29. Эйлерт

Р. А. Д. 

«Рейва Анналейса Дагейд».

Теперь Эйлерт уже не сомневался, что напал на след своей синеглазки. Он прекрасно помнил эту ленту, которую вынул из темно-каштановых волос жены в их первую брачную ночь. Не боясь показаться чувствительным дураком, поднес ленту к губам. Закрыл глаза, замер, представляя, что прижимается губами не к прохладной атласной ленте, а к мягким податливым губам Анналейсы. Простонал тоскливо. 

Кто бы ему сказал, что девчонка из простонародья, с которой он был знаком меньше суток, станет для него спасением и спасительницей, подарит силы и желание жить. Эйлерт не собирался копаться в себе и гадать, влюбленность ли говорит в нем, страх одиночества, вызванный предательством родичей, или благодарность к Лейсе за утешение, подаренное перед боем, который должен был стать последним. 

Он просто хотел увидеть жену, рассказать, что ее скромный подарок ― наручи ― спас ему зрение и жизнь. Спросить, захочет ли она разделить с ним будущее, которое сама ему и подарила. Отказываться от жены он не собирался! Плевать на ее происхождение: она нужна ему! И он сделает все, чтобы стать нужным ей. Но для этого нужно её найти. 

По счастливому совпадению, молчуны увозили Анналейсу в том же направлении, в котором теперь движется сам Эйлерт. И даже воспользовались той же баркой. Но как выяснить, где сошла Лейса с борта на землю? Похоже, команде «Тартаруги» хорошо заплатили, а может, и пригрозили. Не исключено, что потребовали принести магическую клятву. 

Из капитана ни слова вытянуть не получится ― это наследник уже понял. Значит, придется присматриваться к другим речникам, ловить их на оговорках и просить хотя бы намеков. 

― Витт, Валь, ― позвал Эйлерт негромко.

― Да, брат Ренсли? ― заглянул в каюту Витт. Валь маячил у него за спиной. 

― Поглядывайте за капитаном. Как пойдет спать, сообщите мне. 

Темплары переглянулись чуть удивленно, но вопросов задавать не стали.

― Сделаем, ― пообещал Витт. Валь просто кивнул. 

Эйлерт отпустил их взмахом руки. Сел на скамью, уперся локтями в колени, снова прижал ленту к губам, но глаз закрывать не стал. Несмотря на усталость после двух боев, спать ему не хотелось. Он мысленно перебирал все города, мимо которых им предстояло пройти по реке. Прикидывал, в каком из них молчуны могли устроить Анналейсу и ее семью так, чтобы появление трех разновозрастных женщин не вызвало лишнего любопытства у местных жителей. 

Все городишки до места, где река Пустоловка пересекалась с Западным трактом, лежали далеко от торговых путей и размером были не крупнее Шарсола. В таких поселениях все друг друга знают. В них не спрячешься и не затеряешься. 

Значит ли это, что Лейса сошла там же, где собирается сойти с барки сам Эйлерт со своими попутчиками? Вовсе не обязательно. Она могла отправиться еще ниже по реке. Это отдаляло бы ее от столицы, Фраккана, зато приближало бы к портовому городу Стилглену ― большому, разношерстному. Там появлением новых людей никого не удивишь! И найти трех никому не известных женщин в густонаселенном городе совсем непросто. Подходящее место, чтобы укрыться!

Размышления наследника прервал Витт.

― Брат Ренсли, ― позвал таинственным шепотом через приоткрытую дверь каюты. ― Капитан к себе спустился, у штурвала своего помощника оставил. 

― Иду. 

Эйлерт спрятал находку в карман нижней рубашки, поближе к сердцу. Накинул теплый темпларский плащ, чтобы защититься от порывистого осеннего ветра, и поднялся на палубу.  Сосчитал взглядом людей на палубе: боцман, два матроса и кок. Правда, последний возился на камбузе с самым деловым видом и отвлекаться от приготовления ужина явно не собирался. 

