиков.

Осторожно постучавшись в крайний, самый маленький, подруга заглянула внутрь.

– Мари? Спишь, что ли?

– Нет, заходи, – донесся тихий голос.

И мы дружно ввалились в узкое помещение.

– Мариша, к нам Каська пришла, давай она тебя посмотрит, – ласково сказала артистка, обращаясь к худенькой девушке с закрытыми глазами, лежащей на узкой кровати.

Мари я знала, как, впрочем, и всех в Данькиной труппе, но не слишком хорошо. Но мне было заметно, насколько побледнела и осунулась она с тех пор, как я видела ее в последний раз. Маленькая блондинка всего-то года на три старше меня, казалось, постарела лет на десять. Но все же, превозмогая слабость, светло улыбнулась, завидев меня.

– Что, нашлась пропажа? – проговорила она тихим голосом. – Вот видишь, Данька, а ты переживала.

– Как ты, Мари? – Я присела на край кровати и, взяв девушку за запястье, стала считать пульс.

– Как-то не очень, Кась, – устало вздохнула она и, криво усмехнувшись, добавила: – Может, это я от кочевой жизни устала?

– А вот раскисать не надо, – улыбнулась я, стараясь не показывать, насколько мне не понравился ее рваный, неритмичный пульс. – Сейчас мы тебя на ноги поставим, и вперед всех понесешься в новый город.

Я приложила ладонь к ее лбу. Температура у девушки была в норме.

– Не преувеличивай, – ответила она с тоской в глазах. – Тем более что мне так не хочется покидать столицу.

– В столице всем нравится, – бодрым голосом заявила я. – Делись давай, какие у тебя симптомы, что болит?

– Да ничего такого ужасного, – заверила Мари слабым голосом. – Просто слабость какая-то последние несколько недель. Бывает, вроде весь день хорошо себя чувствую, а в какой-то момент – бум, как будто молотком по голове. В глазах темнеет, в ушах шумит, и словно все силы разом вытянули. А потом постепенно снова нормально становится. Но вот последнюю неделю что-то совсем нехорошо.

– А что-то конкретное болит? – спросила, про себя перебирая возможные причины такого состояния. – Живот, спина, голова?

– Да нет, – отрицательно покачала она головой.

– Она около месяца назад отравилась чем-то, – подала голос Данька. – Может, это отголоски?

– Да ладно тебе, Дань, – отмахнулась девушка. – Прошло же все. Когда это уже было-то… Еще вспомни, что я зимой простудилась.

М-да, негусто. Я бы предположила, что у нее с сердцем проблемы, но она же такая молодая! Хотя по-разному в жизни бывает. В целом понятно, что без профессиональной помощи тут не обойтись.

Но раз уж я взялась помогать, то решила действовать до конца и проверить девушку на магические воздействия. Сама она не маг, но мало ли, вдруг конкуренты гадость какую подстроили. И стоило мне перейти на хранительское зрение, как предположения подтвердились. Без магии тут не обошлось, да еще какой.

Как можно спокойнее я попросила девушку полежать, не двигаясь, а сама, вроде как прощупывая живот на уплотнения, рассматривала ту гадость, что на нее нацепили. Вот только нажимать сильно не стала, так как быстро стало ясно, что это для Мари опасно. На магическом уровне на животе у девушки распускалось нечто, что я могла сравнить с уродливым цветком, в самом центре которого ритмично пульсировал небольшой шарик оранжево-красного оттенка. А от него во все стороны расходились тонкие нити более насыщенного, бордового оттенка, практически цвета крови.

И такой шарик я уже видела… Когда работала в больнице. И после пришло понимание – Маришка беременна! От мага огня. И к этому зарождающемуся чуду жизни прицепилась какая-то магическая гадость.

И здесь… бум! Просто вспышка в сознании, и у меня на мгновение даже дыхание перехватило.

– Мари… – тихо позвала я. – Ты знаешь Вилмара?

Тихий вздох и затрепетавшее сердце, отдающееся стуком в ладонях, все еще лежащих на ее голом животе, стали лучшим ответом.

– Шар-р-рахас… – прошипела Флора, тоже мгновенно сложившая картинку после одного-единственного имени и получившая затрещину от Даньки с советом не выражаться, пусть и на иностранных языках.

– Спокойно, спокойно, чего ты перепугалась? – мягко улыбнулась я, убирая с живота девушки руки и накрывая ее одеялом. – Я всегда была и буду твоим другом. Да и Вилмару я не враг.

– Откуда ты узнала? – прошептала она, вцепившись побелевшими пальцами в край одеяла.

– Просто так получилось. Не волнуйся, я знаю, что с тобой, и мы тебе поможем. Только не переживай.

Девушка настороженно кивнула, а я встала с ее кровати и, ухватив Даньку и Флору под руки, утащила подальше к двери, чтобы Маришка не слышала. Действовать надо быстро, очень быстро. Ведь по площади сейчас гуляет, как оказалось, не только наш наблюдатель, но и надсмотрщик Мари, и пересекаться им никак нельзя.

Сама поражаюсь, как быстро в моей голове сложился дальнейший план действий.

– Касьена, что происходит? – строго спросила Данька.

– Времени у нас мало, поэтому коротко: у Мари большие проблемы, и я сейчас постараюсь ей помочь. Так что мне очень нужно, чтобы вы не задавали лишних вопросов, а просто сделали, как я скажу.

К счастью, обе девушки просто кивнули в ответ: Данька растерянно и хмуро, а Вегерос напряженно. Да, уж она-то все понимает.

– Дань, твоя задача сейчас: быстро преобразить Флору в какое-то подобие цыганки, артистки, в кого угодно, в общем. Чтобы она стала яркая и отвлекающая внимание и не была похожа на себя теперешнюю. У вас проявитель есть? – вспомнила я, что в свое время поставляла им и краску, и проявитель специально для представлений.

Данька опять лишь кивнула.

– Вылей на нее. А после того как приготовитесь, весело щебечущие выскочите на улицу развлекать народ.

– Флора, найдешь Вайнна. – Девушка скривилась при этом имени, но не удивилась. Либо тоже предполагала, что опять его отправят за нами присматривать, либо уже заметила его на площади.

– Рассказать? – коротко спросила боевичка.

– Нет, – решительно отказала я. – Не знаю, насколько он в курсе этого дела. Твоя задача в другом. Уведи его с площади. Любым способом. Хоть ножами своими угрожай, хоть просто тресни и выруби, но уведи его отсюда.

– Зачем? – к сожалению, в этот раз не поняла она моей задумки.

– Фло, очнись! Он сотрудник управления. Если его увидят, сама понимаешь кто, могут решить, что он пришел за Мари!

Боевичка быстро все осознала и прониклась.

Старший Адальштейн четко дал понять при разговоре с племянником, что если заметит кого, то девушке не позавидуешь, а ей и так сейчас плохо. Нет, следователя надо убрать с площади, и быстро.

– Давайте, быстро! – оставила я девушек разбираться в косметике и платьях, а сама вернулась к кровати Маришки, садясь рядом.

– У него проблемы, да? – со слезами на глазах пробормотала бледная Мари. – Он поэтому не приходит больше?.. И все эти слухи, ползущие по столице.

– Да, у него проблемы, – не стала врать я. – Но тебя он не забыл, могу сказать точно. Так что не переживай, Мариш, все будет хорошо, я тебе обещаю.

Боги, если бы я все еще была целителем! Почему именно сейчас я так остро осознала, сколько потеряла?!

Девочки собрались и исчезли за дверью, а я продолжила думать, что же делать. Ясно одно, мне срочно нужен Дамиан! А как с ним связаться? Можно, конечно, послать вестника, но вдруг магистр сейчас не в столице? И почему мы не догадались хоть какую-то связь наладить? Да, он чувствует, если мне угрожает опасность, но проблема в том, что она угрожает сейчас не мне! В голове настойчиво крутились имя Бриара и мысль, что мне нужно с ним связаться, поэтому, когда я услышала его голос, сначала решила, что у меня галлюцинации. Но потом кулон, тот самый родовой артефакт на шее под платьем, нагрелся, и голос Дамиана в голове прозвучал слишком отчетливо, чтобы быть вымышленным.

– Родная, что у тебя случилось? Я чувствую, что ты в порядке, но уж слишком остро жаждешь пообщаться, и это странно, – мягко, но с беспокойством в голосе спросил он.

А я на мгновение опешила.

– Я могу связываться и мысленно общаться с тобой через этот кулон?

– Можешь, – подтвердил он. – Разве я не говорил после вашего чаепития со старухой?

– Нет, – обреченно пробормотала про себя. – Или да, тогда много чего было сказано, всего не упомню.

– Теперь будешь знать, – вздохнул он. – Так что все-таки случилось?

И вместо того чтобы ответить, я задала свой вопрос:

– Дамиан, ты сможешь построить портал прямо до меня?

– Касс, что произошло? – напряженным голосом спросил мужчина.

– Со мной все хорошо, – поспешила успокоить, прежде чем он начнет нервничать. – Но ты мне сейчас нужен. Очень-очень нужен. Это серьезно!

Вместо ответа я увидела черные плети магии, стремительно оплетающие маленькое пространство вагончика, и поспешила успокаивающе погладить испугавшуюся Маришку по руке.

– Все хорошо, это друг, – мягко сказала я. – Он тебе поможет.

Из портала Дамиан вышел донельзя мрачным, но стоило ему заметить мое неестественно доброе выражение лица и бледную, запуганную девушку рядом, как магистр заметно смягчился, хотя клокотавшее внутри его напряжение я очень даже чувствовала.

– Здравствуйте, – вежливо кивнул он девушке и, не обратив внимания на ее ответный писк, вопросительно взглянул на меня.

Сжав на мгновение ладонь Мари, я встала, подошла к Бриару и тихо спросила:

– Ты можешь ее в сон погрузить?

Дамиан пристально поглядел мне в глаза, и уж не знаю, что он увидел, или наша связь аукнулась ему, передавая мои переживания, но спрашивать он ничего не стал, а лишь кивнул.

Я вернулась к девушке.

– Мариш, ты только не переживай. Да, на тебя повесили одно неприятное заклинание, но убрать мы его можем. А сейчас ты немножко поспишь, чтобы лишний раз не дергалась и не переживала, пока мы с этой гадостью разбираться будем, – спокойно сказала я, на самом деле даже не представляя, получится ли ей помочь.

Девушка бросила нервный взгляд на меня, на Дамиана, стоявшего за моей спиной, и потом все же кивнула.

– Вот и хорошо, ложись поудобнее, – помогла я ей устроиться на узкой кровати.

Затем магистр прикрыл ее глаза своей ладонью, я увидела легкое облачко синей магии воды, и девушка уснула.

И только после того, как я окончательно поняла, что моей паники она не увидит, меня начало трясти.

– Касс… – Дамиан присел передо мной и крепко ухватил за руки, заставив взглянуть на него. – Что случилось? Что это за девушка?

– Дейм, это та девушка, здоровьем которой шантажируют Вилмара. Маришка, канатоходка, она с Даниэллой в одной труппе выступает.

Он тихо чертыхнулся.

– Вот вы не можете без приключений… – покачал он головой.

– Дейм, ты не понимаешь… – всхлипнула я, уже не в силах сдержать слезы. – Она от него беременна. От Вилмара.

Мужчина помрачнел.

– Значит, нам придется быстро решать, как же избавиться от этого артефакта, – задумчиво разглядывая девушку, пробормотал он.

– Куда быстрее, чем ты можешь себе представить, – криво усмехнулась я сквозь слезы.

Потому что Бриар все еще не знал всего ужаса ситуации.

– Касс, ну чего ты плачешь? – попытался он успокоить меня, стирая рукой мокрые дорожки на моих щеках. – Спасем мы твою подругу.

– Ты забыл, что артефакт создан на крови Вилмара? Сейчас в кулоне фактически растет его кровь. Понимаешь? – тихо обливаясь слезами, убито проговорила я. – Чем больше плод развивается, тем быстрее убивает Мари, а с ней и самого себя. И если мы как можно скорее не уничтожим артефакт, придется убить ребенка, иначе он убьет их обоих.

Лицо магистра закаменело, резко выступили скулы. Что ж, если меня эта ситуация приводила в отчаяние, то его, кажется, неимоверно разозлила. Конечно, шантаж, который задумал и воплотил Эерик Адальштейн, сам по себе ужасен, но то, во что он в итоге вылился, – это просто отвратительно. Почему власть между собой делят сильные мира сего, а страдают маленькая женщина и еще даже не родившийся ребенок?

– Ее состояние сейчас критично? – мрачно поинтересовался Дамиан.

– Что? – хрипло переспросила я, не понимая, что он имеет в виду.

Всего лишь пара дней, и никакого выбора, кроме как убить ребенка, не будет. При этом гибель плода не избавит Мари от основного действия злосчастного артефакта.

– Касс! – Он сжал мои плечи и встряхнул, заставив взглянуть ему в глаза. – Возьми себя в руки! Если ты хочешь помочь этой девушке, то нужна мне сейчас сосредоточенной и рассудительной.

Я лишь кивнула, завороженно глядя в его глаза, громко всхлипнула и постаралась затолкать жалость к Маришке куда подальше.

– Еще раз спрашиваю! Насколько плоха она сейчас? Если оставить девушку в этом состоянии, не позволяя ему ни ухудшаться, ни улучшаться, может ли это стать губительно для нее или для плода?

И до меня медленно стало доходить, что он предлагает.

– Стазис? – не веря, прошептала я.

Про заклинание, позволяющее за несколько секунд заморозить человека, знали немногие, и лишь единицы могли его воплотить, потому как оно требовало колоссальных энергетических затрат. Но слухи об этом заклятии ширились, оно было вполне реальным, просто редко употребляемым. Если Дамиан способен его сотворить… Хотя мне уже пора перестать удивляться чему-либо, связанному с этим мужчиной.

– Да, может сработать, – поразмыслив пару секунд, сама ответила на свой вопрос. – Влияние артефакта на организм Мари сейчас некритично, и если стазис каким-то образом затормозит негативное воздействие, то у нас появится время на решение этой проблемы.

– Уже радует, – мрачно сказал Дамиан. – Но здесь этим заниматься опасно. Я сейчас заберу девушку и тебя в свой родовой замок, а в вагончике оставлю иллюзию: тяжелобольная, не встающая с кровати канатоходка, которая не хочет ни с кем общаться. Думаю, твоя подруга Даниэлла сможет подыграть и отвадить возможных посетителей.

Бриар аккуратно поднял спящую, завернутую в одеяло Маришку на руки. Я поспешно вытерла слезы и подскочила к нему, видя, как разворачивается портал у его ног.

Шаг, и мы уже в залитом солнечным светом, пустом помещении. Наверное, в одной из гостевых комнат родового замка Клейронов. Дамиан уложил девушку на кровать и обратил свой взор ко мне.

– Найди мою мать, скажи ей, чтобы срочно вызвала отца. Мне понадобится его помощь со стазисом. А я пока сотворю иллюзию в вагончике и Флору из города заберу. Где она там сейчас шляется?

Я замялась, понимая, что ответ ему не понравится.

– Она ушла с Данькой на площадь, чтобы увести подальше Матэмхейна… – призналась я, потупившись.

Ответа магистра на мои слова я не услышала, но его молчание было угрожающим.

– Пойми, пожалуйста, я просто побоялась, что Вайнна заметит тот, кто следил за Мари, – попыталась оправдаться я. – Поэтому пришлось быстро решать, что делать. Мне больше ничего не пришло в голову.

Дамиан тяжко вздохнул и потрепал меня по голове, как ребенка.

– Иди ищи мою мать, – сказал он мне и исчез в портале.

А я, порадовавшись тому, что Бриар не осудил мое решение, поспешила из комнаты на поиски леди Клейрон.

Все, что происходило дальше, спуталось в голове из-за ужасной суматохи. Срочно вызванный с какого-то собрания Бриар-старший тут же потребовал у меня отчет по произошедшему. Под его таким привычным, но в этот раз куда более устрашающим взглядом я быстро пересказала все, что касается непосредственно девушки и артефакта Эерика Адальштейна. И несмотря на то, что ко всему этому я лично никакого отношения не имела, у меня возникло ощущение, будто в преступлении признаюсь, – вот что значит профессиональный взгляд.

