Глава 11

Когда Эльзас держит мою руку в своей – и ведёт меня в ресторан, будто я его возлюбленная и это свидание – так странно и ново. И хотя в груди ещё тлеет раздражение на атлантианца, я не могу не признать – мне просто хорошо идти с ним рядом шаг в шаг – мои жесты сочетаются с его. Словно мы “из одного теста”, как говорят люди.

А ведь у меня не было ни одного свидания с Эльзасом.

У меня есть от него ребёнок, но…

Не было свиданий и не будет, Ди.

…Здесь было в своём роде уютно.

В отдельном кабинете ресторана – комнате геометрически-безупречной, лаконичной и роскошной – чисто атлантианской за исключением принта из шиарийскийх водяных лилий на стенах.

Запах росы и кофе прочищал разум, и всё располагало быть… продуктивной.

По распоряжению Эльзаса нам почти сразу подали лёгкие сырные закуски и кофейный коктейль.

Эльзас и впрямь работал с документами. Не приставал, не пытался заняться со мной любовью прямо на столе. Даже ничего такого не обсуждал. Мы действительно погрузились в бумажную волокиту. Отчёты начальству. Я тоже ушла в работу и перестала злиться ежесекундно на Эльзаса. И почти не съезжала мыслью на возможные акты спонтанной страсти с атлантианцем в необычных местах.

Просто было приятно сидеть рядом, тепло, когда его бедро невзначай прижималось к моему, и я легко занималась работой с документами. Я потеряла счёт времени. Когда оторвалась от экрана выданного Эльзасом планшета, поняла, что прошло несколько часов!

– Ди, послушай…

Я вскинула взгляд, Эльзас отложил свой планшет.

– Я не особо хорош в общении. Я не уверен, что говорю некоторые очевидные вещи подходящим для тебя образом. Но ты…

Это что, сугубые атлантианские извинения?

– … ты привыкнешь, Ди. И научишься меня понимать.

Ан нет, не извинения.

Я просто фыркнула: серьёзно, Эльзас?! Я… этот мужчина – просто вызывает у меня недоумение своей атлантианской непосредственностью.

– Работай, Ди, – велел Эльзас, – дел полно…

За этот странный “рабочий день” я отправила несколько сообщений сыну: чудеса – Арон не названивал раз в час как это обычно происходило, когда он был в детском саду. Видимо, мама Эльзаса и впрямь знала подход к “таким” детям. Что бы это ни значило.

На пару моих сообщений ребёнок ответил с задержкой – было очевидно, что я мешаю ему весело проводить время. И я отстала, ведь у меня самой работы было просто выше крыши.

Что-что, а трудоустраивать ближнего по полной атлантианцы умели!

Когда Эльзас вывел меня из ресторана – я была как выжатый лимон. Просмотрела столько отчётов, что голова уже шла кругом. Но виду я не подавала. Атлантианец тоже подзагрузился. Может, его провокация в моей лаборатории пока не дала результата и никто не помчался себя рассекречивать? Мне хотелось спросить, но я прикусила язык. Не хотела быть инициатором разговора.

Пока мы ехали к нему в дом в мобиле, меня совсем разморило… и я неожиданно уснула.

А когда проснулась от мелодичного голоса ИИ (мы прибыли) – встрепенулась и обнаружила, что полулежу на плече Эльзаса, он мягко обнимает меня. Планшет отложил куда-то далеко. Не работает – смотрит с блаженным видом вникуда, взгляд расфокусирован. Хотела встать и выбраться из мобиля, но поняла, что ноги запутались – атлантианец укрыл меня каким-то мягким бежевым пледом. Да и хвост мой оказался надёжно обвит вокруг голени Эльзаса… захочешь — сразу не выпутаешься!

И тут Эльзас вышел из “транса”.

– Ди, отдохнула? – мурлыкнул Эльзас мне на ухо и поцеловал меня в висок.

– Так я тебе подчинённая, или кто?! – прошипела, выворачиваясь. – Ты всех так целуешь и укладываешь спать в обнимку?

– Нет. Ди. Только тебя, — его голос был таким спокойным, что я тут же растеряла весь яд. А он продолжил:

– Пойдём, поужинаем в тёплом семейном кругу, Диана.

Что-то в его словах меня напрягло.

"Семейный круг" — это его мама? Или… или…

Эльзас молча вывел меня из мобиля. Атлантианец казался таким задумчивым, что я не противилась – позволила вести себя за руку. Мой хвост заинтересованно изгибался за моей спиной.

А когда мы оказались в доме… Я сразу увидела посреди гостиной Арона.

И шумно ахнула, тут же закрыв рот ладонью. Невольно повторив утренний жест матери Эльзаса.

Потому что мой сын сидел на руках у мужчины…

Почти фотографическое сходство с Эльзасом… но как бы ещё более типично-атланатинской внешности. Прямо такой ядерный, почти анекдотичный атлантианец.

И он держал Арона на плече. А хвостик сына так дружелюбно обвил предплечье незнакомого атлантианца. Обычно Арон так не делает, ни с кем. Но за последние сутки побил все рекорды по дружелюбию.

