Глава 11

На обед Эми отправилась в том же платье, в котором ездила на прогулку. И сидя за столом невольно ловила заинтересованные неназойливые взоры обедающих мужчин, но никаких обещанных Корой атак так и не дождалась. Хотя сейчас ее это и не волновало, прежде нужно стать экспертом, таким как Кора или Хлоя. Чтобы понемногу заработать на свой дом.

Но все равно интересно, почему наставница так сильно ошибалась? Ведь просто уверена была, что у ее ученицы отбоя не будет от поклонников?

– О чем ты думаешь? – не выдержала Кора, когда они возвращались в свои комнаты.

– Обо всем понемногу. Мне очень интересно, как русалки будут воспитывать Эсвильду? И где она будет жить?

– А ты изучала магические расы?

– Немножко, в моих учебниках была только карта их территорий.

– Тогда идем ко мне, я расскажу о них все, что может потребоваться в нашей работе. Они почти никогда не обращаются в подобные агентства, но иногда, в особых случаях могут и прийти. Чаще мы просим у них помощи, особенно у эльфов и русалок.

С удобством устроившись на диване, Кора открыла большой альбом с картинами и показала ученице первую.

– Это драконы. Самые сильные маги из всех рас. И поэтому дальше всех ушедшие от обычных людей.

– Куда ушедшие? – Не поняла Миэль, – они же эти… ну летающие змеи.

– Кто тебе это сказал? – удрученно подняла взор к потолку сваха.

– Все. И в сказках и Зарита…

– А учителя?

– Они ничего не говорили. У меня не было учителя по магическим расам. Бесприданницам достаточно знать грамоту, счет, литературу и немного общие сведения. – тихо призналась сиротка, – но все учителя, которых нанимал отчим, были хорошими людьми.

– Зато сам он… ну ладно, не будем о прошлом. Так вот, очень давно в нашем мире случилась катастрофа… никто не знает точно, что произошло, кроме драконов, а они никому ничего не объясняют. Но достоверно известно только одно, несколько материков ушло под воду. Осталась лишь наша родина, да несколько различных островов. И на всех пытались выжить спасшиеся в том катаклизме люди. Как ты понимаешь, больше всех шансов было у магов, и несколько поколений они изобретали методы и способы спасения. Изменить условия оказалось невозможно, и они изменили себя. И разумеется начали с облика. Русалки жили на вершинах полузатопленных океаном гор, и им приходилось переплывать с одной на другую в поисках пищи и убежища. Возникла необходимость в более плотной чем прежде, и гладкой коже, широких стопах и кистях рук. Ну и мощной шее, запасе жира на плечах, складкой кожи укрывающей грудь. Все этого почти незаметно, когда они надевают обычную одежду, но на островах русалки ходят в очень маленьких сорочках и коротких штанах.

– Бедная Эсвильда, – невольно пожалела Миэль привыкшую к роскошным платьям герцогиню.

– Да, – усмехнулась сваха, – придется ей узнать цену куска рыбы. Зато вернется другим человеком. Все русалки имеют ментальный дар, без него в море не выжить, если у тебя нет ни мощных щупалец, ни крепкой чешуи, ни огромной пасти. Вот и развивали прежде всего способности эмпатов. Всех морских обитателей от акул до медуз русалки слышат за сотни локтей, и людей, разумеется – тоже. Поэтому убийце бесполезно с ними хитрить. Они не станут ни жалеть притворщиц, ни терпеть лгуний. И постепенно выправят ее характер, даже если на то понадобится двадцать лет.

– Но ты же сказала – на три года?

– Это обычный срок изначального договора. И дон Фергуст Сангро об этом знает. И конечно надеется на лучшее. Зачем же мне было лишать его надежды?

– А чем она там будет заниматься? – задумалась Миэль, – и где жить?

– Ты снова забываешь, что они люди, – мягко укорила ученицу сваха, – и их предки, так же, как и наши, сотни тысяч лет жили в домах. От этой привычки не отказалась ни одна новая раса, да и не было причин для отказа. Но каждая раса строит свои жилища с учетом собственного удобства, как, впрочем, и мы. Южане попросторнее, с верандами и балконами, северяне с более толстыми стенами и узкими окнами. Ну а про Эсвильду… никто, как ты можешь догадаться и сама, с первых же дней не доверит ей сортировать жемчуг или янтарь. Дадут самую простую работу, и дальше все будет зависеть от ее желания однажды вернуться домой.

– Тогда мне жаль принца. И его будущую невесту. Мне почему-то кажется, что он был прав, спокойно жить помощники кузины им не дадут. И кузина постарается вернуться как можно скорее…

– Если ее отец не передумает и отдаст дочь русалкам- ей уже никто не поможет вернуться по собственному желанию, – уверенно возразила Кора, – И даже пытаться не станут. Русалки по мощности уступают только драконам, но никогда с ними не сталкиваются и не спорят. Говорят, драконы помогли им в каком-то важном деле… или спасли. Точнее не известно никому. Ну а ее помощники или скорее любовники, смелы только когда не пахнет жареным. А против сильных магов и герцога Сангро даже пальцем пошевелить не посмеют. Сейчас они наверняка мчатся от столицы во весь опор, мечтая добраться до границ с оборотнями и несколько лет пить пиво и закусывать копчеными рябчиками в каком-нибудь пабе Еловых Пущ.

