Глава 15

Кроутон Эрош Я вставил в замочную скважину ключ, но тот не провернулся. Замок был вскрыт. Замок, который можно было отпереть только ключом с особенным, сложным магическим плетением – не такая простая цель для обычного вора-домушника. Вывод напрашивался сам собой. Меня ждали. Втянув носом воздух, я не уловил почти никаких запахов. Обоняние никогда прежде не подводило меня – если только не во время использования чар, призванных ослабить все ароматы. Кто бы ни находился внутри, он явно постарался усложнить задачу хозяевам и не дать определить, кто именно внутри и что затевает. Я мог усилить собственное обоняние, но решил, что пока это ни к чему. В моём распоряжении как минимум десяток разнообразных способов обезвредить дракона и ещё около тридцати – чтобы избавиться от человека. Поэтому я просто толкнул дверь, не делая при этом шаг в дом. Та медленно распахнулась, открывая передо мной прихожую и светлую гостиную. Нарушитель оказался внутри. Непримечательного вида керри с рыжими ушами и гладкошёрстным полосатым хвостом в дорогом чёрном костюме. Мистер Мурркис. Мой бывший шеф. Я неторопливо вошёл в дом и прикрыл за собой дверь. – Что вы здесь делаете, капитан? – спросил я, остановившись в нескольких шагах от него. Мурркис делал вид, что не замечает меня, и только после обращения медленно поднял на меня взгляд. – Я здесь с неофициальным визитом, – ответил он шелестящим голосом. Ехидный комментарий так и напрашивался, но я его сдержал. Всё-таки, у нас с Роном были определённые планы, и лишний раз подливать масла в огонь не стоило. Поэтому спросил только: – И для чего вы здесь? Мурркис ответил не сразу. Несколько мгновений он сидел, словно обдумывая свою реакцию, после чего встал и, заложив руки за спину, подошёл к большому, до самого пола, окну. – Мы с вами расстались не на самой дружественной ноте, мистер Эрош, – проговорил он степенно и снова замолчал. Я поначалу не ответил. Нас тридцать дней держали в изоляторе, лишили всех личных вещей, стёрли наше прошлое со страниц документов Эллона и запретили возвращаться в родной мир в течение следующих четырёх лет. Нас буквально уничтожили, оставив только некоторую сумму денег на анонимном счету в банке горгулов для того, чтобы было на что строить новую жизнь – и тех хватило только на оплату обучения с Скайхолле. Даже из родных о произошедшем знал только отец Рона, который сам нас и привёл когда-то на службу. – Вы сделали то, что должны были, – наконец, произнёс я, когда молчание затянулось. – Мы скомпрометировали себя и поставили операцию под угрозу. – Рад, что вы это понимаете, Кроутон. Однако, прошлой ночью сменившие вас люди не выходили на связь. Также они не отзывались на вызов через питчер. Вы что-нибудь знаете об этом? Он не оборачивался. Так и смотрел в окно, но я кожей чувствовал, что за каждым моим движением внимательно наблюдают со стороны. Возможно, весь дом уже был наполнен следящими устройствами. И хорошо, если они появились только сегодня. Мы с Роном дважды в сутки проверяем своё жилище на предмет какой бы то ни было слежки, но нас посвящали далеко не во все тайные разработки Эллона. И что-то мы могли упустить. – Те два чёрных дракона? – уточнил я. – Вам прекрасно известно, о ком речь. Я неспешно опустился в одно из кресел и закинул ногу на ногу. Мурркис должен был чувствовать затылком каждое моё движение, и мне заранее было известно, что он оценит уверенность и невозмутимость жестов. – Как же так, они оставили объект без наблюдения? – деланно изумился я. – А если снова объявятся охотники за пегасами? Дело государственной важности, а они так халатно относятся к своим обязанностям. Мурркис втянул носом воздух и обернулся ко мне. По его прищуру сразу стало ясно: он на грани бешенства. – Где агенты? – спросил он тихо, и в его голосе было столько угрозы, что даже мне стало не по себе. Но я постарался не подать вида и развёл руками: – Отравились, наверное. Вот и отсыпаются где-то. Вы знали, что чёрные драконы от манго впадают в спячку? – Значит, я был прав. Это ваших рук дело. – Не знаю. Может, какие-нибудь охотники на пегасов подсыпали им порошок манго в