И мой сын сейчас заливисто хохотал.

И как заворожённый следил за наксом атлантианца, который тот держал в свободной вытянутой руке напротив лица Арона. Трость-накс с глубоким тёмно-синим камнем набалдашника.

– Ещё раз юный виан, внимательнее! – выговаривал атлантианец Арону, и мой сын перестал смеяться. Стал очень сосредоточенным. И лицо сделалось очень взрослым.

В груди заледенело: что здесь происходит?!

– Арон! – шепнула я.

Мой сын не отреагировал, а незнакомый атлантианец перевёл взгляд на меня.

– А, вот и вы, – окинул меня внимательным взглядом атлантианец, – мы уже заканчиваем упражнение. Ждите.

Я просто обмерла.

– Всё в порядке. Пойдём, Ди, – как ни в чём не бывало Эльзас потянул меня за талию в зону кухни. Здесь его мама уже ставила на стол какое-то ароматное блюдо. Я рухнула за обеденный стол, не сводя взгляд со странных манипуляций атлантианца с моим ребенком.

– Завтра ещё потренируетесь, юный виан, – атлантианец опустил ребёнка на пол. И снова зазвучал смех, и только тогда Арон меня заметил.

– Мама!! – Ребёнок понёсся ко мне, влетел в мои объятия, ловко залез на руки, – сегодня самый лучший день, мам!

– Что ты сейчас делал, сынок? – шепнула я.

– Учился слушать накса!.. – зашептал в тон Арон.

– У вашего сына удивительный для шиарийца псионический спектр, виана, – напротив меня за стол опустился тот самый другой атлантианец, – и не только.

Я вся напряглась.

– Редко, но случается, – формально улыбнулся мне мужчина с лицом почти-как-у-Эльзаса, – представителям всех рас делают такой тест, принимая на службу в ведомства Союза. У юного виана хорошие данные...

Я невольно шумно выдохнула с облегчением.

– Ди, это мой отец, виан Алеф… – шепнул мне на ухо Эльзас.

Ну конечно.

Пазлик сложился.

Я же знаю его лицо.

Этот атлантианец – из правящей верхушки Союза. И в важные государственные даты – мелькает по всеобщему телевидению. Я ещё думала, что он похож на Эльзаса… Говорила братьям, а они фыркали мол – все атлантианцы друг на друга похожи, Ди.

А ЭТО ЕГО ОТЕЦ.

Понятно, откуда у Эльзаса такая прорва амбиций!

Это очень… очень могущественное семейство.

Я закусила губу.

Ты закрутила роман с практически наследным атлантианским принцем. Будучи шиарийкой. Великолепно, Ди.

А что эта “королевская атлантианская чета” будет делать, если выяснится, что у “внука короля” – шиарийский хвост?!...

***

Я сидела за накрытым столом. Родители Эльзаса сидели напротив. Мы же с самым невыносимым атлантианцем в мире – были вынуждены сесть рядом.

С торца стола – получается как бы во главе – на высоком стульчике сидел мой сын Арон. И вот уж кто чувствовал себя максимально уютно и непосредственно так это он! Уминал уже вторую добавку ужина от вианы Элины.

Передо мной на тарелке дымилось типичное земное блюдо. Размятый варёный корнеплод бежево-желтоватого цвета – “картофельное пюре”. И мясной комочек смешанного состава – “котлетка”.

Моя мама – человек – иногда тоже готовила такое.

Я очень любила земную еду.

Но сидя за столом в атлантианском квартале с двумя (тремя, если считать маленького Арона) атлантианскими мужчинами – я проживала когнитивный диссонанс. Выражения лиц Эльзаса и его отца Алефа – резко несоответствовали уютному земному блюду. Вообще, атлантианцы как будто бы никогда не должны оказаться в одной комнате с котлетками и пюре.

Они же не жалуют земную кухню. И не жалуют землянок. А шиариек – подавно.

Но вот передо мной одно из первых лиц Атлантии, и он, как я вижу, – счастливо женат на человеческой женщине, а его сын…

Я всмотрелась в лицо Эльзаса, препарирующего вилкой и ножом земное блюдо – с таким видом, будто сидит в ресторане высокой кухни как минимум. Даже не так – как будто занимается микрохирургией этой котлеты! Да что за странная раса эти атлантианцы?

Виан Алеф внимательно смотрел на Арона. Затем прищурился и завёл со мной светскую беседу.

И первый же вопрос от отца Эльзаса – как выстрел в упор:

– Так кто, говорите, отец вашего сына, виана?..

Я распахнула глаза широко. В атлантианской культуре – это был просто вопрос. В человеческой – это был крайне неприличный вопрос. В шиарийской — повод зарычать и броситься на собеседника прямо через стол, гневно щёлкая хвостом.

– Я… не говорила, – ответила, еле шевеля губами.

– Так скажите, – приподнял одну бровь виан Алеф, – любопытная генетическая палитра. Юный виан хорош, как музыкальная симфония. Интересно узнать пропорции генов и …. — и вдруг Алеф коротко зашипел.

Через миг я поняла почему! Его жена Элина то ли пихнула мужа ногой под столом, то ли ущипнула.

