Часть четвертая

Солнце ярко отсвечивало от стеклянных витрин магазинчиков, слепя глаза даже издалека. Погода последние дни радовала. По крайней мере, окружающих.

Я же, пристроившись на пороге фургончика Даньки, лениво следила за гомонящей толпой. Апатия, накатившая пару недель назад, все никак не отпускала. Да и заняться толком было нечем. Поэтому мы с Флорой в кои-то веки просто наслаждались жизнью. Ну, одна из нас точно. В прошлый раз девушке, похоже, понравился спектакль с переодеванием, поэтому стоило нам выбить очередную прогулку в город, как сразу по приходе к Даниэлле боевичка попросила у нее цыганский костюм и отправилась морочить голову народу на площади. И получалось у нее это неплохо.

А я просто сидела и наблюдала.

Со дня свадьбы Маришки мы были предоставлены самим себе. Естественно, сопровождение с нас не сняли, но разрешение на относительно свободное перемещение мы получили. Дамиана все эти две недели я практически не видела. Понятно, что в связи с произошедшим заниматься расследованием могли теперь только он и его отец, поэтому дел у них прибавилось. Хотя каждый вечер он появлялся дома, словно проверяя, не сбежали ли мы куда. Но я не особо печалилась по поводу его отсутствия, потому как мы успели серьезно поругаться.

То, что оборвалась фактически наша последняя ниточка в расследовании, стало для меня неожиданным. Казалось бы, вот она, разгадка, лишь протяни руку, и все. Хотя… учитывая мою патологическую неудачливость, такому стечению обстоятельств удивляться не стоило. Но все равно я впала в какую-то прострацию после сказанного Дамианом, пока он пытался мне втолковать, что на этом дело не окончено и они доберутся до истины. Найдутся ниточки, которые приведут нас к убийце. И вот за эту мысль мое сознание почему-то ухватилось.

– И одна у нас уже есть, – придя в себя, подняла я на него уверенный взгляд.

– Какая? – нахмурился он, кажется, уже предполагая, что мое предложение ему не понравится.

– Призрак Аарона Клейрона, твоего безумного предка-некроманта, – спокойно произнесла я. – Кто-то определенно наведывался в его замок, чтобы установить для меня ловушку. Да и по записям моей матери ясно, что туда несколько раз проникали, пытаясь что-то отыскать. Вполне возможно, что этим чем-то была библиотека. И не думаю, что призрак мог упустить такие визиты.

Бриар выслушал мои доводы с абсолютно непроницаемым лицом, что поначалу вселило в меня надежду, что я его уговорила, но дальнейшее показало, как я была не права.

– Этот вопрос даже не обсуждается, – холодно заметил магистр. – Первый же твой шаг на его территорию официально закрепит твое наследование замка Дунебшхишт и освободит Аарона от обязанностей хранителя. Ни к чему хорошему это не приведет. Поэтому ты туда не пойдешь.

– Но с вами-то он разговаривать, похоже, вообще отказывается. Тем более я читала про магическое наследование, там все не так просто. Я должна буду как-то подтвердить, что принимаю замок, – возразила я, понимая, что в этот раз должна отстоять свою точку зрения.

В прошлый раз мне пришлось сдаться, потому что веры призраку после произошедшего действительно никакой. Но тогда у нас еще были надежды разобраться без той информации, которой он мог владеть. А теперь вариантов нет. И я не собиралась отступать от возможности получить хоть какой-то шанс.

– Нет, Касс! – решительно сказал Бриар, окатив меня ледяным взглядом. – Повторяю, ты туда не пойдешь ни под каким предлогом. Да и разговаривать с ним бесполезно. Ты никогда не поймешь, соврал он или сказал правду, а отделаться от навязанного наследства уже не сможешь. А ведь это означает, что тебе придется следить, чтобы его «зверюшки» не вырвались за пределы замковых территорий. Так что я окончательно заявляю, что обращаться за помощью к Аарону мы не станем.

– Дамиан, я же не говорю, что одна туда пойду, – пока еще мягко пыталась возразить я, но раздражение уже закипало внутри. – Пойдем вместе, ты все-таки некромант, и в отличие от меня опытный, и способ как-то воздействовать на призрака найдешь. В любом случае он же во мне заинтересован, так что вредить не станет.

– А вот это далеко не факт, – кажется, начал всерьез злиться и Дамиан. – Его интерес лишь в том, чтобы ты дала некое согласие. Какое конкретно, под каким видом и в каком состоянии ты на момент дачи этого согласия будешь, ему глубоко наплевать. Все, Касс, я устал повторять, эта тема закрыта. Мы разберемся без помощи мертвого некроманта-психопата. А тебе бы стоило припомнить, чем закончилась твоя последняя прогулка к нему, и навсегда забыть о решении какой угодно проблемы с его помощью.

– Но… – снова попыталась сказать я, но он меня грубо оборвал:

– Хватит! Вы с Вегерос сделали все, что могли, дальше будем разбираться только мы с отцом. А ты теперь можешь отдыхать с подругой и решать, чем хочешь заняться, потому как учебный год не за горами. Стоит уже задуматься, где ты хочешь продолжить обучение, – попытался смягчить он жесткость своей предыдущей фразы мягкой улыбкой.

Но меня это лишь еще больше разозлило. Будто косточку поощрительную бросил – займись хоть чем-нибудь, только в дела не лезь. Я, конечно, тоже была не права, к тому же перенервничала, ожидая целый день, пока он вернется от императора, но такого отношения к себе терпеть не захотела. Поэтому просто встала и ушла, хлопнув дверью.

Потому что у нас есть возможность закрыть все это дело всего лишь одним походом к Аарону, но Дамиан слишком опасается уже давно мертвого мага, чтобы пойти самым очевидным путем.

С этого и начался наш молчаливый раздор. Магистр появлялся дома на слишком короткое время, как бы показывая, что я не разговариваю с ним в качестве протеста, а не из-за отсутствия возможности пообщаться.

И все эти две недели я постепенно наполняюсь пониманием, что расследование уже никогда не закончится и я теперь до конца жизни буду бояться преследования. В общем, настроение было отвратительное. Только Флора и пыталась меня как-то расшевелить, вытаскивая то в парк погулять, то по магазинам, а теперь вот к Даньке.

Даниэлла, к слову, быстро просекла мое состояние и лезть в душу не стала, давая время просто посидеть и подумать. Хотя думать особо мне больше нужды не было. Я уже приняла решение, и теперь оставалось лишь дождаться подходящего момента.

Видимо, судьба в этот раз была ко мне благосклонна, потому как момент наступил в тот же вечер.

Дамиан появился уже после заката, когда мы с Флорой сидели в библиотеке. И пришел он не один, а с Храном.

– Привет! – радостно улыбнулась я коту, схватила его и обняла, уткнувшись носом в теплую шерсть. – Ты наконец-то решил почтить меня своим присутствием? Я скучала…

– Он последит за вами пару дней, – ответил вместо хранителя Бриар.

Ох, неспроста это. Я, тут же спустив хранителя с колен, встала с кресла и подошла к Дамиану.

– Что случилось? – спросила обеспокоенно, забыв о своем бойкоте и напряженно ища ответ в его глазах.

– Все в порядке, – устало улыбнулся он, привлекая меня ближе и обнимая. – Просто появилась зацепка, мне придется уехать, и, боюсь, я буду слишком далеко, чтобы следить за вами.

А у меня почему-то сердце на мгновение замерло.

– Какая зацепка? – прошептала я.

– Возможно, удастся выяснить, кто открыл границу для ввоза голубого лотоса. Но для этого нужно ехать на место, – успокаивающе погладил он меня по голове.

– Ты один поедешь? – нахмурившись, отстранилась я.

– Да, – подтвердил мои опасения мужчина. – Император теперь слишком пристально следит за нашими указаниями, проще съездить самому. Лично у меня требовать отчета, где я был и что делал, он не станет.

– Не езжай один, – умоляюще посмотрела я на Дамиана.

Не нравилась мне эта неожиданная зацепка, да еще спустя столько времени после истории с наркотиком. Тогда выяснить не удалось, а через полгода внезапно возможность появилась? Тем более, насколько я разбираюсь в географии, места там заброшенные, пустынные, если что произойдет, никто и не узнает.

– Неужели ты за меня волнуешься? – Он слегка отстранил меня, заглядывая в глаза. – Даже несмотря на все мои запреты?

– Я всегда за тебя волнуюсь, – пробормотала, но все же не дала ему отвлечь меня от главной мысли: – Дейм, пожалуйста, возьми кого-нибудь с собой. Все это слишком подозрительно.

– Не переживай. Сам прекрасно понимаю, что все не так просто. Я хорошо подготовился, – успокоил он меня и тут же изобразил возмущение: – Твое недоверие просто оскорбительно! Неужели ты думаешь, что я могу с чем-то не справиться, тем более зная, что дома меня будешь ждать ты?

– Я ничего не думаю, – покачала я головой. – Просто беспокоюсь за тебя.

– Все будет хорошо, – пообещал Дамиан и коснулся моих губ легким поцелуем. – Я скоро вернусь, а вы пока побудьте хорошими девочками.

Я, вздохнув, лишь кивнула в ответ. И стоило мне отстраниться, как магистр исчез в окне портала.

Он так и не сказал, что возьмет кого-нибудь с собой. Как же нехорошо царапает сердце заноза сомнений и страха.

– Какие нежности, – тихо фыркнула Флора. – Мне аж завидно стало. Где бы себе такого же заботливого да уверенного найти? А ты не ценишь, коза такая!

– Не волнуйся, он сам тебя найдет, – пробурчала, устраиваясь в кресле. – Я вот никого не искала.

– Нет, такие экземпляры в свободном полете уже не водятся. Наверное, придется у кого-то отнимать, – притворно-горестно вздохнула девушка.

Я лишь покачала головой, не желая продолжать эту бессмысленную тему, и сделала вид, что углубилась в размышления, а Флора, ни капли не расстроившись моим нежеланием общаться, завела непринужденный разговор с Храном, знакомясь, так сказать. Все же до этого момента они лишь мельком виделись, и, кажется, тот факт, что мой кот котом-то и не является, девушку слегка ошарашил. Я была только рада, что хранителя есть кому отвлечь, потому как подумать мне действительно нужно. Похоже, сегодня мне выпал шанс осуществить задуманное…

– Не пущу! – шепотом кричал хранитель, мечась по моей комнате, пока я спокойно продолжала собираться. – Глупая девчонка! Мало нервов ты попортила окружающим?! Совсем из ума выжила!

– Хран, ты можешь ругаться сколько угодно, но я уже решила, – заявила я, натягивая брюки.

– Ты забыла, чем для тебя закончился прошлый поход в этот чертов замок? Тебе проблем не хватает в жизни? – продолжал возмущаться кот по-прежнему очень тихо, как я и попросила сразу, чтобы не разбудить Флору за стеной.

– Наоборот, проблем стало слишком много, чтобы откладывать это решение еще на долгое время, – вздохнула я, закончив, наконец, собираться, и опустилась на кровать, поднимая упрямый взгляд на кота. – Хран, я понимаю, что для тебя это выглядит сумасбродством. Но у нас сейчас есть возможность всего лишь парой вопросов призраку закончить это дело. Мы пытались распутать все с другого конца, но безуспешно. Я уговаривала Дамиана сходить вместе, но он отказался. Сидеть и гадать, вернется ли он с проверки очередной зацепки, и не делать ничего самой я не могу. Тем более это решение не спонтанное. Я уже давно предполагала, что встретиться с Аароном все же придется, и в этот раз хорошенько подготовилась. Твари его сейчас должны спать, а для самого некроманта я заготовила специальную ловушку на случай, если он решит опять что-то провернуть или откажется разговаривать. Да я даже за последнюю пару недель выучила несколько боевых плетений. И на мне куча охранных артефактов. Я пойду, Хран, это без вопросов. Единственное, что меня интересует, пойдешь ли ты со мной, чтобы прикрыть спину? Не хотелось бы опять вляпаться в какое-то заклинание, а так хоть ты будешь следить…

Он пару мгновений вглядывался в мое лицо, а потом удрученно покачал головой. Даже уши уныло опустились.

– Он меня убьет, – вздохнул печально кот, и я поняла, что он все-таки согласился.

– Не волнуйся, сначала он убьет меня, – успокоила я его, доставая из-под кровати сумку, в которую припрятала весь свой боевой арсенал и веревку. Последнюю и достала, прикидывая, куда лучше в комнате ее привязать. Все-таки второй этаж тут довольно высокий, и деревьев под окном нет. На то, чтобы выйти через главную дверь, я и не рассчитывала. Точно следят. Причем так, что простым «отводом глаз» не отделаешься.

– Куда намылилась, красава? – раздался спокойный голос из-за спины.

Я вздрогнула от неожиданности и резко обернулась. В проеме двери, разделяющей наши комнаты, стояла Флора в полном боевом облачении: два широких лезвия, крепящиеся к ногам девушки, и кинжал, которым она обманчиво лениво чистила ногти, изредка бросая на меня проникновенные взгляды.