Потом лорд Осбеорн осмотрел Маришку, помрачнел и подтвердил мое предположение о негативном воздействии артефакта. Когда вернулся Дамиан, даже воздух в комнате стал потрескивать от нагнетаемой энергии двух некромантов.

– Родная, иди за мной, – прошептал магистр и, приобняв меня за плечи, повел в сторону двери, а его отец тем временем начал вычерчивать вокруг кровати со спящей Мари какие-то символы. – Посиди в гостиной вместе с мамой и Флорой. В ближайшие полчаса никому близко к комнате подходить нельзя. И не переживай, все будет хорошо.

Бриар тащил меня к выходу, а я, кося на него глаза и беспрестанно оглядываясь, с ужасом наблюдала, как Дамиана начинают обвивать черные ленты магии и тьма растекается из его зрачка, заполняя всю радужку, а сзади нас такой же беспросветной мглой окутывалась фигура лорда Осбеорна. Но, прежде чем я успела увидеть их «превращения» до конца, дверь перед моим носом захлопнулась. И слава богам! Не уверена, что хотела бы лицезреть, во что или в кого может превратить отца и сына обоюдная сила. Мне хватило и единичного явления Дамиана в образе демона не так давно в его кабинете…

Ожидание результата их эксперимента со стазисом длилось невыносимо долго. Мы втроем сидели в гостиной, думая каждая о своем. Леди Алария пару раз попыталась завести разговор о предстоящих мероприятиях в высшем свете, но эта тема нас с Флорой совершенно не интересовала, поэтому после пары безответных фраз леди умолкла.

Я была поглощена мыслями о том, как решить проблему с артефактом. Вегерос, найденная Дамианом в городе и перенесенная в замок, сидела все в том же костюме цыганки и выглядела одновременно злой и довольной. Видимо, свою миссию по устранению Вайнна с площади она выполнила, но при этом наверняка с ним поцапалась. И теперь, судя по зловещей и иногда кривой улыбке на ее лице, об этом и размышляла. А леди Клейрон была явно обеспокоена всем происходящим и пребывала в растерянности.

Когда рядом с нами внезапно раздался мужской голос, мы трое разом вздрогнули и вскочили с кресел.

– Лара, что такого ужасного у вас случилось, что твой муж сорвался с Совета министров домой? – недовольно вопросил высокий мужчина в возрасте, судя по его удивленному взгляду, последовавшему за вопросом, явно не ожидавший увидеть здесь кого-то, кроме хозяйки дома.

Я почему-то не сразу его признала, лишь серые, «грозовые» глаза показались знакомыми, но стоило матери Дамиана обратиться к нему по имени, как сразу накатило понимание всех возможных проблем.

– Рада тебя видеть, Вайерд, – с усталой улыбкой поприветствовала его леди Алария.

Я машинально, вслед за Флорой, склонилась в глубоком реверансе.

Император пожаловал… Что ж за невезение-то такое?! Мне ведь с ним вообще встречаться нежелательно. И я очень надеялась, что Его Величество не признает в нас с Вегерос тех молодых леди, что блистали на балу магов.

– Кажется, произошло что-то действительно серьезное, если вы решили собрать всю семью, – задумчиво проговорил он. – Счастлив вновь лицезреть вас, леди Кассандра.

Я натянуто улыбнулась и присела в легком поклоне. Выдавить из себя хоть слово было выше моих сил.

– И я рад наконец-то познакомиться с будущей леди Клейрон. – Император пристально посмотрел на Флору.

А она, в отличие от меня, была сама безмятежность, словно на ней сейчас не красовался цыганский наряд…

– Но, как бы я ни был рад видеть вас, прекрасные леди, все еще хочу услышать ответ на свой вопрос. Где твой муж, Алария, и что у вас случилось? – строгим тоном вопросил император и бросил на нас с Флорой пристальный взгляд.

Что ему ответить, леди Алария, судя по ее замешательству, не знала. Рассказывать императору про Мари, про ее связь с представителем высших и беременность, а также про шантаж дядюшки Вилмара, матери Дамиана было никак нельзя. Учитывая недавние события, какое бы решение ни принял по этому вопросу император, оно определенно не будет в пользу канатоходки. Какое ему дело до судьбы бродячей артистки, когда сильные мира сего ругаются меж собой?..

Леди Клейрон могла бы сказать императору, что ее супруг помогает сыну спасти жертву проклятия, но стоит ли Его Величеству знать, что эти двое способны наложить стазис?

К счастью, помощь подоспела вовремя. Распахнулась дверь в комнату, впуская довольных и расслабленных некромантов. Я очень надеялась, что их спокойствие не показное и со стазисом все получилось.

– Вайерд, требовать отчета от меня ты можешь на Совете министров, но моя жена отвечать на твои монаршие вопросы, касающиеся внутренних дел нашей семьи, не обязана, – тихо, но твердо заявил лорд Клейрон.

– Осбеорн, я все же ваш император… – с мягкой угрозой заметил глава государства, следя, как лорд подошел к своей жене и, обняв ее, поцеловал в висок.

Младший Бриар, стремительно приблизившись к Флоре, обвил рукой ее талию, на что девушка коротко улыбнулась. А на меня магистр даже не посмотрел. В сердце кольнула иголочка обиды, хоть я и понимала, что поведение Дамиана и боевички обусловлено навязанными ролями.

Но в тот момент, когда мужчины только появились в двери, я облегченно выдохнула, надеясь, что магистр подойдет и обнимет меня и страх перед императором отступит, совершенно забыв, что за спектакль мы разыгрываем перед обществом. Как же не вовремя нахлынули на меня все эти чувства и выверты сознания!

– Твой титул не дает тебе права вмешиваться в личные дела рода, пока они не затрагивают кого-либо вне его или интересы государства, – холодно и непреклонно заявил лорд Клейрон, поворачиваясь к правителю.

– Так ведь затрагивают! – притворно возмутился император. – Мне же Совет пришлось прервать, после того как ты исчез внезапно, а это напрямую связано с интересами государства.

– Ты закончил собрание? – удивился лорд Клейрон. – Право, не стоило. Как видишь, мы разобрались довольно быстро, так что я сейчас мог бы вернуться на Совет. Но, как понимаю, моего присутствия уже не требуется.

– Так что же произошло? – настойчиво продолжал допытываться император, и что-то мне подсказывало, что это не простое любопытство.

– Девочки сегодня выбрались погулять в город и умудрились вляпаться в приключения, – тяжело вздохнул Дамиан и бросил на нас укоризненный взгляд.

Мы с Флорой дружно потупились, а я даже покраснела, вспомнив, о чем именно магистр просил меня утром.

Тот факт, что Дамиан сказал правду и не стал придумывать какую-то причину нашего с Флорой здесь присутствия, подтвердил мои подозрения в том, что Вайерд Киневард может распознавать ложь. Я и до этого предполагала, что врать императору нежелательно, а теперь, слушая, как Клейроны ловко обходят его вопросы, убедилась в этом окончательно.

– Да неужели? – удивленно вскинул брови монарх. – Как же две столь молодые леди умудрились натворить что-то такое, с чем ты, Дамиан, не справился сам, без помощи отца?

– А они очень талантливые девочки, – с усмешкой ответил младший Бриар и, бросив на меня усталый взгляд, добавил: – Подобное, к сожалению, уже не первый раз происходит.

Я засмущалась еще сильнее, понимая, что это очередной камень в мой огород. Флора-то еще ничего натворить не успела толком. А вот со мной Дамиан действительно не может совладать.

– В их уникальности я и не сомневался… – тихо заявил монарх и обратился ко мне: – Кстати, императрица изъявила желание чаще видеть при дворе вас, Кассандра, и вашу будущую сестру, конечно. Вам предложены места личных подопечных Ее Величества.

Я ошарашенно вылупилась на него. Вот уж чего мне точно не хватало для полного счастья, так это дополнительного внимания императорской семейки! Что же у меня за удача такая?! Почему, стоит мне сделать шаг за пределы дома, обязательно стрясется какая-то неприятность?!

Ответить надо. Причем максимально честно.

– Боюсь, столь щедрое предложение Ее Величества несколько преждевременно, – поджала я губы, изображая печаль и одновременно стыд от отказа. – Я еще не слишком хорошо контролирую свои новые способности и крайне редко покидаю дом. Недавно из-за моей излишней эмоциональности пострадало помещение…

Я скривилась, вспомнив превратившийся в труху стол и фарфорово-бумажную пыль.

– Так что, Ваше Величество, мое присутствие во дворце может быть опасным. А сегодня, стоило мне выйти из дома, и вот, – печально развела я руками, не уточняя, что именно «вот».

Несколько мгновений император пристально взирал на меня и со вздохом заключил:

– Не думаю, что эти отговорки удовлетворят Ее Величество, но признаю, ваши, леди Кассандра, опасения вполне оправданны.

Я даже дышать стала вполсилы, чтобы глубоким выдохом не выдать облегчения, лишь ниже, словно покаянно, опустила голову, пряча лицо и надеясь, что высокий гость еще недолго будет баловать нас своим вниманием.

– Осбеорн, тебе стоит больше внимания уделять обучению девочки, чтобы не лишать мою супругу столь долго ее общества, – укоризненно заявил император.

– Да как же больше, если стоит мне отлучиться, как сам император тут же является, требуя моего срочного присутствия во дворце, – так же укоризненно, но с легкой насмешкой в голосе проговорил старший Бриар, а я похолодела от столь фамильярного обращения. Насколько же они близки?..

– Как только проявишь положенную по статусу строгость, тебя тут же объявляют тираном, – притворно возмутился император. – Буду соответствовать тогда. Так что прости, Алария, я все же ненадолго украду твоего мужа с вашего семейного вечера.

– Я понимаю, – мягко улыбнулась ему леди.

– До свидания, юные леди, – попрощался монарх, улыбнувшись мне и Флоре. – Будьте осторожнее в следующий раз, и надеюсь, вы, леди Кассандра, вскоре порадуете мою супругу своим присутствием.

Мы с Флорой, изобразив милые, смущенные улыбки, присели в реверансе.

– Дамиан, жду тебя завтра с докладом, – строго сказал монарх магистру и получил столь же сухое в ответ:

– Я помню.

Очевидно, с младшим Бриаром у императора отношения не столь близкие и доверительные. Интересно почему?

Лорд Клейрон попросил жену, чтобы начинали ужин без него, после чего мужчины вышли из гостиной. Но напряженность из позы Дамиана не исчезла, он продолжал пристально следить за дверью, словно прислушиваясь к чему-то.

Флора на эту стойку магистра, учитывая, что именно ее слишком крепко сжимали его руки, тут же ответила невинным щебетанием:

– Я просто не могу поверить! Подопечные самой императрицы! Кассандра, ты хоть представляешь, что это такое? Нам же все двери будут открыты! Давай, скорее бери свои силы под контроль. Мне не терпится пообщаться с императрицей и осмотреть императорский дворец получше. Говорят, там имеется несколько картин известных мастеров, которые уже давно считаются утерянными, а некоторые полотна вообще никогда не были представлены публике и написаны исключительно для любования императорской семьей.

Флора восхищалась, а на лице у нее было непередаваемое выражение «когда уже это закончится?». Леди Клейрон что-то ответила, а я не могла выдавить ни слова. Визит императора меня слишком напугал, да еще и это настойчивое желание забрать меня ко двору.

Наконец Дамиан расслабился, выпуская Вегерос из объятий, чтобы в следующее мгновение оказаться рядом со мной и прижать к себе.

Боевичка, облегченно буркнув «наконец-то!», плюхнулась на диван, а я, развернувшись в руках мужчины, уткнулась носом ему в плечо, судорожно вцепившись пальцами в лацканы его черного камзола.

– Ну что ты, родная… – прошептал он, накрыв мои ледяные руки своими ладонями и согревая их. – Чего ты так перепугалась? С Мари все нормально. Стазис мы наложили, так что можешь пока не волноваться. Или ты так Вайерда испугалась?

Не в силах совладать с голосом, я лишь кивнула, еще плотнее притиснувшись к Дамиану. Испугалась… очень сильно. Его власти над всеми нами. Того, что сейчас, пусть и с другим цветом волос, но без яркого макияжа и роскошного отвлекающего платья, он меня узнает. Или узнает о нашем расследовании и о том, что выискиваем информацию о всех высших родах. Но больше всего – его внезапного желания видеть меня во дворце. Не просто на каком-то мероприятии, а регулярно.

– Касс, не переживай. Все не так страшно. Никто тебя за отказ от протекции императрицы не будет преследовать, – погладил он меня по волосам, по-своему расценив мой испуг.

Но меня мучила совершенно другая мысль.

– Дейм… – хрипло прошептала я, подняв на него тревожный взгляд. – Ты уверен в непричастности императора к убийству моей семьи? Есть ли хоть малейшая возможность, что это все же он? Зачем я внезапно понадобилась во дворце? Ведь Флору позвали, скорее, за компанию, хотя именно она будущая леди Клейрон. Но им нужна я. Почему?

После моих слов Дамиан помрачнел. Неужели не только мне приходило это в голову? И сегодняшний неожиданный визит подтвердил и его опасения?

– Поговорим в другом месте, – тихо сказал он мне и, развернувшись к леди Аларии, произнес уже громче: – Мы отойдем ненадолго, начинайте ужин без нас.

– Милый, – с грустной улыбкой отозвалась его мать, – я, конечно, могу приказать накрывать на стол, но начинать ужин, когда больше половины людей отсутствует, смысла не вижу, так что просто поскорее заканчивайте свои разговоры и возвращайтесь. Мы подождем.

Флора возражать не рискнула, но проводила нас крайне подозрительным взглядом.

В коридоре мы разговаривать не стали. Дамиан повел меня вглубь замка. Потом мы спустились по, казалось, бесконечной лестнице и долго шли по подземелью. В какой-то момент мне почудилось что-то знакомое в этом пути. И только когда вместо привычной каменной кладки стены стала покрывать необработанная скалистая порода, я наконец припомнила, где же видела эту дорогу. В одном сне, который, как потом оказалось, сном не был. И когда перед нами открылись своды огромной пещеры, водопад, волны и алтарь посреди этого буйства стихии, мне стало тревожно. Неужели магистр настолько опасается императора и его «длинных рук», что может высказать свои опасения лишь глубоко под замком? Дамиан молча проводил меня до алтаря, усадил на удивительно теплый камень, снял с себя и накинул мне на плечи камзол и, только убедившись, что меня не продуют ледяные морские ветры, заговорил.

– Касс, я понимаю, что у тебя некое предубеждение против высших лордов в целом и императора в частности. И ты имеешь причины для такого поведения. Но могу уверить, император к убийству твоей семьи отношения не имеет, – сказал Бриар совершенно противоположное моим ожиданиям.

– И ты отвел меня в самое глубокое и укрепленное место в замке, чтобы заявить о его невиновности? – с горькой усмешкой поинтересовалась я, не убежденная его словами. – Ты и твои родители опасаетесь его, Дамиан, это для меня вполне очевидно. Не надо пытаться меня убедить в том, что император просто проявил интерес к новой персоне в его ближайшем окружении. То, что ваша семья близка с монаршей, можно понять из сегодняшнего визита, и это пугает меня до дрожи.

Магистр грустно улыбнулся и нежно провел рукой по моей щеке.

– Услышишь ли ты меня когда-нибудь? Пока ты рядом со мной, я смогу тебя защитить практически от всего, кроме твоей очаровательной, но бедовой головки. То, что ты способна ей надумать, может загнать меня в тупик, – легонько щелкнул он меня по лбу, усмехнулся при виде моей сморщенной мордашки и, мгновенно став серьезным, продолжил: – А насчет императора… Тот, кто его не опасается, либо очень глуп, либо просто безумен. Император один из сильнейших магов современности, и он всегда ведет свою игру, в которую даже мы с отцом, несмотря на занимаемые посты, не всегда бываем посвящены. Бояться его не нужно, вот быть с ним настороже надо всегда.

– Откуда тогда уверенность, что это не какая-то его игра, в которую вы не посвящены? – не могла успокоиться я. – Почему ты убежден, что он не имеет отношения к смерти моей семьи?