чай? – Эрош! – рявкнул мой бывший шеф, но я почему-то только развеселился. – Да, любой может случайно употребить что-то не то, особенно если препарата нужно совсем чуть-чуть, чтобы вывести дракона – или керри – из игры. Не так ли? Полагаю, их ждёт отстранение, м-м-м, карантин и последующая ссылка? – Вы избавились от них, чтобы показать, что ничем не хуже, – Мурркис сделал несколько шагов по комнате. – Я так и понял, когда след привёл нас в этот дом. Они здесь? – В подвале есть второе дно, – признался я и тут же услышал едва уловимое шуршание под полом. В подвале тоже кто-то был. И этот кто-то начал искать тщательно спрятанный нами проход ниже. – Чего вы хотите, Эрош? – Оставьте объект в покое. Мы останемся рядом и впредь будем ещё осторожнее. Любой агент, которого вы приставите, будет нами убран. Вы можете расправиться с нами, но, мистер Мурркис, вы знаете, что у вас нет выбора. – Почему? – вновь сощурился он. – Потому что вы считаете себя лучшими агентами Эллона? – Может и не лучшими, – я сменил ногу и постучал пальцами по подлокотнику. – Но пегас уже пробуждается. И мы здесь играем ключевую роль. – Вы не упоминали об этом… Я не дал ему договорить и вместо ответа стянул с себя рубашку, обнажая грудь с широкой меткой, что едва виднелась на коже. Её линии вдали от Крис становились тонкими, а золотистый цвет терялся из-за загара. Но Мурркис увидел. – Это… Я о таком только слышал. Вы должны срочно вернуться на Эллон и показаться специалистам. Я расхохотался. От души. Всласть. А потом выдохнул и покачал головой: – Как вы себе это представляете? Нас ведь больше не существует. Кристин Ле Скар Я была зла. Так зла, что с пальцев срывались искры магии и с треском рассыпались в воздухе магической пылью. Остановившись в галерее, которая на высоте нескольких этажей соединяла две посадочных площадки разных корпусов Скайхолла, я схватилась за поручень окна, высунулась ну улицу и что было сил закричала. Внизу были люди, они начали поднимать головы в поисках источника звука, но я быстро отклонилась назад, скрываясь в глубине галереи, и потёрла висок. – Что-то случилось? – раздался мягкий низкий голос Рона. Он, как обычно, подошёл настолько бесшумно, что я от неожиданности отшатнулась и схватилась за сердце, которое усиленно стучалось о грудную клетку. – Нервное, – отмахнулась я и сделала глубокий вдох в поисках успокоения. – События последних дней нарушили моё душевное равновесие. – На кого ты так злишься, Крис? – спросил Рон. Я усмехнулась. – Ты снова лезешь в мою голову, да? Читаешь мысли, влияешь на состояние и настроение. Вы всегда так делали. Удобно. Захотел – влез в голову и всё выяснил, да? Вы двое вообще в курсе, что ментальная магия в Виригии запрещена? – У меня нет необходимости лезть тебе в голову, – покачал головой керри. – Ты для меня и без того как открытая книга. Я горько усмехнулась. Рон был прав, я никогда не умела контролировать свои эмоции и ходить с каменной рожей, как будто в моей жизни не происходило ничего особенного. Зато керри, в отличие от меня, почти всегда выглядели невозмутимыми и прекрасно держали себя в руках. – И все же, – настаивал Рон. – Что произошло? Рассказать ему, как есть? Что моя должность старосты повисла на волоске из-за идиотских принципов? Я в конечном итоге полностью отвергла идею Салливана, и он, еще раз обозвав меня безмозглой дурой, пошел устраивать нашу победу по каким-то своим каналам. В том, что его способ сработает, я сильно сомневалась, особенно если он затеял что-то незаконное. Не то чтобы я сильно переживала за чистоту методов своего напарника, меня больше бесила ситуация, что я ничем не могла ему помочь. Вернее, по мнению Сойера, не хотела. – Все нормально, – внезапно охрипшим голосом сказала я. В любом случае, не стоило взваливать свои проблемы на керри. – Сейчас еще минутку тут постою и пойду на конференцию. Я понятия не имела, что буду говорить, какими речами заставлю за себя голосовать, и мне стоило хотя бы немного продумать свое выступление. В присутствии Рона сделать это было практически невозможно. Он отвлекал меня своей близостью. Тем, что появился рядом именно в том момент, когда