– А ведь феноменальная интуиция у мужика… – размышляла вслух девушка, пока я судорожно думала, что же делать. – Специально не стал при тебе говорить, а вестника прислал, чтобы я особенно внимательно за тобой следила сегодня-завтра. Но я искренне считала, что ты умнее и не будешь дурью маяться. Ан нет, переоценила я твои умственные способности.

– Флора… – мягко начала я.

– Что, сладкая моя? – оскалилась боевичка приторной улыбкой.

– Одно твое движение в мою сторону, и я тебя парализую. Постоишь в комнате до моего возвращения, – сразу поняла я, что никакими уговорами ее переубедить не получится, поэтому вытащила из кармана заготовленный амулет с заклинанием, готовясь, если что, бросить в девушку.

Глаза Вегерос злобно сузились.

– То есть разговаривать с тобой бесполезно? – попыталась она запугать меня взглядом.

– Бесполезно, – подтвердила я.

– Ну и ладненько, – мгновенно успокоилась она и спрятала кинжал в какое-то хитрое крепление на спине. – Значит, я пойду с тобой.

– Вот так просто? – нахмурилась я, не поверив ее заявлению.

– Я уже достаточно хорошо тебя изучила, чтобы понимать, когда ты настроена категорично, а когда и пободаться можно. И раз переубедить тебя не получится, проще присоединиться и проследить, чтобы с тобой все было в порядке, – сказала девушка.

Нет, в принципе дополнительной компании я буду только рада. Но как-то это подозрительно.

– Хорошо, – согласилась я. – Но идти будешь впереди меня.

Я вполне обоснованно опасалась заклинания от Флоры. Она, может, и неплохой человек, но морально не особо отягощенный и вряд ли постесняется запустить таким же парализатором мне в спину.

– Боишься? И правильно, значит, не совсем безголовая. Давай сюда веревку, – распорядилась девушка, подходя ближе.

Я на мгновение напряглась, готовясь активизировать заклинание. А Флора, видя мое напряжение, лишь фыркнула. Забрала у меня из рук веревку и принялась завязывать ее каким-то хитрым узлом.

Хитрость этого узла раскрылась, когда мы выбрались из дома. Девушка пару раз дернула за конец веревки, и та послушно скользнула из окна к ней в руки.

– Пригодится, – невозмутимо пожала она плечами, сворачивая и пряча веревку в небольшой рюкзак за спиной.

Впрочем, стоило ли ожидать другого от талантливой боевички. Еще бы характер поспокойнее, и цены бы ей не было.

Всю долгую дорогу за ворота столицы Вегерос медленно, но верно выедала мне мозг перечислением всего, что со мной сделает Дамиан, когда узнает об этом самоуправстве. А в том, что, если мы благополучно воплотим план и вовремя вернемся обратно, она лично доложит ему все подробности нашего приключения, я не сомневалась. Указания ей были даны четкие, и, несмотря на то что мы с ней сдружились, я бы на ее месте тоже все рассказала. Но мое понимание всей ситуации все равно не избавляло от дикого раздражения от необходимости выслушивать бубнеж Вегерос про вырисовывающиеся перспективы. Хотя все же сознательности у нее не отнять, когда мы с Храном распутывали мудреную защиту, обвивающую забор вокруг дома Дамиана, она благоразумно замолкла.

Проблем с выходом из города не возникло. Как и с путешествием до самих развалин. Сейчас даже проще было, на этот раз никакой дополнительной защиты вокруг замка не стояло. Правда, заметно, что сам купол, охраняющий проклятое место, недавно был обновлен. На распутывание нового варианта нам с котом понадобилось более получаса. Но в конце концов справились и с этим. Теперь всего шаг через полуразрушенную стену отделял нас от владений мага. Но как же сложно оказалось сделать этот шаг…

Что бы там ни думали Хран с Дамианом, прошлый поход в этот замок дался мне слишком тяжело. И дело не столько во встрече с призраком или с его «зверюшками». И даже не в потере дара. Видение окровавленного мужчины и останавливающегося под моими руками сердца не раз вторгалось в мои ночные кошмары, привнося некое разнообразие в картины убийства моей семьи. Так что это место у меня теперь прочно ассоциировалось со смертью. Возвращаться сюда я вовсе не жаждала, но опять ждать и надеяться, что все разрешится благополучно само по себе, осточертело.

У лорда Клейрона было больше тринадцати лет на то, чтобы раскрыть это дело, имея на руках все исходные данные. Новый виток с наркотиком произошел почти год назад. И мы узнали уйму нового, распутали много подозрительных ниточек. Вот только к разгадке нападения на мою семью так и не приблизились.

Так почему я должна смириться с тем, что на поимку убийцы уйдет еще с десяток лет? Я за эти годы непременно расслаблюсь, уверюсь в своей безопасности, может, даже обзаведусь семьей… А потом мне нанесут удар в спину?! Нет, я не готова ждать непонятно чего и неизвестно сколько времени. Лучше посмотреть своим страхам в лицо и разобраться сразу. Как нас учили на целительском факультете – ломать кости нужно резко, тогда и срастется быстрее.

Глубоко вздохнув, я шагнула через ограду.

Переход опять почувствовался мгновенно. Словно от тебя резко отрубили все звуки. Мертвый лес с засохшими деревьями таинственно молчал. Ни шелеста веток, ни вскриков ночных птиц. Лишь бесконечная тишина и яркие звезды с апельсиновой долькой растущего месяца над головой.

По моим расчетам, никто из хозяйской нежити сегодня бродить не должен. Хотя бы с этой стороны опасности можно не ждать…

– То еще местечко, – поежилась Флора и, вытащив из креплений на икрах широкие изогнутые мечи, мастерски молниеносно прокрутила их в руках.

– Бесполезно, – вздохнула я, проходя мимо нее по направлению к замку. – Те, кого можно впечатлить твоим оружием, сейчас в спячке. А призраку на все твои клинки плевать.

Девушка покосилась на меня, с мрачным вздохом вернула мечи обратно в крепления и поплелась следом за мной и Храном.

– Ты уже доверяешь мне свой затылок? – иронично поинтересовалась она у меня из-за спины.

– Мы на территории некроманта, – спокойно отозвалась я. – Вырубать меня, когда я единственная способна с ним справиться, было бы с твоей стороны самоубийственно. А ты не дура.

– А ты зануда, – проворчала Флора.

Мы обе понимали, что разговор – это лишь попытка заполнить хоть какими-то звуками окружающую нас пугающую тишину. Хран, крадущийся впереди и высматривающий путь, нервно дергал ушами, но не прерывал бессмысленную перебранку. Может, и его это успокаивало.

И вот мы стоим напротив довольно хорошо сохранившегося здания, имевшего лишь видимость запустения.

– Мне только кажется, или на «развалины» в традиционном понимании это походит весьма отдаленно? – тихо поинтересовалась Флора, рассматривая величественное строение.

– То ли еще будет, – грустно усмехнулась я и шагнула внутрь здания.

Там ничего не изменилось. Все те же богато обставленные комнаты, слегка припорошенные пылью да сухими листьями. Хран обогнал меня и опять двинулся первым, внимательно осматривая все коридоры. Правда, когда мы дошли до лестницы на верхние этажи и не наткнулись ни на одну ловушку, я поняла, что смысла идти куда-то дальше нет. Слова о гостеприимстве местного хозяина хорошо отпечатались в памяти.

– Аарон, покажись, – позвала я. – Из нас двоих поговорить больше нужно тебе.

– Маленькая глупая Кэрридуэн заметно осмелела, – прошелестел со смехом призрачный голос, являя нам своего хозяина в двух шагах от окна напротив.

– Шарахс! Какого ж… – прошипела сзади меня Флора, и я даже не знаю, что поразило ее больше, вид призрака или известие о моем происхождении. Вот ведь!

– А ты все такое же трепло, – процедила я презрительно и, наверное, впервые увидела удивление на лице сумасшедшего. Кажется, откровенного хамства он от меня не ожидал.

– Послушай, деточка, – начал с угрозой в голосе мертвый некромант, но я его грубо оборвала:

– Нет уж, наслушалась в прошлый раз, теперь твоя очередь. Ты, конечно, прав по всем пунктам, я маленькая и глупая, а теперь еще и смелая, да. Но ты кое о чем позабыл. Благодаря твоему непосредственному участию я теперь некромант с доступом к темному хранилищу знаний. И на этот раз с позиции силы разговаривать буду я!

Достала из кармана простой стеклянный шарик и показала призраку. И судя по тому, как скривилось его лицо, догадки мои были правильными – ему, мертвому, уровень магического зрения был доступен постоянно.

– Вижу, ты уже и так понял, но все же объясню, как будет проходить наш дальнейший разговор. Если поверхность этого шарика хоть на секунду потеряет контакт с моей ладонью, тебя моментально затянет в него. Радиуса действия этой ловушки должно хватить на всю территорию замка. Попытаешься хоть как-то навредить мне и моим друзьям или я почувствую хоть какое-то сомнение, то – хоп! – и ты внутри стеклянной сферы. Но и это не конец. Я нашла текст того самого ритуала, что привязал тебя к этому месту. И будь уверен, привяжу тебя к замку повторно, только теперь уже без каких-либо ограничений во времени и послаблений. Будешь тут вечно куковать со своими «зверюшками». Надеюсь, теперь тебе понятна моя позиция?

Высказывая мертвецу чистую правду, я старательно изображала непробиваемую уверенность в собственных словах, одновременно со страхом думая о том, что могла предусмотреть не все и у призрака найдется чем удивить меня.

Я ожидала от него в ответ чего угодно: гнева, холодной насмешки, неверия. Но никак не оглушительного хохота.

Мы с недоумением наблюдали, как заходится смехом мертвый некромант.

– Надо же, какой интересный эксперимент получился… – проговорил безумец, резко прервав хохот. – Белый некромант… Такого я и представить не мог. Прекрасный экземпляр. Ты точно сможешь…

Он начал бормотать что-то неразборчивое, отсутствующим взглядом вперившись в меня.

– Аарон? – окликнула я призрака.

– Успокойся, малышка Кэрридуэн, – на его лицо вернулось осмысленное выражение. – Твои спутники меня не интересуют, мне нужна лишь ты, здоровая физически и морально. Я должен кому-то доверить свое детище и теперь понимаю, что ты – идеальный вариант.

– Я не собираюсь принимать твое наследство, – сразу отбросила я его надежды.

– Куда ж ты денешься, милая, – оскалился призрак. – Пусть без твоего согласия привязка будет идти крайне медленно, но она уже началась. А откажешься принять – что ж, тогда мои «зверюшки» пойдут искать своего нового хозяина, и все, кто попадется им на пути, останутся на твоей совести.

Я стиснула зубы, чтобы не выругаться, и сжала кулаки. Знает, гад, на что давить!

– Но это все потом, – отмахнулся он. – А сейчас… я должен показать тебя…

– Аарон, я пришла не для того… – начала я, но он ехидно прервал меня:

– Знаю, что ты явилась с какими-то своими вопросами, но не думала же, что я так просто соглашусь на них ответить? И заметь, я даже не прошу взамен принять наследство, к этому решению ты и сама придешь со временем. Нет, мне всего лишь нужно, чтобы ты спустилась со мной в подвал и на кое-что взглянула. Друзей своих можешь взять. Я даже дам клятву, что не причиню вам никакого вреда.

Аарон взмахнул призрачной ладонью, и я с удивлением увидела, как тонкая нить магии связала наши запястья, а потом исчезла. Клятва принята.

Я с сомнением посмотрела на кота. С одной стороны, уйти теперь, так ничего и не узнав, глупо. А с другой, поверить призраку, даже после его клятвы, с учетом того, что произошло в прошлый раз, пожалуй, еще глупее.

Хран на мгновение задумался и поднял на некроманта взгляд.

– Дай клятву, что потом выведешь нас всех с территории замка целыми и невредимыми как физически, так и психически, – потребовал кот.

– Да пожалуйста, – не стушевался призрак, и еще одна нить, чуть ярче предыдущей, сверкнула на наших руках. – Идемте скорее.

Аарон развернулся и плавно поплыл по коридору. Что ж, мы обезопасили себя как могли. Поэтому, бросив извиняющийся взгляд на хмурую Флору, я последовала за некромантом.

После упоминания призраком подвалов я вспомнила кое-что важное из нашей первой подготовки к проникновению сюда. Старая карта замка и мамина приписка на ней, что кто-то пытался пробраться в подземелье в поисках чего-то.

Все время, пока мы спускались вниз по темной лестнице, некромант что-то бормотал себе под нос. И тот энтузиазм, которым светилось его лицо, внушал мне опасение. Моя рука на стеклянной сфере сжималась все сильнее, я боялась и проворонить момент атаки призрака, и уронить шар случайно. Если случится второе, мы, конечно, будем в безопасности, но дружественно поговорить с Аароном уже вряд ли получится.

Мы все глубже погружались в недра замка. Флора зажгла огонек на руке для освещения каменных ступеней и неодобрительно косилась в мою сторону. Но прежде, чем ее терпение закончилось, мы оказались на самом нижнем уровне. Пять окованных железными прутами дверей, ведущих в различные помещения подвала, были открыты, что наводило на не самые хорошие мысли. У трех из них были раскурочены замки, а две вообще висели на одной петле. Сомневаюсь, что тот, кто тут рылся, оставил хоть уголок необследованным. Так что же такого жаждет показать нам здесь призрак?