― А что, братья-темплары, ― устраиваясь на невысокой бухте и закидывая согнутую ногу на колено другой ноги, сделал веселое лицо сын Дома Ночи. ― Нет ли у вас с собой костей? Могли бы в домино сыграть…

В домино Эйлерт играл виртуозно. Считал в уме расклады, предугадывал замыслы противников. Друзья-побратимы из его четверки играть с ним никогда не садились, знали: бесполезно. Зато охотно подзуживали тех, кто Эйлерта не знал и надеялся на легкую победу. Братьев-темпларов подзуживать не пришлось. Они тоже устали от безделья. 

― На что? ― оживился обычно молчаливый Валь. 

― Предлагаю выбор: серебряная монета или ответ на вопрос. 

― Идет! ― Валь нырнул в каюту и почти тут же вернулся, неся в руках деревянный ящичек с костями. Потряс им горделиво. ― Как знал ― прихватил! 

― Раздавай! ― Эйлерт кивнул на самодельный столик, сооруженный Виттом из еще одной бухты, поверх которой была пристроена широкая квадратная доска. 

Пока Валь перемешивал и раздавал кости, подтянулись зрители ― оба матроса и боцман. Помощник капитана глянул с рубки, но вмешиваться не стал: палуба была надраена на совесть, снасти починены, а гонять людей без особой надобности он не хотел.  

― В семерку? ― поинтересовался боцман. ― Или морского козла забьете?

― Классика, ― покачал головой Эйлерт. ― Дархов узел. 

― Вдарим благословенным мечом темпларов по дархову узлу! ― поддакнул Витт, подхватил пятерку своих фишек, тряхнул головой с довольным видом. ― У меня младший дубль!

― Выкладывай! ― потребовал Валь. 

Игра началась. Эйлерт мысленно призвал и все четыре Столпа, и дархов: победа ему была нужна для дела. И он победил ― три раза кряду!

Один из матросов не выдержал:

― Тебе, брат Ренсли, сам дарх, что ли, на ухо шепчет? 

― Это просто братья Витт и Валь играть не умеют! ― вмешался боцман. ― Вот я бы…

Витт с Валем вопросительно глянули на Эйлерта:

― Дадим сыграть боцману? У него, поди, серебро в кармане лишнее.

Наследник с показным безразличием махнул рукой:

― Пусть берет в пару этого, недоверчивого. 

Боцман и матрос уселись на освободившиеся места. Витт и Валь встали у них за спинами и принялись подкалывать новых игроков, подогревая их азарт:

― Ты хоть до десяти считать-то умеешь, рейв Игг? Гляди, не сбейся, когда очки подбивать придется! 

― Да они вместе столько не наберут! 

Эйлерт первую игру с новыми соперниками проиграл. Те вдохновились: 

― Ну, видали? ― чуть не вскочил рейв Игг. ― Что, брат Ренсли, отыграться хочешь?

― Хочу! ― Эйлерт сосредоточился и следующие три партии выиграл. 

Прижимистый боцман за все три раза предпочел не серебром платить, а по ответу на вопрос обещать. 

― Точно тебе, брат Ренсли, дарх шепчет! ― пробурчал недовольно. ― Ладно, давай еще разок, и с меня хватит. 

И в этот «разок» победа снова была за Эйлертом. 

― Так что ― серебро или вопросы? ― давая знак Валю собрать фишки, спросил у боцмана наследник. 

― Спрашивай. ― Рейв Игг поправил усы, вздохнул протяжно. ― Серебра на тебя не напасешься!

Эйлерт вопросы давно успел обдумать. Решил задать первые три, а четвертый оставить про запас. 

― Верно. Серебро беречь надо, ― усмехнулся криво. ― Серебруха золотой бережет. Так от какого города и до какого сплавляетесь обычно? 

― Выше Шарсола городов на Пустоловке нет. Есть поселок небольшой охотничий, Медвежий стан называется. Вот оттуда и начинаем путь, а спускаемся до самого Стилглена. ― Боцман расслабился, перестал нервно почесываться: он-то боялся, что любопытный темплар куда более каверзные вопросы задавать станет. 

― В последний раз, когда сплавлялись, сколько раз к берегу приставали? ― задал новый вопрос Эйлерт.

