Глава 4

Егор

Услышав то, что девочки собираются на ночёвку и там каким-то образом замешана та, которая меня любит и всегда защищает, иду к доске с расписанием. Нахожу номер класса, где сейчас идёт урок у моей старшей племянницы, и, заглянув в класс, отпрашиваю свою девочку на несколько минут.

– Надеюсь, у тебя что-то серьёзное, – произносит серьёзным тоном, точь-в-точь как её отец. – У меня сейчас окружающий мир, и мы будем делать опыты. Так что быстро.

– Мне нравится Сара, – признаюсь ей. Не признаться Алёне равносильно скрыть от суда то, что ты виновен, и быть позже пойманным с поличным.

– Тоже мне секрет! – фыркает, скрестив руки на груди. – Что от меня нужно? Одобрение? Совет? Исправить твой очередной косяк?

– У вас сегодня ночёвка, – озвучиваю то, что узнал, подслушивая её мать и Сару. – Я хочу быть на ней.

– Это женская ночёвка, – отмечает она, поиграв бровями. – Не считая Тимура, там будут только девочки.

– Мне надо быть на этой ночёвке, – повторяю настойчивее. – Помоги. Умоляю! Ты же, как девочка, должна понимать, что делает любовь с людьми.

– Любовь… – повторяет она и кидает взгляд за свою спину, словно вспоминает это чувство. – Ладно! Тебе нужна чёткая стратегия, Егор! Я тебе помогу! Придумаю всё на перемене и после уроков загляну к тебе с Тихоном. Своим напором ты её не добьёшься уже. Первый раз получилось, а во второй раз нужна оригинальность. Но хорошо, что у тебя есть я. Я – профи в том, чтобы соединять любящие сердца, – важно заявляет, и я со всей серьёзностью киваю. Порой мне кажется, что во время бесед с племянницей я не с ребёнком разговариваю, а со взрослым.

– Буду тебя ждать, – быстро целую в её в щёчку и открываю дверь, отпуская её обратно в класс.

– Не забудь какао, – бросает на прощание и возвращается на урок.

Закрыв за ней дверь, иду на выход из школы. У меня у самого минут через сорок пара начаться должна. Нужно к ней подготовиться. Танцевать, как раньше, я уже давно не могу. Перелом ноги даже сейчас, в плохую погоду, даёт о себе знать, а уж танцы и перегрузки ноги могут меня свалить.

Благо, у меня есть Вика, которая не прочь порой воплотить мои идеи в жизнь и записать какую-нибудь связку на видео для занятия. Или, если у неё окно в собственном графике, прийти и лично показать.

Но пришли мы к таким отношениям не сразу. Вначале я всячески отвергал жену Влада. Ведь когда-то был в неё влюблён, а она выбрала моего брата. Но затем понял, что смысла нет в моей ненависти, злости и агрессии. И решил с ней подружиться. Быть для неё другом, а со временем так и вовсе понял, что не любил её. Просто хотел, чтобы такая, как она, была рядом. И дружбы вполне достаточно.

– Егор! – окликает меня заплаканная Кира, когда я выхожу из школы. – Егор! – догоняет. – Ты ведь пошутил? Просто решил меня проучить, да?

– Нет, Кир, – мотаю головой, поджав губы. – Между нами всё. И если я сказал, что мы расстаёмся, то это не значит, что мне нужно время подумать, а тебе нужно поменять своё решение. Это значит, что дальше наши пути расходятся как в море корабли.

– Но я ведь…

– Ты красивая, самодостаточная женщина! – восклицаю, не выдержав очередного потока слёз. – Какого чёрта ты под меня подстраиваешься! Найди себе другого мужика. У которого будут те же планы на жизнь, что и у тебя. Наши явно не сходятся.

– Я согласна на свадьбу и на ребёнка!

– Кира, да не нужно мне это уже! Не от тебя, – поправляюсь. – Я другую люблю. Понимаешь? Другую! И от неё хочу и ребёнка, и даже свадьбу. А может, что и похуже…

Такое, как, например, усыновить её ребёнка, и чтобы он называл меня папой.

– Но мой отец…

– Что твой отец? – с вызовом спрашиваю. – Будет в ярости? Ты позволишь ему сломать тебе жизнь? Поверь моему опыту, это не круто! Это не весело! И даже больно! Так ты потеряешь себя, Кира. Найдёшь потом своего мужчину, и ты всё поймёшь. Будешь жалеть, что своё счастье и жизнь на нелюбимого мужчину потратила.