– Сюда, – махнул он рукой на каменную стену напротив лестницы. – Здесь она, моя жемчужина, моя лаборатория…

– И как нам туда попасть? – поинтересовалась я, понимая, что вход спрятан.

– Как и всегда, кровью доказав свое право на вход, – оскалился Аарон и, не отрывая от нас безумного взгляда, просочился спиной в каменную кладку.

– Просто чудесно, – пробурчала Флора. – Давай теперь еще тут кровавые ритуалы устроим.

– Нет, погоди, – оборвала я ее, задумавшись над словами некроманта. – Он имел в виду другое. Скорее всего, вход зачарован на кровь его рода. Как тогда, с библиотекой.

– Вот только нам это ничего не дает, – скептично заметил кот. – Потому как из носителей его крови здесь только он сам, да еще и мертвый.

– Аарон! – раздраженно позвала я. – Прекращай свои игры, ты же понимаешь, что мы через стенку не пройдем.

Внезапно каменная кладка перед нами дрогнула, поплыла, и через мгновение в стене появилась арка.

– Вы же не думали, что у меня нет способа открыть комнату изнутри? – невозмутимо заметил призрак, зависший в проходе, развернулся и стремительно поплыл вперед. – Идите за мной!

Как бы мне ни хотелось поскорее во всем разобраться, шагать под неведомую арку, не дождавшись кивка Храна, подтверждающего, что все в порядке, я не стала. А вот уже после этого, сделав глубокий вдох, я зашла внутрь.

Лаборатория была огромна. Множество пожелтевших и запыленных бумаг с разными зарисовками и записями было раскидано по всем поверхностям столов и прикреплено к стенам. Колбы всевозможных размеров и конфигураций, аппараты, о назначении которых я могла только догадываться. Алхимические круги невероятной сложности преобразований, начерченные на полу. Но все это совсем не интересовало сумасшедшего призрака. Он устремился в дальний конец помещения, куда не достигал свет огня на ладошке Флоры, и лишь там, восторженный, остановился.

Мы последовали за ним. И чем ближе подходили, тем больше я недоумевала. Мертвый маг, преисполненный нетерпением, завис над стеклянным, на первый взгляд пустым кубом.

Я бросила вопросительный взгляд на Храна, понадеявшись, что он видит что-то еще.

– Защиты на стекляшке больше, чем над всем этим замком, – прошептал кот. – Но внутри я ничего не вижу.

– Что это? – приблизилась я к призраку, надеясь поскорее разобраться с данным ему обещанием и приступить к своим вопросам.

– Протяни руку, – словно не услышав меня, произнес он, продолжая сверлить взглядом прозрачный куб.

– Я не буду до него дотрагиваться! – решительно заявила Аарону.

Нет уж, там неизвестно какие заклинания навешаны, и я уже достаточно научена горьким опытом, чтобы не совать руки куда попало.

– И не нужно, – раздраженно произнес он. – Просто протяни ладонь, чтобы она была на расстоянии примерно полуметра от стекла.

Мне эта идея все равно не нравилась.

– Ты хочешь, чтобы я ответил на твои вопросы?! – рявкнул сумасшедший маг.

Да, ответы мне определенно нужны, так что, не подходя особо близко, я все же вытянула руку.

– Может, объяснишь хоть, что ты хочешь… – начала, но тут же запнулась, заметив кое-что странное.

Показалось, что отблески света с ладони Флоры, ровно мерцающие на стеклянной поверхности, дернулись. Но в следующий момент поняла, что не показалось. Куб не был пуст. Просто из-за окружающей темноты мы сразу не увидели, что в нем зависает какой-то темный сгусток. А когда я приблизила руку, часть этого черного нечто вдруг вытянулась, и в его глубине сверкнули два еле заметных огонька, словно глаза…

– Откликнулся, – прошептал призрак.

Я тут же отскочила подальше, а клубящаяся тьма молниеносно сжалась обратно в комочек и затерялась в дальнем темном углу своей клетки, до которого не добирался свет.

– Что это? – нервно спросила я.

Мне много чего довелось читать, и ни единого упоминания о чем-то подобном я не встречала.

– Это кусочек мрака, – довольно ответил некромант, проплывая к тому углу, где спряталось нечто.

В то же мгновение оно дернулось, пытаясь выбрать равноудаленное место и от света, и от призрака, и перетекло в другой угол.

– Что, простите? – внезапно прорезался голос у кота.

– Мрак, тот самый, что клубится в глубинах безмирья, охраняя обитель мертвых и души, – с улыбкой проговорил некромант невероятное. – Бессмертная, бесформенная и вездесущая сущность, часть которой мне удалось призвать сюда.

Но это просто невозможно… То, что, по сути, является легендой, сказкой для маленьких…

– Как? – спросил потрясенный Хран.

– С большим трудом, – не стал вдаваться в подробности призрак, продолжая развлекать себя тем, что гонял клубок тьмы по его маленькой клетке.

И мне с каждым мгновением это нравилось все меньше. Не знаю почему, но я ощущала, насколько неприятно этому нечто присутствие некроманта.

– Перестань, – резко оборвала я издевательства, и, что удивительно, Аарон меня послушал. – Почему он так на тебя реагирует?

– Все просто. Мрак призван охранять границы мертвых. Не пускать никого беспокоить души умерших и лишь на мгновение отпускать их на призыв некроманта. Я для него отрицательная аномалия – мертвая душа, пребывающая в мире живых. Из-за долгого пребывания здесь моя сущность слегка поистрепалась, поэтому ему больно от моего присутствия.

Я скривилась. Не совсем понятно в целом, но то, что Аарон специально мучил это нечто, было омерзительно.

– Тогда почему оно потянулось ко мне? – задала я важный для меня вопрос.

– Потому что ты – живая душа, побывавшая в мире мертвых, – произнес он с ухмылкой, а я вздрогнула, понимая, о чем он говорит. – И даже больше, ты светлая душа, да еще с даром некроманта. Некромантов мрак любит, а свет чистой души питает его. Так что ты тоже аномалия для него, но положительная.

Я, затаив дыхание, пристально вглядывалась в отблески на стеклянных гранях. После того как призрак отошел подальше, тьма снова перетекла в центр куба, вытянув свою небольшую часть, где, как мне показалось, блестели глаза, в мою сторону.

– Оно… обладает сознанием? – спросила внезапно охрипшим голосом.

– Еще бы! – рассмеялся безумный маг. – Это же животное, только бессмертное и бесформенное. Но оно может принимать нужную форму по запросу хозяина после привязки.

– Откуда такая уверенность? – подозрительно спросил Хран, тоже напряженно следя за тьмой в кубе.

– Это второй экземпляр! – заявил безумный некромант.

Я с ужасом представила, что где-то по замку бродит такая же свободная тьма, но следующая фраза Аарона меня успокоила.

– Первый был привязан ко мне и погиб вместе со мною, – махнул он рукой в противоположный угол лаборатории, и я заметила там легкие отблески еще одной стеклянной клетки. – Но все же мы успели многое попробовать. Ах, если бы в тот день я не запер его в кубе, исход битвы с племянничком мог быть совсем иным…

– Так что же ты хочешь от меня? Чтобы я привязала его к себе? Прости, но об этом мы не договаривались. Ты обещал, что, если мы сходим вместе с тобой, ты потом ответишь на мои вопросы. И ничего больше!

– Я от своих слов не отказываюсь и ничего больше не буду от тебя требовать, – спокойно изрек призрак. – Просто знай – оно действительно живое и чувствующее и сейчас умирает.

– Ты сказал, что оно бессмертно, – напомнила призраку Флора, подойдя к кубу и с интересом изучая клубящийся мрак внутри.

– Не в полном смысле этого слова, – скривившись, промолвил Аарон. – Этот момент я не успел доработать. Охранники обители мертвых, как и все остальные принадлежащие к безмирью существа, вечны. Здесь уничтожить их тоже невозможно. Но есть один минус – для выживания им нужен хозяин, некая привязка к миру, иначе они просто растворяются в окружающем пространстве и исчезают.

Он развернулся от Вегерос ко мне, помолчал немного и закончил:

– Знай, ему осталось от силы года два. Он слишком долго пробыл здесь без привязки. Но ты можешь его спасти. Нужно лишь капнуть капельку крови на куб, она просочится, попадет на мрак, и готово – он полностью в твоей власти. Захочешь, оставишь его и дальше гнить в клетке, по крайней мере, он не сдохнет, а захочешь – приручишь и станешь дрессировать, как домашнюю собачку… – Аарон посмотрел на меня так, словно предлагал невероятно выгодную сделку.

На несколько минут в лаборатории повисла тишина.

– Я подумаю, – ответила наконец-то.

– Касс! – тут же в унисон прокричали Хран и Флора.

– Я не собираюсь ни на что сейчас соглашаться! – раздраженно сказала им и обратилась к призраку: – А тем более поить своей кровью неведомое существо! Но я не желаю ему смерти. Лишь хочу удостовериться, что это, чем бы оно ни было, действительно безопасно. Поэтому в следующий раз я приду с твоими родственничками, и ты, Аарон, если желаешь спасти свое творение, сам им покажешься и расскажешь все об этом эксперименте. И они уже будут оценивать степень риска.

Существо было действительно жаль, и какой бы тварью ни был Аарон, одно бесспорно – свои творения он обожает и желает им долгой жизни. Но по-глупому ввязываться в очередную историю я не собиралась. Пусть семейство Клейрон разбирается со своим предком. Лучше даже сам лорд Осбеорн. Он более бесстрастен, а Дамиан точно сразу откажет.

– Хорошо, – скривился, но все же согласился маг. – Ты свою часть сделки выполнила, чего хочешь от меня?

Я облегченно выдохнула и приступила к главному:

– Кто-то не единожды пытался проникнуть в подвалы. Они искали эту лабораторию?

– Еще бы, – поддакнул призрак.

– Кто приходил?

– Да маги всякие… Наемники, скорее всего. Мелкая сошка, – отмахнулся некромант. – Спугнуть их несложно. Да тут постоянно кто-то что-то искал. Лет пятнадцать назад особенно усердствовали, а потом затихли.

Пятнадцать лет назад… Довольно близко к времени, когда напали на мою семью. Совпадение? Возможно. А может, и нет.

– Что искали? – спросила без особой надежды.

– Записи по экспериментам с мраком и искали, – как само собой разумеющееся ответил он, а меня это заставило насторожиться.

– Кто мог знать про эти эксперименты? – подала голос Флора.

– Про то, что я пытаюсь вытащить сущность из-за грани, много кто знал, – невозмутимо пожал призрак плечами. – Но о том, насколько успешны мои исследования, эти многие даже не догадывались…

Тупик. Никаких зацепок.

– Ладно, – вздохнула я. – Перейдем к более важным вопросам. Кто поставил в твоем замке ловушку на меня? И кто приходил тогда за мной?

– Приходил кто-то из моих, – ответил призрак. – Почуял, что кровь родная, но кто именно, не знаю. Он в замок не заходил.

– Нет, – недовольно проговорила я. – Кто гнался за мной по коридорам? Дамиан забрал меня уже потом. Но в замке вместе с нами кто-то был.

– Не знаю, – просто ответил некромант, приводя меня в бешенство.

– Не ври! – повысила я тон. – Чьи-то шаги сзади раздавались точно! Да и заклинание кто-то должен был заранее поставить.

– Нет, я не говорю, что никого не было, – возразил маг. – Я говорю, что я не знаю, кто это был. Он скрыл свою ауру каким-то заклинанием на крови.

– Как он выглядел?

– Деточка, я мертв уже пару веков, а зрение доступно лишь живым. Мне все видится по-иному: аура, кровь, сущность, если хочешь, но никак не лица, – ехидно ответил мне Аарон.

– Тогда откуда ты знаешь, что неизвестный скрыл свою ауру? – задала логичный вопрос Флора.

– А ты можешь отличить настоящее лицо от маски комедианта? – спросил боевичку призрак. – Просто я видел, что ему в чужой ауре средненького мага-огневика было явно некомфортно.

– То есть никаких намеков на личность… – обреченно промолвила я.

– Прости, малышка Кэрридуэн, – без капли жалости заявил он.

Аарон не врал. Клятва не позволила бы. Связующая нас невидимая нить, сверкнув, распалась, показав, что обязательства обеих сторон выполнены. Все было зря…

Устало вздохнув, я подошла к ближайшему стулу и, невзирая на пыль, упала на него, чувствуя всю тяжесть мира на плечах. Столько сложностей… И тут тоже тупик. Сколько же можно?..

– Малышка Кэрридуэн, я не дал ответы на твои вопросы, но догадываюсь, чем они вызваны, и могу дать совет, – неожиданно предложил призрак.

– С чего бы это? – подозрительно уставилась я на него.

– Я тебе должен. За твой дар. И за то, что ты позаботишься о моих питомцах, не прошу тебя принять на себя обязательства по наследству. Я уже и так вижу, что ты их не бросишь, ибо слишком добрая и жалостливая. И честно говорю, что пользуюсь твоей жалостью. Поэтому, пожалуй, пару мыслей высказать могу. Слушать их или нет – дело твое.