Мужчина тяжело вздохнул, отошел от меня и повернулся к каменному зеву в стене, за которым бесновалось море. И вот тут меня осенило, почему он увел меня на разговор именно сюда.

– Я опять напала на какую-то страшную тайну высших? – задала вопрос его напряженной спине.

– Не страшную, но вполне себе тайну, – согласился он, вновь повернувшись ко мне.

– Тогда не тяни, рассказывай уже, какие еще легенды окажутся правдой, – устало вздохнула я, предчувствуя, что ничего хорошего от этих откровений ждать не стоит.

– Легенда все та же. Все семьи высших принесли императору клятву в вечной службе. Вот только клятва, пусть и магическая, – это несколько голословно. Тогдашнему императору этого показалось мало, и он потребовал от каждого рода нечто, что в крайнем случае поможет справиться с любым представителем семейства. Это могла быть сила или какое-нибудь тайное знание…

– По легенде он выглядит бескорыстным спасителем, а по сути все те же товарно-денежные отношения, – горько покачала я головой. – Одно дело, когда помогаешь по доброте душевной и получаешь в награду власть, а другое – когда этой помощью шантажируешь, желая заполучить в свое полное распоряжение сильнейших.

– В истории никогда не бывает бескорыстия, – утвердительно кивнул мне Дамиан.

– Это все, конечно, интересно, но ты-то, очевидно, подводил меня к какой-то определенной мысли этим кратким экскурсом.

– Да, ты права. Чем конкретно каждый род подкрепил клятву, знают лишь император и сами представители этого рода, да и то не все. Но так уж получилось, что мы знаем, что преподнесли в дар твои предки. И это полностью исключает императора из возможных подозреваемых, – бросил он на меня проницательный взгляд.

Впрочем, я и так уже догадалась.

– Они отдали ему ключ, – прошептала я, понимая, что таким образом у императора полностью отпадает необходимость убивать ради попадания в библиотеку.

– Да, – подтвердил магистр. – Взамен он пообещал не пользоваться ключом без крайней нужды.

– В библиотеке есть журнал посещений, и ни одного упоминания императорской фамилии мне там не встречалось…

– Что только подтверждает, что свое обещание монаршая семья держит.

– Тогда что это за внезапное желание видеть меня при дворе?

– Вариантов много, – хмуро признал Дамиан. – Возможно, это действительно просьба императрицы, которая иногда любит поиграть с девушками в сваху. Или же он заподозрил, что с тобой и Флорой не все так просто, и решил держать вас поближе, чтобы разобраться в этом. А может, хочет через вас что-то разузнать или повлиять на нас. Сложно сказать точно, но, по крайней мере, к неприятностям с этой стороны мы готовы.

– Уверен? – с сомнением посмотрела я на заметно уставшего мужчину.

– Уверен, – кивнул он и с мрачной решимостью добавил: – Но тебе это решение не понравится, так что будем надеяться, что крайнего случая не произойдет.

Я хотела поинтересоваться, что же это за решение, но резко передумала. Незачем раньше времени расстраиваться, может, все еще обойдется… Поэтому спросила о другом:

– А чем связана твоя семья? По той самой клятве…

Бриар хитро улыбнулся, вернулся ко мне и, обняв за талию, стянул с каменного алтаря.

– Это я могу рассказать лишь двум людям – своей жене и своему наследнику. Так что… насколько сильно ты хочешь узнать ответ? – задал он провокационный вопрос.

А я неожиданно растерялась. Дамиан всегда был прямолинеен в своем отношении ко мне, но почему-то только сейчас я поняла, что его предложение – это не шутка или что-то несбыточное и невероятное, а вполне возможная реальность. И, зная Бриара, не просто возможная, а запланированная. А я… не знаю, хочу ли этого. Я никогда не задумывалась о браке и семье. Сейчас, наверное, ему просто удалось вселить в меня уверенность, что все закончится хорошо…

Дамиан мою растерянность, кажется, не только понял, но и безропотно принял.

– Отложим этот разговор до лучших времен, – мягко улыбнулся он мне. – Идем, нас уже заждались. Да и интересно узнать, с чего бы император нагрянул к нам. Видимо, ему было что сказать отцу.

Мы поднялись из подземелья в замок, прошли в столовую и уже приступили к ужину, когда вернулся лорд Осбеорн. И его крайне мрачный вид наводил на совсем уж нехорошие мысли.

– Вайерд интересовался, по какому поводу мы проявляем столь пристальный интерес к высшим лордам, и выразил свое недовольство нашей активностью, – ответил лорд на вопросительный взгляд сына.

Дамиан сжал зубы так, что на скулах сердито заиграли желваки. А Флора что-то пробубнила на незнакомом мне языке. Судя по осуждающему взгляду леди Аларии, это было ругательство.

– Но гораздо интереснее другое, – продолжил лорд Осбеорн, после того как устроился за столом, поднял бокал и сделал первый глоток чего-то явно крепче сухого вина. – Мне совершенно ясно, что поинтересоваться нашими делами его надоумили. Кто-то четко указал, на что императору стоит обратить внимание.

– Ты выяснил, кто эти советчики? – поинтересовался Дамиан.

– Тонкие намеки Вайерд ловко обходил. Спрашивать напрямую – лишь вызвать больше вопросов о нашем интересе в этом деле.

– Давайте поговорим после ужина, – оглядев наши мрачные лица, решила леди Алария, и нам пришлось согласиться.

Но гнетущее молчание за столом длилось недолго.

– А знаете, я тут подумал – преступник сделал нам невероятный подарок этой наводкой, – проговорил задумчиво Дамиан. – Людей, которые могут близко общаться с Вайердом, немного. Тем более что к этому человеку император не просто прислушался, а принял его слова на веру. Ни один Адальштейн к таким людям не относится, что исключает их из числа подозреваемых. И остается единственный вариант.

– Элидир, – еле слышно проговорила я. – По крайней мере, один из двух, глава рода или его наследник.

Внезапно мы оказались вплотную к разгадке. Это просто невероятно…

– Слишком просто, – подала голос Флора. – То, что убийца не дурак, было ясно с самого начала. Он же словно большую красную стрелку «ищите преступника здесь» для нас повесил.

– Логично, – одобрительно кивнул лорд Осбеорн. – Если бы не одно «но»: никто, кроме нас и императорской семьи, не осведомлен о наших дружеских отношениях. Для высшего света мы с Вайердом непрерывно конфликтуем, что в общем-то вполне правдиво, но он не мешает нам эффективно работать.

– Но зачем? – удивленно протянула я.

– Нам это выгодно и удобно, – вроде как пояснил старший Бриар, но я ничего не поняла, а он продолжил: – Так что предположить, что император решит разбираться со мной напрямую, а не начнет копать втихую, злодей никак не мог. Как и то, что я догадаюсь, что интерес императора не его личный, а кем-то навеянный.

– Все равно подозрительно, – недовольно покачала головой Флора.

– Это точно, – согласился с ней Дамиан. – Поэтому мы пока не будем предпринимать какие-либо активные действия по отношению к обоим изобретателям. Несколько наших людей начнут более тщательную проверку их алиби на время убийств и всего с ними связанного, а мы пока разберемся с делом Адальштейнов. Оставлять все так нельзя, как и полностью исключать дядю и племянника из числа подозреваемых. Потому что не дает мне покоя проклятие, повешенное на девушку. Его корни явно уходят к тому же, кто наш ритуал проводил. Так что, если повезет, разобравшись, мы сможем определить точно, который из Элидиров нам необходим, и, возможно, найдем доказательства.

Я была согласна с Дамианом, кидаться в сторону тех, на кого внезапно указали наши размышления, не стоит. Как бы мне ни хотелось скорее закончить расследование, еще больше я хочу быть абсолютно уверенной в нашей правоте. Флора права, все слишком очевидно, возможно, кто-то просто хочет отвлечь наше внимание. В таком подвешенном состоянии неизвестности я уже нахожусь давно, несколько дней ничего не изменят, а вот Маришку долго в стазисе держать не получится, слишком много энергии требуется.

– Вопрос с циркачкой нужно решать как можно скорее, – словно услышав мои мысли, проговорил Дамиан. – Даниэлла будет говорить интересующимся и изображать, что девушка больна и никуда из вагончика не выходит. Но, боюсь, ее исчезновение заметят довольно скоро. И если Эерик запустит артефакт на полную силу, заклинание начнет постепенно разрушать стазис, пока не доберется до Мари.

Ужасно. Насколько же мощен этот артефакт? Или все дело в использовании магии крови? Хотя мне ли не знать, на что способны заклинания этой школы.

– Нам нужен артефакт, – подытожил все произнесенное сыном лорд Осбеорн. – Чем скорее, тем лучше.

– А почему нельзя официально задержать Эерика и изъять кулон? – поинтересовалась Флора. – Артефакт-то на крови – значит, незаконный. Не думаю, что ваши спецы не смогли бы вытащить из дядюшки Адальштейна местонахождение артефакта.

– Он высший лорд, – мрачно ответил ей старший Бриар. – Без серьезных доказательств мы даже допрашивать его не имеем права, не то что задерживать. Можно было бы слегка превысить полномочия, но не после сегодняшнего разговора с императором, когда он ясно дал понять, насколько ему не нравится наше вмешательство в дела высших.

– Как чувствовали… – пробормотала Флора под нос, и отец Дамиана согласно кивнул.

– Чтобы провести такие действия, нам нужны как минимум показания Вилмара.

– А пока девушка находится под воздействием артефакта, он их давать не станет, – закончила за него боевичка.

– Совершенно верно, – подтвердил лорд Осбеорн.

– Постоянно ходить с ним на шее Эерик не может, – произнесла я. – Магия такого уровня, во-первых, просто неприятна для мага, а учитывая, что в кулоне родственная кровь, он может влиять и на самого Адальштейна, пусть и не сильно. Во-вторых, артефакт наверняка «конфликтует» с какими-то другими. И, в-третьих, его может запросто заметить какой-нибудь сильный маг-артефактор. Значит, где-то есть место для безопасного хранения этого кулона. На балу, скорее всего, была показательная акция – мол, смотри, Вилмар, он всегда при мне.

– Я тоже так считаю, – кивнул старший Бриар. – И место, где он может прятать столь ценную вещицу, может быть только одно – сейф в его спальне в родовом замке.

– Откуда такая уверенность? – спросила Флора, с изрядной долей скептицизма смотря на лорда. – Все же глупо держать артефакт в доме, где живет главное заинтересованное в его конфискации лицо. То есть Вилмар.

– Да, выглядело бы глупо, если не знать Эерика достаточно хорошо, – с легкой усмешкой заметил в ответ лорд Осбеорн. – Этот ушлый тип всегда был довольно подозрителен и мнителен. Сейф в его спальне защищен весьма оригинальным способом – магический замок и магия, опутывающая всю комнату, которая не дает использовать магию.

– Не совсем поняла, – нахмурилась девушка, да и я не особо разобралась.

– На сейфе стоит магический замок, который открывается ключом-артефактом, – решил разъяснить нам Дамиан. – Вещь сложная, но сильный маг вполне способен вскрыть замок своей мощью. И вот тут вступает в действие вторая защита. На любое проявление чужой магии, даже если ты огонек на ладошке зажжешь рядом с замком, завопит тревожная сирена или произойдет что-то еще, вплоть до смертельного, все зависит от фантазии владельца. Поэтому магией на замок воздействовать можно, только он не откроется, а последствия для взломщика могут быть самые печальные. К сожалению, искать умельца, который создал это защитное заклятие, у нас нет времени, потому что такие люди скрываются, как правило, очень хорошо. В общем, проникнуть в сейф мы не сможем. Нужно придумать что-то еще.

– Не нужно, – возразила я. – Я смогу вскрыть его.

Мужчины уставились на меня, сверля мрачными взглядами. Флора просто скривилась, выражая свое скептическое отношение к моим способностям. Даже леди Алария неодобрительно поджала губы. То есть мне не поверил никто.

Но все же очевидно!

Первой, что удивительно, дошло до Вегерос. Словно нашло озарение, и вот она уже с какой-то шальной улыбкой произносит не совсем понятное для остальных:

– Но ты же…

– Правильно, – кивнула ей. – Я могу все потоки магии трогать физически. То есть, скорее всего, смогу деактивировать чары, не нарушая плетения, как на замке, так и на комнате в целом. Я столько защит на зданиях взламывала, что уж в этом-то определенно разбираюсь.

– Ты не полезешь одна в дом Адальштейнов, – категорично заявил Дамиан.

– Одна я и сама не пойду, – постаралась сохранить я спокойное лицо и убедить его. – Я, может, двери «распечатывать» и научилась, но замок сейфа не потяну. Мы пойдем с тобой вместе. Я деактивирую магическую ловушку, а ты вскроешь сейф.

Магистр несколько мгновений помолчал, размышляя над моим предложением. А потом все же отрицательно покачал головой:

– Нет, сначала нужно еще постараться проникнуть на территорию имения, для тебя это слишком опасно.

– А порталом перенестись туда нельзя? – с надеждой спросила я.

– Ни я, ни отец там никогда не были. Собственно говоря, мы вообще с Адальштейнами близко не контактировали, слишком разные направления.

– Господа… – проговорила Флора. – А зачем лезть в трубу, если можно пройти в дверь? Совсем не обязательно проникать туда тайно, ведь гораздо проще получить приглашения от хозяев.

– У нас с ними нет никаких общих дел, – слегка недовольно напомнил лорд Осбеорн девушке. – Им незачем приглашать нас по собственной воле.

– Вас-то понятно, что не пригласят, – усмехнулась Флора. – А вот ее…

Она ткнула в меня пальчиком, получив в ответ удивленные взгляды всех сидящих за столом.

– Вилмар как на последнем балу оказывал Касс знаки внимания, так и на предыдущей встрече, поэтому он вполне может организовать понравившейся девушке и ее подруге экскурсию по родовому замку. В конце концов, спасение циркачки в его интересах, а действовать нам всем с его поддержкой будет проще. Когда мы с Касс окажемся в имении Адальштейнов, Дамиан переместится к нам через портал.

– А это толковый вариант, – внезапно согласился с Вегерос лорд Клейрон. – По крайней мере, не удастся сломать защиту, можно просто разведать обстановку. Если Эерик заметит кого-то из вас, девушки, у своей спальни, у вас будет правдоподобное оправдание. Остается договориться с Вилмаром и решить, на какой день запланировать вашу поездку. Мы должны быть уверены, что артефакт покоится в сейфе, а не болтается на груди у дядюшки.

– В ближайшую субботу вечером будет проходить карточный турнир, – впервые за время ужина подала голос леди Алария. – Судя по тому, что я слышала об Эерике, он там появится обязательно. И за наличием у игроков и зрителей всевозможных артефактов там будут тщательно следить. И вряд ли станут разбираться, какие именно свойства несет найденный артефакт. Скорее всего, он не рискнет его надевать.

– Прекрасно, – довольно потянувшись, произнес лорд Осбеорн. – Значит, я продолжу искать информацию об этом Эерике и заодно посмотрю, может, удастся что-то найти по артефакту и способу его нейтрализовать. А вам нужно наладить контакт с Вилмаром, и побыстрее.

– Я напишу ему сегодня. Постараюсь договориться о встрече, – отозвалась я.

– Тогда считаю разговор оконченным. – Лорд поднялся из-за стола, подхватил под руку жену, и они, не прощаясь, покинули комнату.

А мы остались с мрачным Бриаром, которого наш план, несмотря на минимизацию возможных опасностей, отнюдь не вдохновлял. И что-то мне подсказывало, что причина этому – мое непосредственное участие.

Стоило нам переместиться из родового замка Клейронов обратно в столичный дом Бриара, как Флора убежала к себе в комнату, оставляя меня наедине с хмурым Дамианом. И хоть я понимала, что во всем произошедшем сегодня моей вины ни на каплю, да и в составленном плане риска для меня практически нет, но подсознательно ощущалось, что недоволен магистр именно мной, даже извиниться захотелось за свою «проблемность». Но я в себе этот порыв старательно подавила – просить прощения мне действительно не за что.

– И что тебя не устраивает? – не выдержав, вздохнула я, устало опускаясь в кресло.

Слишком много всего произошло за этот день. Ноги уже просто не держат, а голова отказывается дальше над чем-то размышлять.