– Папа сказал, что откажется от меня, если я не верну тебя. И он… – прикрывает глаза от стыда. – И… прекратит финансировать мой проект по защите исчезающего вида рептилии.

– Ты хочешь искалечить свою жизнь из-за денег и финансирования? – удивлённо переспрашиваю.

– Нет, я… – начинает, но сдаётся. – Да! Я не хочу потерять свою прежнюю жизнь, Егор. Это глупо, но это всё, что у меня есть. Деньги и моя любовь к рептилиям.

– Пффф! – фыркаю и достаю свой телефон. Роюсь в контактах и ищу имя друга. – Записывай номер. Мужик грешит строительством приютов для бездомных животных. Ещё благотворительностью занимается. Набери ему, и он, думаю, не откажется проспонсировать твой проект.

– Правда? А папа?

– Скажи ему, что я изменил тебе. С двумя! Нет! Скажи, что застала меня в оргии! Он отвянет! И ещё соври, что я… хм… что я бил тебя за непослушание. Короче, сделай вид, что тебе пришлось меня бросить. Придумай что хочешь! Я со всем соглашусь.

– А с моими чувствами что делать? – застенчиво интересуется.

– Пффф! Ты меня не любила, Кира, – со вздохом правду ей открываю. – Поверь, если бы любила, то и свадьбу бы хотела. И детей.

– А ты хочешь детей?

– Хочу, – киваю, глядя на то, как Сара с группой первоклассников выходит, чтобы собрать опавшие листья. – Безумно хочу их. Позвони Яну. Он поможет с финансированием, а отцу тебе давно пора показать своё я. Я пошёл на поводу у своего, потому что был в депрессии. Меня две девушки подряд бросили. А ты… потому что послушная слишком. Мягкая. Покажи своего зверька! И вперёд, обнажив красивую троечку! И мой тебе совет: никогда не предлагай близость по расписанию. Делай её неожиданной. Хотя бы для мужчины.

Сара

– Привет! – восклицаю и раскрываю свои руки для объятий, чтобы обнять Марину и Арину, удочерённых близняшек Милены, которых видела и с которыми болтала только по видеосвязи. – Какие вы сладкие! Я Сара, – представляюсь и протягиваю девочкам по шоколадному яйцу. – А это вам! – открываю перед ними ладони с лакомством, и они, издав «О-о-о!» забирают его у меня.

– Девочки! Снимаем курточки! Разуваемся, – командует Милена, и те по очереди, передавая яйца друг другу, избавляются от одежды.

– Дамы, – включается мой обольститель. – Пошлите, я покажу вам свои игрушки. У меня есть даже кухня! – подходит и берёт их за свободные руки, оставляя в коридоре меня, Милену и Алёну.

– Алёна, – тяну руку к тумбе. – Тебе яйцо побольше.

– Спасибо, – благодарит меня и берёт его. – А какао есть? Мне Егор обычно шоколадку заливает какао и посыпает зефирками и получается напиток, как в ресторане. Но я пока ни в одном ресторане такого не видела.

– Есть какао и даже зефирки, – отвечаю ей. – Иди на кухню. Мы к тебе подойдём сейчас с мамой.

– Секретничать будете о том, как ты любишь Егора? – стреляет вопросом в лоб, и наши глаза с её матерью становятся круглыми. – Не удивляйтесь! Я слышала ваши разговоры, и мне твоя кандидатура нравится на роль моей тёти, – умно заключает, а после одаривает нас улыбкой. – Я молоко достану из холодильника. Можно?

– Можно, – киваю, и она уходит.

– А она стала ещё…

– Взрослее, умнее и прямолинейнее? – подсказывает, и я соглашаюсь с каждым словом. – Вся в Вадима, – поджимает губы. – Пошли на кухню.

– Стой, – останавливаю её за руку и шепчу новости. – Егор мне звонил сегодня. Я трубку не брала. Потом сообщения посылать начал. С какими-то странными посылами. Чем ему нравятся мои глаза, губы, характер и так далее. По одному сообщению в час.

– Всё будет нормально, – успокаивает она меня. – Он просто бесится, что всё идёт не по его плану. И, кажется, у него осеннее обострение. Бывает. Громов крышей поехал. У них у всех такое бывает. Поверь, я знаю.

– Не зря я его по башке треснула, – бросаю, и мы входим в кухню, где Алёна уже достала молоко и послушно сидит на стуле, ожидая нас.

Подозрительно смотрю на дочь Милены, чувствуя что-то непривычное в своей голове. Будто что-то не так. Но в то же время это та же Алёна, которую я видела бегающей с одноклассниками по школе. Вот словно что-то должно произойти, а я даже не догадываюсь.

