Глава 10

Солнце медленно поднималось на горизонте. Стоя у окна, я смотрела как жёлто-оранжевое светило окрашивало всё вокруг мягким оранжевым светом, как искрился снег, покрывающий крыши домов и верхушки деревьев, и медленно поднимался тонкими струйками дым из печных труб.

После ухода Росвела и оборотней прошло уже несколько часов. И за все это время я не сомкнула глаз от тревоги и жуткого, неконтролируемого первобытного страха.

– Всё будет хорошо. Он – Кайон Росвел, паладин короля, Белая Смерть среди оборотней. С ним всё будет хорошо. Обязательно будет… – шептала себе, пытаясь успокоиться. – Он вернётся. А я… я буду ждать.

Стук в дверь заставил меня подскочить на месте и резко обернуться, прижимая руку к груди, где тревожно колотилось сердце.

– Войдите.

На пороге оказалась госпожа Элира. Бледная, с распущенными чёрными волосами и тёмными, как ночь, глазами, без украшений и обуви, укрытая в белоснежную шаль с ног до головы. Больше похожая на призрак, чем на живую женщину.

– Вернулись?

– Ещё нет, – прошелестела она. – Ожидание убивает, не так ли? Я столько раз вот так же ждала и столько же раз буду ждать его.

– Это моя вина. Это из-за меня на ваши границы покусились.

Женщина подошла ближе, пристально всматриваясь в моё лицо, словно пытаясь прочитать мысли. Смотрела долго, а потом коротко и хрипло рассмеялась.

– Ты меня боишься.

Я лишь повторила:

– Если бы не я…

– Если бы не ты? – снова этот царапающий смех. – Шарлотта, никто из посвящённых никогда не причинит тебе вреда. Это самоубийство. Ты – Свет. А свет не уничтожают. Ты – Сила и наше Будущее.

Может, она сошла с ума? Говорит такие странные и непонятные вещи. Или в транс вошла и поэтому несёт ерунду. Но не лжет. Я точно это знаю.

– Простите, но я не понимаю. Я – это просто я. Студентка четвёртого курса…

– Идём со мной, – нетерпеливо произнесла она, цепко хватая меня за руку. – Росвел, может, и разозлится, но он дурак.

– Почему?

Я не стала сопротивляться, позволяя вывести меня из комнаты. Всё лучше, чем стоять у окна и ждать, когда они вернутся.

– Потому что не рассказал тебе всё с самого начала. Перестраховался, сомневался. Но ты – она, я точно знаю. Родник не врёт.

Опять эта странная фраза.

– Кто она?

– Ту, которую мы все ждали.

Легче не стало.

– И кого вы ждали? – терпеливо спросила я.

– Сейчас сама поймёшь.

Вполне предсказуемо мы снова спустились в подвал и вошли в зал с Волчьим Родником. Здесь совершенно ничего не изменилось.

– И что теперь? – застыв в дверях, я смотрела, как Элира не спеша подошла ближе к Роднику, встала на колени, выставив грязные стопы ног, и коснулась пальцами сверкающей воды.

– Загляни в своё сердце, Шарлотта, – пропуская воду сквозь пальцы, пропела она. – Посмотри вокруг. Найди нити, связывающие Родник.

– Я уже сказала вам, что вижу лишь нити артефактов. Как соединить металл и драгоценный металл, как вплести нужные заклинания. Это другое.

– А ты не думала, почему ты стала артефактором? Чтобы понимать связь, чтобы видеть ее. Но иначе… Я ведь не прошу тебя о многом. Просто попробуй.

– Хорошо.

Могу и посмотреть. Бесполезное занятие, конечно, но ладно. Закрыла глаза, глубоко вздохнула, настраиваясь.

Магическое зрение – штука непростая и просто так им пользоваться нельзя. Нужна специальная подготовка. Иначе можно ослепнуть. Не навсегда, конечно, но пару часов походить, заливаясь слезами и ничего не видя кроме мутной пелены.

Ещё один глубокий вдох и резкий выдох. Я осторожно приоткрыла глаза, осматриваясь. Зрение преобразилось. Вокруг всё стало темнее, тени проявились отчётливее, и пространство будто исказилось, став многогранным и немного неправильным.

Никаких нитей не было, зато источник сиял очень и очень ярко. Настолько ярко, что в его сторону смотреть было больно.

– Ничего.

– Попробуй ещё. Смотри не глазами. Смотри сердцем.

Элира говорила загадками, а моё терпение было на исходе. Но делать нечего – я снова закрыла глаза, пытаясь заглушить яркое свечение Родника, пробивавшееся даже сквозь веки.