Боцмана и этот вопрос не смутил. Он зашевелил губами, стал загибать пальцы, вспоминая. Потом сообщил простодушно:

― Восемь. Правда, обычно-то семь стоянок делаем, ну да и в тот раз семь вышло: к берегу-то мы не причаливали, так, на шлюпке людей на берег доставили. 

Наследник чуть не подскочил: вот как! Значит, были в прошлом плавании пассажиры на Тартаруге! И на берег они сошли не в Стилглене! С трудом скрыв волнение, Эйлерт задал третий заготовленный заранее вопрос:

― И сколько человек на борту у вас было в том плавании, пока людей не высадили?

Боцман снова подвоха не заметил. Опять пошевелил губами, позагибал пальцы. 

― Девять, ― сообщил неуверенно. ― Шесть человек команды… или семь? Если юнгу считать, то вроде как семь.

― Юнгу? ― вмешался хитрый Витт, понимая, что вопросы у Эйлерта заканчиваются, а боцман только-только разговорился. ― Что-то не заметил я у вас никакого юнги. 

― Так и нет юнги! Сошла девочка на берег вместе с няней и сестрой. Это пока сплавлялись, за юнгу ее выдавали. А такая славная малышка ― совсем как моя внучка! ― на глазах старого рейва Игга блеснула влага.

Эйлерт онемел, услышав про няню и сестру. Потянулся к фляге на поясе: хлебнуть воды, прогнать ком из горла!

Может, наследнику и хитрым темпларам удалось бы вытрясти из боцмана что-то сверх сказанного, но, пока Эйлерт пил, раздался строгий рык проснувшегося после короткого отдыха капитана:

― Это что еще за сборище? Ну-ка все по местам! Старпом, ты-то куда смотришь?!

Чтобы сделать вид, будто ничего особенного не случилось, и скоротать время до ужина, Эйлерт с Виттом и Валем снова уселись за доску и играли еще пару хвалей под завистливыми взглядами команды. 

Ужинали снова за одним столом с капитаном, который нашел в брате Ренсли родственную душу и с удовольствием травил байки о своей молодости. Эйлерт был не против: сам он в отряде магов особого назначения послужить не успел, и порождаемых магическими завихрениями монстров видел всего раз, когда выезжал на магическую практику в числе других курсантов военно-магической академии. 

Разговоры затянулись чуть не до полуночи, а потом Эйлерт со своими охранниками все же отправился отдыхать. Следующие два дня плавания он провел в том же духе: то сражался с Виттом и Валем на мечах, то играл с ними же в домино. Боцман и матросы, получившие от квелла Сланка знатную взбучку, держались от темпларов на почтительном расстоянии и попыток пообщаться сторонились.

Наконец к вечеру четвертого дня «Тартаруга» прошла под широким каменным мостом и причалила к большой, хорошо оборудованной пристани. 

― Прибыли! Пора прощаться, темплары. Вон он ― Западный тракт. ― Капитан кивнул в сторону моста.

Эйлерт и его охранники, которые уже собрали все свои мешки и стояли у борта в полной готовности, посмотрели в ту же сторону. По вечернему времени тракт пустовал. 

Эйлерт снова обернулся к командиру корабля. Спросил, словно ненароком:

― А что, квелл Сланк, не хотел бы ты оставить речное дело, да послужить боевым магом не в королевской армии, а в частном порядке? Оплата будет щедрая. 

Предложение это наследник обдумывал все четыре дня. Пусть он поначалу и досадовал немного на закатника, но оценил по достоинству и его умение хранить чужие тайны, и опыт в командовании, и магические навыки. 

Квелл Сланк думал недолго.

― Прости, брат Ренсли, ― покачал он головой. ― Я и речником-то последний сезон хожу, а уж в сомнительные приключения ввязываться и вовсе не планирую. К семье думаю вернуться, завязать с кочевой жизнью. Пора мне жену искать, детишек рожать, а то так и состарюсь бобылем. 

― Твое право отказаться, квелл, ― развел руками Эйлерт. ― Такки за плавание. Пусть Столпы будут милостивы к тебе. 