Хм-м… Наверное, мне кажется.

Делаю малышке какао, не забываю и о троице в комнате, играющей в ресторан. Им наливаю в маленькие кружечки и отношу уже слегка остывшим, чтобы не обожглись. Несу им ещё и печенье домашнее, которое мама моя испекла утром сегодня и через папу, когда тот ехал в больницу, передала нам с Тимом.

– Ну так что будем делать, девочки? – заговаривает Алёна, делая глоток какао.

– Ты о чём?

– О Егоре, конечно же! – восклицает, взглянув на нас как на глупышек. – Нам надо что-то сделать. От Киры он уже сам избавился. Осталось дело за малым.

– За каким малым? – настороженно тянет Милена.

– Ну… не знаю. Что там идёт между влюблённостью и свадьбой? У вас с папой всё быстро произошло. А в фильмах влюблённые гуляют за ручку, едят мороженое, целуются и… не только!

– Алёна!

– Что, мама? – возмущается. – Они что, ненормальные люди? И не могут, как все, ссориться? И быть несогласными? Даже вы с папой частенько ругаетесь.

Переглядываемся с подругой и молча сглатываем свои мысли. Вот же мы две ненормальные! Ребёнок о нормальном, а мы больные.

– Ясно! Плана у вас нет, – заключает девочка, сложив руки на коленях. – Что насчёт ответа: хотите вы быть вместе или нет?

– Я не хочу!

– Почему? – допрашивает.

– Потому что он… он… он… – пытаюсь подобрать достойный ответ для неё. Потому что причина «Он безмозглый идиот» – будет звучать грубовато.

– Потому что он несерьёзный? – подсказывает малышка, и я киваю. – Глупости! Он уже давно серьёзный! Не такой, как папа, конечно, но тоже нормальный. Дальше?

– Он меня обидел, – отвечаю ей.

– Сильно?

– Очень!

– Тогда да… Надо его помучить, – соглашается она, задумчиво потерев подбородок. – Но не вижу больше преград.

– Алёна, всё сложнее, чем кажется, – вступается её мама.

– Всё именно так, как кажется. Остальное взрослые сами придумывают, – закатывает глаза. – Ясно с вами, девочки! Вы сами ещё не понимаете, чего хотите. Пойду я к детям. Уж у них всё проще. Тимуру понравилась Арина, и он за ней ухаживает. А Марина готовит для них романтический ужин. Учитесь у детей, взрослые, блин! – закатывает глаза и выходит.

– Кажется, она на стороне Егора, – произношу, когда девочка уходит.

– Она Громова и всегда на стороне семьи, – отвечает Милена. – Так! Что заказываем? Мои любят пиццу. Будем?

– Давай пиццу, – киваю. – И, может, закажем нам для настроения красненького?

– Да, но выпьем, когда дети уснут.

– Ага, – соглашаюсь, и мы принимаемся делать заказ.

Но выясняется то, что алкоголь не доставляют. Поэтому мы решаемся сбегать в соседний дом в магазин сами, оставив детей на Алёну.

Девочка, отчего-то ухмыльнувшись, согласилась посидеть с сёстрами и моим сыном. Но в тот момент я не придала этому значения. Хотя стоило. Ведь по возвращении домой нас с подругой ждал сюрприз.

– Будете круассан? – протягивает нам игрушечное лакомство новый посетитель ресторана Тимура, Егор Громов.

– Алёна… – шепчу имя его племянницы, понимая, откуда ноги растут.

Егор. Пятнадцать минут назад.

“Ну что там?” – пишу племянницы, которая приказала мне приехать к дому Сары и сидеть в машине. Ждать сигнал и не высовываться.

“Они собираются в магазин.” – приходит мне сообщение в ответ. – “У тебя будет ровно минута после того, как они выйдут из подъезда.”

“Есть, босс!” – отсылаю ей в ответ и подняв взгляд на входную дверь, внимательно слежу за ней, ожидая момента, когда Сара и Милена выйдут в магазин и тогда…

А что собственно тогда? Вторую часть плана мне мой помощник не озвучил.

Собираюсь уже вернуться к телефону и спросить, что нужно сделать за одну минуту, после того как они выйдут, как вдруг вижу девчонок, выходящих из подъезда.

“Залетай в квартиру! Живо! Дверь держу открытой!” – приходит мне сообщение и я как шпион лечу в квартиру Сары, чувствуя себя идиотом.

Мне тридцатник, блин! А я играю непонятно во что!

