Глава 31

Вадим

Уговаривать Милену сесть именно в мою машину не приходится. Стоит мне лишь озвучить эту мысль, и она соглашается. Набирает кого-то и просит забрать её машину со стоянки академии.

Сев на переднее пассажирское, пристёгивается и называет мне адрес, где сейчас проходит прощание с её матерью. Для девушки, которая едет отправлять в последний путь свою мать, она не выглядит опечаленной. Что немного смущает и настораживает.

Но то, как она просила меня пойти с ней и описывала, почему ей это надо, было слишком искренне и эмоционально сложно для неё, что было заметно почти сразу. Поэтому я не смог ей отказать. И разве мог?

Свой план по её соблазнению и, как это называет Алёна, «влюблению» я решил оставить. Милена пообещала мне, что не будет ограждать девочку от меня, а мы с мамой Алёны можем стать приятелями, и тогда я смогу видеться с девочкой и без всех этих заморочек. Пусть это положение шаткое, но хоть какое-то.

– Не переживайте, Милена, – слегка дотрагиваюсь до её руки.

– Давай на ты? – неожиданно предлагает.

– Давай на ты, – соглашаюсь, а дальше мы весь путь молчим. И дело не в том, что не о чем говорить. Милена слишком напряжена, а я не хочу её тревожить. Даже не представляю, что творится внутри её головы.

Приехав к небольшому двухэтажному коттеджу, паркуюсь и играю роль джентльмена. Выхожу первым и открываю для Милены дверь, подав ей руку.

Выйдя, девушка благодарно кивает, поправляя на себе офисное платье.

– Оно не слишком короткое? – шёпотом интересуется. – Для академии было нормальным, но для похорон?

– Оно чуть выше колена. Всё в порядке, – подставляю ей свой локоть, за который она хватается, словно за спасательный круг. – Вы, главное, за Алёной присмотрите, – повторяет в который раз. – Она не знакома ни с кем из этой части семьи. Бабушка никогда не интересовалась внучкой, а внучка – ею.

– ТЫ, главное, за Алёной присмотри, – поправляю её. – Договорились же на ТЫ.

– Да. Просто ещё не перестроилась, – кивает, и мы входим в дом, где кроме нас ещё куча людей. Все в чёрном и с платками в руках.

Комедия чёрных актёров – так это называет мой отец. Никому не жаль, но все вынуждены держать платки в руках и делать вид, что они горюют. Но лишь родственники чувствуют настоящую боль горя.

– Вадим? – доносится до меня удивлённый вздох, а затем кто-то цепляется за мои ноги. – И ты здесь? – шепчет малышка. – С мамой? – радостно пищит. – Ура! Я так и знала!

– Я оставлю вас, – произносит Милена и, отпустив меня, идёт к скоплению людей. Вероятнее всего, именно там проходит церемония прощания и лежит её мама.

– Вы теперь вместе? Да? – интересуется малышка и, взяв меня за руку, уводит в сторону, где неподалёку разговаривает её дедушка с каким-то мужчиной. – Садись, – указывает мне на диванчик, где её небольшой блокнотик лежит и карандаши. Дорожный наборчик, который я уже у неё видел. Она подходила спросить, хорошие ли ей карандашики купили.

– Алёна, не дави на маму, – решаю говорить с девочкой, как со взрослой.

– Почему?

– Мы не вместе с ней, – честно признаюсь девочке, чтобы вновь не совершить ту же ошибку. – Люди не могут влюбиться и быть вместе по щелчку.

– Но в фильмах…

– В фильмах у них мало времени, и они всё показывают быстрее, чем происходит на самом деле.

– А сколько надо времени тогда?

– По-разному, – пожимаю плечами. – Но ты не должна давить на маму. Она должна сама решить, хочет ли, чтобы я был твоим папой и её мужем. Но я буду её другом.

– Мама сама должна решить? Прям сама-сама? – с сомнением уточняет.

– Сама-сама.

– Но ты ведь будешь её в себя влюблять? Цветочки там дарить? От маньяков её спасать? Лечить её, когда она заболеет? И ещё писать ей записочки?

– Записочки?

– Ну да, – активно машет головой. – Я видела в фильмах. Милые записочки от тайного поклонника.

– Хм-м… А мне нравится эта идея, – улыбаюсь ей.

– Тогда я куплю тебе бумажки с сердечками, чтобы мама сразу поняла, что это влюблённые записочки.

– Любовные, – поправляю её, повернувшись в сторону Милены, чтобы проверить, как она. И делаю это вовремя, чтобы заметить то, как её за руки хватает какой-то парень, а она пытается не дать ему это сделать.

А вот и тот бывший парень!

Ради него я сюда и явился.

– Алёночка, ты посиди здесь. Нарисуй мне, как ты видишь любовь, – даю ей задание, а сам иду к Милене и мужику, который явно не понимает, что трогать девушку, когда она этого не хочет, не нужно.

Не люблю таких наглецов. Обычно мы с Владом вместе таких уродов в лужу сажаем, но сегодня я и один справлюсь.

– Милена, – обхватываю девушку за талию, развернув её так, что теперь весь её корпус прижат к моему прессу. – Добрый день, – обращаюсь к бывшему парню Милены. – Думаю, не стоит трогать девушку. У неё такое горе. Мать умерла.

– А ты кто такой? – с вызовом кидает. – Из охраны?

– Да какая разница, кто я? – пожимаю плечами, а голова Милены неожиданно оказывается у меня на плече. Закрыв глаза, девушка тихо считает до десяти ровно, как я учил её в своём кабинете. – Дворник с соседнего участка.

– Ну так вали! Выметайся! Ты не приглашён! А я разговариваю со своей… – начинает он, но в разговор влезает та, кого я больше всего сейчас не ожидал. Ведь я думал, что занял её, да и дедушка принцессы должен был за ней приглядывать.

– Не кричи на моего папу! – рычит Алёна, встав между нами. – Иначе дедушка тебя накажет! Сильно накажет! Ясно?!

– Алёна, – глажу девочку по голове, призывая её успокоиться.

– Извини, папочка, – мигом переходит на милый голосочек, обернувшись ко мне. – Дедушка говорит, что плохие люди только плохой язык понимают. А он плохой. Он сказал, что я маленькая козявка, и толкнул меня. Я колготку порвала, – приподнимает платьице и демонстрирует доказательства.

– Как ты назвал мою дочь?! – рычит уже Милена.

– Что ты сделал моей принцессе? – одновременно с ней произношу я, хрустнув пальцами.

Отлипнув от меня, Милена зыркает в сторону парня таким взглядом, что даже Алёна испуганно глаза выпучивает. Я же делаю шаг вперёд, загораживая девушку собой и чётко давая понять, что ему…

Конец ему!