Смотри сердцем. Если бы я знала, что это значит. Почему в последнее время всё в моей жизни состоит из загадок? Почему нельзя проще? Такое ощущение, что если сказать всё чётко и ясно, то всем сразу станет скучно. Не станет! И нервы всем присутствующим сбережёт!

Поняв, что увидеть не получилось, попыталась сосредоточиться на ощущениях: на теплом, влажном воздухе подвала, на тихом журчании воды, на собственном неровном дыхании. На странном, тянущем чувстве, которое исходило от источника. Увидеть не зрением, а чем-то глубже.

И тогда всё вокруг постепенно начало меняться.

Ослепительный свет не погас, но будто бы смягчился, перестав резать глаза. И в нём, сквозь него, я начала различать… не нити. Нечто более тонкое, почти прозрачное. Словно сам свет был соткан из бесчисленных, мерцающих струй энергии. Они переплетались, расходились и сходились вновь, уходя в стены, в пол, в потолок – и дальше, в бесконечность. Это не было похоже на связь предметов. Это было похоже на кровеносную систему мира, где Родник – бьющееся сердце.

Это было так красиво, что я даже дыхание затаила. И Элира сразу это услышала.

– Ты видишь их…

– Это не нити, – выдавила я, голос прозвучал приглушенно в моих ушах. – Это как… как реки света. Они повсюду.

– Да, – голос молодой женщины прозвучал тихо, почти благоговейно. – Это и есть Родник силы. Вы называете его Истоком. Это сила, которая питает всё. А теперь… посмотри на себя.

Я непроизвольно направила внутренний взгляд на свои руки. И замерла. От моего собственного тела тоже исходил свет. Тёплый, ровный, золотистый. Но это было не всё. От моей груди, от самого сердца, тянулась тончайшая, но невероятно прочная и яркая нить. Она вибрировала, пульсируя в унисон с моим сердцебиением, и уходила прямиком в сияющую воду Родника. Мы были связаны. Неразрывно.

– Ты видишь связь? – прошептала Элира, от сердца которой тоже тянулась нить, только она была толще и плотнее моей.

Но это невозможно! Я не оборотень. Я не могу быть связана с их Родником.

– Это невозможно.

– Для тебя всё возможно.

С трудом, но я перевела взгляд на молодую женщину, которая сейчас в буквальном смысле сияла.

– Кто я? У меня же нет дара Видящей. Я не могу быть ей. Меня проверяли много раз.

– Ты не Видящая.

– Тогда кто? Ответьте мне. Хватит загадок! Я имею право знать.

– Ты…

Внезапно яркая струя из Родника дёрнулась, вспыхнула ослепительной вспышкой.

Картина мира, увиденного магическим зрением, затрепетала и поплыла. В висках застучало, в глазах потемнело. Я почувствовала, как связь натягивается, как по этой нити от меня к Роднику и обратно хлестнула мощная, неконтролируемая волна силы.

– Что происходит? – ахнула я, пытаясь устоять на ногах.

Элира вскочила на ноги, её глаза побелели от страха.

– Родник… он выходит из-под контроля.

Глухой удар, больше ощущаемый телом, чем слышимый ушами, прокатился по подвалу. Вода в Роднике забурлила, свет стал рваным, пульсирующим. А по всем этим «рекам», связывавшим его с миром, пробежала судорожная дрожь.

Вскрикнув, прижала руку к груди, пытаясь унять резкую боль. Магическое зрение погасло, вернув обычный, тусклый вид подвала и неистово бушующий источник.

– Шарлотта! – Элира бросилась ко мне. – Надо выбираться отсюда!

Схватила меня за руку и потащила к выходу. Попыталась потащить.

Но я даже шаг сделать не смогла. Та самая связующая нить, которую я только что видела, натянулась до предела. Она не позволяла уйти. Источник требовал, чтобы я осталась, чтобы закончила начатое, пусть и ценой собственной жизни.

Ещё один удар, прямо в сердце. Мир померк, погружаясь в серую мглу. Последнее, что я увидела, прежде чем погрузиться в темноту, – это искажённое страхом лицо Элиры и фигуру в проёме двери.

Высокую, в тёмном плаще, с белыми волосами и алой кровью на лице.

Росвел. Он успел вернуться. Его голос, полный ледяной ярости и чего-то ещё – отчаяния? – накрыл меня, как холодная волна:

– Что вы наделали?!

***

–… не подготовленную… к Роднику… я вас… чуть не… жизни!