я поддалась отчаянию и позволила себе выплеснуть эмоции. Керри как будто безошибочно чувствовал мое состояние, и старался, как мог, оберегать меня. Кроу, наверняка, тоже был где-то поблизости. Будто потеряв своих охранников, я обрела новых, и они со всей ответственностью заступили на свой пост. – Я провожу тебя, – Рон, похоже, и не думал уходить. Я обернулась к нему и практически уткнулась лбом в его грудь, так близко он стоял. – Мне надо подумать в одиночестве, – сказала я прямо. – Раньше мое присутствие никак не мешало тебе думать, – криво усмехнулся он, глядя на меня с высоты своего роста. Длинный хвост хлестал его по ногам, а из-под рубашки пробивалось едва заметное сияние. Метка на его груди горела. – Это было раньше, – покачала головой я. – У нас был договор, где четко и ясно были прописаны наши отношения. Теперь такого нет. – И ты не знаешь, какие у тебя с нами отношения? – тихо спросил Рон, необычно разговорчивый на этот раз. Подняв голову, я заглянула ему в глаза. Просто чтобы убедиться, что все сделала правильно, отказавшись от “гениального” плана Салливана. На миг утонув в небесной синеве кошачьих глаз, я растерянно моргнула и отстранилась. – Ты прав, – сказала я едко. – Понятия не имею, какие у нас с вами отношения. Этот разговор выходил слишком откровенным, и я точно не была к нему готова. Рон несколько мгновений молча смотрел на меня. Я отвела взгляд и снова уставилась за окно. Наверняка Салливан что-нибудь придумает. Но если мы выиграем благодаря его уловкам, он до конца обучения будет припоминать мне это. Я не понимала, почему меня это так сильно беспокоило. Что мне мнение какого-то очередного дракона? Хотя при последнем разговоре он показался мне глубже, как будто в нем было двойное дно. Но даже если так, я просто получу желаемое и и, возможно, наши пути больше никогда не пересекутся. – Идем, – взяв меня за руку, Рон потянул меня за собой. – Уже можно. – Что можно? – не поняла я, не пытаясь, однако, оказывать сопротивления. Замерзшие пальцы очень уютно устроились в большой ладони керри. – Идти на конференцию, – мягко усмехнулся кот. – Тебе не о чем волноваться, Крис. Поверь, у тебя есть все шансы на победу. У меня вовсе не было такой уверенности. Но что-то мне подсказывало, что впереди меня ждал очередной приятный сюрприз. И когда мы с керри добрались до актового зала, где уже началась конференция и выступали первые претенденты на роль старост, в дверях нас встретила Ида. – Все готово, – тихо сообщила она Рону и потерла ладошки. – Не возражаешь, если я тоже попытаю счастья? – Не возражаю, – с серьезным видом кивнул керри и, оставив нас с нимфой, направился в зал. – Что происходит? – спросила я, жестко взглянув на Иду. Зал был полон, и те, кому не хватило сидячих мест, стояли вдоль стен. Еще большую тревогу вызвал Салливан, который смотрел на меня с таким одобрением, будто я уже принесла нам победу. – Я не должна этого рассказывать, – тихо ответила нимфа, увлекая меня ближе к сцене. – Но когда вы с напарником отошли поговорить, керри, как обычно, последовали за тобой. И, ну, в общем, так получилось, что Рон слышал, о чем вы говорили. – Слышал? – выдохнула я. – Каждое слово, – кивнула Ида. – Ты же знаешь, какой у них хороший слух. Я сглотнула, не представляя, как относиться к полученной информации. Радоваться? Но мы с Салливаном обсуждали вещи, которые точно не были предназначены для ушей керри. И Рон не должен был подслушивать мои откровения, которые его не касались, и тем более предпринимать по этому поводу какие-то действия. Если бы мне нужна была помощь, я бы о ней попросила. – Это так неловко, – пробормотала я. – Совсем забыла, что они теперь ходят за мной повсюду. – А где твои охранники, кстати? – нимфа заглянула мне за спину, но молчаливых истуканов там, понятное дело, не было. – Замаскировались, – хмыкнула я. – Рад, что ты передумала, – к нам подошел Сойер. – Теперь голоса нам обеспечены. Я одарила его презрительным взглядом и скрестила руки на груди. – А ты что сделал для нашей победы? – выразительно приподняв брови, поинтересовалась я. Дракон вызывающе вздернул подбородок. – Что требовалось, то