Глава 43. Прокурор Стрельцов

— Лев Андреевич, что с этим делать?

Мой бессменный секретарь Софья Николаевна стоит в дверях кабинета с пышным букетом алых роз в руках.

Я снимаю зимнее пальто и досадливо морщусь. Утреннее заседание в городском суде было не из легких. Оно затянулось, и сейчас мне хочется побыть в тишине, а не решать вопросы с цветами.

Но нет. Уже пятница, а ничего не изменилось.

С тех пор, как дочь Софьи опубликовала новость о нашем с Сашей бракосочетании, прошло несколько дней, а поток поздравлений в прокуратуру никак не хочет иссякнуть. Никто не желает понимать, что эти глупости мешают работать.

— Софья Николаевна, пожалуйста, распорядитесь, чтобы все сладости и букеты отправили в дом к моей матери. Пусть они с моей супругой решают, что делать с поздравлениями.

— Будет исполнено, Лев Андреевич. Попрошу ребят погрузить все в машину и отвезти.

— Спасибо за понимание, — киваю согласно. — И пригласите, пожалуйста, в прокуратуру Мать Аллы Князевой, Елизавету. Пусть подойдет ко мне в приемные часы, желательно на этой неделе. Я хочу у нее кое-что уточнить.

— Вызовем, Лев Андреевич. Разрешите идти?

— Да, да.

Я вздыхаю. Подхожу к окну в форме арки и рассеянно смотрю на неказистый сквер. Дело Георгия Покровского стало для меня делом чести. Я не могу оставить его без контроля. Помимо судебных заседаний, на которых я выступаю обвинителем, я не пропустил ни одного допроса по этому делу.

Экспертиза из криминальной лаборатории подтвердила, что Георгия Покровского убили из оружия, которое выпало при обрушении крыши.

Ирина Покровская и ее муж Петр Дорофеев поют на допросах очень складную теорию о том, что во время убийства находились в городе. Увы, никто не может подтвердить это или опровергнуть пять лет спустя.

Но невозможно не заметить, что нервы Сашиной сестры на пределе. Нужно еще немного времени, и она сорвется. Главное, не упустить этот момент.

Меня очень печалит тот факт, что я уже несколько дней не был у матери. Работа не позволяет вырваться.

Я вынужден признаться себе, что очень скучаю по Саше. Ее нежные руки, ласковый взгляд – все это манит, как магнит.

Не выдерживаю, набираю ее номер.

— Саша? Привет.

— Привет, — слышу ее мягкий голос, и сердце тает. Хочется закрыть все дела, сгрести ее в охапку, затолкать в свою машину и рвануть куда-нибудь за город. Целовать, целовать ее беспрестанно под снегопадом, до тех пор, пока мы оба не окажемся без сил.

— Я скучаю, — произношу честно.

Чувствую, как она улыбается.

— Я тоже, — слышу тихий ответ.

— Безумно хочу вырваться с тобой куда-нибудь на выходные.

— Так давай вырвемся? Елисей почти выздоровел. Уверена, твоя мама нас отпустит.

Я улыбаюсь.

— Хочешь, забронирую домик с баней на двоих?

— Хочу. А бассейн там будет?

— Поищем с бассейном.

— Только ты и я?

— Угу.

Я чувствую, как внутри поднимается нестерпимая жажда сжать ее в объятиях.

— Когда ты приедешь? Мне без тебя одиноко, — звенит печалью ее голос.

— Мне тоже. Но я хочу добить дело твоего отца.

— Оно висит уже пять лет нераскрытым. Уверена, один ужин ничего не решит.

— Я приеду сегодня. Приготовьте с мамой что-нибудь вкусное.

— Правда, приедешь? — в голосе Саши вспыхивает надежда.

— Да. Еще сегодня привезут поздравления из прокуратуры, не пугайся.

— Не буду. А что за поздравления?

— Увидишь. Ждите меня вечером.

— Возвращайся скорее. Я по тебе истосковалась.

Я улыбаюсь. Мне приятны ее слова.

— Я тоже, — произношу мягко. — Давай, до встречи.

Выключаю мобильный телефон и отхожу от окна.

На улице стоят морозы – декабрь в этом году лютует с первых дней.

Мне очень хочется сделать жене подарок. Размышляю, какой из ювелирных магазинов находится ближе.

Мои размышления прерывает звонок от коллеги. Это Сергей Леонидович Сверлов, далеко не последний человек в генеральной прокуратуре.

— Андреич, сколько лет, сколько зим! — посмеивается в трубку.

— Привет, Сереж, — я тоже усмехаюсь. — Только не говори, что ты тоже по мою душу.

— Еще как по твою! Это же надо – женился! Стареешь, Стрельцов!

— Не без этого.

— В общем, так. У меня в воскресенье юбилей, гулять будем в хорошем ресторане. Тебя жду с молодой женой. И не вздумай отказаться, Лев. Обижусь!

Я напрягаюсь. И вроде почти все точки расставлены, но мне совершенно не хочется рисковать Сашей и вести ее в ресторан. А не идти на юбилей тоже нельзя, генеральной прокуратуре не отказывают.

«Придется обеспечить охрану, а в самом ресторане вряд ли кто-то осмелится совершить покушение. Когда гуляют сотрудники такого уровня, ресторан охраняется очень хорошо. Мышь не проскочит незамеченной», — мелькают в голове тревожные мысли.

— Мы обязательно придем, — заверяю Сергея Леонидовича.

— Чудно, Лев! Ты даже не представляешь, как нам всем не терпится познакомиться с твоей супругой.

— Я уже начинаю ревновать.

— Брось, я уже десять лет, как женат.

— Ладно, спасибо за приглашение.

— До встречи, Лев.

— До встречи.

За дверью слышится шум. Я настораживаюсь.

— Мужчина, вы куда? — слышу настороженный голос Софьи Николаевны. — Немедленно остановитесь! Сейчас неприемные часы, прокурор занят!

Дверь резко открывается, и я вижу Истомина.

Он бледен. Его дубленка распахнута, а взгляд блуждает по кабинету.

— Ты… — он делает шаг мне навстречу.