Голос Росвела звучал приглушенно и едва различимо. Но что я точно могла услышать – так это ледяную ярость. Она была такой силы, что хотелось провалиться под землю или отправиться в Запретные земли. Там и то не так страшно, как под взглядом чёрных глаз.

– Родник не … вред…

– … причинил. И если с ней… случится… на… совести!

Кажется, пора подавать признаки жизни. Пока паладин не разнёс тут всё из-за моей глупой ошибки и излишней доверчивости.

Тихонько вздохнула и осторожно приоткрыла глаза. Взгляд сфокусировать удалось не сразу. Знакомый деревянный потолок, значит, меня отнесли в комнату. Росвел, который склонился надо мной, внимательно рассматривая. Светлая прядь волос выбилась из хвоста и упала на лицо, на правой щеке алел кровавый шрам, пересекающий её от виска до уголка губ.

– Чарли…

– Ты… ранен, – прохрипела едва слышно и медленно подняла руку, словно хотела коснуться его лица.

– Ерунда. Царапина. – Мужчина легко поймал мою руку и слегка сжал ее, переплетая наши пальцы. – Как ты себя чувствуешь? Болит что-нибудь?

Прислушалась к себе. Боли не было. Но и сил тоже. Я словно бежала по снегу несколько километров без остановки.

– Нет.

– Мы волновались. – Из-за его спины выглянула встревоженная Элира, рядом с которой стоял мрачный альфа.

– Если бы не вы, то ничего этого бы не произошло, – процедил Росвел, продолжая осторожно сжимать мою руку.

– Если бы вы сразу ей сказали… – тут же парировала жрица.

– Это не ваше дело.

– Осторожнее со словами, Белая Смерть, – рыкнул альфа.

– Пожалуйста, не ругайтесь, – вмешалась я и слегка нахмурилась. – Всё уже сделано. Так что спорить нет смысла. Я просто хочу знать правду. Хватит скрывать её от меня.

В комнате наступила тишина. Первой неожиданно пришла в себя жрица.

– Думаю, – медленно произнесла она, продолжая кутаться в белую шаль, – вам стоит поговорить. Наедине. Мы не будем вам мешать. Если у тебя будут вопросы, Шарлотта, то ты можешь задать мне их потом лично.

Женщина не только вышла сама, но и вывела альфу, оставив нас с паладином одних в комнате.

– Ты в порядке? – спросила у него. – Никто не пострадал? Вы прогнали тех, кто пытался пройти границу? Это за мной пришли?

– Как много вопросов, – усмехнулся Росвел. – Я в порядке. Несколько раненных, но все живы. Мы уничтожили всех тех, кто пытался пройти границу. И да, они приходили за тобой.

Рассеянно кивнула. Примерно такой ответ я и ждала услышать.

– Кто я?

– Хранительница.

– Хранительница? Чего?

Росвел тихо вздохнул, отпуская мою руку.

– Давай начнём с самого начала. – Его голос прозвучал мягко, но в глубине тёмных глаз плескалась непроглядная усталость. – Наш мир напитан магией. Она есть в воздухе, земле, воде, в дожде, в траве, в наших сердцах. Магия – неотъемлемая часть нашего мира. Но мало кто знает, что она поддерживается за счет источников магии. В Соединённом Королевстве – это Истоки, что есть в каждом большом храме каждого графства. У Оборотней – это Родники, волчьи, медвежьи, лисьи и так далее. У гномов – это энерго-кристаллы, что растут из-под земли. У фениксов – неугасимое пламя гейзеров. У эльфов – Великие деревья.

– Я поняла. Источники есть у каждого народа, и у каждого он свой собственный.

Нетерпение клубилось внутри, но я заставила себя говорить медленно, чётко.

– Именно. – Росвел кивнул, и его взгляд стал пристальным, пронзительным. – Но все они являются частью единого источника. Самого Первого.

– Так…

В груди что-то неприятно сжалось. Я отчаянно не хотела верить в то, что складывалось в голове. Потому что это звучало не просто странно – это звучало как приговор.

– Думаю, что ты его Хранительница.

Я уставилась на него, не моргая. Секунды тянулись бесконечно. Потом я фыркнула – короткий, нервный, почти истеричный звук – и замотала головой, отгоняя саму мысль.

– Нет, этого не может быть.

На его губах появилась едва заметная улыбка.

– Я тоже подумал так же. И твой ректор, и Итэрия. Никто не хотел верить в то, что ты… она.

– И почему ты поверил?

– Потому что тогда на катке, когда твоя подруга пыталась тебя убить…

– Что? – я выпалила, перебив его, и резко рванулась вперёд, как будто меня ударило магическим разрядом. – К-как подруга? К-как п-пыталась? Ты вообще о чём?