и сделал, – жестко ответил он. – И уже поздно что-то менять. Мне не понравился намек в его словах. – Надеюсь, это не что-то незаконное, – зашипела я. – Я не хочу получить победу грязными методами. – А как иначе? – пожал плечами он и обворожительно улыбнулся нимфе. – Как дела, детка? Ида нахмурилась, но не стала осаживать излишне обнаглевшего дракона. – Работаем, – сообщила она и, бросив взгляд на сцену, неожиданно занервничала. – Мне, пожалуй, пора. Вопреки моим ожиданиям, все участники выступали на конференции не командами, а каждый сам за себя. То есть Салливану в любом случае пришлось бы подумать над сольным проектом. Глядя в спину поспешно удаляющейся нимфе, я краем уха слушала одного из своих оппонентов. После первого этапа их осталось не так уж много, и времени у меня было в обрез. – Скоро наша очередь, – будто прочитал мои мысли Сойер. – Но теперь я не сомневаюсь в нашей победе. – Конечно, – язвительно ответила я, не глядя на него, и направилась ближе к сцене, где уже стояли Рон с Кроу. Наверное, это было очень глупо с моей стороны, но я собиралась их отговорить. Они вовсе не обязаны были мне помогать, особенно после того, как, сами того не осознавая, вытащили меня из глубокой жизненной ямы, в которой я оказалась. И если бы у меня была достоверная информация о местонахождении отца и о том, что с ним все в порядке, можно было бы сказать, что у меня все относительно неплохо. По крайней мере, лучше, чем было до поступления в Скайхолл. Мне почему-то припомнилась наша первая встреча с керри. Я решила, что иду на день рождения к малышам и оделась феей. Кто же знал, что “мальчиками” окажутся два половозрелых котодракона, которые неправильно истолкуют мое появление. Тихо хмыкнув, я подошла к парням. – Что вы задумали? – спросила, заглянув в глаза более разговорчивому Снежку. – Задумали вовсе не мы, – усмехнулся Кроу, – ты просто постеснялась нас об этом попросить. – Во-первых, – я начала злиться, – я не из стеснительных. А во-вторых, если бы мне что-то было от вас нужно, я бы это скорее потребовала, размахивая перед вами договором. – Договором? – белые брови изумленно приподнялись. – В самом деле? А где он? А ведь действительно, где? Съезжая с пентхауса, я вроде не брала его с собой. Возможно, он остался там и был выкинут во время уборки перед прибытием нового жильца. – Тем более, – вздохнула я. – У вас нет ни одной причины это делать. Керри переглянулись, но не успели ничего ответить. На конференции был ведущий, который объявлял следующих участников, и со сцены прозвучало имя Сойера Салливана. Мой напарник неторопливо поднялся по ступенькам и галантно пропустил шедшую ему навстречу девушку, выступавшую до него. Она произнесла длинную и пламенную речь, но публика, несмотря на это, отреагировала довольно вяло. Стоя рядом с котами и чувствуя исходящее от них тепло, я смотрела на своего напарника с таким же любопытством и недоумением, как и остальные зрители в этом зале. Мне было интересно, чем удивит нас дракон с розовыми волосами. Пообещает что-то? Споет песню? Или, может, нашлет иллюзию, под действием которой все присутствующие кинутся голосовать за наш тандем? Вообще система показалась мне несколько странной. Что, если мое выступление окажется полным провалом, в то время, как Салливан сорвет бурные овации? Нельзя голосовать за половину команды. А значит, я буду как бы приложением к своему напарнику, и ученикам академии придется как-то с этим мириться. – Дорогие друзья, – Салливан вышел из-за трибуны, которая стояла чуть сбоку, и встал на середине сцены. – Все вы знаете, что мы здесь выбираем старосту, и, конечно, хотим для себя самого лучшего. Зал ответил ему напряженной тишиной. От такой реакции у меня на миг перехватило дыхание. Даже шепота слышно не было. Он что, их всех загипнотизировал? – Я не первый год учусь в этой академии, – продолжил Сойер. – И точно знаю, что нужно каждому из вас. Ваши мысли, ваши тайные желания. То, о чем вы мечтаете, но не имеете смелости попросить. Что ж, ему удалось меня заинтриговать. – Если я стану старостой, я полностью изменю вашу жизнь, – в голосе Сойера появилась легкая