– Во вскрытии замка ты участвовать не будешь, – решительно произнес Бриар, не обратив внимания на мой вопрос.

– Дейм, ты же сам понимаешь… – начала я, но договорить он мне не дал.

– Нет, Касс. Это не обсуждается. Сама идея в целом хороша, но справимся мы лучше без тебя. Ты, видимо, забыла, от кого получила свои способности. Так что со мной туда пойдет твой хранитель. Да и опыта в распутывании ловушек у него побольше будет, – решительно заявил магистр.

Я даже растерялась сначала – действительно, про Храна-то я совсем не подумала. Слишком давно мы не виделись, он сутками напролет копается в поисках непонятно чего в библиотеках. Возможно, ищет подсказки к убийствам…

С точки зрения Дамиана, взять с собой кота и правда логичнее. Но в первое мгновение я хотела обидеться на то, что меня снова пытаются отстранить от всех дел. А потом задумалась, действительно ли мне надо влезать в очередные проблемы? Неужели нынешних не хватает? Если бы от успеха этой операции зависело только наше расследование, это одно дело. Но здесь на кону жизнь не чужого мне человека. Даже двух. И если по моей вине что-то провалится – я же себе не прощу. А Хран… Да, он в распутывании магических ловушек лучше меня.

– Ладно, – согласилась я. – На вскрытие сейфа я не претендую. Но добиться приглашения все равно придется мне, иначе тебе с котом просто не к кому будет перемещаться. Так что, если ты мне выдашь листок с ручкой, я возьмусь за составление письма Вилмару.

– Эта часть плана мне тоже не особо нравится, – заявил Бриар, все же вытаскивая из своего стола бумагу.

– Почему? – удивилась я.

Мне-то казалось, что это самое безопасное. Но сложное, потому как Вилмара еще надо убедить, что мы на его стороне и действительно хотим помочь, а не подосланы его дядюшкой, чтобы на какие-то действия его спровоцировать. Но если сделать это у меня получится, то парень будет всецело на нашей стороне.

– Я не доверяю ему, – проговорил Дамиан, застыв надо мной. – То, что Вилмара шантажируют твоей подругой, не значит, что он не замешан в деле с библиотекой. В конце концов, установить, как долго он пробыл с Маришкой в тот вечер, нам не удалось. Конечно, последние события подтверждают маловероятность его причастности. Но все же… Одна ты на встречу с ним не пойдешь.

Я и сама не собиралась в полном одиночестве идти на объяснения с Вилмаром, но все же стоило прояснить.

– Я не возражаю, но надеюсь, ты понимаешь, что сопровождение должно быть неявным. Боюсь, в присутствии кого-то другого он со мной вообще о Мари откровенничать не станет.

– Несомненно, – согласился магистр.

А потом мягко поднял меня за предплечья из кресла и крепко прижал к себе, обжигая горячим дыханием мои волосы на макушке.

– Ты не представляешь, насколько дорога мне, – тихо проговорил он. – Как трудно отпускать тебя даже просто погулять с подругой, а не то что на встречу с подозреваемым.

– Не можешь же ты запереть меня, чтобы больше никогда не переживать о моей безопасности, – резонно заметила я, но, скорее почувствовав, чем услышав его смешок, исправилась: – Нет, фактически можешь, но понимаешь, что это будет неправильно.

Дамиан слегка отстранился, обхватил ладонями мое лицо и коснулся губ легким, бесконечно сладким поцелуем. Сколько же нежности в этом зачастую таком мрачном и суровом мужчине… И как же греет меня осознание, что принадлежит эта нежность только мне. Кто бы мог подумать, что я такая собственница…

– Мне нужно идти, – с сожалением в голосе произнес он, отпуская меня и отступая. – А тебе стоит заняться письмом. Вечером зайду узнать, о чем же вы договорились. Надо будет что-то решать с твоей охраной.

Я, вздохнув, кивнула. Ах, дела, дела, дела. Надеюсь, что когда-нибудь они все же закончатся и у нас появится возможность просто отдохнуть и поговорить о чем-то, что не будет иметь отношения к убийствам, заговорам и предательствам.

Дамиан растворился в темной дымке портала, а я засела за приглашение. Уф, та еще задачка. Мне нужно убедить Вилмара в необходимости встречи, как-то заинтересовать его, но при этом раскрывать в письме, о чем же на самом деле пойдет речь, нельзя. Мало ли кому оно может попасть в руки. Да и сам Вилмар может решить, что это очередная провокация со стороны его дражайшего родственника, и не пойти на контакт. В конце концов, промаявшись и не придумав ничего особо путного, я остановилась всего на нескольких строчках, решив, что в данном случае чем меньше информации, тем сильнее он заинтересуется, зачем же я его пригласила.

Здравствуйте, Вилмар.

В прошлый раз я вам подыграла, оказав услугу, и теперь прошу ответную, такого же типа. Пригласите меня прогуляться завтра. Время и место оставляю на ваше усмотрение.

Надеюсь на ваш положительный ответ.

Мне это действительно необходимо. И вам тоже, даже в большей степени.

С уважением, Кассандра

Вот так вот, коротко, ни о чем, но при этом интригующе. И если авантюризма в Вилмаре нет и необычность просьбы его не заинтересует, то надеюсь, что напоминание о последней встрече подействует. Я ведь действительно ему подыграла тогда, хотя могла и отказать. Свернув записку, я пожелала себе удачи и отправила вестника на поиски адресата.

Не прошло и часа, как в приоткрытое окошко моей спальни влетела птичка-ответ.

Заинтригован.

Завтра в полдень заеду за вами. Отправимся на прогулку в императорский парк. Что-то мне подсказывает, что вы там еще не бывали.

В.

Я даже улыбнулась, порадовавшись, что согласие на встречу получено так легко. Теперь предстояло решить, каким же образом мне с ним объясняться. Приглашение в замок Адальштейнов нам жизненно необходимо, без помощи Вилмара не обойтись.

Когда я принесла Дамиану полученную записку, он бросил короткий взгляд на текст и категорично заявил:

– Напиши ему, что заезжать не надо, лучше вы сразу встретитесь у ворот парка.

– Зачем? – удивилась я.

– Касс, на эту встречу я тебя отпущу только при условии, что ты ни на секунду не пропадешь из поля зрения моих людей, а это значит, никаких закрытых карет и прочих уединенных мест. Сколько бы защиты я на тебя ни повесил, всегда можно придумать обходной путь. Абсолютной защиты не бывает. Кто знает, что он может сделать за те несколько минут поездки? Пусть не выкрадет, все же как маг он не особо силен и порталы ему не под силу, иначе бы ни о какой встрече один на один и речи не шло. Но за это время вполне можно опоить, наложить какое-то заклинание, повесить артефакт – все, что угодно. Такой возможности я ему предоставлять не собираюсь, – решительно заявил Бриар.

Мне оставалось только безропотно согласиться и надеяться, что Вилмар не заподозрит ничего странного в этой просьбе.

На наше счастье, даже если подобное условие и показалось ему странным, внимания заострять на нем он не стал.

На следующий день я стояла у ворот императорского парка, обвешанная всеми возможными защитами и артефактами, да еще вдобавок окруженная невидимыми мне охранниками, и ждала второе главное действующее лицо.

Через минуту передо мной возник Вилмар. Когда с взаимными приветствиями было покончено, мы стали чинно прогуливаться под ручку по аккуратным парковым дорожкам среди кустов роз и фонтанов. А я все никак не могла начать столь важный разговор.

– Ну же, Кассандра, – первым не выдержал мужчина, – раскройте уже секрет. Кому вы хотите насолить с моей помощью?

Я усмехнулась. Если бы все было так просто. Хотя то, что одному конкретному человеку наша совместная прогулка крайне неприятна, это точно.

– Скажите, Вилмар, вы были на императорском зимнем балу? – начала я издалека, вот только этот вопрос, кажется, мужчине не очень понравился.

– Был, – слегка нахмурившись, подтвердил он, видимо, пытаясь припомнить, как давно, по слухам, я нахожусь в семействе Клейрон, чтобы определить, могла ли я присутствовать на том балу.

– А номер, открывающий бал, видели? – продолжила я задавать уточняющие вопросы.

– Да. – Он явно не мог понять, к чему я веду.

Я вздохнула, готовая признаться. Потому что понимала, что убедить его в том, что я на его стороне, смогу, только подтвердив, что познакомилась и была дружна с Маришкой задолго до произошедшего между ними.

– Еще не догадались? – робко улыбнулась я. – Это я тогда выступала вместе с Даниэллой.

По имени подругу назвала специально. Думаю, имена тех, с кем работала Мари, Вилмар от нее слышал, да и в лицо актеров, скорее всего, тоже знал. Должны же они были все-таки как-то общаться, такие чувства и страдания, как между ними, на одном физическом влечении возникнуть не могли. Значит, они разговаривали, а Маришке, кроме как про жизнь в труппе, и рассказывать особо нечего.

Но произнесенная мной фраза только больше насторожила мужчину. Мы резко остановились посреди дорожки. Хорошо, что простых граждан в дворцовый парк не пускают, поэтому людей здесь немного, иначе мы бы привлекли излишнее внимание.

– И к чему вы мне это рассказываете? – подозрительно спросил Вилмар, явно начиная понимать, к чему, а точнее, к кому я клоню.

– Да, я знакома с Маришкой, – кивнула я и, прежде чем он решит уйти, ухватила его за руку и поспешно продолжила: – Я с детства дружу с Даниэллой и всю их труппу знаю уже давно. Практически выросла среди них. И пусть с Мари мы мало пересекались и общались, но я все же очень переживаю за нее и хочу помочь.

Вилмар хмурился, разглядывая меня, и о чем-то размышлял. Молчание напрягало, но тот факт, что он еще не ушел, давал надежду, что мне пытаются поверить.

– Ты Касс, да? – внезапно спросил он. – Касьена, как она называла тебя. Девочка из приюта, которую Даниэлла опекала?

И у меня на лице расплылась улыбка. Честно говоря, я не ожидала, что Мари рассказывала обо мне. Не столь значимым событием в жизни труппы я была. Со мной всегда возилась Данька, а у других, как мне думалось, я лишь мешалась под ногами. Но, видимо, нет, оставила все же я след и в душе канатоходки.

– Да, это я. Хотя то, как Данька издевалась над моим именем, мне не особо нравится.

Мужчина задумчиво кивнул и, вновь подхватив меня под руку, повел дальше по дорожке.

– Как она? – спустя какое-то время хрипло спросил он.

– Плохо, – тихо ответила я и чуть не зашипела от боли, пронзившей ладонь, которую сжала жесткая мужская рука. Но сдержалась, понимая, что это лишь мгновенное проявление злости ко всей этой ситуации. – Собственно говоря, именно из-за нее я и хотела сегодня с вами встретиться.

– Мне нечего ей передать, – произнес Вилмар, казалось, выдавливая из себя слова. Стало ясно, что правду о том, почему ее бросает, он Маришке не сказал. Скорее всего, просто разыграл разрыв отношений, надеясь, что тогда Эерик оставит девушку в покое.

– Ей не нужно ничего передавать, – заявила в ответ. – Я давно не видела ни ее, ни Даниэллу. Да и вы наверняка сами знаете, что они лишь недавно вернулись в город. И теперь, встретив ее вновь, я была неприятно поражена ее состоянием.

Я отчетливо услышала, как скрипнули его зубы. Чувствует свою вину… Ну еще бы… В ее состоянии виноват он один.

Мне внезапно расхотелось танцевать вокруг да около главной темы, пытаясь понять, настроен он нам помогать или решит, что это очередная подстава. Не сильна я в закулисных интригах. Да и реакция Вилмара на то, что я рассказала, показывает, что девушкой он дорожит, а значит, схватится за любую возможность ее спасти.

– В общем, не буду и дальше вести бессмысленные разговоры, лучше перейду сразу к сути, – произнесла я, надеясь, что моя решимость не обернется провалом. – Я, и не только я, осведомлена о ситуации с вашим дядей и о том, какую гадость он подвесил на Мари.

И снова Адальштейн дернул меня за руку, останавливая, и злобно уставился на меня.

– Откуда такая осведомленность? – прошипел он.

– Вы забываете, членом какой семьи я теперь являюсь, – напомнила ему, не став раскрывать позорный факт нашего с Флорой шпионства в доме Эйдит. – Сейчас для вас должна быть важна только Маришка.

– Что с ней? – побледнел Вилмар.

– Ей стало гораздо хуже, – честно призналась я. – Лорду Клейрону пришлось наложить на нее стазис.

Адальштейн рвано выдохнул. Казалось, он сейчас в волосы себе вцепится от отчаяния. Вот только времени на рефлексию нет.

– Потом будете убиваться о том, что сотворили с любимой девушкой, – жестоко оборвала я. – Главное сейчас, как можно быстрее решить проблему с вашим дядюшкой. И нам нужна ваша помощь.

– Что от меня требуется? – моментально взял себя в руки мужчина.

– Мне необходимо в эти выходные быть приглашенной в ваш родовой замок, естественно, вместе с моей подругой, под каким-нибудь очень благовидным и неподозрительным предлогом, причем с ночевкой, – ответила я. – Сможете организовать?

– Да, – не раздумывая, заявил мужчина. – Это все? Может, я еще что-то могу сделать?

Я задумалась. Если и может, то я, честно говоря, не очень представляю что. Учитывая, что первый контакт уже налажен и на его помощь мы можем рассчитывать, наверное, дальше пусть с ним Дамиан сам разбирается.

– Мне нужно кое-кого об этом спросить, – пожала я плечами.

– Мне можно увидеть Мари? – проговорил он охрипшим голосом.

– Не то чтобы ее нельзя было навещать, – с сомнением начала я. – Но я не знаю, как организовать это так, чтобы ваши наблюдатели ничего не заподозрили. В управление или в дом Дамиана вам ход заказан. Так что сначала надо будет определить, как вам встретиться с Бриаром без соглядатаев. Я не особо разбираюсь в тонкостях такого заклинания, как стазис, но не думаю, что в этой просьбе он вам откажет.

– Спасибо, – искренне поблагодарил Вилмар, сжал мою руку и быстро ее поцеловал.

– Рано пока благодарить, – вздохнула я. – Нам еще слишком много всего придется сделать.

Впоследствии оказалось, что ни меня, ни Флору в это «нам» не включили. Вернувшись с прогулки, я тут же пересказала все Дамиану, на чем мое участие в последующей организации и закончилось. Бриар сам связался с Вилмаром, а затем встретился с ним. Мы с боевичкой даже не знали, разрешили ли Адальштейну навестить Маришку. Но гораздо больше меня интересовало – рассказал ли ему кто-то про ее беременность. С одной стороны, он имеет полное право знать о своем ребенке. А с другой – велика вероятность того, что он воспримет этот факт неадекватно и сгоряча натворит дел.

В общем, эти несколько дней до вылазки в родовое имение Вилмара мы с Флорой были предоставлены сами себе, и ни в какие подробности предстоящего взлома нас больше не посвящали. Понятно, наше дело маленькое – показывать радость от экскурсии по старинному замку и окрестностям, а вечером изобразить усталость и головную боль. И пока все будут считать, что мы мирно отдыхаем от чересчур активного дня, я потихоньку с помощью своего артефакта отвода глаз проберусь к спальне Эерика и позову Дамиана, после чего так же тихо удалюсь в свою комнату – вот и все. А на следующий день мы вернемся в дом Бриара, и эта часть наших приключений будет закрыта. Хотя, пожалуй, конкретно нашу с Флорой партию в данном случае сложно назвать приключениями.

И как всегда, я слегка поторопилась с прогнозами.

В назначенный день я, Флора и Вилмар выехали после полудня – надо же как-то оправдать нашу ночевку – в сторону северных городских ворот, так как замок Адальштейнов, впрочем, как и родовые замки остальных высших, располагался за чертой города. Дома в столице у них тоже имелись, но главные резиденции находились подальше от городской суеты.