– Говори!

– Во-первых. Твой вопрос о лаборатории заставил меня задуматься. Действительно, в то время, в течение примерно пяти лет, было много нераскрытых, крайне возмутительных дел. Убийство твоей семьи, попытки неизвестных выяснить хоть что-то про мои исследования в уже опустевшем замке. Эта активность происходила именно пятнадцать лет назад. А еще та кража из королевской сокровищницы… Было еще что-то, сейчас уже не припомню… Я бы на твоем месте составил хронографию событий лет за десять до смерти твоей семьи и постарался выискать состыковки.

В целом мысль неплоха. Я кивнула и спросила:

– А во-вторых?

– А во-вторых, тебе давно пора задуматься, откуда этот некто может так много знать о главной тайне твоей семьи. Про существование самой библиотеки знали все высшие. Но знать, где находятся запечатанные двери, а тем более о том, что библиотека состоит из трех частей, и о какой-то конкретной вещи, раз он столь рьяно стремился именно к артефактам, – это уже действительно странно. Этот человек – или очень близкий семье, или принадлежащий к ней, – усмехнулся некромант.

У меня внутри все заледенело. Аарон прав, вот только то, к чему подвели его изречения, мне совсем не нравится… Надо бы все обдумать в спокойной обстановке и не нервничать раньше времени.

– Спасибо за советы, – поблагодарила я, поднимаясь со стула. – Пожалуй, больше мы тебя задерживать не будем.

– Возвращайся, малышка Кэрридуэн. Можешь даже с друзьями, я не против компании, – загробным голосом рассмеялся маг и растворился в белой дымке.

– Фигляр, – презрительно буркнула Флора.

– Идемте отсюда, – махнула я рукой и направилась к арке.

Прежде чем покинуть лабораторию, обернулась и последний раз посмотрела на стеклянный куб. Сгусток мрака черной пеленой растекся по грани, что была обращена к выходу, словно пытаясь вжаться в нее, а в глубине его сверкали две искорки…

Я мысленно выругалась и рванула к лестнице.

Гадский некромант поймал-таки меня на свою удочку. Да, я слишком жалостливая! И уже сейчас понимаю, что в лепешку расшибусь, но заставлю Дамиана и его отца разобраться с тем, как можно помочь этому существу, охраннику границы мертвых, выдернутому сумасшедшим Аароном в наш мир.

– Значит, Кэрридуэн, да? – подала голос Флора, стоило нам покинуть территорию замка.

– Это долгая и сложная история, – вздохнула я. – У меня нет ни сил, ни желания ее пересказывать, тем более главные факты ты знаешь: в одну ненастную ночь членов моей семьи перебили, а я, как видишь, осталась в живых.

– Насчет главных фактов ты явно преувеличиваешь. Например, во время вашего с призраком разговора всплыл факт про некую библиотеку, из-за которой, как я поняла, и произошло то массовое убийство. Логика мне подсказывает, что нынешнее расследование как-то связано со смертью твоей семьи. Думаю, преступление организовано одним человеком, и принадлежит он к высшим, – с каждым словом все громче и злее говорила девушка.

Да, Флора умна и сообразительна. И то, что она все сложила, учитывая, сколько уже сведений у нее на руках, неудивительно. А вот почему она так злится, я не понимала. О том, что это дело связано с кем-то из высших, она знала с самого начала. Так что же тогда?..

– Я понимаю, что мне организовали большую подставу, – продолжала Вегерос. – Подсунули в подопечные абсолютно неадекватную личность! Скажи, сладкая моя, какого хрена ты влезла в расследование, а не сидела тихой мышью под строгой охраной в замке своего любимого Бриара, а? Да ты же самоубийца! А того, кто целенаправленно пытается себя убить, защищать, просто находясь рядом, бессмысленно! Тебя надо привязать к кровати и лечить насильно!

Я устало вздохнула, разобравшись в причинах ее недовольства.

– Флора, давай не будем сейчас заводить этот разговор. Я уже сотни раз отстаивала свое право на участие в деле. В сто первый раз рассказывать теперь тебе, что найти преступника – это в первую очередь моя обязанность, не буду. Пусть я буду самоубийцей в твоих глазах, но отступать я не намерена, – твердо проговорила, глядя ей в глаза.

Девушка, поджав губы, глубоко вдохнула, выдохнула сквозь зубы и уже более спокойно произнесла:

– Ладно. Как хочешь. Дело твое. Но потрудись в следующий раз, когда будешь подставляться, хотя бы сообщить истинные мотивы своих поступков. Чтобы я реально осознавала степень риска.

– Прости, – потупившись, произнесла я, ведь все-таки она меня защищать приставлена и скрывать от нее размеры опасности было неправильно.

– Я понимаю, – пробурчала Флора. – Но знаешь, что меня поражает? То, что ты вообще смогла уговорить Бриара позволить тебе участвовать в этом. Нет, серьезно, ты просто из мужика веревки вьешь. Вот уж не подумала бы, что он может уступить в таком вопросе, как твоя безопасность, тем более когда угроза более чем реальна.

Я усмехнулась.

– Не знаю насчет веревок, но стоило это мне очень многого. Так же как и ему.

И мы продолжили путь в тишине.

– Ладно, – спустя десять минут хода снова заговорила Флора. – Подведем итоги сегодняшней ночи. Получается, сходили зря. Никакой точной информации призрак тебе не дал. Так еще и повесил обязательства дополнительные.

– Я надеюсь, ты несерьезно говорила про то существо? – с явной угрозой в голосе спросил у меня кот, сверкая глазами.

Я тяжко вздохнула, предчувствуя дальнейшее возмущение.

– Хран, оно же живое, – сказала тихо и попыталась смягчить следующую фразу: – Оно не виновато, что сумасшедший некромант вытащил его из привычной среды обитания, а теперь мучает и постепенно убивает.

– Касс!.. – возмущенно начал он, но я не дала ему закончить.

– Я не говорю, что тут же кинусь спасать его, но поговорить с кем-то понимающим в теме потусторонних существ, поискать информацию в библиотеке – вполне могу. Тем более неясно, как надолго теперь затянется расследование. Мне придется все рассказать Дамиану, и он, естественно, запрет меня в доме, поэтому времени для изучения этого вопроса будет достаточно.

– Ладно, – немного помолчав, согласился Хран. – Подумать можно, но вот совершать опрометчивые поступки ты не будешь, не так ли?

Он пристально взглянул на меня, а я послушно кивнула.

– Нам и без этого существа будет о чем подумать. Как насчет тех подсказок, что дал нам псих? – напомнила Флора.

– Даже не знаю… – покачала я головой. – Определить, с кем моя семья была особенно близка, – это просто, род Клейрон. Но ведь возможно, что знания о библиотеке достались кому-то по наследству, а выяснить, с кем были дружны далекие предки, куда сложнее. С родственными связями все же проще, достаточно найти фамильное древо. Думаю, в той же библиотеке будут нужные сведения.

– А вот я бы не рассчитывала, что с родственниками будет проще, – возразила девушка.

– Почему?

– Вспомни, что тебе говорил Вилмар: количество высших родов ограничено. В итоге полезешь и поймешь – каждый кому-то приходится дальним или не очень родственником, – напомнила Флора кажущийся уже таким давним разговор.

– Но посмотреть все равно нужно, – стояла я на своем. – Да и дальних можно будет сразу отмести, слишком важная тайна, это был кто-то близкий.

– В любом случае разобраться без дополнительных материалов в связях твоих предков не получится, – заявила Вегерос. – А так как идти нам еще долго, предлагаю обсудить вторую часть подсказки.

– Ты про самые громкие преступления? Я не смогу вот так с ходу назвать что-то, помимо озвученного призраком. Чтобы найти связь между этим всем, дела надо тщательно изучить.

– Мы эти дела на занятиях в академии подробно разбирали, – заметила девушка. – Так что давай думать. Какой прок нашему неизвестному преступнику от исследований психа Аарона?

– Если факт того, что призраку удалось вытащить из-за грани существо, вряд ли известен, то вариант «преступник решил завладеть тьмой из безмирья ради вселенского господства» можно отмести, – задумчиво проговорила я.

– А какие варианты остаются?

– Либо самому вытащить из-за грани какую-то тварь…

– Либо? – подтолкнула меня к дальнейшим рассуждениям Флора, заметив, что я замялась.

– Не понравилось мне, как часто Аарон упоминал слово «бессмертие». Возможно, преступник хотел выведать у некроманта способ жить вечно…

– Даже не знаю, какой из вариантов хуже, – мрачно проговорил кот.

Я кивнула, соглашаясь с ним.

– Давайте продолжим. Кража из королевской сокровищницы. Какие у кого мысли? – спросила Флора.

– Помню, на общей лекции, когда Дамиан у нас заменял преподавателя, что-то такое звучало, но подробности, к сожалению, уже забыла, – поморщилась я.

– Не так уж и много сказано было… – пожала плечами Вегерос. – Из сокровищницы неведомо как пропало колье, относящееся к родовым артефактам и обеспечивающее охрану владельца от любых опасностей, в том числе физических ран, ядов и смертельных болезней. Пропажа была замечена императрицей. Защита сокровищницы, рассчитанная на открытие только членами императорской семьи, взломана не была. Как вор туда проник, осталось загадкой. Через неделю драгоценность обнаружили на своем месте в целости и сохранности. Вот и все, что мне известно.

– Тот факт, что колье должно защищать от любой опасности, возвращает меня к мысли о бессмертии, – вздохнула я. – Точнее, о потенциальной неуязвимости. И в сочетании с предыдущими выводами об исследованиях некроманта картинка вырисовывается все хуже и хуже.

– Но колье ведь вернули, – заметила девушка. – Значит, не смогли никак задействовать или посчитали бесполезным и избавились.

– Либо разобрались в механизмах его работы и создали точную копию. Колье императорской семьи не та вещь, которую рискнут у себя долго хранить, – возразил ей кот.

– Согласна с Храном, – сказала я.

– Почему? – удивилась Флора.

– Потому что если сумели вскрыть императорскую сокровищницу, на которой, скорее всего, стояла защита на крови, то и драгоценность, несмотря на то что она родовая, могли активизировать по тому же принципу. У высших все всегда сводится к крови, – заявила я, припомнив, как много заклинаний на крови мне повстречалось в последнее время.

Да! Вот что зацепило меня, когда призрак упомянул об этом деле!

– Кража точно связана с нашим убийцей, – озвучила осенившую меня мысль. – Аарон сказал, что кто-то с помощью заклинания прикрылся чужой аурой. А вот теперь стоит задуматься, по какому же признаку пропускает защита на крови? Вряд ли для всех заклинаний обязательно мазать стены своей кровью. Что, если оно ориентируется по ауре? По каким-то характерным меткам в ней? Все же заклинание – это не живой разум, его обмануть проще, чем призрака.

– Может быть… – задумчиво проговорил Хран.

– Но как во всю эту историю с бессмертием и неуязвимостью вписывается твоя семья? – спросила Флора.

– Библиотека. Я даже не представляю, что там еще может храниться, тем более в хранилище артефактов. А вдруг там какой-нибудь жезл всемогущества или корона бессмертия?.. Поэтому убийство моей семьи вполне вписывается в эту историю.

– Короче, все плохо, – резюмировала Флора.

Вот уж действительно. Возможно, мы просто не вспомнили всего, но пока что подсказка Аарона нас ни к чему не привела.

Оставшийся путь проделали в молчании. Впечатлений хватало всем, да и усталость брала свое. Все же всю ночь гуляли по окрестностям, рассвет не за горами.

С защитой на заборе вокруг дома пришлось опять повозиться, и когда мы уже прокрались к стене, встала другая проблема.

– Не надо было веревку отвязывать, – пробормотала я, разглядывая распахнутое окно своей комнаты над нами. – Как мы теперь туда заберемся?

– Плевать, – отмахнулась Флора. – Все равно весь дом спит, залезем в нижнее окно и просто поднимемся по лестнице.

Девушка бесшумно открыла створку и лихо перемахнула в гостиную.

– Аккуратнее, не сбей ничего по пути, – обернулась она ко мне. – Не хватало еще грохотом всех перебудить, когда уже успешно вернулись.

– Не учи ученого, – устало огрызнулась в ответ. – Не первый раз в окна влезаю.

– С каждым часом ты удивляешь меня все больше, – усмехнулась девушка. – Неужели ты еще и грабежом промышляла?

Я лишь лениво отмахнулась. Слишком долго объяснять все мои непростые отношения с законом и вскрытием закрытых учреждений.

– Я надеюсь, ты сейчас не рванешь в библиотеку проверять наши теории? – с легкой угрозой в голосе поинтересовался кот.

– Нет, – успокоила я его. – Толку все равно не будет. Нужно поспать и прийти в себя, а там уже можно будет снова в архивы.

– Хран, мы с тобой стали свидетелями редкого явления – проблеска разума у Касс, – съязвила Вегерос.

Огрызаться не хотелось. Мы тихо пробрались до своих комнат, к счастью, не встретив никого из прислуги.

– Меня до обеда не трогать, – пробурчала боевичка, закрывая за собой дверь.

