Глава 7

Полина настояла на том, чтобы я сразу надела платье и туфли. «Ты должна привыкнуть к каблукам, Алиса, — сказала она, — это не кроссовки». Я закатила глаза, но спорить не стала.

Мы вышли из салона, и я чувствовала себя странно — как будто играла роль, к которой не была готова. Но в то же время мне нравилось это ощущение. Нравилось, как ткань платья скользит по коже, как каблуки заставляют двигаться медленнее, увереннее.

Мне нравилось, как прохожие на улице оборачивались, словно видели меня впервые. И где-то в глубине души я представляла, как он посмотрит на меня. Как его глаза, эти темные, тяжелые глаза, остановятся на мне, и в них мелькнет что-то… что?

Я не знала. Но я хотела это увидеть.

Мы ехали в машине, и Полина не умолкала ни на секунду. Она рассказывала о своем платье — белом, с длинным шлейфом, с тонкой вышивкой, которая, по ее словам, стоила целое состояние. Я слушала вполуха, глядя в окно.

Москва мелькала за стеклом — шумные улицы, яркие вывески, люди, спешащие куда-то по своим делам. Этот город был таким чужим, таким далеким от моего мира в Англии, где все было размеренно и предсказуемо. Но сейчас, в этом платье, в этих туфлях, я чувствовала себя частью этого хаоса. И, как ни странно, мне это нравилось.

— А как вы познакомились с Алексеем? — спросила, не глядя на нее. Вопрос вырвался сам собой, и я тут же пожалела, что задала его. Но было поздно.

Полина повернулась, ее глаза загорелись, как будто я подарила ей возможность рассказать любимую историю.

— Ох, это было так романтично! — начала она, и я с трудом удержалась от того, чтобы не закатить глаза. — Мы познакомились на благотворительном вечере два года назад. Он был там… такой уверенный, такой властный. Знаешь, он сразу выделяется в толпе. Все смотрели на него, но он смотрел только на меня.

Поджала губы, чтобы не фыркнуть. Конечно, Полина всегда считала себя центром вселенной. Но я промолчала, позволив ей продолжить.

— Он подошел ко мне, представился. Сказал, что слышал обо мне от общих знакомых. Мы разговорились, и… знаешь, он не такой, как другие. Он не просто богатый мужчина, Алиса. Он… особенный. У него есть вкус, стиль, ум. Он знает, чего хочет, и всегда добивается своего.

Я посмотрела на нее, пытаясь понять, говорит ли она правду или просто играет роль влюбленной невесты. Но в ее глазах была искренняя гордость, почти обожание. И это меня удивило.

Полина всегда была расчетливой — я знала это с детства. Ее мужчины были частью ее плана, частью ее имиджа. Но с Алексеем… Кажется, она действительно верила, что он — ее победа.

Это странно, я не верю, что такие как он хотят быть трофеем.

— И где он был все эти два года? — спросила, стараясь казаться равнодушной. — Вы же не сразу решили пожениться.

Полина слегка замялась, но тут же улыбнулась, поправляя волосы.

— О, ты же знаешь, как это бывает. У него бизнес, дела, поездки. Мы встречались, когда он был в Москве. Иногда он прилетал ко мне в Париж или Милан. Это было… как в кино. Ужины, прогулки, разговоры до утра.

Кивнула, глядя в окно. Ее слова звучали красиво, но я чувствовала, что в них есть что-то недосказанное. Алексей не казался мне человеком, который тратит время на романтические прогулки.

Он был слишком… холодным. Слишком властным. Но я не стала спорить. Вместо этого спросила то, что действительно хотела знать.

— А какой он? — голос прозвучал тише, чем я ожидала, и я тут же пожалела, что задала этот вопрос. Но Полина не заметила моего замешательства.

— Алексей? — она рассмеялась, как будто я спросила что-то очевидное. — Он… сильный. Уверенный. Иногда резкий, но это потому, что он привык быть главным. Он всегда знает, что делает. И он заботится обо мне. О нас. Ты видела этот дом? Он построил его с нуля, каждая деталь — его выбор. Он любит, чтобы все было идеально.

Я промолчала, обдумывая ее слова. Сильный. Уверенный. Это подходило. Но в то же время я вспомнила его вчерашний взгляд — не просто уверенный, а… голодный.

Как будто он видел что-то, чего не видел никто другой. И это что-то было связано со мной. От этой мысли по спине пробежал холодок, но я не могла отрицать, что это меня завораживало.

***

Ресторан, куда мы приехали, был таким же, как и все, что окружало Полину: дорогим, вычурным, с хрустальными бокалами и официантами, которые двигались, как тени. Нас провели к столику у окна с видом на набережную.

Москва-река блестела на солнце, и я невольно залюбовалась этим видом. Он был живым, настоящим, не таким, как стерильные пейзажи Англии. Я почувствовала, как что-то внутри меня отзывается на этот город, на этот хаос. Может, я не так уж далека от Полины, как мне хотелось бы думать.

— Алексей скоро будет, — сказала Полина, листая меню. — У него сегодня важная встреча, но он обещал заехать.