― И вам милости Столпов, темплары. Боцман вас на причал проводит, представит владельцу постоялого двора, рейву Тротту. Замолвит перед ним слово, чтобы помог, чем сможет. 

Эйлерт еще раз поблагодарил капитана и следом за боцманом, Виттом и Валем пошел по сходням на берег. 

― Что, рейв Игг, пришло время прощаться? ― спросил боцмана. 

― Пришло, брат Ренсли.

― А ты помнишь, что еще один вопрос мне задолжал? Или все же серебром расплатишься? ― Эйлерт послал рейву кривоватую улыбку: другой из-за шрамов не получалось.

― Как не помнить-то? Спрашивай, темплар, ― повел плечом боцман. 

― Ваши прежние пассажиры, юнга и ее няня с сестрой, в каком месте на берег сошли? ― не стал юлить, спросил прямо наследник. 

― Где сошли ― назвать не могу. Нет у того места имени. Так, берег пустынный скалистый, а в скалах ― пещеры. Жилья человеческого, насколько я знаю, поблизости не имеется. 

― Скажи хоть, на сколько дней дольше они плыли, чем мы с братьями! ― потребовал Эйлерт. 

― Это запросто. Всего на день дольше. Сошли на пятый день спуска, еще до ужина. Даже стемнеть не успело. Всё, кончились твои вопросы, брат Ренсли. Больше я тебе ничего не должен, но от себя посоветую: не ищи ты этих женщин. Зря время потеряешь. Им непростые люди помогали из Шарсола бежать. Не от тебя ли, кстати?

― Не от меня. ― Эйлерт повертел шеей, будто ворот плаща стал ему вдруг слишком тесен.  ― Знаю я, кто им помогал: молчуны. Меня на месте не было. Если б был ― может, и не пришлось бы бежать моей....

… «синеглазке», ― договорил мысленно. 

Сглотнул трудно: горло сжалось от тревоги за Анналейсу. Уж лучше бы ее до самого Стилглена довезли! В людном месте женщинам опасность меньше бы грозила, чем на пустынном берегу, возле пещер, где только лихие люди ходят да порожденные магическими завихрениями монстры прячутся. 

Пока говорили, как раз добрались до постоялого двора. Рейв Игг представил темпларов его владельцу, шепнул тому, чтобы принял гостей по высшему разряду, и на том ушел. 

― Простите, братья-темплары, но комнату только одну на троих предложить могу, ― первым делом объявил рейв Тротт. ― У меня сегодня в обед боевые маги остановились ― десяток человек, и еще два. Шесть комнат заняли. 

― Нам и одной комнаты хватит, рейв, ― откликнулся Витт. Он уже знал, что наследник неприхотлив, и возражать не станет. ― Главное, чтобы в ней три спальных места уместилось. 

― Стол уберем, вместо него скамью широкую поставим да матрасом накроем. Вот все и разместитесь, ― предложил рейв Тротт. 

― Так и сделаем, ― подтвердил Витт.

Его еще одна ночь на скромном ложе ничуть не пугала. Он и в каюте на скамье спал. 

― А маги говорили, откуда идут и куда? ― думая о своем, задал вопрос Эйлерт, пока хозяин вел их наверх, на второй этаж. Внутри дома было чисто и пахло хорошо. ― Конные они или пешие?

― Спуститесь вниз, в тратторию, да сами познакомьтесь и расспросите, ― посоветовал рейв Тротт. ― Маги как раз ужинают. Может, и вы, братья, чего закажете?

― Спустимся и закажем. Такки, рейв. Через четверть хвали будем. ― Эйлерт первым вошел в комнату, выбрал себе спальное место: неширокое ложе, головным концом почти достающее до подоконника. 

Рейв Тротт поклонился и поспешил вниз: готовить стол для новых постояльцев. 

Эйлерт и его охранники по очереди освежились над большим глиняным тазом, пристроили свои заплечные мешки в запирающемся на хитрый замок ларе. Оставили плащи на вешалке и пошли вниз: ужинать, знакомиться с магами. 