Я рассчитывала на то же самое. Сегодняшний поход меня совершенно вымотал, и не осталось сил на размышления о том, что нам поведал и показал призрак. Поэтому, кое-как стянув с себя одежду, я провалилась в глубокий сон, даже толком не расслышав, что там пробурчал мне Хран.

А ночью случился первый приступ.

Мне снилась тьма, которая, казалось, должна быть теплой и ластиться к рукам. Я чувствовала, что она мне родная, что это живое воплощение моей стихии, но почему-то именно сейчас тьма настроена против меня. Едким черным дымом она забивалась в мои легкие, обволакивала, и дышать становилось все тяжелее. А издалека доносились смутно знакомые голоса…

– Позови ее, – настаивал один.

– Нет, – хрипло и надсадно отвечал второй.

– Зови!

– Ни за что…

– Ты же знаешь, что я своего все равно добьюсь, – как-то устало и раздраженно заметил первый, а второй в ответ гулко хмыкнул:

– Похоже, не я один страдаю излишней самоуверенностью…

И я резко проснулась.

Из-за зашторенных окон уже пробивались яркие лучи, свидетельствующие, что утро наступило, только выспавшейся я себя не чувствовала. В комнате стояла жуткая духота. Пришлось подняться и, жмурясь от солнца, распахнуть окно. Дышать стало легче, но ощущение тяжести в груди не прошло.

«Продуло, наверное. Горло побаливает, надо будет противопростудного зелья выпить», – отстраненно подумала я, вернулась в кровать и опять провалилась в сон.

В следующий раз, когда я проснулась, солнце уже стояло в зените. И не то чтобы я чувствовала себя отдохнувшей, но дальше валяться в кровати просто не видела смысла. Впереди ждал кропотливый поиск в архивах. Храна в комнате я не увидела и предположила, что он уже убежал в библиотеку искать подсказки.

Тяжесть в груди, мешавшая дышать и разбудившая меня утром, так и не исчезла, из чего я с сожалением заключила, что умудрилась подхватить не просто простуду и воспаление уже переползло на легкие. Неприятно, но не смертельно, запас лечебных зелий у меня остался. Пара капель в чай, и уже к вечеру я буду в полном порядке.

В столовой я встретила заспанную и недовольную Флору.

– Какие у нас планы на сегодня? – вяло поинтересовалась она.

– Бумаги, бумаги и еще раз бумаги, – ответила, капая в чашку с горячим чаем лекарство из маленькой бутылочки. – Подозреваю, что раз Храна нет, он уже роется в архивах, скорее всего, в моей генеалогии. Значит, на нас с тобой библиотека Дамиана и последние преступления.

– И что ты хочешь там найти?

– Если бы я сама знала… Сделаем хронологию всех знаковых событий за последние лет… ну, семнадцать, навскидку. Вдруг что-нибудь и заметим…

В дальнем углу кабинета Бриара мы нашли целый стеллаж с периодикой за последние двадцать пять лет и приступили к изучению. Информации было очень много, и осложнялось все тем, что мы сами толком не знали, какие сведения нужные, а на что не стоит обращать внимания, потому и приходилось выписывать чуть ли не все подряд. Сняли с поста министра внутренних дел семнадцать лет назад? Записываем, вдруг он затаил злобу на императорский род. Умер через год от старости? Тоже запишем, смерть от старости понятие неопределенное, и у бывшего министра вполне могли оказаться родственники, возжелавшие отомстить.

– А записывать только подозрительные случаи? – внезапно поинтересовалась Флора.

– В каком смысле? – отвлеклась я от прочтения очередной статьи.

– Вот, например, шестнадцать лет назад после долгой болезни скончалась Триша Элидир, первая жена Руна. А почти семнадцать лет назад от сердечного приступа умер лорд Битан, муж злобной старушенции, что на нас опыты ставила, – зло процедила Флора, но, встряхнувшись, вернулась к нормальному тону и продолжила: – Она, кстати, только после его смерти получила главную должность в Королевском госпитале. Не удивлюсь, что она же и подсидела муженька. Но это мои домыслы. А вот факты в том, что старичок давно с сердцем мучился, поэтому его смерть подозрительной все же мне не кажется. Так же как и кончина несчастной Триши – она лет пять больная пролежала. Но эти два события довольно значимы. Поэтому и спрашиваю, писать или нет?

Я задумалась… Вроде они не кажутся подозрительными, но опять упустить что-либо не хотелось, поэтому я решительно заявила:

– Пиши, – и вернулась к своей стопке журналов.

Но не успела перевернуть страницу, как внезапно сдавило грудную клетку, не давая сделать полноценного вдоха, в глазах потемнело, а голову заполнил звон и шум, в котором мне чудился чей-то раздраженный, рычащий голос. И пока я судорожно делала частые вдохи, схватившись руками за горло, пытаясь заполнить легкие кислородом, тьма в глазах медленно расползлась, а шум утих.

– Эй, Касс, ты чего?! – Флора испуганно склонилась надо мной и обмахивала одним из журналов, разбросанных вокруг нас веером на полу. – Что случилось, кого позвать?

– Все нормально, – выдохнула я, восстанавливая дыхание. – Просто вчерашняя прогулка утомила…

– А ты уверена, что это не от мерзкого призрака подарок? – подозрительно посмотрела она на меня.

– Нет, если бы мы что-то оттуда с собой принесли, Хран бы заметил. По симптомам похоже на нервное истощение. Обмороки, шум в ушах, нехватка воздуха. Отдохну и приду в норму, – и, видя, что мои доводы ее не особо убедили, поспешила сменить тему: – А почему ты старуху Деланей подозреваешь в причастности к смерти мужа? Личная неприязнь или еще что?

– Не знаю, – задумчиво протянула девушка, наконец прекратив меня обмахивать пыльным журналом. – Просто странно как-то. Нет, я понимаю, что лорд уже в возрасте был, и про сердце написали, что у него уже были какие-то проблемы, но для меня это все равно подозрительно. Знаешь, какой он целитель сильный был? Ни одной неудачной операции. Ни одного потерянного пациента. Просто лекарь от Бога. Мужик чуть ли не с того света таких доходяг вытаскивал, а тут на тебе, скончался от сердечного приступа в собственном кабинете в больнице. Как-то это… неправильно, что ли…

– Сапожник без сапог, – грустно усмехнулась я. – Такое часто бывает. Лечить себя гораздо сложнее, чем других, особенно при заболеваниях внутренних органов. А учитывая, что, как ты говоришь, лекарем он был прекрасным, возможно, сказалось слишком частое и интенсивное обращение к дару. Вычерпывал себя до конца, вот организм и не справлялся.

– Тут примерно то же самое написали, – согласилась она, кивнув на журнал, лежащий перед ней на столе. – Говорят еще, что его сильно подкосила неудача с Тришей Элидир. Вроде как единственный такой случай за всю его практику.

– В каком смысле? – удивилась я. – Он же раньше ее помер.

– Это да. Вот только он был ее лечащим врачом. Он же ей и поставил смертельный диагноз. И понятно, что он-то тут ни в чем не виноват: не он же ее заразил и ничем помочь не был способен в принципе – болезнь неизлечима была. Но все равно обидно. Таких доходяг выхаживал, а молодую женщину спасти не мог. На этом и перегорел его целительский энтузиазм…

У меня в голове словно щелкнуло что-то, пронеслись обрывки фраз: «…с того света вытаскивал…», «…колье, обеспечивающее полную защиту владельца от любых опасностей, в том числе физических ран, ядов и смертельных болезней…», «…ему удалось вытащить из-за грани существо…», «…жена-красавица, без которой он жить не мог…».

А еще то, что я умирала, но почему-то потом оказалась живая на пороге приюта.

– Это он… – прошептала я.

– Что? – не поняла меня девушка.

– Рун Элидир, – пробормотала, подняв на Флору ошалевший взгляд. – Это он убийца. И он вовсе не пытается стать бессмертным. Он хочет воскресить свою мертвую жену.

Вегерос от такого заявления нахмурилась, пытаясь сопоставить события.

– Нет, давай сначала хорошенько подумаем и все разложим по полочкам, – не стала она спешить с выводами. – Что у нас идет первым по порядку? Смерть Триши Элидир.

– Нет, – тихо возразила я. – Первой идет смерть лорда Битана.

– Почему? Ты же сама говорила, он умер раньше.

– Лорд обрек любимую Элидира на смерть. Выдал ей смертный приговор и сложил руки, сказав, что не в силах что-либо сделать, – все больше верила я в свою правоту. Потому что… я понимала его мотивы как никто другой. Я фактически была на его месте.

– Но он же не мог ничего сделать! – возмутилась Флора.

– А тебя бы это волновало? – подняла я на нее усталый взгляд. – Он спасал сотни, если не тысячи совершенно незнакомых и, возможно, никчемных людей. А над единственной дорогой Элидиру женщиной, с которым сам лорд Битан, несомненно, был знаком, просто развел руками, сказав, что не в силах помочь. Скорее всего, именно тогда Рун поехал головой. И сорвался первый раз, убив «палача».

– Ладно, допустим, твои выводы верны, идем дальше, – старалась казаться спокойной девушка, но я видела, что от напряжения у нее уже руки начали подрагивать, а у меня снова начинало гудеть в ушах и дышать стало тяжелее.

– Опыты Аарона по вытаскиванию сущности из-за грани. Элидиру нужен был способ вытащить душу жены из загробного мира, и наработки некроманта для этого подходили как ничто другое, – слабым голосом продолжала я. – Очевидно, Триша не была погребена, и Рун как-то сохраняет ее тело, но все с той же болезнью внутри. И сюда прекрасно вписывается похищение колье из императорской сокровищницы. Велика вероятность, что даже если он вернет душу в тело, то воскрешенная женщина просто умрет повторно, а значит, болезнь надо уничтожить или хотя бы купировать. Здесь и пригодится колье, которое способно защитить от любой опасности, в том числе и от смертельного недуга. А вернул Элидир колье потому, что разобрался и создал нечто подобное, так как оригинал действует только на представителей императорской семьи.

– А при чем здесь твоя семья? – нахмурилась боевичка.

– В библиотеке, которую охраняет мой род, содержатся сведения о лекарствах против неизлечимых болезней. Но его интересовало кое-что другое. Похоже, он каким-то образом оказался осведомлен о тайнах моей семьи куда лучше, чем я. Судя по всему, где-то в хранилище имеется артефакт, позволяющий воскресить мертвого.

Девушка пораженно уставилась на меня, а я лишь горько усмехнулась. Какая злая ирония судьбы… вещь, которая спасла мою жизнь, явилась причиной уничтожения моей семьи.

– Но, Касс… – осторожно начала она. – Мы же уже исключили Элидира из списка подозреваемых, у него же алиби на тот вечер на балу. Причем более чем убедительное.

– Да, алиби. Он представлял новую разработку императору. А знаешь какую? Зелье-артефакт, позволяющее обычному человеку ненадолго получить силу мага. И исходя из моих знаний алхимии и артефактики, на основе подобного состава можно сотворить зелье, позволяющее прикрыть свою ауру аурой другого человека.

– Тот, кто приходил в замок к некроманту… – пробормотала она.

Я кивнула и продолжила:

– При наличии таких зелий вполне возможно и существование третьего – позволяющего обмануть магию крови, чтобы она твою кровь считала за кровь другого. И вот пожалуйста, мы получаем ответ, как он вскрыл императорскую сокровищницу. А также теперь вполне объяснимо его алиби – он просто отправил кого-то закончить ритуал, как раз ради того, чтобы исключить себя из числа подозреваемых. Сама библиотека его не так уж волновала. Ему было нужно хранилище, а чтобы добраться до него, пришлось сначала открыть две другие части.

– Действительно… все сходится, – пробормотала девушка.

От напряжения у меня снова начало все расплываться перед глазами. Такими темпами я сама доконаю себя куда быстрее, чем любой убийца.

– Касс! – внезапно раздался голос от двери, заставивший нас вздрогнуть. – Касс, я кое-что нашел!

Из-за стеллажа выскочил Хран и тут же застыл, словно врезавшись во что-то.

– Элидир? – спросила я, просто чтобы удостовериться.

– Нет, – растерянно пробормотал кот, впившись в меня взглядом. – То есть да, но дело не в этом.

– А в чем? – апатично спросила я, чувствуя, как шум в ушах усиливается.

– Касс, связь твоей ауры с Дамианом… – проговорил Хран, пристально всматриваясь. – Она как-то странно светится и пульсирует. Касс…

Он еще что-то говорил, но все потонуло в шуме, и я явственно различила злой голос, требующий: «Зови!» – и вспомнила сегодняшний сон, после которого мне и стало плохо.

– Дамиан… – прошептала я, поняв причину своего состояния. – С ним что-то случилось! Элидир до него добрался! Он еще ночью пытался со мной связаться и предупредить, а я, глупая, решила, что просто кошмар очередной!

Я вскочила со стула, не обращая внимания на тяжесть в груди и недостаток воздуха.

– Нет, Касс, – пробормотал хранитель. – Он не связаться пытался. Если судить по связи, все совсем наоборот. Бриар пытается ее разорвать.

Ноги мгновенно подкосились, и я кулем осела на пол.

– Зачем? – спросила тихо.