Атмосфера в экипаже стояла не то чтобы напряженная, но до легкой и непосредственной было довольно далеко. Разговор не клеился. Вилмар был хмур и печален, Флора лениво позевывала в окошко, а я размышляла о том, почему так долго пропадает в библиотеке Хран. То, что за все это время он навестил меня всего один раз, казалось странным. Особенно учитывая, что предыдущие почти четыре года мы провели неразлучно. И напрашивался вывод, что дело вовсе не в каких-то изысканиях, а в том, что кот избегает меня. Даже подозреваю, что причина кроется в нашей последней встрече, а точнее, в открытии того факта, что он был духом-хранителем моей семьи. Наверняка все еще считает себя виноватым в произошедшем, вот и стыдится показываться мне на глаза. Только мне от этого не легче, а наоборот. Вот как ему, глупому, объяснить, что он лишает меня поддержки единственного существа, которое я по праву могу назвать своей семьей?

Спустя еще какое-то время, заметив, что мы подъезжаем к его «гнезду», младший Адальштейн слегка оживился.

– Чуть не забыл вас предупредить, – проговорил он. – Людей будет чуть больше, чем ожидалось изначально. К нам сегодня с самого утра приехала чета Элидир.

Мы с Флорой настороженно переглянулись. Вот уж «приятная» неожиданность. Наши главные подозреваемые внезапно решили нагрянуть туда, где находится их возможный сообщник. Случайность ли, что именно сегодня состоится этот визит?

– Глава семейства с супругой? – как можно беззаботнее спросила Флора.

– Нет, сын Рун с женой Каританой, – ответил он. – Их пригласила моя мать. Каритана ее племянница, а Рун, кажется, хотел что-то с отцом обговорить по поводу распространения одного из его изобретений. Они давно сотрудничают.

– Вы родственники с Элидирами? – удивилась я.

– Касс… – снисходительно посмотрел на меня Вилмар. – Все высшие семейства являются старейшими, и, учитывая, насколько ограничен наш круг… В общем, мы все друг другу родственники. Если порыться в генеалогическом древе какого-нибудь рода высших, то наверняка найдешь там представителей всех остальных семей. Конечно, многие связи уже слишком далеки и эфемерны, чтобы действительно считаться родственными, но в целом мы все перемешаны.

Удивительно, но мысль, что у меня может быть далекая родня среди высших, в мою голову не приходила. Эта возможность больше пугает, чем заставляет радоваться. Хотя нет, леди Алария в качестве крестной меня устраивает. Чего не скажешь о крестном, который, я надеюсь, никогда не узнает о моем существовании. И, учитывая все то, что я узнала о тех немногих оставшихся семействах, не думаю, что мне захочется искать среди них еще каких-то родственников.

– Их присутствие на что-то влияет? – слегка обеспокоенно спросил Вилмар.

– Да нет, – задумчиво покачала я головой. – Просто странно, что они решили именно сегодня приехать.

Пусть это и действительно случайность, но в одном я уже убедилась точно – ни одна такая встреча не бывает простой и бессмысленной. Вполне возможно, что сегодняшний вечер даст нам куда больше подсказок, чем мы надеялись.

Через десять минут мы, наконец, прибыли к замку Адальштейнов. Если замок Клейронов был крепостью, способной выдержать осаду, то это строение – сказочный дворец с картинки. Белые стены, высокие витражные окна и парк с садом, окружающие этот шедевр зодчества. К слову, в резиденции Клейронов сад тоже имелся, только на внутренней территории замка, за высокой каменной стеной, а с трех других сторон дом был окружен морем, так как построен был на краю скалы. В общем, понятно, что родовое гнездо достаточно ярко отражало суть его обитателей: семейство Клейрон – защитники и в чем-то даже воины, а Адальштейны – торговцы, и их жилище сверкало показной роскошью.

Довольно красивая женщина в возрасте, вышедшая нас встречать, явно ожидала увидеть кого-то другого, судя по легкой растерянности на ее лице.

– Вы не предупредили о нашем приезде? – расплывшись в благожелательной улыбке, прошипела Флора на грани слышимости, когда мы медленно шли навстречу, как я предположила, хозяйке замка.

– Я все еще играю роль нерадивого отпрыска, – тоже тихо ответил Вилмар. – Стоило дать им лишний повод для возмущения, чтобы слегка понизить градус подозрительности Эерика.

Процесс расшаркивания и представления был долгим и утомительным. Леди Сибилла изображала, что крайне рада приветствовать нас в своих владениях, но выражение эмоций на ее лице говорило о смятении и недовольстве. К счастью, как можно больше мозолить глаза всем присутствующим в доме в наши обязанности не входило, поэтому, закончив с ритуалом взаимной вежливости, мы с Флорой и Вилмаром отправились на обзорную экскурсию в парк, где никому из нас не придется активно играть навязанные роли и размеры которого вполне позволяли растянуть прогулку до самого вечера.

Через три часа пришло время возвращаться в замок, когда мы вдоволь находились по аккуратным дорожкам среди розовых кустов. Как бы нам ни хотелось избежать встречи с обитателями дома, но не явиться на ужин с нашей стороны было бы не просто невежливо, а оскорбительно для хозяев. Нас ожидал очередной акт нашего действа – трагикомедия.

Удивительно, но встреча с возможным главным героем-убийцей из моих детских кошмаров почему-то не волновала. Может, я пока просто не осознала толком, насколько близко мы подобрались, или, наоборот, начала разочаровываться в безуспешных поисках. В общем, ужин предстоял крайне напряженный не только благодаря присутствию одного уже выявленного злодея и одного потенциального, но также из-за напряженных отношений Вилмара с родителями.

Леди Сибилла уже выразила свое неприятие, а от лорда Падрейга Адальштейна нам досталась пара холодных взглядов, полностью выражающих его отношение к произволу сына, да такие же отдающие льдом приветствия. Меня это не особо трогало, но не слишком ли явно они выражают нам свою неприязнь? Ладно, отношения с сыном у них за последние полгода разладились, но все-таки мы с Флорой представительницы не самого последнего семейства в империи.

Леди Сибилла тихо вела светскую беседу с молодой девушкой приятной, но простоватой внешности – светло-русые волосы, глубоко посаженные карие глаза, немного крупноватый нос, тонкие губы. Я догадалась, что это Каритана, жена молодого Элидира. Ничего особо запоминающегося, но в целом она производила хорошее впечатление. В отличие от своей родственницы, девушка встретила нас с вполне искренней, вежливой улыбкой, правда, в разговор вступать не спешила, полностью посвятив себя тетке.

Со вторым интересующим нас лицом мы были заочно знакомы – Эерик Адальштейн. Он поприветствовал нас нейтрально, задал стандартные вопросы о том, понравился ли нам замок, получил такие же стандартные ответы и обратил свой интерес к разговору брата с последним гостем сегодняшнего вечера. Что тут скажешь – игрок как он есть. Если наш визит его и обеспокоил, то он это умело скрывал. Оставалось надеяться, что даже если он что-то и заподозрил, то окажется слишком самоуверен, чтобы предположить, что защиту его сейфа можно взломать.

И, пожалуй, наиболее интересующий меня персонаж – Рун Элидир. Его можно было принять за одного из преподавателей-ученых нашей академии: рассеянный вид, растрепанная одежда, легкий беспорядок на голове. Еще больше удивило, что он был в очках. Для человека его статуса вопрос исправления дефектов зрения решался быстро и без проблем, а учитывая его профессию, хорошее зрение было просто жизненно необходимо. В общем, увидеть в нем главного злодея мне никак не удавалось. Слишком не приспособленным к жизни за пределами своей лаборатории он выглядел. Хотя стоит заметить, что еще со времен академии мне запомнилось, что серийные маньяки зачастую выглядят очень милыми, добрыми и отзывчивыми… Поэтому расслабляться не стоило. Рассеянный взгляд Руна, бесцельно блуждающий по столу, пока его обладатель выслушивал что-то о патентах от Падрейга, в какой-то момент остановился на моем запястье и мгновенно засветился интересом. Мужчина поднял взор и пристально посмотрел мне в глаза. Странно, что я чем-то привлекла его внимание сейчас, ведь когда Вилмар представлял ему меня и Флору, изобретатель лишь вежливо кивнул и вернулся к своему разговору. А вот теперь такая внезапная заинтересованность.

– Извините, это у меня профессиональное, – с извиняющейся улыбкой произнес Рун. – Не могу не отметить ваш артефакт, очень интересное исполнение. Не подскажете, кто автор?

– Извините, не знаю, – мягко ответила я, прикоснувшись к медальону на груди. – Артефакт очень старый, сомневаюсь, что его создатель еще жив.

Про то, что это родовой артефакт семейства Клейрон, предусмотрительно упоминать не стала. Не знает – и прекрасно, посвящать его в тайны чужого семейства я не намерена.

– Нет-нет, – криво улыбнулся мужчина. – Родовой артефакт я, конечно, узнал. В отличие от вас, автор мне известен, и он действительно давно умер. Меня интересует явный новодел на вашем запястье. Очень интересная техника, даже не могу сразу понять его функции. Вот его автор мне интересен. Возможно, я смогу предложить ему работу.

Я похолодела и, даже не подумав прикусить язык, удивленно выпалила:

– Вы видите все артефакты?

Вот уж действительно неприятная способность. Этот браслетик был спрятан под рукавом, заметить его просто так было невозможно. Какое счастье, что я не взяла сразу свой «отвод глаз», а оставила его в багаже, доставленном слугами в выделенные нам с Флорой комнаты. А если бы Элидир с такой же непосредственностью поинтересовался, зачем мне украшение с подобными свойствами?

– Не то чтобы вижу, скорее, чувствую, – ответил он. – Это сложно объяснить, другой уровень восприятия. И ваш артефакт меня очень заинтересовал. Кажется, что-то связанное с сигналами?

– Вы правы, – выдавила я улыбку, чувствуя раздражение от того, что все больше и больше народу за столом начинают обращать внимание на наш разговор. – Это что-то вроде охранной системы. Подаст мне сигнал, если кто-то решит влезть в мои покои.

На самом деле артефакт предупредил бы, если кто-то попытался бы магичить в мою сторону или вмешаться в ауру, но это определенно не та информация, которой стоит делиться в такой компании.

– Понятно, – протянул мужчина, продолжая сверлить взглядом мое запястье с сигналкой. Так и хотелось спрятать руки под стол. – У Эерика такой же, но ваш выполнен куда интереснее, раз я не смог его сразу прочитать.

Вот нежданный подарок! Теперь я смогу предупредить наших о дополнительной сигналке, про которую мы не знали.

– Спасибо тебе, Рун, – раздраженно проговорил Эерик. – Давай, расскажи теперь, что на ком надето, раскрой все тайны.

– А что такое? – недоуменно взглянул на него изобретатель. – В этом же ничего страшного нет. Обычная охранка. У всех у нас есть то, чем мы дорожим. Неужели ты стесняешься, что тебе есть чем дорожить?

– Просто предпочел бы, чтобы никто не узнал о существовании подобной вещи, – холодно ответил ему Эерик, после чего резко поднялся из-за стола. – Прошу меня простить, но на этом я вас покину. Увы, дела.

И, не дождавшись ни от кого ответа, вышел из комнаты.

Знаем мы, какие важные дела вас ждут. Время начала турнира неотвратимо приближается…

– Ты опять сказал лишнее, Рун, – мягко упрекнула его жена.

– Правда? – недоуменно посмотрел он на супругу. – Тогда в следующий раз стоит извиниться.

За столом повисло напряженное молчание, но уже через минуту Элидир снова обратился ко мне:

– Я все еще жду от вас имя автора этой оригинальной вещицы.

И, сама не понимая почему, я ответила честно:

– Я сама его сделала.

– Так вы артефактор?! – радостно провозгласил мужчина, и глаза его загорелись.

А я опять мысленно обругала себя за длинный язык. Чувствительный пинок от Флоры под столом сказал мне, что костерила себя не только я.

– Не совсем, – мягко возразила я и попыталась исправить ситуацию. – Мне просто повезло разделить интерес лорда Клейрона к этой области, и он кое-чему меня обучил. Утверждать, что я артефактор, с моей стороны было бы слишком самонадеянно.

– О да, Осбеорн, хоть и уверяет, что это всего лишь способ отдохнуть, по праву может считаться мастером-артефактором. Жаль, что я так и не смог упросить его помочь мне с несколькими интересными изобретениями. Говорит, что у него слишком много государственных дел, чтобы тратить время на игрушки для взрослых, – удрученно покачал головой Рун. – И все же вы свои способности преуменьшаете. Я прекрасно знаю стиль работы Клейрона, и, если бы вас обучал только он, ваш артефакт был бы очень похож на его творения. Но ваша вещь сделана куда оригинальнее. Так что предложение о работе остается в силе. Даже если работа вас не интересует, приглашаю вас посетить мою библиотеку. У меня большое собрание редких книг по артефакторике.

– Благодарю за приглашение, – искренне ответила я.

– Эх, а я уже понадеялся, что вы мне прямо сейчас скажете дату предполагаемого визита, но, видимо, не судьба, – улыбнулся мне изобретатель. – И все же меня гложет любопытство, мне не совсем понятен ваш способ крепления заклинания к носителю…

– Дорогой, я понимаю, что ты встретил единомышленника и жаждешь обсудить рабочие вопросы, но, может, отложишь этот разговор до приезда леди Кассандры к нам? – безжалостно прервала мужа Каритана. – Боюсь, что остальным за столом ваш разговор будет не слишком интересен, да и вы с лордом Падрайгом, кажется, еще не закончили обсуждение дел.

– Да, ты права, – смиренно кивнул он супруге.

И вечер вернулся в привычное русло. Хозяева общались с гостями зваными, а нас, незваных, развлекал тихой, ничего не значащей беседой Вилмар. Но уже через полчаса, сославшись на усталость от прогулки, мы с Флорой смогли уйти в выделенные нам смежные комнаты, к которым из столовой нас проводила горничная.

Когда служанка удалилась, я вытащила из дорожной сумки артефакт «отвода глаз». Затем Вегерос устроила мне трепку за излишнюю болтливость за столом и сопроводила за дверь чуть ли не ободряющим пинком, оставшись ждать моего возвращения.

По коридорам замка я бродила недолго, благо Вилмар подробно объяснил путь до спальни Эерика, и даже никого не встретила, посчитав это невероятной удачей.

Стоя напротив заветной двери, я взялась за медальон, мысленно активно зовя Дамиана. Через пару секунд рядом со мной раскрылся портал, из которого шагнули серьезный Дейм и такой же суровый Хран, по которому я безумно соскучилась.

Магистр прижал меня к себе, поцеловал в уголок губ, серьезно спросил, все ли в порядке. Получив утвердительный ответ, он развернул меня и легким толчком направил в противоположную сторону от места, где будут развиваться самые интересные события.

– Все, возвращайся скорее к себе, – сказал Бриар мне в спину.

– Там сигналка какая-то стоит, – предупредила я, оглянувшись.

– Сам вижу уже, – тихо пробормотал Хран, стремительно размножив хвост, и принялся распутывать ему одному видимые нити.

– Помощь нужна? – спросил его Дамиан.

– Нет, тут не слишком сложно, – ответил кот, и в то же мгновение раздался тихий щелчок открывшегося замка.

Я увидела, как взломщики скрылись за дверью в спальню Эерика, и направилась в свою комнату.

Мне стоило бы насторожиться сразу после того, как Хран так быстро вскрыл замок, но об этом я подумала, лишь миновав полдесятка дверей. Я остановилась перед поворотом коридора и замерла на месте, ощущая надвигающуюся волну паники. И тут же до меня донеслись приближающие шаги и звуки разговора. И все бы ничего, мой артефакт, как мы с Флорой уже проверили в доме Эйдит, скрыл бы меня, даже если кто-то пройдет в одном шаге, но… Один голос я узнала сразу. Сюда направлялся «всевидящий» Элидир! Как я объясню ему свою прогулку по чужому замку с артефактом, скрывающим меня от чьего-либо присутствия? Никак.

Тут без вариантов, надо срочно прятаться! Но где?.. Убежать вперед по коридору я уже не успею. Безрезультатно дернув за ручку ближайшей двери, я поняла, что поиски открытой комнаты могут отнять и без того стремительно заканчивающиеся секунды до встречи, поэтому рванула к той двери, которая, без сомнения, была открыта.