Эйлерт в глубине души надеялся, что встретился с одним из отрядов особого назначения. Те всегда перемещались верхом и обычно имели запасных лошадей, которых могли и продать при случае. Наследнику и его попутчикам кони были необходимы: пешком по тракту не один месяц до столицы брести будешь! 

В зал траттории Эйлерт вошел вторым. Впереди шагал Витт, за спиной ― Валь. Вошел, огляделся, привыкая к сумраку, разбавленному дрожащим светом масляных ламп на стенах. Обнаружил большой стол, за которым восседали маги: по шесть с каждой стороны. Кивнул Витту с Валем на соседний:

― Там сядем. 

Маги появление братьев темпларов заметили, стали поглядывать с любопытством. Подошел разносчик.

― Чем отужинать изволите, братья? ― спросил с поклоном. 

Эйлерт сделал заказ и для себя, и для Витта с Валем: по рыбному расстегаю каждому, по горшочку жаркого и по миске зелени, приправленной маслом и уксусом. 

― И по большой кружке бракаренсы нам и нашим соседям, ― кивнул в сторону магов. 

Те оживились, заулыбались:

― Наш человек, даром, что храмовник! Как звать тебя, темплар?

― Брат Ренсли, ― Эйлерт скинул с головы капюшон, показывая заросшее пятидневной щетиной лицо и почти лысую голову. ― А это ― братья Витт и Валь. Куда вы, почтенные, дорогу держите, ежели не тайна?

― На Фраккан идем. Не по пути ли нам случаем?

― По пути. ― Эйлерт поднял поданную ему кружку бракаренсы, салютуя магу Дня, который говорил за всех и, видно, командовал отрядом. ― Как звать тебя, сын Дома Дня?

― Дэй Бреннан. Командир этих оболтусов, ― представился тот. 

― Светлых дней тебе, дэй Бреннан! ― Эйлерт отпил глоток хмельного напитка, и остальные последовали его примеру. 

― Милости Столпов всем нам, ― крякнув и утирая черные усы, отозвался Бреннан. ― А давайте-ка, братья, к нам за стол. Что через проход перекрикиваться? 

Эйлерт только того и ждал. Мотнул головой Витту и Валю: пересаживаемся. Первым устроился на скамье рядом с магом Дня. 

― Спокойно ли в округе?  ― поинтересовался ровно. ― Или жалуется местный люд на завихрения и монстров?

― Вот как раз потому нас сюда и прислали. Появилось было завихрение средней силы, пару монстров породило. С ними мы управились, завтра поутру ждем подтверждения, что можно возвращаться, ― не стал скрывать командир отряда.

― А лошади свободные есть у вас? ― подобрался к главному Эйлерт. ― Нам бы с братьями верхом ехать, а не ноги сбивать на тракте. 

― Есть запасные, только не на продажу. Если к нам присоединитесь ― позволим на них ехать. Но мы быстро идем и останавливаемся редко. Нужна ли вам такая спешка?

― Так мы и сами торопимся, ― кивнул Эйлерт. ― Правда, слышал я, что на день пути вниз вдоль Пустоловки пещеры есть, а там вроде монстры могли укрыться. Не желаете проверить?

Командир отряда глянул на Эйлерта ― остро, внимательно. Похоже, сразу не слишком поверил в его слова. Наследник ответил прямым искренним взглядом: про пещеры он не солгал, если боцману верить. А где пещеры ― там и нежить магическая время от времени заводится. 

― Ладно, сделаем крюк, проверим твои пещеры, ― решил дэй Бреннан. ― Гляди, брат Ренсли, если пещер не найдем ― штраф с тебя возьму, помимо мзды за пользование лошадьми. 

― Как скажешь, командир, ― усмехнулся Эйлерт. 

Золота ему главный храмовник Шарсола выдал достаточно. Можно было весь отряд десять дней на свои кормить, и то осталось бы.

Вскоре, закончив ужин, маги отправились отдыхать. Эйлерт с Виттом и Валем тоже засиживаться не стали: подъем им обещался ранний, дорога ― дальняя. Засыпая, Эйлерт гадал: найдутся ли на берегу или в пещерах хоть какие-то подсказки, чтобы понять, где дальше искать следы Анналейсы?