Хранитель замялся.

– Зачем?! Говори! – не выдержав, закричала я.

– Ваша связь почему-то крепче, чем должна быть. Это не уровень опекун – подопечный, а гораздо сильнее. Возможно, дело в ваших чувствах друг к другу. Поэтому ты ловила отголоски его эмоций. И в таком случае разрыв связи по причине… смерти одного из вас может рикошетом ударить и по второму. Если ты права и он у Элидира… В общем, Дамиан опасается худшего варианта.

В душе все оборвалось. Опасается, что в случае его смерти меня заденет отдачей от связи? Как будто не будь этой связи, меня бы его смерть никак не задела. Их было уже слишком много, и повторного оплакивания его окровавленного тела я точно не переживу.

– Нет уж, хватит с меня. Я не дам ему умереть! – решительно поднялась я, придерживаясь за стеллаж.

– Касс, ты еле на ногах стоишь и ничего сделать не сможешь, – осадил меня Хран. – Нужно срочно связаться с отцом Дамиана и сообщить все, что мы узнали.

– Это займет слишком много времени, – горько усмехнулась я. – У нас его нет. Пока магистр еще не порвал нашу связь, есть возможность до него добраться, а иначе потом мы его не найдем.

– Касс, дух-хранитель рода при поддержке лорда его разыщет, – все еще пытался переубедить меня кот.

– Если только сам Элидир не перекроет и эту связь. Ведь ты же не смог оказаться рядом с моими родными, когда их убивали. Ты этого даже не почувствовал. Значит, нет никакой гарантии, что в этот раз не окажется так же, – ответила я.

Понимала, что била по больному, что Хран и так винит себя в случившемся, но если я не уговорю его сейчас помочь, то могу потерять последнего дорогого мне человека.

От моих слов кот весь сжался, но, пожалуй, именно сейчас его чувство вины было мне на пользу.

– А что ты сделать сможешь, смелая ты наша? – неожиданно вступилась за хранителя Флора, раздраженно рассматривая меня. – Убить злодея своим несчастным видом или затопить горючими слезами?

– Я дам то, что ему нужно, – уверенно проговорила, не поддавшись на подначки. – Свою кровь и доступ в хранилище.

– С ума сошла?! – мгновенно ощерился кот. – Мы же даже толком не знаем, что он собирается делать. А если он просто сумасшедший, мечтающий весь мир утопить в крови?

– Нет, Хран, не собирается он ни мир уничтожать, ни становиться бессмертным. Все гораздо прозаичнее, он хочет вернуть свою жену, – поделилась я нашими выводами.

– Как только он получит то, что хочет, вы с Дамианом ему уже будете не нужны и он вас просто уничтожит, – сказала Флора, сверля меня взглядом.

– Зато я выиграю вам время на поиски лорда Осбеорна и придумывания, как вытащить нас оттуда, – пожала я плечами.

– И как ты собираешься туда попасть? – обреченно спросил Хран, понимая, что отговорить меня уже не сможет.

– Дамиан говорил, что благодаря связи наших аур он всегда сможет узнать, где я нахожусь, и перенестись ко мне. Если связь между нами, как ты говоришь, куда крепче, чем должна быть, значит, велика вероятность, что и я смогу к нему перенестись.

– Ненаправленный портал? Ты его не создашь, тебе не хватит ни сил, ни умений, – покачал головой кот.

– Я не буду его делать сама. Ты сплетешь рисунок из моей энергии, и плюс у меня еще сохранилось несколько накопителей, которые я сама наполняла. Этого должно хватить.

– На перенос тебя одной, возможно, – нервно заметил он.

– А больше никто и не понадобится. Руну нужна именно я, и, боюсь, велика вероятность, что любого, кто придет вместе со мной, он сразу убьет. Ни тебе, ни Флоре нечего противопоставить высшему. Так что давай не будем тратить время. Я в спальню за накопителями, а ты пока можешь найти книгу со схемами порталов, если ты подзабыл. Флора, на тебе письмо лорду Осбеорну и любому, с кем ты посчитаешь нужным сейчас связаться, – уверенно раздавала я приказы, на самом деле трясясь от ужаса.

Я безумно устала терять близких людей, бояться за свою жизнь и жизни окружающих меня. Честно говоря, мне уже не так важно, чем сегодня все закончится, – меня больше греет мысль, что оно закончится в принципе. Плохо ли, хорошо ли, не знаю, но, по крайней мере, этой жуткой неопределенности в моей жизни уже не будет.

Накопителей у меня нашлось целых три штуки, и Храну не пришлось долго искать нужную книгу.

– Ты уверена, Касс? – в очередной раз спросил кот. – Мне придется вычистить твой резерв практически подчистую, чтобы сил хватило на заклинание. Ты попадешь туда совсем ослабленная.

– Неважно, я бы все равно вряд ли смогла с ним драться, – отмахнулась я.

– Тогда я начну, а ты старайся сосредоточиться на тех самых ощущениях, которые тебя душат. Это связь натягивает ауру. Ты говорила, что слышала какие-то голоса, пытайся сконцентрироваться на них. Поймать хоть какой-то звук от Дамиана. Чем лучше сосредоточишься, тем больше вероятность, что тебя перенесет именно к нему, а не выбросит где-то на середине пути, – напряженно проговорил кот.

Я понимала его переживания. В тот раз он не смог прийти и хоть как-то защитить мою семью, а теперь ему приходится отправлять меня в руки врага.

– Хран… – Я встала перед ним на колени и запустила пальцы в теплую шерсть на его шее. – Не бойся, я сделаю все возможное и невозможное, чтобы выжить. В прошлый раз ведь получилось. И я верю, что ты меня найдешь.

– Как? – поднял он на меня глаза, полные обреченности. – Ты ведь права, Элидир вполне мог каким-то образом заблокировать связь с родовым духом…

– Но ты забыл про другую нашу связь, – напомнила я. – Мы с тобой связаны клятвой крови. И об этом Рун знать не может. Как и быть уверенным в том, что ты вообще жив. Так что не переживай. И давай уже займемся делом.

Я улыбнулась хранителю и закрыла глаза, стараясь настроиться на неприятные ощущения, которые еще не пропали, но стали слабее. И это меня пугало. Я боялась, что еще немного, и Дамиан добьется своего, оборвет связь, и мы его уже не найдем.

Я почувствовала, когда хранитель стал тянуть из меня магию на построение портала, но сконцентрировалась на легком гуле в ушах и на тянущем чувстве в груди. Дышать становилось все тяжелее, и шум усилился, вот только я не была уверена, не является ли это предвестником магического истощения. Но через несколько мгновений я разобрала в монотонном гуле два голоса, один усталый, а второй раздраженный. Я пыталась услышать, о чем они говорят, но безуспешно. Так продлилось еще несколько минут. Воздуха не хватало, голова тяжелела, и я уже просто молилась, чтобы Хран закончил побыстрее, иначе я туда явлюсь не просто обессиленной, а бездыханной.

– Пора! – донесся до меня голос кота сквозь шум в голове. – Удачи тебе, Касс.

Я смогла лишь кивнуть.

А после – чувство, словно пол подо мной провалился и я куда-то бесконечно долго падаю. Воздуха в легких не осталось совсем, и я, зажмурившись, стараюсь держаться ускользающим сознанием за то затихающие, то становящиеся ближе голоса…

Я с грохотом упала на каменный пол, хорошенько приложившись об него поясницей, и сделала первый судорожный вдох полной грудью, избавившись наконец от давления в груди.

– Леди Кэрридуэн, а вы не торопились, – прозвучал знакомый голос, подтвердивший, что в своих выводах мы не ошиблись. – Мы вас уже полдня ждем.

Все еще немного задыхаясь и кривясь от боли в спине, я постаралась как можно быстрее подняться на ноги. Бегло осмотревшись, поняла, что нахожусь в сумрачном, довольно большом помещении без окон с виднеющимися у дальней стены силуэтами столов, заставленных какими-то приборами. Наверняка это рабочая мастерская в подвале.

Подняла взгляд на говорившего. Рун Элидир, талантливый изобретатель, апатичный и тихий на вид, когда дело не касается каких-то открытий. И, как оказалось, его жены. Глупо было ожидать, что я определю убийцу всего по одной встрече, но то, что злодеем оказался именно он, было… неприятно. Слишком много знакомых по себе черт я видела в нем. Пугающе много. Неужели, если бы прошла еще пара десятков лет, прежде чем нашли убийцу, я бы стала такой же? Способной на что угодно, лишь бы добраться до своей цели?..

– Не удивлена? – с легким интересом рассматривал меня по-прежнему слегка неряшливый и, казалось, словно потерянный в своих мыслях мужчина. – Неужели знала, кого тут встретишь?

– Знала, – коротко кивнула я, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

– Поразительно умна, – кажется, удивился он. – Видимо, кровь дает о себе знать. Хотя, наверное, я преувеличиваю… Была бы действительно умна, то не пришла бы сюда.

На это замечание предпочла не реагировать. Одно я уже заучила, не всегда в этой жизни стоит полагаться на ум. Я пришла сюда по воле сердца, и пытаться объяснить это убийце – бессмысленно. Хотя… он-то как раз мой выбор должен был понять.

– Вот видишь, а ты говорил, что я слишком самоуверен, – обратился он вроде в мою сторону, но смотрел не на меня. – Это не самоуверенность, а опыт и знания.

– Что ж, у каждого из нас в жизни бывают разочарования, и мое, похоже, только что пришло, – раздался хриплый голос у меня из-за спины.

Я резко обернулась и едва сдержала крик.

Дамиан!

В каком-то черном, мерцающем, узорчатом круге, на коленях, тяжело опершись руками на пол, словно даже в таком положении он удерживает себя с трудом. Вот тогда мне стало действительно страшно… Ведь я верила в Дамиана и считала, что он справится практически с чем угодно, а сейчас видеть его таким разбитым было пугающе. Черты лица магистра исказились, стали острее, и весь он был покрыт какой-то призрачной черной дымкой. И только взгляд оказался твердым и злым. Что-то подобное я уже однажды видела, когда Бриар впал в бешенство. Словно проявилась его внутренняя темная сущность. Но если в прошлый раз это был признак крайней ярости, то сейчас, скорее, защитный механизм.

Горько усмехнулась. Что он там сказал про разочарования? Кажется, я стану для него самым большим. Что ж, он сам мне когда-то говорил: пусть злая и ненавидящая, главное, что живая. Если мой глупый поступок спасет ему жизнь, ненависть его я как-нибудь переживу.

– Что это? – тихо спросила я, сделав шаг ближе к магистру и указав рукой на контур, окружающий его, но пересечь черту не рискнула.

– Одна из моих разработок, – с гордостью в голосе отозвался Элидир. – Очень интересный эффект, выявленный мной при другом исследовании. Этот круг плюс еще кое-какое заклинание, и сила мага начинает действовать против него самого. Чем больше он пытается противостоять, тем агрессивнее становится магия. Но ты, если хочешь, можешь зайти внутрь. Тебе она вреда не причинит, каждый круг выстраивается индивидуально под носителя определенной магии. Так что с тобой все будет в порядке, а вот пытаться его вытащить оттуда не советую. Чревато последствиями.

Я, уже не слушая изобретателя, шагнула в круг, опустившись на колени рядом с Дамианом.

– Зачем?.. – еле слышно выдохнул он, словно один только мой вид доставлял ему боль.

– Ты же знаешь, какая я безрассудно смелая. Разве могла пропустить такую особо извращенную возможность покончить с собой? – увидев недоумение и страх за меня в глазах Дамиана, улыбнулась и, взяв его лицо в свои ладони, легко погладила по острым скулам. – Представляю, с каким наслаждением ты будешь меня убивать после того, как все это закончится. Думаю, прямо сейчас ты решаешь, в какой именно из башен своего замка заточить меня на ближайшую сотню лет…

Я пыталась хоть как-то приободрить его и при этом самой не расплакаться.

– Даже не надейся, – слабо усмехнулся он в ответ. – После этого непослушания башни тебе уже не светят. Только самые глубокие подвалы, магически огражденные, без окон и с одной железной дверью.

– Договорились, – прошептала в ответ, легко касаясь его губ своими.

– Это все, конечно, очень мило, но мы здесь собрались для другого, – вмешался в наш разговор Элидир. – И раз уж ты убедилась, что Бриар более-менее в порядке, перейдем к делу. На всякий случай предупреждаю, что долго он в этом круге не продержится, так что чем быстрее мы обсудим условия его освобождения, тем быстрее вы отправитесь домой выяснять отношения дальше.

– Мы не будем ничего обсуждать, – резко оборвала я его. – Вести переговоры с шантажистами – гиблое дело.

Пожалуй, вот теперь мне действительно удалось удивить, причем их обоих. И если Дамиан все же воплощал молчаливую поддержку моему решению, то Рун, похоже, даже слов не находил. Он рассматривал меня с настоящим интересом, словно очередную загадку, требующую срочного решения.

– Не ожидал от тебя такого, Кассандра, – наконец проговорил он. – После такой нежной встречи так резко объявляешь о своей готовности пожертвовать жизнью Бриара ради каких-то там принципов? Кажется, я все это время сильно недооценивал тебя. Подобная расчетливость меня впечатляет.