– Молодец! – хвалит меня Алена и закрывает за мной дверь. – Разувайся и пошли играть. Будешь за ними следить, потому что я сама не справляюсь. Боюсь не услежу и Арина опять к туалету побежит, чтобы воды оттуда набрать! И меня напоить. Фе!

– Спокойствие! Я помогу! – глажу ее по голове и прохожу в гостиную, где уже играют Тимур и приемные близняшки моего брата. – Малышня, привет!

– Привет! – восклицают они в один голос и девочки бегут ко мне, чтобы обнять.

Ловлю ревнивый взгляд Тима, когда я приобнимаю одну из малышек. Не выдержав, вскакивает и оттаскивает сразу двоих от меня.

– Это мои девочки! Найди себе других! – рычит он на меня. – Нельзя брать мое! Надо спросить! Но я все равно не дам!

– Это наш дядя, Тим! – берет его за руку Арина. – Я его не люблю, как люблю тебя! – успокаивает она своего молодого ухажера. А я мягко так шокируюсь.

– А ты? – обращается он к Марине. – Ты его любишь?

– Нет! У меня есть жених во дворе! – говорит ему девочка и сын Сары успокаивается.

– Ладно, проходи! Но я за тобой слежу! – произносит он, прищурившись.

– А я могу другую девочку выбрать? – спрашиваю у него, с трудом сдерживая улыбку.

– Алену тоже нельзя! Она мой друг!

– А твоя маму? – тяну с натянутой улыбкой.

– Ее тоже нельзя! Она моя!

– Ну ладно, – делаю вид, что сдаюсь и опускаюсь на ковер. – Ну так что? Нового клиента примете? Я буду чай с лимоном, пасту, салат и пожалуй пирожное.

– Девочки, работаем! – похлопав в ладони, командует Тимур всем своим бабьем царством. Алена улыбнувшись им, идет ко мне и садится рядом.

– Не обращай внимание, – тянет она. – Мужчины по своей сути собственники, поэтому реакция Тимура на твои высказывания была очевидной. Я даже не удивлена.

– А ты вообще когда-нибудь удивляешься? – прыскаю от смеха, взглянув на то, как она глаза закатывает.

Принимаю свой заказ у детского ресторана “Ля Тимур” и принимаюсь на пару со старшей племянницей “есть”. Параллельно слушаю план Алены.

– Они придут из магазина. С вином. Они за ним ушли, – рассказывает она, поглядывая на малышню. – Тебе надо будет улыбнуться Саре и присоединиться к ним. Но ты не просто с ними пей, а за своей будущей женой ухаживай.

– Есть, шеф!

– И еще… – достает из кармана футляр и оглядевшись, передает его мне. – Я все купила! Как договаривались!

– Отлично, – шепчу, открыв футляр с браслетиком, который мы вместе выбрали, но Алена уехала сама его забрать из магазина. – Миленький.

– У меня еще осталась сдача.

– Оставь себе, – бросаю ей. – Так сказать в уплату помощи.

– С родственников деньги не беру, – заявляет, поймав мой взгляд. – Но денежные вопросы решим завтра, когда я вернусь домой. Я не брала с собой кошелек.

– Ага, – безразлично кидаю, потому что деньги обратно не возьму. Малая и так мне помогает. Пусть кисточек своих любимых себе купит или новые краски. – Идут! – шиплю, когда до ушей доносится звук открывающейся двери.

– Хватай! – Алена вкладывает мне в руку игрушечный круассан и я нацепив улыбку, поднимаю взгляд на Милену с Сарой.

Ничего не подозревающие девочки входят в гостиную и застывают, увидев меня.

– Будете круассан? – спрашиваю их, чувствую себя сказочным дураком.

– Алена, – рычит Сара, переведя взгляд на мою племянницу.

– А что вы от меня хотели? – восклицает она, закатив сцену. – Чисто с семейной точки зрения, я не имела права не впускать своего дядю в дом, где находятся его племянницы. Это могло создать неловкость и трещину в наших с ним отношениях! Разве вы такого мне желаете?

– Алена, – повторяет уже Милена, поджав губы. – Лиса ты! И я думала ты мне подруга, а ты меня сдала при первой же возможности.

– Мамочка, ты не понимаешь! – возмущается Алена. – Хотя все ты понимаешь! Вам взрослым пока пинок не дашь, так и будете мяться на одном месте! Если бы не я, то и вы с папой не были вместе! Тебе с папой я помогла! А теперь мне нужно дальше свою семью увеличивать! Я не собираюсь ждать, пока Тимур вырастет и жениться на Арине! Пусть Сара с Егором сойдутся! Им быстрее! Тем более… – замолкает, по очередно взглянув на меня и на Сару. – В общем, мамуль, давай в кафе поиграем! А этим двоим надо поговорить!