хрипотца. – Я стану вам и другом, и наставником, и верным рабом, исполняющим желания. И при этом ничего конкретного. Что же он сделает? – Ты это чувствуешь? – тихо спросил Кроу, едва заметно шевельнув ушами. Он обращался ко мне, потому что для общения с Роном ему не нужны были слова. – Чувствую что? – шепотом спросила я. – Хотел бы я знать, – нахмурился керри. – Мой разум будто пытаются упаковать в плотный кокон. И довольно настойчиво. Странно, почему это не действует на тебя. Я пожала плечами. Возможно, моя чувствительность дала сбой. Или это были какие-то особенности магии теневых драконов. – Посмотри на зал, – посоветовал мне Рон. Это длилось всего мгновение, но когда я посмотрела на зрителей, мне показалось, что над ними клубилась черная дымка. Стоило моргнуть, как все исчезло, а остекленевшие глаза вновь стали нормальными и живыми. – Что это за бездново дно? – спросила я, вопросительно взглянув на Рона. Он лишь раздраженно дернул ушами. – Скоро узнаем, – пообещал Кроу. – Так или иначе. – Встречаем следующего претендента, готового сменить меня на посту старосты нашей академии, – продолжал, улыбаясь, один из старост, чей срок подошёл к концу. – Итак, тёмная лошадка факультета общей магии: мисс Кристин Ле Скар! Публика разразилась аплодисментами. Люди, казалось, не совсем понимали, где они находятся и что делают, смотрели на меня озадаченно, но всё равно хлопали и свистели. Странная атмосфера стала казаться ещё более странной. Салливан, спустившись со сцены, отошёл к стене зала и прислонился к ней спиной, скрестив руки на груди. Он встретил мой взгляд самодовольной ухмылкой. Подонок. Должно быть, он использовал что-то из ментальной магии, но не направил её на меня, чтобы я ничего не заметила. Поднимаясь по ступеням на сцену, я заметила Кристиана Саргона, который о чём-то шептался с мисс Мерсо. Их взгляды также были направлены на Салливана. Я мысленно выругалась. Если Кристиан заметил то, что использовал Сойер, и заявит на него, нас снимут с конкурса. Зал замер в тот момент, когда я начала шагать по сцене к кафедре, из-за которой должна была говорить. Взгляды были направлены явно не на меня. Озадаченно оглянувшись туда, куда смотрели все присутствующие, я обнаружила, что керри тоже поднимаются на сцену. Остановившись на мгновение, я сжала зубы и твёрдым шагом закончила свой путь. Поднялась за кафедру. Задумалась на мгновение. Специально речь я не готовила, лишь короткие наброски были у меня в кармане на клочке бумаги. Достав его, я положила его перед собой, пробежала глазами и убрала обратно в карман форменного жилета. – Я не буду утомлять вас длинными речами, – произнесла я, и голос мой дрогнул, когда я услышала его доносящимся одновременно отовсюду с задержкой в одно мгновение. – Не буду обещать каких-то благ и больших изменений. Ведь, если говорить по делу, на что я способна? Разве что помочь кому-то с домашним заданием. Найти варианты проверочных работ прошлого года. Договориться о переносе зачёта. Но на всё это способен каждый из вас. Настоящие изменения совершаются руками не одного человека, но командной работой всех заинтересованных лиц. Только вместе мы можем создать нечто большее, чем то, что имеем сейчас. Я замолчала, чтобы дать присутствующим осознать сказанное мной. Зрители начали шептаться и озадаченно переглядываться. – У меня нет больших денег, как у мистера Лакастера или мисс Арианны Эванс. И я не могу обещать построить новый бар или обеспечить всех бесплатными закусками каждый чётный день месяца, завоевав тем самым голоса менее обеспеченных адептов. Я сама – менее обеспеченный студент. Я улыбнулась. В зале послышались смешки и шепотки. Но меня это не испугало. – У меня мало что есть. Но я могу стать голосом народа. Объединившись вокруг одной проблемы, вы можете через меня донести её до ректората и добиться реальных изменений, а не получить сомнительные разовые подарки. Я знаю, как много среди вас ущемлённых в правах. Знаю, что многие едва сводят концы с концами, чтобы оплатить обучение, и не могут получить даже минимальной скидки. Знаю, что есть те, кто поступил не туда, куда хотел бы, а теперь эти люди