18 глава

– Да что с тобой? – Дина встряхивает меня за плечо.

Только сейчас осознаю, что все это время молчала, глядя в одну точку. В груди – ледяной ком, меня корежит от отчаяния, страха и ужаса. Это кульминация. Конец всему.

Даже гадать не нужно, что чувствует сейчас Савчук. Гнев. Боль. Он чувствует себя преданным. Я могла бы соврать, попытаться вывернуться, но какой в этом смысл?

Телефон опять вибрирует. Новый звонок. Его звонок. От которого кровь стынет в жилах.

– Ответь ты ему! – Дина напряженно смотрит на меня. – Между вами и так натянутые отношения.

Я бросаю взгляд на экран, и сердце ударяется в грудь с такой силой, что перехватывает дыхание.

Нет. Не сейчас. Я не смогу. Мне страшно. Паника накрывает с головой.

Откладываю телефон, вскакиваю с кресла и мечусь по кабинету, но с каждой секундой становится только хуже.

– Эва, ты меня пугаешь…

Я саму себя пугаю. Потому что неизвестно, что будет, когда Тарас узнает всю правду. ВЕСЬ масштаб правды. Включая ту, что про Ангелину.

– Черт, – тихо ругаюсь сквозь зубы.

Дина выдыхает и наконец догадывается:

– Он все понял, да?

Я киваю.

– Тогда тебе точно нужно с ним поговорить.

– А если я не хочу?

– Ты и так слишком долго молчала.

Я обхватываю себя руками, пытаясь унять дрожь. До сумасшествия доводит эта боль. Если не отвечу, Тарас ведьиз-под земли достанет… Он не успокоится.

– А Элина?..

– Моя.

Дина прикрывает рот ладонью. В глазах – сочувствие.

Если и говорить с Тарасом, то начистоту. Как на исповеди. А у меня ощущение, что еще минута – и я просто возьму и умру. Время для откровений – хуже не придумаешь.

Ксения, конечно, выбрала «замечательный» момент! Если бы дело касалось только меня и Кирилла… А так ни на какое понимание со стороны Тараса рассчитывать не стоит.

Телефон в очередной раз вибрирует. Затем приходит сообщение:

«Возьми трубку».

– Ответь ему, – советует Дина.

Я сглатываю, набираю в легкие воздух и наконец-то нажимаю кнопку.

– Эва, какого черта?! Я, наверное, раз двадцать уже позвонил!

Голос злой, сорванный, словно Тарас только что прокричал в трубку не один, а десяток таких вопросов.

– Ничего не хочешь объяснить? У самого есть соображения, и мне они очень не нравятся.

– У меня… У меня ребенок спит. Мы отдыхаем. Я позже наберу. Хватит названивать, – с трудом произношу я.

– Эва, не смей бросать трубку. Тебе придется объясниться, иначе я сейчас же приеду. Прямо к вам домой. Хочу видеть твои глаза, когда ты будешь рассказывать, как лишила меня сына, выдав его за ребенка Крайнова.

– Не нужно никуда ехать, Тарас…

– Я хочу объяснений. Немедленно. Либо ты едешь ко мне, либо я еду к вам. Выписку уже почти оформили.

– В твоем состоянии?! Ты из ума выжил?!

– Давно, Эва. Просто ответь. Это мой ребенок?

Мне будто горсть гвоздей в рот насыпали. Хотя это признание уже не кажется таким страшным в сравнении с тем, что еще ждет Тараса.

– Твой…

В трубке – тяжелое, сиплое дыхание.

– И как это получилось?

– Я сделала то, что считала нужным.

– Повторяю вопрос: КАК так вышло?

Сердце пропускает удар. В глазах темнеет.

– Понятно. Где вы? Дома? Скоро приеду.

– Тарас…

– Я хочу видеть сына. Сегодня.

– Тарас, не надо…

– Это не просьба, Эва. И ответы я рассчитывал услышать совершенно другие.

Связь обрывается.

Я закрываю лицо ладонями и плачу. Надеюсь, Тарас поймет, что сию минуту ехать никуда не надо. Пусть, блин, успокоится!

Вытерев слезы, набираю его, но теперь он не отвечает. Пишу сообщение: «Я буду у тебя через час».

Пока мне до Савчука всего несколько минут пути, лучше сама встречусь с ним. А то знаю я Тараса – он и впрямь заявится к нам домой…

Дина заглядывает в глаза:

– Держись, Эва. Похоже, это только начало…

И я боюсь, что она права.

– Сейчас… – Дина выходит из кабинета и через минуту возвращается с подносом. Ставит передо мной чашку с горячим чаем.

– Не хочу…

– Пей, – настаивает она.

Через силу делаю глоток. Второй. Немного прихожу в себя.

Савчук же действительно приедет. Он упрямый. До безумия. Особенно когда речь идет о том, что для него важно.

Я отпиваю еще чая. Он обжигает язык, но боль не чувствуется. Ее заглушает тревога. Которая нарастает с каждой новой секундой.

Ставлю чашку на стол, поднимаюсь. Беру сумку.

– Я поеду.

– Ты уверена? В таком состоянии? Постой… – Дина что-то делает в своем телефоне. – У меня еще час свободного времени, давай отвезу? Не надо тебе сейчас садиться за руль.

– Все в порядке. Мне лучше одной побыть, сама доеду. Работай.

Дина провожает меня до двери.

– Позвони потом.

Быстро киваю.

Сев в машину, я снова набираю Тараса. Не отвечает.

Черт бы тебя побрал, Савчук!

Хватаюсь за руль. Руки дрожат.

Глубокий вдох. Выдох. Ума не приложу, откуда берутся силы, но я завожу двигатель и еду в больницу.

Дорога кажется вечностью. В голове – сплошной мат и безнадега.

Когда паркуюсь, сердце бешено колотится. Я на эмоциях. Без плана. Без аргументов. И это плохо. Очень плохо. Но, кажется, промедление может причинить куда больший вред.

Заблокировав замки, я направляюсь ко входу с ощущением, что между лопатками торчит нож. Пропуск получаю за секунды. Да еще и с замечанием, что пациент, видимо, из ума выжил. В его состоянии выписываться рано, но он ни в какую не соглашается остаться. Поэтому можно не подниматься в палату, а подождать здесь.

Однако я поднимаюсь. Не хватало еще при персонале больницы и других пациентах выяснять отношения.

Резко толкаю дверь и застываю.

Тарас сидит на кровати напряженно прямо, глаза темные, злые. В ногах валяется сумка. Уже и вещи успел собрать? Действительно, застала в последний момент.

Савчук смотрит перед собой, меня он замечает не сразу. Выглядит невменяемым. Чем-то на дьявола сейчас похож…

Я вновь задыхаюсь от накатывающей боли. И не могу пошевелиться.

Лишь когда он поднимает голову и наши взгляды встречаются, вздрагиваю и отмираю. Мелькает жалкая мысль: сбежать. Но только что потом?

Во власти Тараса и помиловать, и покарать. Он может устроить мне такие проблемы в дополнение к тем, что уже есть у центра… Ему легко будет доказать отцовство и отобрать обоих детей, обеспечив мне срок за решеткой.

Лучше сама во всем сознаюсь, чистосердечно, нежели он размотает клубок лжи. А он размотает – в этом я нисколько не сомневаюсь. Как же непредсказуема жизнь…

– Пришла все-таки, – первым нарушает тишину Тарас. – Ну закрывай дверь. И рассказывай, как вышло, что моего сына воспитывает другой.