Быстрый бег, глубокий вдох, и я как можно тише затворяю за собой тяжелую дубовую створку, чтобы услышать яростный шепот:

– Какого демона, Касс?!

Я зашипела в ответ, припав к двери ухом. Если голос Элидира я распознала, так как за сегодняшний вечер мы много общались, то со вторым не разобралась. И очень опасалась, что это окажется Эерик, внезапно вернувшийся с карточного турнира.

Но так ничего и не услышала – слишком хорошая звукоизоляция оказалась в этой комнате.

– Касс?.. – прошептал за моей спиной Дамиан, и я вздрогнула от неожиданности.

– Я шла по коридору, а из-за угла вдруг голос Элидира и еще чей-то… – тихо объяснила я, обернувшись к магистру, причину своего здесь присутствия. – От Руна амулет «отвода глаз» меня бы не скрыл, скорее, наоборот – внимание привлек. Он артефакты даже под одеждой видит, понимаешь? А больше мне спрятаться было негде.

Дамиан кивнул и сосредоточился на неслышимых мне звуках в коридоре.

– С Элидиром лорд Падрейг, и направляются они не сюда, а в кабинет старика, в паре шагов отсюда, – сообщил мне магистр после нескольких секунд тишины и подытожил: – Выходить тебе сейчас слишком опасно.

Я почему-то виновато потупилась, словно это мое вечное невезение навлекло очередные неприятности на такой, казалось бы, идеальный план.

Дамиан вздохнул, протянул руку к замку, и тот щелкнул, закрывая дверь. Мой обожаемый кот, по-прежнему не обращая на меня ни малейшего внимания, стоял все это время у дальней стены спальни, держа в своих пушистых лапах большое полотно с сельским пейзажем, и вдумчиво его рассматривал.

Я поняла, что за этой картиной и прятался вмурованный в стену сейф.

Покои Эерика, как выяснилось, состояли не из одной спальни. Та комната, в которой мы находились, была, по всей видимости, гостиной, потому как тут располагались небольшой книжный шкаф возле правой стены, а по центру – овальный стол, диван и три кресла.

Я присоединилась к Храну в разборе ловушки. Привычно перешла на второе зрение и обомлела. На стене творилось что-то невероятное. Метров на пять вокруг того места, где перед этим висела картина, раскинулась магическая сеть. Это даже паутиной назвать было нельзя, потому что у той имеется хоть какая-то упорядоченность, а тут хаотично переплетающиеся под разными углами серо-голубые ленты. Очевидно, именно они должны реагировать на применение магии рядом с сейфом. И, честно говоря, мельчайшие зазубрины по краю лент, до этого ни разу мне не встречавшиеся, наводили на мысль о пиле. И может, это лишь мое воображение, но, кажется, применившего магию ждет крайне жестокая смерть. То есть ошибаться нам нельзя.

Я протянула руку и аккуратно дотронулась до ближайшей ленты. Легкая, очень тонкая и упругая – магия воздуха. Это лучшее, на что мы могли рассчитывать в данном случае, – вода при попытке растянуть ленты, чтобы открыть пространство для магии, могла просто разлететься каплями, и кто знает, как бы на это среагировало остальное плетение. Земля слишком непластичная, скорее всего, мы не смогли бы эти потоки подвинуть; огонь – слишком непредсказуем, может и обжечь, если взяться неудачно. Так что с магом, что ставил эту защиту, нам повезло. Правда, имеется опасность порезаться, но это не так страшно, как другие возможные исходы.

Хран внимательно всматривался в плетение, видимо, решая, как нам лучше действовать. Помимо охраны на стене, чары плотно опутывали и дверцу сейфа. Чувствую, мое участие может пригодиться, учитывая, сколько всего придется распутывать.

– Значит, так, – наконец решительно произнес кот. – Распускать заклинания, к сожалению, нельзя. Боюсь, любая попытка деактивировать заклинание приведет к тому, что ловушка просто захлопнется.

Я с ужасом представила, как все эти ленты мгновенно стягиваются в одно место, разрезая нас на куски, и судорожно сглотнула.

– Вот-вот, – правильно понял мое состояние хранитель. – Поэтому мы с тобой аккуратно расчистим пространство, чтобы магистр смог вскрыть замок, а заодно проследим, чтобы его магия не задела ничего здесь. Хотя нет, распутывать я буду сам, а ты потом просто подержишь.

И Хран решительно направился в самую гущу переплетений. Когда он сделал первый шаг, я даже дыхание задержала, опасаясь, что он тут же напорется на одну из лент, хоть и понятно, что такого быть не может. Пока никто не магичит, через них можно спокойно пройти насквозь, даже не почувствовав.

Кот деловито принялся за распределение лент, наиболее близко находящихся к сейфу.

– Что же вы там такого увидели? – тихо спросил у меня Дамиан, наблюдая, как хранитель работает с невидимыми ему потоками.

– Хм… – замялась я. – Скажем так, конфигурация ловушки не предусматривает оставления незадачливого вора в живых.

Я не стала вдаваться в подробности, а то решит, что нам лучше продумать все еще раз и вернуться позже.

– Неприятно, но вполне ожидаемо, – кивнул Бриар.

А я вот такой жестокости не ожидала.

Меня подозвал Хран, довольно быстро расправившись с первой частью защиты, и вручил потоки, которые предстояло держать мне, освобождая пространство для магии, а сам тут же принялся распутывать защиту на картине. Но только он взялся за ленты у пейзажа, как донесся шепот Дамиана:

– Эерик вернулся, направляется сюда.

Он обхватил меня за талию и настойчиво потянул к себе. Я от растерянности даже отпустила врученные мне Храном ленты, они резко возвратились на свои места и задрожали, словно струны, а я с шипением отдернула ладони – порезалась.

Растерянный Хран заметался под ногами, не представляя, куда нам деваться.

– Черт, не успеваем, – пробормотал Дамиан, прислушиваясь к чему-то, происходящему вдалеке.

Мы отступили на несколько шагов от опасной зоны, оказавшись у самой двери, но уйти уже не успевали, даже я уже слышала ругающийся голос в коридоре.

Взметнувшиеся у самых ног Дамиана черные ленты чуть не заставили меня завопить от ужаса. Я дернула его за руку и замотала головой.

– Портал обязательно затронет ловушку, – пояснила шепотом.

Схватившись за тонкую цепочку на шее, уходящую в вырез платья, дернула, срывая, чтобы в следующее мгновение стащить с нее тонкое кольцо. Поспешно натянув его на палец, попутно ободрав костяшку, взялась за дверную ручку и шагнула в коридор, увлекая за собой Дамиана.

Тишина укутала нас, отрезая от голоса Адальштейна и звука поворачивающегося в замке ключа.

В свете проникающих через стеклянный купол лучей мягко танцевала золотистая пыль. Пахло деревом, бумагой и еще чем-то, чем могут пахнуть только очень старые библиотеки. Не думала, что после всего, что узнала, буду скучать по этому месту.

– Это то, что я думаю? – спросил Дамиан у меня из-за спины.

Я кивнула.

– Мы сможем переждать здесь, пока Адальштейн не уйдет или не уснет. Потом вернемся и спокойно продолжим, – сказала я. – Все же мы уже так близко подобрались, а Маришка может не продержаться достаточно долго, чтобы мы успели придумать новый план.

– Я тоже об этом подумал, – вздохнул Хран у меня из-под ног.

В том, что умный хранитель успеет заскочить вслед за нами, я даже не сомневалась. Он, в отличие от меня, всегда умел быстро соображать и координировать свои действия. В общем, нам всем повезло.

– Обо что ты порезалась? – спросил Дамиан и взял меня за руку, тут же отозвавшуюся тупой болью.

– Об ловушку у сейфа, – вздохнула я и подняла на него взгляд.

Не знаю почему, но приводить кого-то в библиотеку было немного… Страшно? Странно? В целом просто некомфортно. Наверное, не зря столько времени моя семья строго ограничивала доступ к этим знаниям. И несмотря на то, что Бриару я доверяла, от присутствия здесь кого-то, кроме нас с Храном, было неуютно.

– Вот уж когда я действительно начинаю жалеть, что целительная магия мне не подвластна ни в каком виде, – хмуро заметил Бриар, разглядывая многочисленные царапины на моих ладонях.

Не то чтобы они были очень глубокие, даже крови практически не было, что не могло не радовать, но все равно болели, не позволяя нормально двигать пальцами.

– На ваше счастье, ею могу пользоваться я, – пробурчал кот из-под ног и, обвив хвостом мои запястья, слегка потянул их вниз. – Опустись ко мне пониже, а то не видать.

Я послушно встала перед ним на колени, благо полы в этой библиотеке всегда были чистыми и слегка теплыми.

– Хран, но я же больше не целитель, откуда ты магию возьмешь? – не понимая его замыслов, спросила я.

– Несмотря на то что магистр, как некромант, целительской магией пользоваться не может, то, что он универсал, позволяет использовать его потоки для воспроизведения магии любых школ, даже тех, которыми он сам овладеть не способен, – менторским голосом поведал кот, а я подняла удивленный взгляд на Дамиана.

Судя по его лицу, он о таком тоже не подозревал.

– Магистр, создайте какое-нибудь простое плетение на ладони, – попросил хранитель.

И уже в следующее мгновение я наблюдала, как кот стягивает с ладони Дамиана плетение, попутно распуская его. Да, похоже, за прошедшие дни он много нового успел вычитать. Еще бы и про меня не забывал, было бы вообще замечательно.

И вот так вот, всего минута, и мои руки снова целы. Но, к сожалению, это наименьшая из наших проблем на данный момент.

– Итак, то, что нас не поймали, это прекрасно, вот только как теперь отслеживать будем, когда Адальштейн покинет комнату? – задумчиво посмотрел на нас Дамиан.

Да, вопрос тот еще. Мы-то здесь можем долго просидеть. Но если я завтра не появлюсь в замке, это может вызвать слишком много вопросов. Да и Флора поднимет тревогу, не дождавшись меня. Я бы даже сказала, что это первоочередная проблема, потому как по плану я должна была вернуться через полчаса максимум. А если наша задержка этим временем не ограничится?

– Хран, – обратился к коту Дамиан, – если приоткрыть дверь совсем чуть-чуть, на пару миллиметров, переход откроется?

– Да, – уверенно заявил хранитель, что навело на мысль, что он такую возможность проверял лично.

А вот я как-то о подобном и не задумывалась. А если не захлопнуть дверь за собой, а оставить щель, сможет ли кто-то пройти сюда вслед за мной?

– Тогда ты сейчас тихонько приоткроешь ее, а я наброшу сигнал на замок. Тогда мы узнаем, когда Эерик будет уходить. Вряд ли он вернулся надолго, добраться за это время до клуба, где проходит турнир, он бы не успел, значит, произошло что-то важное, что пришлось решать сейчас. Но потом, скорее всего, он уедет, – заключил Дамиан.

– Может получиться, – согласно кивнул Хран, и они уже собирались приступить к исполнению задуманного, но влезла я.

– Подождите, нужно еще как-то Флору предупредить, что я с вами. А то она не дождется меня и может поднять шумиху.

– Не волнуйся, я подал ей сигнал, как только стало ясно, что тебе придется остаться с нами, – удивил меня Дамиан и занялся созданием какого-то плетения.

– Как? – удивилась я.

– Ты же не считаешь, что, определив ее к тебе в охрану, я не озаботился средством связи с ней? – бросил он на меня насмешливый взгляд.

Я уже раскрыла рот, чтобы высказаться по этому поводу, но, подумав, быстро захлопнула обратно. В общем, все вполне логично. А то как же она в непредвиденном случае сможет сообщить, что со мной что-то произошло?

Значит, теперь остается только надеяться, что рассуждения Дамиана правильны и надолго Эерик в замке не задержится. Пара часов у нас точно есть, а там уже будем действовать по обстоятельствам.

Операция по установлению заклинания прошла быстро и успешно.

– И чем мы теперь займемся? – вздохнула я, привычно устраиваясь на полу, привалившись к стеллажу.

– Пожалуй, мне можно даже порадоваться такому стечению обстоятельств, – улыбнулся Дамиан.

Он уселся рядом со мной, обнял за талию и подтянул поближе к себе, заставив опереться на него вместо жестких полок. – У нас с тобой в последнее время было так мало возможностей просто побыть наедине и поговорить, – мягко заметил он на мой удивленный взгляд. – А тут такая возможность. Мы вместе, и никого, способного нам помешать. Ну, почти никого…

– Пойду-ка я почитаю, – буркнул тактичный Хран и скрылся за соседним стеллажом.

Я смотрела на Бриара, и мне вспомнился далекий зимний день. Мы еще не были друг другу близки, просто гуляли, говорили о книгах, сидели в кафе… Дамиан рассказывал мне о своей первой встрече с настоящим богом. Кто бы мог подумать, что именно те часы окажутся самыми нормальными среди всех наших последующих свиданий.

– И о чем же будем говорить? – слегка усмехнулась я, устраиваясь удобнее в его руках, раз уж нам все равно придется ждать. – Давай ты будешь спрашивать, а я отвечать. И наоборот.

Мужчина за моей спиной ненадолго замер, уткнувшись носом мне в макушку, а потом произнес:

– Ты планируешь закончить обучение в академии?

Признаться, не этого вопроса я ожидала.

– Пока не размышляла над этим, – немного поразмыслив, выдала я.

– Почему?

– А почему тебя это интересует?

– Хочу узнать о твоих планах на будущее.

– У меня обычно проблемы с планированием жизни, – скривилась я. – Сначала мы разберемся с проблемами, а потом я буду решать, что делать дальше.

– Мне не нравится такая позиция, – тихо, но очень серьезно прозвучал его голос. – Она означает не то, что ты не хочешь пока об этом думать, а то, что ты боишься загадывать наперед.

– Возможно, – не стала я отрицать очевидное. – Пусть лучше жизнь сама расставит все по местам и убедит меня, что планировать что-либо не бессмысленно.

Удивительно, но в этот раз Дамиан не стал возражать.

– А хотела бы? – спросил он через какое-то время.

– Что? – не поняла я.

– Закончить обучение, – пояснил он.

А вот этот вопрос требовал слишком много размышлений, чтобы отвечать на него с бухты-барахты. И все же я ответила то, что уже давно было на уме:

– Нет. Ведь учиться по старой специальности я уже не смогу.

– Ты можешь продолжить учиться на следователя. Да и с алхимией у тебя проблем не будет, как я понимаю. Целительство уже давно не является основным предметом, так что утрата дара не лишает тебя возможности продолжить, – возразил мне Дамиан.

– А утрата необходимости лишает, – заметила я. – Я изначально пошла в эту академию исключительно ради допуска к архивам дел. Но больше мне это не нужно. И я говорила тебе когда-то истинную правду, я не желаю всю жизнь копаться в грязном белье окружающих. Мне достаточно уже имеющейся паранойи и недоверия ко всем, чтобы усугублять их работой в управлении. Так что не вижу смысла тратить несколько лет на окончание академии просто ради получения хоть какого-то образования. Мне нужно прийти в себя и понять, чем я хочу и чем могу заниматься в жизни, и только после этого думать, куда идти учиться дальше.

– Скажешь мне, когда поймешь?

– Скажу, – улыбнулась я.

– Твоя очередь, – напомнил мне Дамиан.

И действительно, что бы такого спросить… С одной стороны, я знаю о нем больше, чем другие, а с другой… не знаю очень многого. И вопросов вроде уйма… Но почему-то с губ сорвался именно этот:

– Ты когда-нибудь любил?

Сказала и тут же пожалела, что нельзя забрать слова обратно. Вот дура! А виновата так не вовремя проснувшаяся во мне глупая ревность к его потенциальным бывшим возлюбленным. Не мне такие вопросы задавать, учитывая, с каким упорством я избегаю хоть какой-то конкретики в наших отношениях. О боги, как же стыдно. Чувствую себя свиньей…

Дамиан тихонько рассмеялся.

– Ты действительно хочешь знать? – спросил, прижав к себе чуть крепче.

– Да, – буркнула себе под нос.

Раз уж спросила, то отступать поздно.

– Раньше думал, что да, несколько раз. Но, после того как встретил тебя, понял, что нет. По-настоящему до тебя ни разу никого не любил.