Кивнула, стараясь не выдать, как сильно забилось мое сердце. Алексей. Снова он. Я не была готова его видеть, но в то же время… я хотела этого. Хотела увидеть, как он держится, говорит, двигается.

Хотела понять, почему он так сильно меня цепляет.

Официант принес нам воду с лимоном, и я сделала глоток, пытаясь успокоиться. Полина болтала о свадьбе — о цветах, о гостях, о том, как все будет идеально. Я кивала, но мои мысли были где-то далеко.

Вспоминала вчерашний вечер, тот момент в коридоре. Его глаза, его напряженное тело, его… страсть. Это было так неправильно, так грязно, но я не могла перестать думать об этом.

И хуже всего было то, что я не могла перестать думать о том, как он смотрел на меня. Как будто я была не просто дочерью Полины, а чем-то большим. Чем-то, чего он хотел.

Вздрогнула, когда дверь ресторана открылась и вошел он. Алексей. В темном костюме, с идеально уложенными волосами, но с той же отросшей щетиной, которая делала его лицо резче, чем нужно.

Он двигался уверенно, как человек, который знает, что все взгляды прикованы к нему. Так и было. Официанты засуетились, посетители оборачивались, а Полина тут же вскочила, сияя, как новогодняя елка.

— Алексей, дорогой! — она бросилась к нему, обнимая так, словно они не виделись несколько месяцев. Он улыбнулся, сдержанно, но тепло и поцеловал ее в щеку. Но его взгляд, как магнит, нашел меня.

Замерла, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Его глаза скользнули по мне, по платью, по туфлям, по моим пальцам, сжимающим бокал. И на секунду мне показалось, что он задержался на мне дольше, чем нужно. Его губы дрогнули, но я не могла понять, была ли это улыбка или что-то другое.

— Алиса, — голос, низкий и чуть хрипловатый, пронзил меня, как электрический разряд. — Ты выглядишь… иначе.

Сглотнула, стараясь взять себя в руки. Он заметил. Заметил платье, туфли, мою попытку быть взрослой. И это было одновременно пугающе и… приятно.

— Спасибо, — ответила, стараясь говорить равнодушно, но голос предательски дрогнул. — Просто платье.

Он кивнул, садясь напротив. Полина тут же начала болтать, рассказывая ему о салоне, о платье, о том, что я «выгляжу как настоящая леди». Я закатила глаза, но Алексей, кажется, не слушал ее. Его взгляд то и дело возвращался ко мне, и каждый раз я чувствовала, как внутри что-то сжимается.

Я наблюдала за ним, пока он разговаривал с официантом, заказывая вино. Его движения были точными, уверенными. Его голос — спокойный, но с нотками властности, заставлял официанта кивать быстрее, чем нужно.

Он был… притягательным. Не просто богатым мужчиной, как говорила Полина, а кем-то большим. Кем-то, кто притягивал, как огонь, и я знала, что могу обжечься, но не могла отвести взгляд.

За обедом он почти не разговаривал, в основном слушал Полину, которая не умолкала ни на секунду. Каждый раз, когда наши глаза встречались, я чувствовала, как внутри меня что-то ломается.

Это было ново, пугающе, но… захватывающе. Я никогда не чувствовала себя так. Не чувствовала себя живой.

— Алиса, ты ничего не ешь, — сказал он вдруг, голос вырвал меня из размышлений. Вздрогнула, понимая, что тарелка с салатом передо мной осталась нетронутой.

— Я не голодна, — старалась говорить равнодушно. Но взгляд, этот тяжелый, пронизывающий взгляд, говорил, что он знает больше, чем я готова признать.

— Тебе нужно поесть, — в его голосе была не забота, а что-то другое. Приказ? Вызов? Я не знала. Но мне хотелось ответить, хотелось бросить ему вызов в ответ.

— Я в порядке, — сказала я, глядя ему прямо в глаза. И на секунду мне показалось, что он улыбнулся — едва заметно, уголками губ. Но этого было достаточно, чтобы мое сердце забилось быстрее.

Полина, кажется, ничего не заметила. Она продолжала болтать, рассказывая о свадьбе, о гостях, о том, как все будет идеально. Но я не слушала. Я смотрела на Алексея, на его руки, на его шею, на его губы, которые слегка шевелились, когда он отвечал ей.

И я понимала, что мне нравится то, что я вижу. Нравится его уверенность, его сила, его… опасность. И это было так неправильно, так порочно, но я не могла остановиться.

Этот мир — мир Полины, мир Алексея, мир этого города — был чужим, но он больше не казался мне ужасным. И я, стоя на пороге этого мира в черном платье и на каблуках, чувствовала себя не просто школьницей, а кем-то большим.

Кем-то, кто готов шагнуть в этот хаос и узнать, что он скрывает.

Но в глубине души я знала, что этот шаг будет опасным. Потому что в этом мире был Алексей, жених моей матери. И он смотрел на меня так, будто знал все мои тайны.

А я… я хотела, чтобы он их разгадал.