Элина вежливо улыбнулась мне. Скосила взгляд на Алефа. Тот замер, словно переговаривался с супругой в мысленном спектре. Любопытно. Насколько мне было известно – атлантианцы в псионическом спектре с жёнами не говорят. Тем более если у них иная расовая принадлежность. Могут выбросить мысленный сгусток вовне, либо принять ментальное послание, но не более. А тут – хвост на отсечение дам — они и правда ментально беседовали, и их диалог происходил внутри собственной псионической системы.

Странная семейка.

– … ничего неприличного тут нет, что за глупости, – отмахнулся Алеф вслух, – современные шиарийцы не страдают таким стереотипным поведением, Элина. Вопрос как вопрос.

Элина закусила губу.

Я кинула быстрый взгляд на Арона – он весело расправлялся с котлетой и как будто не принимал беседу на свой счёт. Будто вообще где-то витал.

– Юный виан делает ментальное упражнение, которое я ему показал, – сдержанно улыбнулся мне уголком рта виан Алеф, – он не слышит нас.

Я нахмурилась. Я тоже была псиоником, хоть и не выдающимся, но таких техник не знала.

– Это атлантианская забава, Ди, – как ни в чём не бывало пояснил Эльзас, наливая мне в бокал тонко пахнущий орехами и карамелью напиток, – у Арона интересный спектр пси. Такой крайне редко бывает у шиарийев, но встречается у людей. И почти всегда у атлантианцев.

Вдох-выдох. И я отпила из бокала.

– Если эта тема тебе неприятна, мы её сменим, – Эльзас освежил мне бокал, как только я отставила его на стол, – не имеет значения, где ты взяла ребёнка. Неважно, что было. Куда важнее, что будет. Что мы с тобой будем делать…

– Мы с тобой , Эльзас? – я чуть не подавилась.

– Да. Ты и я.

– Как на работе, сынок? – перебила Эльзаса виана Элина, когда я была уже готова скукожиться и провалиться от неловкости сквозь пол. Но ни Алеф, ни Эльзас упорно “не выкупали” моих эмоций. Либо делали вид.

Я бросила на Элину благодарный взгляд.

– Значит, Элина не ошиблась, – задумчиво протянул Алеф, игнорируя попытки жены съехать на нейтральные темы, – ты, Эльзас, ты живёшь с шиарийкой. Это… оригинально.

Эльзас открыл было рот.

Но я сказала первой:

– Так надо! Это по работе.

– Разумеется, – хмыкнул Алеф и как-то характерно по-аталантиански закатил глаза. Если бы он был человеком, его мимика бы означала, что он скептически относится к моему утверждению. Но представители атлантианской расы слишком часто закатывали глаза по любым поводам. Так что уверенности у меня не было.

Алеф помолчал несколько секунд и легко продолжил светскую беседу:

– Ты ведь знаешь виана Исбела, Эльзас, – Алеф чинно продолжил нарезать остаток котлеты на своей тарелке.

Я нервно сжала в руке вилку – резко вспомнила чопорного немолодого атлантианца. И как они на пару с чинушей-драконоидом всячески стращали в кабинете тайного ведомства. И если бы не Эльзас, их психологическое давление на меня могло бы сработать...

– Ди тоже его знает, – Эльзас накрыл мою руку своей, погладил пальцами. И я от неожиданности из второй руки выронила вилку. Она со звоном упала на пол. Родители Эльзаса синхронно уставились на мою руку, мягко захваченную Эльзасом.

– Так вот, – Алеф оторвал взгляд от наших сцепленных рук и уставился своими чернющими атлантианским глазами мне в лицо, – виан Исбел, хоть и был воспитан в строгих атлантианских обычаях, когда-то очень увлёкся одной шиарийкой. Чистокровной, взрывной. Она не была научным сотрудником. Она была такой типичной шиарийкой, с военной академией за плечами, служила во флоте, громко щёлкала чёрным хвостом…

Я от неожиданной смены вектора беседы забыла отобрать свою руку у Эльзаса, тот просто хмыкнул и перехватил мою ладонь, сцепив свои пальцы с моими в замок. И тихонько посмеивался. Будто его отец травил анекдоты.

– Вот уж не знала, – хмыкнула Элина, – Исбел такая заноза… не думала, что ширийка его стерпела бы. Да и кто-либо другой.

– У этой истории несчастливый конец, – прищурился Алеф, – высокопоставленные родственники закатили скандал Исбелу. Пригрозили лишить титула, имущества, протекции… Исбел оказался “слаб позвоночником”, как говорят атлантианцы. Прогнулся, как говорят люди. И его карьера пошла в гору, но с тех пор я о его возлюбленной шиарийке не слышал.

У меня похолодело на душе. Я вновь отпила из бокала. Но виан Алеф добил:

–… к счастью, виана Ди, у моего сына, Эльзаса, позвоночник в порядке. В нашей семье консервативное старшее поколение не имеет права решающего голоса. И если бы нас могли лишить титула, это произошло бы ещё на этапе моего выбора жены. Так что вы напрасно смущаетесь. Переживать вам не о чем…

На этот раз я всё-таки подавилась.