Бриар так спокойно и уверенно произнес это, что я почувствовала, как краснею, и тихонько погладила его руки у себя на талии. Не могу я пока признаться! Даже самой себе! Не сейчас, когда неизвестно, чем закончится наше расследование и доживу ли я до его конца.

– Дейм, как ты понял, что с другими было… «не то»?

– Я чувствую разницу, Касс, – немного подумав, ответил Дамиан. – Ради той женщины когда-то давно я был готов убить, порвать любого. Ради тебя – умереть и спуститься на самое дно подземного царства, если придется вернуть тебя. А для некроманта, поверь, это не просто бравада. Мы знаем цену смерти.

Последние слова заставили меня вздрогнуть. Кажется, за ними скрывалось куда большее, чем я сейчас понимала. Но уточнять мне почему-то не хотелось.

– Так что же случилось? – Хоть и осознавала, что спрашивать о таком не совсем корректно, но не спросить не могла. – Почему вы расстались?

– Не знаю. – Я почувствовала спиной, что он пожал плечами. – Шло время, я узнавал ее лучше и стал понимать, что она не тот человек, которым я ее видел. Да и она со временем во мне разочаровалась. Мы охладели друг к другу и просто мирно разошлись.

– Тогда откуда такая уверенность, что с нами не будет так же? – наконец спросила то, что интересовало больше всего.

– Касс… – нежно произнес он. – Я чувствую тебя. Ты вся моя, от умненькой, но с живущими в ней тараканчиками головки до кончиков пальцев на твоих ногах. Чем больше я тебя узнаю, тем больше хочу знать, тем тяжелее расставаться и отпускать хоть на мгновение. Да, ты не поразила меня в самое сердце с первого взгляда. Ты раскрываешься постепенно. И пусть не все, что я о тебе узнаю, мне нравится, но все это захватывает и привязывает лишь сильнее. Я не думаю, что смогу когда-либо выбросить тебя из своих мыслей и души, но боюсь, что однажды ты узнаешь нечто настолько темное обо мне, что больше не сможешь быть рядом.

В его последних словах было столько горечи, что я не удержалась, развернулась в его руках и обняла.

– Я многого не знаю о тебе, но уже довольно повидала в жизни и кое-что сказать могу – ничего в тебе не сможет напугать меня настолько, чтобы я отвернулась от тебя навсегда, – уверенно заявила я.

– А ты спрашиваешь, почему я так уверен… – прошептал Дамиан, прежде чем нежно поцеловать меня. – Следующий вопрос? – спросил он через несколько минут.

– Давай, – согласилась я, удобно пристроив голову на его плече.

– Мальчик или девочка?

– В смысле? – нахмурилась я.

– Ребенок, твой первенец, кого бы ты хотела?

Судя по моментально прилившему к лицу и ушам жару, меня, наверное, словно в чан с красной краской окунули. Вот ведь!

– Дейм! – возмутилась я и ткнула локтем назад, ему под ребра.

– Отвечай, – рассмеялся он, сжимая руки на мне, не давая драться.

Ладно, так и быть.

– А тут не важно чье-либо желание, – проговорила, насупившись. – Пусть я не очень многое знаю о своей семье, но одно точно помню: в нашем роду рождаются только девочки.

– Я в курсе про эту особенность, – признался мужчина. – Это связано с тем, что библиотека передается только по женской линии. У вас даже главой рода всегда является женщина, и когда она выходит замуж, то супруг берет ее фамилию, а не наоборот.

– Правда? – удивилась я, потому что не знала об этом.

– Правда, – подтвердил он и, склонившись ближе, прошептал мне на ухо: – Но самое интересное то, что в моем роду первым всегда рождается мальчик. Как думаешь, чья кровь окажется сильнее?

Я, тихо застонав, закрыла лицо руками, не в силах дальше справляться со смущением.

– Ты сама перешла к личным вопросам, – рассмеялся Дамиан.

– Мой был не настолько личным, – возмутилась я.

– Ты уверена? – с иронией спросил он.

А я насупилась. Да, я первая полезла ему в душу. Но его вопрос неприличен, потому что несет в себе слишком много намеков.

– Продолжим? – провокационно поинтересовался магистр.

Я, глубоко вздохнув, постаралась взять себя в руки.

– Моя очередь, – собралась с мыслями и задала, наверное, самый простой вопрос: – Сколько тебе лет?

– А ты не знаешь? – удивился Бриар.

Я отрицательно помотала головой.

– Пятьдесят четыре.

– Сколько?! – пораженно обернулась я к нему.

– Что, очень старый? – рассмеялся Дейм.

– Я действительно для тебя просто ребенок… – пробормотала я.

– Ребенок, – подтвердил он, – но не из-за возраста, а из-за видения мира и поведения иногда. И это мне тоже в тебе нравится.

Я уже хотела спросить, когда у него день рождения, но тут в воздухе вокруг нас раздался тихий звон. Я дернулась, прислушиваясь.

– Что это?

– Сигналка сработала, – вздохнув, сказал Дамиан и начал подниматься на ноги, утягивая и меня за собой. – Боюсь, на этом наши посиделки придется приостановить, но я надеюсь, что этот разговор мы продолжим.

Он подмигнул мне и потянул в сторону двери.

– Ушел? – Хран выскочил из-за дальних полок и направился к нам.

– Да, по крайней мере, дверь за собой он захлопнул, – подтвердил Дамиан. – Так что аккуратно приоткрываем и оцениваем обстановку.

На нашу удачу, в комнате никого не оказалось. Дальнейшая реализация плана прошла как по маслу. С плетением на сейфе пришлось опять помудрить, но в конце концов мы смогли освободить достаточно места, чтобы Дамиан его вскрыл. А вот потом…

Судя по тому, с каким интересом магистр перебирал спрятанные там амулеты и бумаги, многое из этого было запрещено. Но мы пришли за одной конкретной вещью, и я до последнего момента опасалась, что ее здесь не окажется. Но нет, даже среди этого вороха переливающихся магией украшений плотная, маслянисто-бордовая аура артефакта выделялась довольно сильно.

– Этот, – практически одновременно ткнули мы с Храном в тяжелый золотой медальон с черным камнем, поблескивающим в центре красными искрами, словно был напитан темной, тягучей кровью. Возможно, так и есть, учитывая, сколько сил он выпил из бедной Маришки. И тонкая линия, тянущаяся от него и растворяющаяся в пространстве, явно указывала, что свое черное дело артефакт продолжал, так что циркачке повезло, что она сейчас в стазисе.

Процесс закрывания сейфа прошел намного быстрее, и мы, убедившись, что все заклинания на нем находятся в первоначальном состоянии, наконец-то покинули комнату.

– Будь осторожна, – прошептал Дамиан мне на ухо и, проследив, чтобы я надела «отвод глаз», мягко подтолкнул в сторону коридора.

В следующее мгновение они с Храном испарились в дымке портала.

До своей комнаты я добралась благополучно, благо за время нашего ожидания в библиотеке ночь уже полностью вступила в свои права и весь дом погрузился в глубокий сон. Хотя в этом я, пожалуй, не права. Не весь.

Стоило мне тихонько постучаться в свою комнату, как дверь тут же распахнулась и меня быстро, но с тихим шипением затащили внутрь.

– Боги, Касс, ты хоть когда-нибудь можешь обойтись без проблем? Всего и делов-то было пройтись до нужного помещения, вызвать Бриара и по-тихому свалить оттуда. Но нет, и здесь ты смогла найти неприятности, – тихо возмущалась Флора, нервно вышагивая по комнате.

– Я здесь ни при чем, – устало вздохнула, падая в кресло. – Просто так сложились обстоятельства.

– У тебя всегда обстоятельства, а мне переживай да посетителей твоих отваживай, – пробурчала она, устраиваясь в кресле напротив. – Достали хоть?

– Достали, – хмуро подтвердила я. – А что еще за посетители?

– Ты сегодня вечером крайне популярна, – невесело усмехнулась Флора. – Я замучилась всем рассказывать о том, как ты устала шляться по парку и считать ворон и уснула практически сразу по возвращении с ужина. А пообщаться к тебе приходили двое. Сначала сама сиятельная леди Адальштейн. И все, что она хотела высказать тебе, передала мне. С нашей стороны, видите ли, было верхом бескультурья и неуважения заявиться сюда без приглашения. И хотя нас привез ее сын, но мы должны и сами понимать, что такие визиты можно наносить только по приглашению хозяйки имения, то бишь ее. Под конец она тонко намекнула, что более в своем доме нас видеть не желает, к какому бы высокому роду мы ни примазались.

Я просто не верила своим ушам. Разве можно так обращаться с людьми? Мы же вообще ничего ей не сделали. Не общались толком, а нас выставляют за дверь.

– А ты что? – спросила у Флоры, боясь даже подумать, как она прореагировала на подобное отношение.

– Изобразила святую невинность, – возвела она глаза к потолку. – Пустила слезу, извинялась, говорила, что мы представления не имели, что приехали без ее высочайшего дозволения.

– Даже не представляю, что ты могла такой быть, – усмехнулась я.

– Сама не ожидала от себя таких талантов, – кивнула девушка. – А вот со вторым визитером все непонятно. Приходила Каритана Элидир. Ничего толком не сказала. Узнала, что ты уже спишь, и сразу удалилась.

– Странно… – нахмурилась я.

Не нравится мне это. Учитывая, что свои дела в этом доме мы закончили, наверное, стоит уехать с утра пораньше. Что-то мне не хочется выяснять, о чем она жаждала со мной поговорить. Да и присутствовать здесь, когда Эерик обнаружит пропажу, тоже нежелательно. Понятно, что он сразу подумает на нас, но мы и не собирались скрываться. Кому он жаловаться будет, что у него выкрали запрещенный артефакт? Вот именно, никому.

Договорившись с Флорой, что уедем рано утром и даже пренебрежем необходимым вежливым прощанием с хозяевами, мы разошлись спать.

Хран со старшим Бриаром еще пару дней разбирались в особенностях артефакта и расплетали его заклятие, прежде чем решились наконец разрушить его и вытащить Маришку из стазиса. Если бы не наш случайный визит к Даньке, не знаю, что было бы с бедной девушкой.

Будить ее собралась большая компания. Ради такого дела нас с Флорой забросили в замок семьи Клейрон, и, естественно, Вилмара вместе с нами. Его сегодня ожидали поистине большие переживания, ведь о том, что девушка беременна, ему никто так и не сказал. И наверняка Мари после всего пережитого точно признается. Предугадать реакцию Вилмара просто страшно.

Я с опаской наблюдала, как Дамиан и лорд Осбеорн расплетают черный кокон над девушкой. Вроде и артефакт уже разрушен, но я боялась снова увидеть то кровавое плетение на ней и понять, что мы ничем не помогли. Последние ленты купола рассеялись, и я, внимательно оглядев Маришку, заметила лишь легкое алое свечение магии ее малыша.

И вот первый глубокий вдох, девушка медленно распахнула глаза и недоуменным взглядом окинула нашу большую компанию. Стоило ей увидеть Вилмара, как она заплакала. Бедная девочка, сколько всего ей пришлось пережить за последнее время.

– Мари, – тихо произнес Вилмар и, протянув руку, стер слезы с ее щеки, а она судорожно вцепилась в его ладонь и прижала к себе.

– Мне кажется, нам стоит уйти, – тихо проговорила я, утягивая за собой за дверь Флору, у которой, на мое удивление, у самой глаза были на мокром месте. Никогда бы не заподозрила ее в сентиментальности.

– Ой, замолчи, – пробурчала она на мой удивленный взгляд и, достав откуда-то из складок платья платок, быстро промокнула глаза.

Лорд Осбеорн, сказав, что теперь стоит послать за целителем, скрылся за поворотом коридора, а я, боевичка и Дамиан остались ждать окончания разговора.

Спустя минут десять из-за двери донеслось какое-то нечеловеческое рычание и грохот, словно что-то ударилось о стену. Я уже дернулась в сторону комнаты, испугавшись за девушку, но магистр меня не пустил, молча покачав головой. Значит, порыв злости был направлен не на Маришку. Тогда тут даже вариантов нет, что именно вывело из себя младшего Адальштейна. Еще через несколько минут из комнаты вышел потемневший лицом Вилмар и произнес лишь одну фразу:

– Что я могу сделать, чтобы засадить за решетку эту мразь?

Маришку на время расследования и всех разборок между высшими было решено оставить в замке. Тем более что и прибывший врач сказал, что хоть состояние девушки и не критическое, но все же не самое лучшее, и перевозить ее куда-либо и тревожить лишний раз не стоит. Да и место тут было наиболее надежное, а зная недоброжелательность семейки Адальштейн, обезопасить ее будет нелишним. Нас с Флорой тоже решили не брать в столицу, по заверениям Дамиана, чтобы облегчить пребывание циркачки здесь, но, по-моему, чтобы мы в очередной раз не вляпались в очередную историю и не доставили дополнительных проблем.

И я не стала возражать. Это возможность расслабиться хотя бы немного, да и порадоваться за подругу. Ведь, несмотря на бледный и немного усталый вид, глаза ее после разговора с Вилмаром сияли так же ярко, как и камень на тонком золотом колечке, украсившем ее палец. Что ж, решительность возлюбленного Маришки не могла меня не радовать. К слову, если бы он раньше сделал предложение, возможно, части проблем удалось бы избежать. Но теперь судить поздно. Оставалось только воздать по заслугам дядюшке за все случившееся.

В этот раз императорского отказа в возбуждении дела благодаря заявлению Вилмара быть не должно. Задеты интересы высшего, а не каких-то девчонок, пусть и достаточно благородного происхождения. Но что-то мне подсказывает, что если бы Мари не носила под сердцем наследника крови рода Адальштейн, то дело бы замяли, как и со старухой Битан.

В общем, пока мужчины занимались оформлением бумаг, задержаниями и допросами, мы праздно шатались вокруг и внутри замка. Я уже готовилась к тому, что такое времяпрепровождение нас ждет ближайшие пару недель, но все закончилось гораздо быстрее…

На следующий же день, когда мы с Флорой и Мари прогуливались по внутреннему саду, наслаждаясь солнечной погодой, я приметила стремительно приближающуюся к нам фигуру и узнала Дамиана. Но, судя по его перекошенному злобой лицу, беременной девушке с хрупким душевным состоянием встречаться с ним не следовало.

Знаками попросив Флору утащить Маришку в другой угол сада, я поспешила навстречу магистру.

– Что случилось? – спросила обеспокоенно, стоило ему приблизиться.

Я уже предполагала многое: император высочайшим указом опять запретил раскручивать это дело, родители надавили на Вилмара и заставили забрать заявление или даже, что Эерику каким-то образом удалось уйти от всех обвинений. Но ответ Дамиана меня потряс.

– Эерик сейчас в больнице, без сознания, и прогнозы неутешительны, – хрипло ответил он, с трудом сдерживая ярость.

– Что с ним произошло? – прошептала я, теряясь в догадках.

– Помнишь блок, который убил помощника мэра? Такой же оказался и у Адальштейна. Правда, в этот раз мы успели среагировать, и Эерик не умер, но, судя по всему, память ему подправили кардинально. Если он и очнется, то вряд ли что ценного сможет нам рассказать, – мрачно поведал магистр.

– На что среагировал блок? – напряженно спросила я.

– На вопрос, кто ему смастерил этот артефакт, – подтвердил мои опасения Дамиан.

– Но зачем этому мастеру так явно показывать, что он скрывается от правосудия?.. Казалось бы, просто выполнил заказ, с него взятки гладки. Но нет, чтобы сохранить анонимность, он даже готов на убийство заказчика из высших. Почему? Ведь дело с его артефактом никак не затрагивает наше расследование, и, если бы не случайность, мы бы вообще про этот кулон не узнали.

– Согласен, это странно. Но знаешь, что мне не нравится еще больше? – спросил он, пристально глядя мне в глаза.

Я отрицательно покачала головой.

– Сам артефакт, Касс. Мы его внимательно изучили. Да, это чистая магия крови. Да, обрывки сведений о ней можно найти, и некоторые даже довольно распространены. Но то, что сделано в этом артефакте… Совершенно другой уровень. И первое, что мне приходит в голову, – эти знания вынесены мастером из библиотеки.