– Алена ты стала слишком избалованной, – ругает дочь Милена. – Так не делается! Ты будешь наказана! Никаких планшетов и телефонов в течении недели! Телевизора тоже.

– Пфф! Хорошо, – фыркает и шепотом мне уже добавляет. – Мне не страшно. А папе улыбнусь и он наказание снимет.

– Сар, давай поговорим!

– Ага! Поговорим, пока я тебя на выход буду провожать!

Сара

– Зачем ты пришёл? – рычу на Егора, выведя его в коридор чуть ли не за шкирку. – Разве ты не понял?! – шиплю, сдерживая своё негодование из последних сил.

– Что не понял? – строит из себя дурака, за что хочется его парочку раз треснуть. Да посильнее! И не специально, как обычно, а намеренно.

– Не понял, что я не хочу продолжать общение с тобой, а тем более работать на тебя! – объясняю ему то, что он и без меня должен был понять. – Егор, прошу! Отстань от меня! Мне и так тяжело!

– Может, хватит от меня бегать?! – восклицает он, разведя руками. – Я устал тебя догонять, Сара! В чём причина твоих побегов? Почему ты не хочешь меня видеть? Ты объясни! Может быть, я пойму и тогда, может быть, отстану!

– Да потому что… потому что… потому что… – пытаюсь подобрать слова. – Потому что ты думаешь, что тебе можно играть с женскими сердцами и ничего тебе за это не будет! А я устала!

– Сар!..

– Да я как первый раз тебя увидела… У меня сердце остановилось! – не даю ему слово сказать, потому что меня, как бомбу разрывает от чувств и эмоций. – Такой красивый! Солнечный! И улыбчивый! Ты совсем не был похож на своих братьев. И я влюбилась! А ты просто взял и растоптал моё сердце! И сейчас хочешь повторить это же?! Да? Поэтому ворвался в мою жизнь? И чьей заменой я стану на этот раз? А? Ты мне скажи, чтобы я была готова.

– Влюбилась… – повторяет растерянно. – Ты была в меня влюблена? Четыре года назад ты…

– Нет, блин! Я просто от балды с тобой встречаться начала и ночи с тобой от скуки проводила! – не выдерживаю, взглянув на него, как на идиота. Слава богу, Тимур в меня мозгами пошёл. – Это у вас, парней, всё легко! А у нас, девушек, нет! Мы живём чувствами и эмоциями, – обхватываю себя руками и позволяю слезе скатиться по щеке. – Я просто хочу спокойствия, Егор! Просто спокойствия. Уходи!

– Нет! Не уйду, – упрямо произносит, ломая своим заявлением всю драматичность момента. – Пошли на кухню, Картотьян! Будем обсуждать, кто кому сердце разбил и то, как мне приходится бегать за тобой, потому что ты что-то там себе придумала.

– Не пойду я с тобой никуда, – повторяю его тон. – А ты иди на выход, Громов! – хватаюсь за ручку в намерении открыть дверь и вышвырнуть его.

– Нет! – протестует и опирается рукой о дверь чуть выше замка.

– Да! – дёргаю ручку.

– Нет!

– Да!

– Нет!

– Да, – резче дёргаю ручку и…

– Теперь я точно никуда не уйду, – ослепляет меня улыбкой, довольно глядя на дверную ручку в моей руке. – Теперь никто отсюда не выйдет.

– Можешь с балкона прыгнуть, – предлагаю ему, сжав губы от злости. – Конечно, не первый этаж. Но… тоже вариант.

– К сожалению, из-за травмы ноги в прошлом, мне придётся отказаться от столь заманчивого предложения, – натягивает улыбку. – Уж прости!

– Как же ты меня бесишь!

– Как же ты меня забавляешь, Сара, – тянет он в ответ. – Пойдём пить вино и болтать. И, пожалуй, подругу твою тоже прихватим. Кажется, я понял, почему меня все эти четыре года так ненавидели.

– Тебя ещё мечтали убить, – добавляет Милена, выйдя к нам. Увидев ручку в моей руке, устало вздыхает и берётся за телефон. – Я вызову мастеров.

– Зачем вам мастер, когда есть я? – спрашивает нас удивлённо. – Уж я-то мастер…

– Мы знаем, – в тон произносим мы с подругой, переглянувшись и одновременно подумав о Тимуре. Только этот мастер мог с защитой заделать мне ребёнка.