Я скривилась. Из уст того, кто убил такое количество людей ради, возможно, несбыточного, эгоистичного желания вернуть к жизни любимую женщину, эта фраза звучала особенно лицемерно.

– Что ж, это неожиданно, но у меня есть верный способ убедить тебя… – продолжил изобретатель.

– Ты неправильно понял, – сделала я шаг к нему, выходя за пределы круга. – Я не буду с тобой ничего обсуждать. Я сразу согласна на все.

Второй раз за несколько минут я лишила злодея слов. А вот у Дамиана, несмотря на тяжелую борьбу с собственной магией, голос прорезался. Да еще какой. От угрожающего «Ка-а-а-ас!» вздрогнул даже непробиваемый изобретатель.

– Не беспокойся, Дейм. – Я ему мягко улыбнулась. – Если бы не была уверена, что Рун не собирается становиться бессмертным или захватывать власть над миром, я бы так легко не согласилась.

– Как ты узнала?.. – судя по хриплому шепоту Элидира, мне удалось его пронять.

– Догадалась. Жаль, что так поздно, всего меньше часа назад, но все же.

– И ты мне поможешь? – недоверчиво смотрел он на меня.

– Да. Но дело не в том, что я тебе сочувствую или понимаю. Просто ты искалечил и оборвал уже слишком много жизней из-за своей безумной мечты. И никакая библиотека с ее артефактами и знаниями не стоит такого моря крови, – зло произнесла я, глядя ему в глаза. – Была бы возможность, я бы ее уничтожила и пришла бы сюда, чтобы с улыбкой сообщить тебе об этом. Но, к сожалению, на данный момент у меня такой возможности нет, поэтому остается только согласиться, чтобы в конце концов окончить это безумие.

Пару мгновений он таращился на меня, а потом, пожав плечами, заявил:

– Мне в общем-то безразличны твои мотивы. Главное, что они совпадают с моими целями.

А мне плевать на его цели до тех пор, пока я смогу отвлекать его разговорами о них. Нет, я не врала Храну, когда говорила, что хочу выиграть время на наше с Дамианом спасение, но и затягивать никак нельзя. Неизвестно, сколько еще магистр продержится в этом круге. Пожертвовать секретными знаниями я согласна, а вот дорогим мне мужчиной – нет.

– Что от меня требуется? – решила я раскрутить заметно расслабившегося Элидира на разговор. – Сразу предупреждаю, о библиотеке я сама ничего толком не знаю, так что сказать тебе, где вход в хранилище и где в нем находится то, что тебе нужно, не смогу при всем желании.

– Нам не нужно никуда идти, – отмахнулся изобретатель и отошел к столу, начав что-то искать на нем. – Если ты пожертвуешь мне пару капель своей крови, то мы сможем открыть вход в хранилище прямо здесь.

Он с довольным видом обернулся с каким-то листком в руке. Мне захотелось выругаться. Похоже, мне свое обещание выполнить придется. Конечно, какое-то время займет подготовка, да и в хранилище наверняка понадобится не один час, чтобы найти нужный артефакт. Но будет ли этого достаточно? Надеюсь, Флоре удалось разыскать лорда Осбеорна. Пусть Дамиана родовой дух найти не сможет, а вот их семейный артефакт, который, как всегда, висит на моей шее, вполне может быть. А еще я захватила из комнаты украшения, которые делал для меня старший Бриар. Вдруг у него получится настроиться на свои творения. Так что теперь все, что нам с магистром остается, – это ждать. Ну и всеми силами отвлекать изобретателя от начертания схемы на полу.

Вот только что спросить? Надо же, я наконец-то оказалась лицом к лицу с убийцей моей семьи и еще больше десятка других людей и совершенно не представляю, что у него спросить. Точнее, вопросов слишком много. И первым вылетел почему-то самый незначительный:

– Кто такая Рина?

– Что? – оторвался мужчина от рисунка на полу в паре метров от меня.

– Серина Даес, – уточнила я, уже не уверенная в своих выводах о ее причастности. – Девушка, что следила за мной в академии.

– А, Серина… – понял он, о ком я говорю, и вернулся к своему занятию, но ответить все же соизволил: – Племянница Триши. Так уж получилось, что мать Рины, двоюродная сестра моей жены, умерла через пару лет после смерти Триши, и девочка осталась сиротой. Заниматься ею у меня не было ни сил, ни желания, но я устроил ее в хороший пансион, оплачивал обучение и иногда навещал ее. Девочка ко мне привязалась. Так что, когда мне понадобилась ее помощь, она согласилась без вопросов. И сначала все шло очень даже неплохо, но потом Серина сильно меня разочаровала. Я попросил ее внимательнее следить за тобой во время расследования, а она позволила тебе сблизиться с Бриаром! Худшее, что только могло быть. Если бы не это, со всем можно было разобраться куда быстрее. Да еще она умудрилась проворонить, что ты ее раскрыла и сбежала. Я уже боялся, что придется искать тебя по всему континенту, но, к счастью, тебе не хватило ума скрыться подальше.

Что ж, двуличность Рины – это больно и обидно, но это предательство я уже пережила. Просто хотелось убедиться.

– Как ты узнал, что я осталась жива? – задала я действительно важный вопрос.

– Откровенно говоря, я надеялся, что сразу после гибели всех членов вашей семьи библиотека лишится хранителя и откроется, а оказалось совсем наоборот. Как только я понял, что этот план не сработал, переместился в замок, надеясь добыть немного крови, чтобы потом еще что-нибудь придумать. И представь мое удивление, когда вместо двух девочек я нашел только одну. Учитывая, сколько крови было разлито там, где должно было лежать твое тело, считать, что ты сама ожила и сбежала, было бы глупо. Но я ведь на тот момент уже знал секрет твоего рода и предположил, что духу-хранителю удалось доставить тебя к артефакту. Когда через пару недель тебя все же нашли в приюте, это было настоящее чудо. У меня исчезли последние сомнения в том, что артефакт точно существует. Я даже сначала подумывал забрать тебя к себе, но потом решил не трогать. Сам не знаю почему, пожалел, наверное. Тем более я успел забрать из вашего дома твою сестру, чтобы убедиться, что кровь ваша не поможет. Так что ты для меня на тот момент была бесполезна, – высказался он и снова впал в задумчивость, хотел вернуться к рисунку на полу, но я его остановила.

– Забрал мою сестру? – прохрипела, чувствуя, как у меня затряслись руки. Неужели… Не может быть… Санди…

– Да, – спокойно ответил он, посмотрев в мои глаза.

– Она… жива?! – прохрипела я осипшим от потрясения голосом.

– Нет, конечно, – раздраженно, словно недовольный моей несообразительностью, произнес он. – Но если ты поможешь мне, то я, пожалуй, соглашусь вернуть тебе сестру.

Он вернулся к рисунку, а меня просто парализовало от этой мысли.

Вернуть сестру?.. Мою любимую Санди? Получить хоть одного родного человека из тех, кого я оплакивала все эти годы? А ведь это действительно возможно… Я же тоже это уже знаю. Смогу ли плюнуть на все и позволить этому человеку сделать что он хочет и уйти безнаказанным в обмен на свою сестру?

И ответ пришел незамедлительно. Смогу. Если бы Элидир с самого начала пришел ко мне с таким предложением, сказав, что придется убить так много людей ради этой цели, я бы отказалась. Но сейчас… они уже мертвы, их не вернешь. Они погибли не из-за меня и не ради моих целей. Разве я не имею права воспользоваться его помощью? В конце концов, он должен моей семье. За эту возможность мы уже заплатили своей кровью.

– Где она? – прорезался у меня голос вместе с неожиданным сомнением, не соврал ли он мне.

– Не веришь? – хмыкнул он, догадавшись о моих подозрениях. – Вон, можешь посмотреть. Только осторожнее с плетениями на ней, нарушишь, и уже ничем не помочь.

Он махнул рукой в дальний угол мастерской, щелкнул пальцами, и там загорелся светильник. Привыкшие к сумраку глаза поначалу ослепило, но два длинных стола, на которых что-то лежало, я все равно рассмотрела.

– Касс, – сквозь шум собственного зашедшегося стуком сердца в ушах донесся до меня хриплый голос Дамиана, кажется, пытавшегося остановить меня.

Нет, не сейчас, не могу. Да, ты мне дорог, и даже больше. Но… это же моя сестра…

Не слыша уже ничего вокруг, я пошла к свету. Полупрозрачные изумрудно-зеленые купола накрывали два тела, лежащие на столах. Одно – молодой женщины, очень изможденной, но все еще довольно красивой, а второе… маленькой светловолосой девочки лет девяти. Санди…

Вот почему он все еще не терял надежды на возрождение. Он наложил на них стазис и, судя по тому, что истоки этих куполов уходили в землю, завязал подпитку заклинания на природном источнике. Невероятно, но именно благодаря этому оба тела сохранились спустя столько лет.

Сестренка совсем не изменилась, такая же, как я ее помню. Разве что очень бледная. Наверное, стоит поблагодарить Руна за то, что на ней нет ни следа крови или ранений и надето чистое светлое платьице, потому что ее окровавленного тела наяву я не пережила бы. А так кажется, Санди просто спит. Хотелось протянуть руку и погладить ее по мягким длинным волосам, а она в ответ распахнет глазки и сонно улыбнется… Если бы не черные ленты смерти, вившиеся у них обеих под кожей словно сосуды. Не знаю, на что рассчитывал Элидир, но жизни в этих телах не осталось давно, и мне уже не верилось, что существует возможность их вернуть.

– Ты разобрался в опытах Аарона? – спросила, не в силах оторвать взгляд от сестры.

– Это не понадобится, – донеслось в ответ. – Он был слишком сумасшедшим, чтобы верить в его рассказы о существе из бездны, которое он достал.

Я не стала сообщать Руну, что рассказы призрака оказались не таким уж и бредом.

– Мне удалось найти более надежный способ. Скажи, ты знакома с легендой о возникновении нашей империи?

– Да, – сразу поняла я, о чем он говорит.

Как-то слишком часто мы обращаемся к столь недостоверному источнику, но каждый раз он оказывается куда более правдивым, чем учебники по истории.

– Наверное, уже догадываешься, что это не просто легенда. Так вот, у меня было много времени, чтобы придумать, как вернуть Тришу. Оказывается, когда есть цель, ради которой ты готов пойти на все, то нет ничего невозможного. Я смог добраться до самых редких и самых необычных вещей. Например, до императорской сокровищницы, и про это ты уже слышала, – в его голосе появились нотки гордости.

Я, оторвав взгляд от сестры, обернулась к изобретателю, который, поглощенный своими гениальностью и превосходством, сверкая глазами, вперился в Дамиана и продолжал свой монолог победителя:

– Но помимо колье, которое для меня оказалось бесполезным, я нашел куда более ценную вещь. Дневник одного из предыдущих императоров, в котором тот неосторожно делился тайнами. Причем не только своими, но и чужими. И оттуда я узнал нечто невероятное. В том мире, откуда пришел основатель рода Клейрон, у некромантов его рода был свой бог-покровитель. Истинный дар некроманта – это не только бесконечная власть над мертвыми, но и тяжкий груз для его носителя. Поэтому бог сделал им подарок. Один раз в жизни некромант может не просто спуститься в царство мертвых, что им всегда было под силу, но и выйти оттуда с одной душой. Он подарил им возможность вернуть в этот мир одного человека при условии, что при смерти тело его не слишком пострадало и есть возможность восстановить его, прежде чем возвращать душу. Некромант может разделить с этим человеком свою жизнь, тем самым дав погибшему второй шанс. Каждый день, прожитый воскресшим, отнимался у самого некроманта. Умрет раньше срока по любым причинам один, погибнет и другой. Но согласись, для человека возвращение из мертвых возлюбленного или собственного ребенка – чудо, достойное любой цены, – с восторгом произнес изобретатель, удостоив и меня довольным взглядом, пока я пыталась в полной мере осознать сказанное им. – И пусть жизнь воскресшего будет короче, чем могла бы быть, не умри он изначально, но даже несколько лет – это лучше, чем ничего. Самое главное, что, придя в наш мир, семья нашего дорогого Дамиана не потеряла этот дар и бережно хранит тайну, понятно, по каким соображениям. Вот только с императором при давнем принесении клятвы этим секретом поделиться пришлось. И теперь у нас есть возможность воскресить наших любимых. Дамиан вернет мне Тришу, а потом ты попросишь Осбеорна вернуть тебе душу сестры, и все будут довольны. Я понимаю, что Дейм моложе, и спустись он за твоей сестрой, отмеренный ей срок был бы больше, но уж прости, по праву первооткрывателя и главного исполнителя всей задумки его я забираю себе. А Осбеорн не так уж стар, так что твоя сестра вполне успеет вырасти и даже выйти замуж и родить детей. Прожить практически полноценную жизнь! Потрясающе, правда? Вот что значит наследственный дар. В нашем роду передается лишь способность видеть и управлять любыми типами магии, да еще видоизменять материю. Это сущая ерунда по сравнению с возможностью воскрешать мертвых!