не могут перевестись или хотя бы просто посещать чужие лекции. Знаю, что многим просто не хватает времени на выполнение заданий, а другие не могут добиться практики по своей специальности в престижном месте. Тон разговоров в зале сменился, и в целом стало тише. Я скользнула взглядом по залу и остановилась на Кристиане. Он смотрел на меня серьёзно и внимательно. В груди что-то колыхнулось, и я подняла голос: – Вы способны на большее, чем думаете! Староста – это всего лишь такой же адепт, как каждый из вас! У них нет специальных связей и особых возможностей, которых нет у любого другого адепта. Староста – это всего лишь канал связи между сообществом адептов и администрацией академии. И только тот, кто осознаёт свою роль, сможет быть действительно полезным на своём месте. Я уже было вдохнула, чтобы продолжить свою мысль, но в этот момент раздались неуверенные хлопки. Затем их поддержали более уверенные – это Кристиан начал громко хлопать, заражая тем самым всех остальных, и через несколько мгновений рукоплескал уже весь зал. Я растерялась и осталась стоять, переводя взгляд с одного человека на другого. И в момент, когда я этого ожидала меньше всего, совершенно забыв о его существовании, на кафедру, мягким жестом сместив меня, взошёл Кроутон. Он кашлянул – и зал постепенно затил. – Мисс Ле Скар слукавила, сказав, что у неё нет ничего, что она могла бы подарить каждому из вас, – с обаятельной улыбкой произнёс он, и я не смогла отвести от него взгляд. Загорелая кожа оттенялась длинными белоснежными волосами и сияла в свете софитов. Он казался скульптурой, вылепленной искуснейшим мастером. Идеальный. – И в связи с этим у нас есть два объявления, – продолжал Кроу, явно говоря от моего лица. Я почувствовала, как к щекам прилила кровь. – Во-первых, мы с Роном снимаем свои кандидатуры с конкурса. – Что? – я оглянулась на Черныша, который, скрестив руки на груди, стоял рядом с кафедры, словно телохранитель, и не спускал внимательного взгляда с зала. Не только я удивилась этому заявлению. Загомонили все. И даже Салливан отлепился от стены и выглядел теперь озадаченным. – Да-да, мы знаем, что среди присутствующих были те, кто верил в нас. Но всё дело в том, что договор с мисс Ле Скар всё ещё в силе, и мы вынуждены слушаться любого её приказа. Это был действительно интересный опыт, но мы никогда не желали занимать это место, и она великодушно разрешила нам прекратить участие до того, как станет слишком поздно. – Ты что… – зашипела было я, но замолчала, услышав свой голос усиленным десятикратно. Он решил меня дискредитировать?! Я только нашла контакт с залом, а он просто всё разрушил парой фраз, даже не посоветовавшись со мной! – Однако, – с улыбкой продолжил Кроу, – мисс Ле Скар приготовила кое-что более интересное. Сегодня в холле главного корпуса ровно в восемь часов вечера состоится розыгрыш. И разыгрываться будут не призы, а возможность попробовать себя в роли господина. Каждый из вас сможет попытать счастья и выиграть два часа владения кем-либо из рабов. Среди них буду я и мой брат. Салливан, усмехнувшись, вышел из зала. А мне оставалось только улыбаться. По крайней мере, я очень старалась. Когда бурные аплодисменты немного стихли, я чуть сместила Кроу, подавшись вперёд, и произнесла: – Хочу, однако, напомнить всем, что господа ограничены некоторыми запретами и обязательствами. В частности, рабы не обязаны подчиняться, если господин требует от него интимной близости с кем бы то ни было или причинения кому бы то ни было вреда. С полным перечнем правил вы сможете ознакомиться там же. Я бросила на Кроу прожигающий взгляд, встретила его ухмылку и добавила: – На этом моё выступление подходит к концу. Кевин, прошу. Старшекурсник выбежал на сцену и громогласно объявил: – Проводим несравненную мисс Ле Скар бурными аплодисментами!.. Я же быстро спустилась со сцены и первым делом схватила Рона за отворот рубашки: – Быстро достань и размножь правила взаимодействия с рабами, и чтобы к началу лотереи они были развешены по всему холлу. – Да. госпожа хозяйка, – серьёзно ответил он и исчез в толпе, которая уже встречала следующего претендента.