– Твоя подруга. Ханна Китлер, – спокойно, почти монотонно произнёс Росвел, и от этой невозмутимости по коже побежали мурашки.

– Снежинка… – имя выскользнуло само, обжигая губы. – Нет… этого не может быть. Ханна… она бы никогда.

– Мощный выброс тёмной магии. Ты чем-то её очень сильно разозлила. Так сильно, что она не смогла… или не захотела сдерживать темноту и выплеснула её.

– Ханна, – прошептала я упавшим безжизненным голосом.

Перед глазами всплыло её лицо – но не то, смеющееся, радостное и счастливое. А совсем другое. То, что я мельком увидела в рассыпающейся фигуре дракона: искажённое холодной яростью, с глазами, полными чёрной ненависти. В груди заныла тупая, всепоглощающая боль. Предательство. Оно было горьким и кислым, как желчь.

– Да. Судя по остаточной магии, она не в первый раз использует тьму. Только раньше её на этом не ловили.

– Ты уверен?

– Более чем. Или ты думала, что твоим подругам просто так позволили навестить тебя в больнице? Нет, мы считывали их, изучали, проверяли. Это была Ханна Китлер. Именно она пыталась свалить на тебя статую. И непременно сделала бы это, если бы я не почувствовал отголоски тёмной магии и не оказался рядом.

Боль стала острой, режущей, будто осколки стекла впивались в сердце. Ханна. Любимая подружка. Мы же столько пережили вместе… Слёзы подступили к горлу, но я сжала зубы, не давая им вырваться.

– За что?

– Ей нравился Грег Тент. А он выбрал тебя.

– Парень? – я горько хмыкнула и покачала головой, не в силах поверить. – Она пыталась убить меня из-за парня? Если бы она только сказала…

– Она не стала говорить, а решила от тебя избавиться. И страшно перенервничала, когда это не получилось, а рядом оказался я.

– И что теперь с ней будет?

– Суд решит.

Я откинулась на подушки, чувствуя страшную опустошённость. Мир сузился до этой комнаты, до боли внутри.

– Ясно. – Голос был чужим. – И что же дальше?

– То, что нападение твоей подруги заставило твой дар открыться. Всего на мгновение. Я был рядом и почувствовал… этот всплеск. Эту чистую энергию. Невероятную, мощную, яркую. Попытался закрыть, скрыть метелью и бурей. Но не смог. Её почувствовали. В тот же вечер на тебя началась охота.

– Так вот зачем была эта метель, – прошептала я, машинально кивая. – А я всё думала… – голос дрогнул. – Хорошо, зачем кому-то понадобилось на меня нападать? Зачем кому-то вообще нужна моя смерть?

– Твоей смерти не хочет никто. Им нужна ты, Чарли.

Росвел встал и подошёл к камину. Наклонившись, бросил в огонь полено. Искры взметнулись вверх.

– Первый Источник – это не просто резервуар силы, – произнёс паладин, поворачиваясь ко мне. – Он – равновесие. Пока он цел и под защитой, магия распределяется между всеми народами относительно справедливо. Но если его найти… и подчинить.

– Его можно использовать, чтобы перекрыть магию другим, – закончила я, чувствуя, как в груди всё буквально леденеет от ужаса. – Или забрать всю себе.

– Или отравить, сделав тёмной, – тихо, но чётко добавил Росвел.

А вот это ещё хуже.

Волна леденящего ужаса накатила, сдавила виски. Я инстинктивно обхватила себя руками, пытаясь согреться, но холод исходил изнутри. Казалось, пол ушёл из-под ног, и я стремительно падала в чёрную, бездонную, ледяную пропасть. Весь привычный мир – учёба, друзья, надежды – рассыпался в прах.

– Легенды гласят, что Хранительница – единственная, кто может найти путь к Источнику. Открыть его. Или навсегда скрыть. Твоё существование – ключ. Для кого-то – величайший приз.

– И что мне теперь делать? Как быть? Думаешь, госпожа Листерия поможет?

– Отправляться в столицу Соединённого Королевства уже нет смысла.

Нечто подобное я ожидала услышать, поэтому и не удивилась. Лишь уточнила:

– Мы останемся здесь?

– Нет. Сегодня после обеда мы отправимся в путь к эльфам. Они – хранители древних знаний. Они помогут тебе пройти инициацию, принять силу и подскажут, как быть дальше.

– Значит, к эльфам?

– Значит, к эльфам, – кивнул Росвел.