Я растерянно смотрела в дальний угол подвала, на уже практически полностью скрытое тьмой лицо Дамиана, на котором лишь яростно сверкали глаза, и пыталась понять, неужели все, только что сказанное, правда?

Пара мгновений, и он слегка кивнул мне, а у меня снова сдавило грудь. Неужели я пойду на это? Пожертвую жизнями людей, которые стали мне второй семьей, чтобы вернуть часть первой?

Я перевела взгляд на бледное личико мертвой сестренки. Ласкала взглядом ту, что была во всех солнечно-теплых воспоминаниях детства. Одинокая слеза, не удержавшись, упала, разбившись о магический купол, и я, закрыв глаза, отступила.

Покойся с миром. Я всегда буду любить тебя.

Развернувшись спиной к мертвым, твердо посмотрела в глаза Дамиана.

Я твой ответ поняла, надеюсь, и ты прочтешь мой.

Понял.

Что ж, теперь нам остается лишь тянуть время.

– С чего ты решил, что пойду на это? – тяжело дыша, спросил Дамиан у вернувшегося к самозабвенному черчению изобретателя.

– Все просто. – На этот раз Рун даже не стал отвлекаться. – Если ты откажешься, я убью Касс.

Не то чтобы неожиданно, но неприятно. Мы же вроде бы только что заключили соглашение.

– А я просто верну ее душу обратно. Ты же сам рассказал, что я на это способен, – не стал пока Дамиан явно подтверждать свои умения.

– Это я понимаю, – отозвался мужчина. – Но я ее не просто убью. Я сделаю с ней то, что сделали с твоим сумасшедшим родственником Аароном. Убью, а душу сразу привяжу к этому подвалу. И тогда она не сможет уйти, а ты не сможешь спуститься за ней. Мне удалось многое найти, в том числе и ритуал, с помощью которого можно привязать душу к месту. Не к телу, к сожалению, но к зданию – вполне.

Действительно, этот гад умеет находить правильные аргументы.

– Что ж, с таким условием я поспорить не смогу, – тяжело выдохнул Дамиан. – Ладно, я достану тебе душу твоей жены, вот только не думаю, что она будет рада своему воскрешению. Возможно, вообще не вспомнит тебя, время там тянется по-другому.

– Неважно, – отмахнулся Элидир. – Главное, что она будет рядом и живая, а с остальным как-нибудь разберусь потом.

А я с замиранием сердца поняла, что рисунок был уже практически готов. Отпущенное нам время стремительно заканчивалось.

– Послушай, – предприняла я очередную попытку отвлечь Руна. – Если можно было просто договориться, пусть даже и шантажом, почему ты убил мою семью? Почему просто не попросил маму дать тебе этот артефакт?

А вот теперь мне удалось зацепить Элидира за живое. Он резко вскочил на ноги с искаженным от ярости лицом и заорал:

– Не попросил?! Да я умолял! На коленях просил помочь Трише любым способом! Но твоя мать разводила руками и говорила, что в библиотеке нет ничего подобного, можно лишь продлить на несколько месяцев ее мучения, не позволяя уйти за грань. И я согласился! Пусть, главное рядом, и, может, я успею найти лекарство. А этот докторишка раз за разом продлевал наши общие мучения, выигрывая мне время. А потом отказался! Лорд Битан сказал, что это негуманно! А позволить ей умереть гуманно? За эти слова он поплатился. Возможно, если бы он тогда согласился, Триша была бы жива. А если бы не упрямство твоей матери, то были бы все живы! Она врала мне! Глядя в глаза, врала! – резко и зло бросил Элидир в мою сторону, и я даже отступила на шаг, боясь, что он сейчас накинется на меня, но изобретатель глубоко вздохнул и уже более спокойно продолжил: – Через месяц после смерти Риш мне попался в руки дневник моей прапрабабки, и что я увидел? Артефакт, возвращающий к жизни и способный излечить любую рану и болезнь! Она была одной из близняшек Кэрридуэн и хоть наследницей рода не являлась, кое-какими книгами и сведениями сестра с ней поделилась. А твоя мать делиться не пожелала! Она отказалась спасти мою любимую, поэтому потеряла всех, кто дорог ей. Даже когда у нее на глазах убивали дочь, все равно кричала, что ничего не может сделать. Так кто же из нас двоих большее чудовище, не она ли, что решилась погубить всю семью ради семейного наследия, которое никому не досталось бы?

Мне хотелось закрыть уши руками и закричать во весь голос, лишь бы не слышать этот ужас! Потому что я не верила! Моя мама не могла так поступить!

– Не она. Потому что она не врала, – внезапно раздался одновременно знакомый и какой-то странный голос из темного угла помещения.

Через мгновение оттуда вышли ближе к свету два… существа. Очень большие и крайне необычные, потому как оба буквально были сплетены из магии.

Одно из них походило на адскую гончую – существо, по преданиям, охранявшее покой мертвых душ за гранью и не выпускающее их оттуда. Черный пес со святящимися пламенем глазами и почти с меня ростом. Он был словно созданный из тьмы, чей кусочек притащил в наш мир безумный Аарон. Догадаться, кто это, было несложно. Духу-хранителю рода Клейрон все же удалось нас найти.

А вот второго я узнала сразу. И не благодаря незначительно изменившейся внешности, а из-за переливающихся разноцветных потоков магии, окружавших его и больше не встречавшихся мне ни у кого. Он значительно вырос, почти до размеров адского пса. Глаза сверкали ледяным голубым огнем, черты морды исказились и стали резче. Теперь его не примешь за милого домашнего кота. Но это был Хран. Мой дух-хранитель, который все же решился провести опасный ритуал для восстановления сил и памяти, что для него могло закончиться весьма плачевно. А он рискнул, чтобы найти меня.

– И кому я должен поверить? Хранителю, который сумел воскресить свою подопечную? – спокойно спросил Элидир.

Появлению духов изобретатель удивился, но ни малейшей взволнованности по поводу пришедшей к нам помощи не выказал. И это меня насторожило. Неспроста же он так в себе уверен. Хотя, возможно, все дело в состоянии безумной ярости, в котором он находился, так и не отойдя от вопроса, что я задала.

– Адалинда тебе не врала, – произнес глубоким голосом Хран. – Твоей жене она помочь ничем не могла.

– Ложь! – взревел Элидир и полыхнул вспышкой неконтролируемой силы, прошедшей взрывной волной по комнате, разбивая все на своем пути.

Меня впечатало спиной в стену, и я сильно приложилась к каменной кладке головой, отчего перед глазами тут же вспыхнула круговерть разноцветных пятен. Лишь железные столы с телами остались на своих местах, видимо, защищенные куполом стазиса от внешних воздействий.

– Почему вы продолжаете врать? Какой в этом смысл?! – продолжал буйствовать изобретатель, вперившись взглядом в моего хранителя. – То сама Кэрридуэн, то ты теперь готовы пожертвовать последним представителем рода, лишь бы не поделиться этой силой? Как вообще можно произносить настолько явную ложь, когда рядом с тобой находится живое подтверждение существования артефакта!

Он махнул рукой в мою сторону, пока я медленно пыталась подняться с пола. Краем глаза заметила, что адская гончая снова скрылась в темном углу, чтобы через мгновение проявиться рядом с Дамианом, черным туманом стелясь по полу и постепенно закрывая собой круг, в который был заключен магистр.

– Я не сказал, что артефакта не существует, – возразил Хран, делая плавный шаг вроде как в сторону изобретателя, но больше приближаясь ко мне, чем к нему. – Он есть, и ты прав, именно благодаря ему Алессандия сейчас стоит здесь. Но твоей жене он ничем бы не помог.

Я вздрогнула, услышав свое настоящее имя. Боюсь, теперь уже никогда не смогу привыкнуть и отзываться на него.

– Что за бред, – скривился Элидир в ответ. – Он вернул с того света девчонку, пришпиленную к полу мечом, словно бабочка к бумаге! Тело Триши цело, его восстановить куда проще, так по какой причине артефакт не смог бы помочь?

– Ты сказал, что узнал за все эти годы много чужих тайн, – резко сменил тему Хран.

Я поняла, что он тоже тянет время, отвлекая Руна. Бросила быстрый взгляд в сторону Дамиана – количество черного тумана вокруг него увеличилось, уже почти накрыв его с головой, но пока заклинание они еще не сломали.

– Ты когда-нибудь задумывался о том, что нигде и никогда не упоминались родовые артефакты рода Кэрридуэн? – продолжил заговаривать зубы изобретателю хранитель. – У всех высших имеется, по крайней мере, один комплект, но не у нашей семьи. Понимаешь теперь почему?

Элидир внезапно застыл, а затем ярость на его лице как будто стекла, оставив выражение ужаса и безысходности. Кажется, сейчас было произнесено что-то важное, а я не могла разобраться, что такого в этой фразе.

– Этот артефакт… родовой? – медленным, внезапно охрипшим голосом спросил изобретатель.

– Да, – кивнул в подтверждение Хран.

И я все поняла. Родовой воскрешающий артефакт мог действовать только на кровных родственников семьи Кэрридуэн. Моя мама говорила правду, помочь Трише она не могла. И весь план Руна, все, что он творил эти два десятилетия, почти два десятка убитых им людей – все было бессмысленно. Моя семья погибла из-за несбыточной мечты безумца.

– Нет, нет, нет… Не может быть, – замотал он головой, вцепившись в волосы, а следом яростно выкрикнул: – А даже если и так, я найду способ обойти необходимость кровного родства! Я не сдамся так просто!

– Возможно, найдешь, – невозмутимо согласился Хран. – Но это все равно бесполезно. Артефакт веками копил энергию для спасения последнего представителя рода или от смертельной болезни, или от раны. Воспользоваться им можно лишь на пороге смерти либо переступив за него, и от этого зависит, сколько энергии уйдет на спасение. Я принес Алессу еще теплую, но уже бездыханную. Вся накопленная за последнее тысячелетие энергия ушла на то, чтобы вернуть ее в мир живых. Но даже такого количества не хватило, чтобы избавить девочку от воспоминаний о произошедшем, оставив на память шрам. Артефакт потратил все. Потребуются еще сотни лет, чтобы он хотя бы активизировался. А до того момента это просто обычный камень. Ни у тебя, ни у твоей жены нет столько времени.

Хранитель развеял последние надежды Элидира. Медленно, с трудом переставляя ноги, он прошел к телу своей жены и, склонившись, неистово зашептал что-то, вцепившись руками в купол стазиса, постепенно разрывая его.

А у меня в груди разлилась пустота. Вот и все. Все закончилось. Но почему же мне не стало легче?

Я не заметила, что Дамиан уже освободился, пока не почувствовала теплые руки, мягко обнявшие меня со спины и прижавшие к себе.

– Цела? – тихо спросил он, а я смогла лишь кивнуть в ответ.

Отпустив меня, черная, все еще покрытая мраком фигура с отблесками пламени в глазах решительно шагнула в сторону Руна, рыдающего над телом возлюбленной. Но я, ухватив магистра за руку, удержала его. Резко развернувшись, Дамиан недоверчиво уставился на меня.

– Ты что, хочешь оставить его без наказания? – хрипло спросил он. – Позволишь просто уйти?

– Разве ты не видишь, Дейм? – проговорила я, взглянув ему в глаза. – Этот человек уже несколько секунд как мертв. Мы уже ничего не можем ему сделать. Разве что поглумиться над телом.

Я вернула взгляд к судорожно вздрагивающему мужчине, наблюдая, как черный цветок смерти, распустившийся у него на спине, медленно, но верно распространяет свои корни по телу. Да, он еще шевелит губами и судорожно сжимает пальцы, но жалкие движения тела ничего не значат, если душа за него уже не держится.

Отчаянье и безысходность могут убить. Но вернее всего и больнее бьет любовь. И я жалею лишь о том, что Элидир оказался недостаточно силен, чтобы промучиться с этой болью больше десятка лет, как пришлось мне.

Не желая больше смотреть на агонию, повернулась к Дамиану.

– Я хочу забрать отсюда сестру и похоронить ее.

Магистр напряженно посмотрел на меня и, коротко кивнув, ушел туда, где лежали уже три тела.

А я отошла подальше и зажмурилась. Не хочу больше ничего ни видеть, ни слышать. С меня достаточно. Через мгновение почувствовав, что меня укутывает знакомый теплый мех, вцепилась руками в шею Храна, позволяя ему завернуть меня в его пушистые хвосты, словно в кокон.

– Спасибо, – прошептала еле слышно в его шерсть, понимая, что он все равно услышит. – За все. За то, что спас тогда, за то, что был рядом все эти годы, за то, что пришел сегодня сюда.

– Можем уходить, – произнес рядом Дамиан, и кот освободил меня из мехового плена, позволив взглянуть на Кассандру, такую маленькую в руках магистра.

Последнее, что я увидела среди стремительно разворачивающихся черных лент портала, заполняющих комнату, это яркая вспышка в том месте, где остались тела изобретателя и его жены.

На следующий день все газеты столицы разразились шокирующей новостью:

Известный изобретатель Рун Элидир скончался в результате неудачного эксперимента, взорвавшего подземную лабораторию и разрушившего часть замка. Кроме самого изобретателя, к счастью, никто не пострадал.

Но я об этом узнала гораздо позже.