– Невозможно, – категорично заявила я. – Журнал учета ведется внутренней магией библиотеки, обмануть ее нельзя. За последние пару сотен лет там бывали лишь представители моей семьи и ты. Но эти знания могли быть кем-то унаследованы, куплены, украдены или добыты насильственным путем… Но в любом случае нужно тщательно просмотреть все учетные записи.

– Да, я уже попросил Храна разобраться с этим, – согласился он.

Я лишь кивнула в ответ и, внимательно посмотрев на взвинченного Дамиана, спросила:

– Это не последние плохие новости?..

– Император, – с раздражением выдохнул магистр. – После того, как какой-то блок чуть не выжег мозг одному из высших, он слишком заинтересовался происходящим. А также деятельностью управления и Тайной канцелярии. Активный поиск информации на Элидира придется временно приостановить.

И вот очередная череда случайностей отбрасывает нас назад. Но хоть каких-то результатов мы все-таки добились. Теперь, казалось бы, уже нет сомнений в том, что убийца моих родных – один из изобретателей, отец или сын Элидиры, или замешаны оба. Но что-то меня настораживает. Слишком быстро и относительно просто мы вышли именно на них.

– Ладно, – задумчиво пробормотала я. – Будем надеяться, что активное внимание императора к работе ваших ведомств вскоре поутихнет. Иначе его настойчивое вмешательство похоронит наше расследование. – Я нахмурилась, представив перспективы.

– Не переживай, – успокоил меня магистр, притянув к себе, и прижал мою голову к своей груди. – На дело твоей семьи он точно не выйдет. И я сделаю все возможное, чтобы он не смог связать тебя с фамилией Кэрридуэн.

Я лишь вздохнула в ответ. Не стоило загадывать, потому как обычно все наши хорошо продуманные планы хоть в чем-то, но проваливаются.

– Получается, что мы с Флорой уже сделали все, что могли? – внезапно поняла я и подняла на Дамиана хмурый взгляд. – Всех остальных подозреваемых мы уже помогли исключить, а к двум последним ты меня наверняка не подпустишь. Во избежание, так сказать, дальнейших казусов.

– Прости, – без капли раскаяния в голосе подтвердил мои опасения Бриар. – Дальше мы будем работать сами. Вы уже достаточно нам помогли.

– Конечно, – не удержалась я от сарказма. – И что же нам теперь делать прикажешь?

– Как и было решено ранее. Пока вы останетесь здесь с Маришкой. Следить за ней, готовиться к свадьбе, – просветил он меня о моих дальнейших действиях.

– Какой свадьбе? – настороженно спросила я.

– Свадьбе твоей подруги и Вилмара Адальштейна, – впервые за сегодняшнюю встречу улыбнулся мне Дамиан. – Ты уже забыла про нее?

– Да нет, не забыла, – пробормотала я. – Но при чем здесь мы с Флорой?

– Мы приглашены, – пояснил мне Бриар, казалось бы, очевидное, о котором я даже не задумалась. – И, учитывая, что родители Вилмара категорически отказались принимать в семью невестку-циркачку, предполагаю, что, кроме нас, из гостей будут только те, кого пожелает видеть сама невеста.

– Тяжело им придется, – покачала я головой.

– Сначала, возможно, – согласился он. – Но Вилмар достаточно умен, чтобы позаботиться о своей семье и без наследства рода Адальштейн. У него свое дело, в конце концов, имеется. Да и, думаю, родители недолго будут воротить нос и пусть нехотя, но примут и девушку, и ребенка в семью. Хотя бы потому, что больше у них никого нет. Так что не переживай, теперь у Мари и Вилмара все будет хорошо. А раз так, то вам пора озаботиться свадебными приготовлениями и хоть на время выбросить все остальные проблемы из головы. Учитывая, что Вилмар решительно настроен провести церемонию через неделю, дел у вас невпроворот. Для женщин это же всегда такая проблема… выбрать подходящее платье, а уж тем более на такое мероприятие, как свадьба.

– Не знаю, как у каких-то там женщин, а у меня таких проблем не бывает, – съязвила в ответ на его ухмыляющийся вид при последней фразе.

– Ладно, беги, порадуй невесту, как скоро ее ожидает это событие, – уже нежно улыбнулся Дамиан.

– Бегу. – Я развернулась, чтобы уйти, но он шустро поймал меня за руку и притянул лицом к себе.

– Не переживай, – неожиданно серьезно сказал магистр. – Я во всем разберусь, обещаю.

– Хорошо, – так же серьезно кивнула я в ответ.

А потом последовало нежное прикосновение горячих мужских губ, пусть и короткий, но мгновенно согревающий кровь поцелуй, и мы разошлись в разные стороны.

Новость о том, что свадьба состоится уже через неделю, привела Маришку в тихий ужас. Но вовсе не из-за беспокойства по поводу платья, гостей и прочего сопутствующего торжеству, а из-за типично женских сомнений и опасений.

Как бы девушка ни желала быть вместе с возлюбленным, переживания о том, что она ему не пара, что он разочаруется и потом бросит ее, заполонили ее голову. Мы с Флорой успокаивали Маришку как могли, но без особого успеха. Но всеобщими усилиями, к которым подключилась леди Алария, привести невесту в чувства удалось.

И начались предсвадебные хлопоты. Впрочем, в нашем случае хлопотами это можно было назвать с натяжкой, потому как состояли они исключительно в вызове в замок портнихи, долгих обсуждениях будущего наряда невесты и наших с Флорой платьев на торжество. Ни Мари, ни ее жених не горели желанием устраивать пышное празднество. Мне вообще казалось, что Вилмар хочет просто как можно скорее забрать ее из замка к себе в дом. И, судя по всему, Маришка против не была. Эти двое лишь отдавали необходимую дань условностям общества, так как сами уже не нуждались ни в каких дополнительных подтверждениях того, что принадлежат друг другу.

Но я все же считала церемонию нелишней. Маришка многое пережила и заслужила свой кусочек счастья, радости и пусть небольшого, но праздника.

В назначенный день в маленьком храме недалеко от центра столицы и состоялось это событие. По какой причине такое невзрачное строение было выбрано Вилмаром, я поняла, только ступив в неожиданно солнечный зал, и ахнула. А я еще удивлялась, почему же его называют храмом Цветов, хотя на фасаде храма не было ни рисунков, ни барельефов каких-либо растений. Зато внутри оказалась настоящая оранжерея. Огромный прозрачный купол в вышине оплетало множество буйно цветущих лиан различных оттенков и видов. Такие же обвивали и колонны, поддерживающие своды храма, и резные спинки длинных деревянных лавок. А самое потрясающее – весь пол был выстлан густой, сочно-зеленой травой. Даже наступать на нее было жалко, но гости смело входили внутрь, и я аккуратно шагнула следом.

По меркам высшего общества церемония проходила очень скромно, хотя, на мой взгляд, сказочная красота зала делала ее поистине незабываемой и торжественной, несмотря на малое количество приглашенных. Со стороны невесты были я, Флора и Даниэлла с акробаткой Джейми. Дамиан проявил благородство и единственный представлял сторону жениха. Потому что никого из родственников, друзей или просто знакомых Вилмар пригласить не пожелал или же они сами не решились явиться, но я почему-то склонялась именно к первому варианту. Маришку данное обстоятельство ничуть не расстроило, а жениха, по-моему, ничего, кроме хорошего настроения будущей жены, и не интересовало. Я была рада, что хоть одна из тысяч историй таких мезальянсов закончилась хорошо. И пусть его родители против – в обиду он любимую все равно не даст. А в остальном он уже давно взрослый и самодостаточный человек, чтобы все еще прислушиваться к их мнению.

Пока священнослужитель зачитывал слова клятвы, я украдкой любовалась сияющей от счастья Маришкой. Поразительно, но с каждым произнесенным словом под ногами молодых среди густой травы стали появляться цветы самых разнообразных видов, постепенно превращая место, где стояли жених и невеста, в прекрасную разноцветную поляну. И тут же я заметила, что и около меня расцвел пышный кустик незабудок в окружении красных тюльпанов. Я просмотрела на остальных гостей и поняла, что цветы, помимо молодоженов, появились только возле меня и Вегерос, правда, рядом с ней был лишь одинокий гиацинт, но все же…

– Фло… – тихо окликнула я девушку и указала пальцем вниз. – Ты не знаешь, это что-то значит? Почему только у нас распустились?

Поглощенная церемонией девушка удивленно посмотрела на меня и опустила взор. А затем на ее лице начали стремительно меняться эмоции: удивление, неверие, смятение, а следом злость с легким оттенком страха. Потом она осторожно, стараясь не привлекать внимания, но с остервенением стала топтать маленький цветок.

– Ничего это не значит, ясно тебе? – прошипела она сквозь зубы.

– Ладно, – тихо согласилась я, чтобы не нервировать ее.

Боевичка усердно вминала гиацинт ногой в сочную зелень, но он, вдруг исчезнув, тут же вынырнул из травы чуть левее. С минуту я наблюдала за бессмысленным сражением девушки с несчастным цветком, после чего та тихо выругалась и вернулась к наблюдению за церемонией, которая уже подходила к концу. А я себе поставила мысленную заметку обязательно спросить Дамиана, что же это за странная особенность храма.

Наконец счастливые молодые поцеловались, тем самым официально вступив в супружескую жизнь, и мы поспешили их поздравить. Уже на выходе из храма, провожая молодоженов к карете, магистр подошел ко мне, и я получила возможность утолить свое любопытство.

– Во время церемонии вокруг них цветы распускались, это что-то означает?

– Да, это особая магия этого храма, – улыбнулся он мне, приобняв за талию, и притянул к себе. – И является она лишь к искренне любящим и привязанным друг к другу людям. Поэтому это место непопулярно среди знати. Слишком редки там браки, заключенные по любви. Да и в целом не многие решаются здесь жениться или выходить замуж. Нередко бывало, что из-за отсутствия этих цветов брак распадался, так и не начавшись.

– Интересно, – протянула я. – И странно.

– Почему? – взглянул он на меня.

Я немного помялась, все же реакция Вегерос зародила во мне сомнения в позитивности произошедшего, но любопытство пересилило, поэтому призналась:

– Рядом со мной и Флорой тоже распустились цветы, и она этим была крайне недовольна. Но я так и не поняла, какое мы имеем отношение к чувствам брачующихся.

После моих слов глаза Дамиана довольно заблестели, и он, хитро улыбнувшись, поинтересовался:

– Какие расцвели рядом с тобой?

– Незабудки и красные тюльпаны.

Мне тут же достались невероятно нежный поцелуй и такая огромная волна счастья, что я чуть ли не опьянела от этой энергии, невольно втянув ее в себя.

– И все же что означают эти цветы? – выдохнула я, как только Дамиан меня отпустил.

– Храм Цветов показывает истину. Правдивые чувства заключающих брак и те чувства, которые человек таит в сердце и в которых не может или не хочет признаваться даже себе. А цветок обозначает, какое именно чувство пытаются скрыть от себя.

– И что означают мои? – уже предчувствуя ответ и стремительно покраснев, все же спросила я.

– Ты меня любишь, – с сияющим взглядом подтвердил он мои опасения.

Смутившись, уткнулась головой ему в грудь, пряча растерянный взгляд.

– Как будто ты не знал, – пробурчала я.

– Догадываться и знать точно – это разные вещи. Теперь не хватает только услышать это лично от тебя.

Я засопела, не готовая сейчас реагировать на эту провокацию.

– Я подожду, – погладил он меня по волосам.

Отстранилась и, подняв взгляд, уже хотела сказать, что постараюсь не тянуть слишком долго, но признание оборвал возникший между нами бумажный вестник. И новости в нем, кажется, были не самыми лучшими.

– Срочно вызывают к императору, – коротко сказал Бриар. – Собирайтесь, я отправлю вас домой.

Я кивнула и побежала к Флоре, мы последний раз поздравили счастливую пару и, попрощавшись с Даниэллой и Джейми, поспешили к магистру.

– Мы договорим позже, – тепло улыбнулся он мне, прежде чем закинуть нас в свой столичный дом.

А у меня сердце заныло от плохого предчувствия. Очередное вмешательство императора меня беспокоило. Самая загадочная и неординарная фигура в нашей игре. С каждым разом его поведение не нравилось мне все больше и больше. Конечно, Дамиан прав, к убийству моей семьи Его Величество вряд ли причастен. Но меня не оставляла навязчивая мысль, что он еще сыграет свою роль в происходящих событиях, вот только какой она будет, не представляю.

Весь день провела в библиотеке, то нервно бродя из стороны в сторону, то хватаясь за книгу, пытаясь отвлечь себя от размышлений, но тут же бросая ее. И так час за часом. Этим я вывела из себя Флору, она поначалу устроилась на диванчике рядом со мной, но потом не выдержала моих метаний и удалилась в свою комнату.

Время шло, яркие краски праздничного утра напрочь стерлись гнетущим ожиданием. На город опускался вечер, а Дамиана все не было. Понятно, он и до этого нередко задерживался допоздна на службе. Иногда по нескольку дней не возвращался домой. Но сегодня был другой случай. Он же прекрасно понимал, что вызов императора – это катализатор для меня, и что, пока Бриар не вернется и не расскажет все, успокоиться я не смогу. И раз все еще не появился, значит, до сих пор на этой проклятой аудиенции.

Полночь. Сил метаться по комнате не осталось, я забралась с ногами в кресло у камина и стала гипнотизировать взглядом огонь.

– Касс, пошли уже спать, – нудила над ухом Флора, под вечер все же вновь присоединившаяся ко мне.

– Иди, – вяло отозвалась я.

– Нет, одну тут куковать я тебя не оставлю, – упрямо возразила девушка. – Боюсь, в таком состоянии ты способна на необдуманные поступки.

– Не преувеличивай, – отмахнулась я.

– Скорее, преуменьшаю, – фыркнула боевичка.

– Что такого ужасного я могу натворить в запертом и охраняемом доме?

– Вариантов слишком много. Даже представить не могу, какой ты выберешь… – издевательски вздохнула она.

Я уже хотела рыкнуть в ответ, хотя и понимала, что дело не в ее замечании, а в моей нервозности, но тут дверь в библиотеку распахнулась и в комнату вошел хмурый Дамиан.

– Наконец-то, – буркнула Флора, поднимаясь с диванчика. – Все, теперь я могу быть свободна. Может, хоть ты сможешь успокоить ее.

Не дожидаясь ответа, она стремительно покинула библиотеку, оставляя нас с магистром наедине.

Я напряженно вглядывалась в его лицо, надеясь понять, насколько плохие известия меня ожидают. И от того, что видела, предчувствие чего-то плохого лишь нагнеталось.

– Что произошло? – не выдержав, спросила я, подавшись вперед. – Почему тебя вызвали?

– Вызывали не только меня, – издалека начал Бриар, устало опускаясь в кресло напротив. – Созывали большой Совет, чтобы объявить новость.

– Какую? – Я нервно сцепила пальцы.

– Успокойся, Касс. Ничего страшного не произошло, не переживай так. Просто выводы, которые проистекают из собрания, тебе не понравятся.

– Не тяни уже.

– Отец и сын Элидиры представили нам свою последнюю разработку. Некое средство, благодаря которому обычный человек может на время обрести магические способности, – сообщил магистр.

– Но, насколько я понимаю, данный факт никоим образом нас не затрагивает, – медленно проговорила я, поднимая на него недоуменный взгляд. – Да и к расследованию, по-моему, тоже не относится.

– Ты права, – кивнул Бриар. – На первый взгляд ничего связанного с нашим делом в этой новости нет. Но в ходе обсуждений выяснилось, что проект был уже практически готов и представлен императору несколько месяцев назад. Все это время во дворце решали, стоит ли он вложений и продолжения исследований.

– И? – все еще не понимала я, к чему он ведет.

– Касс… – устало вздохнул мужчина. – Они впервые продемонстрировали это чудо-средство Его Величеству и придворному магу во время зимнего бала. То время, которое Стаас и Рун отсутствовали в общем зале, они провели с императором в обсуждениях. И это уже подтверждено. А значит…

– Значит, ни один из них не мог быть с нами в коридоре… и пытаться открыть дверь тоже не мог, – закончила я за магистра.

А всех остальных подозреваемых мы уже отмели.

Тупик.