– А драконы… – Миэль вспомнила погибшего отца, – они с нами почему-то в ссоре?

– Они ни с кем не ссорятся. Но и не дружат так, как эльфы или гоблины. Они сами по себе с той катастрофы, когда пришлось выживать. Им досталось больше всех, страна за считанные дни ушла под воду, остался лишь горный хребет да пробудившийся вулкан. По счастью вместе с ним возник и мощный источник магии, и магам хватило сил накрыть целые ущелья защитными куполами. С тех пор драконы лучшие мастера защиты, огня и воздуха.

Миэль хотела возразить, ведь смертельная ловушка возникла на тропе не сама по себе, но не успела. Кто-то коротко стукнул в дверь и почти сразу она резко распахнулась.

– Кора извини… но нужна твоя помощь, – выпалила Хлоя, ведущая за руку насупившуюся Сули. – Она хочет разорвать помолвку.

– А он хочет, чтобы я бросила работу, – сердито буркнула секретарь, и басом кого-то передразнила: – К чертовой бабушке!

– Давайте выпьем чаю и поговорим спокойно, – мягко предложила Кора, указывая подругам на диван, – это вопрос серьезный, его просто так не решишь. Я понимаю Сули, она боится снова оказаться младше кошки, но как мы знаем, у каждой монеты три стороны.

– Две, – невольно поправила Миэль.

– Считай сама, – всучила ей наставница увесистый серебряный четвертак, вынутый из кошеля, – тут наш драгоценный король, с обратной стороны герб объединенных пределов, а сбоку нескончаемая третья сторона, и она тут самая главная. Он ее толщины и длины зависит ценность монеты.

– Петрис примчался, как только узнал о нападении, – тихо сообщила Хлоя, – бросил важных клиентов и прибежал в лазарет, нас там на всякий случай поили всякой гадостью.

– Мы приходили вас проведать, – кивнула ей Кора, – но Азхарт не позволил. Сказал, вы еще отдыхаете.

– Сколько можно отдыхать, тем более в лазарете? – Насмешливо фыркнула ее коллега, – каждые пять минут в двери стучал кто-то из коллег. Всем было интересно, живы мы еще или нет. Разумеется, мы сбежали. Но Петрис явился к ней и велел собирать вещи. А она…

– А я сказала, что разрываю помолвку, – неожиданно горько всхлипнула Сули, и свахи ринулись к ней с чаем и какими-то пилюлями.

– А твой жених… – тихонько спросила Миэль, даже не представлявшая, что можно так просто расстаться с избранником, – он очень плохой человек?

– Он самый лучший… – прорыдала Сули.

– Они помолвлены уже полтора года, – кротко пояснила Кора, лукаво блеснув глазами.

– Сколько?! – не поверила Миэль, – и до сих пор не женаты? Он очень болен? Или беден и ему некуда привести жену? Или родители запрещают?

В ответ на каждое ее предположение Сули рыдала все громче, и ученица огорченно прикусила язык, начиная понимать, что прогуливается по больному месту.

– Все наоборот, – вздохнула Кора, – если Сули позволит, я расскажу.

– А! – продолжая плакать, махнула рукой секретарь, давая ей разрешение.

– Все наоборот. Петрис видный, здоровый, умный, храбрый и весьма обеспеченный мужчина. Он один из лучших дознавателей агентства. И его матушка спит и видит тот день, когда они с Сули узаконят свой союз. Но наша подруга все тянет. Она уже была замужем… и ей там не понравилось. Так сильно, что Сули сбежала и ее разгневанный муженек нанял наше «При-по» поймать беглянку. Искать ее отправили Петриса… и он нашел свое счастье. Азхарт помог Сули развестись с мужем и принял ученицей в наш отдел. А Петрис пару лет осаждал неприступную крепость и наконец они объявили о помолвке.

– Но это же хорошо? – неуверенно спросила совсем сбитая с толку Миэль, – зачем же его выгонять? Или… Сули его совсем не любит?

– Любит, – уверила ее сваха, – и даже очень. Потому сейчас так и плачет. Боится, что Петрис рассердится всерьез и больше не придет. Он ведь давно не мальчик, чтобы годами ходить на свидания к невесте… почти жене. Ему хочется семьи, совместных завтраков и ужинов, детей, наконец.

– Все этого хотят, – пробормотала девушка, – это ведь так замечательно. Я помню, как тепло и весело было дома вечерами, когда отец еще не погиб.

– А кем он был? Ну, по ремеслу?

– Переводчиком. Знал все живые языки и три древних. – Миэль вспомнила про запрет и подавила желание рассказать этим симпатичным ей женщинам про все свои беды.

– А Петрис – сыщик. – печально произнесла Кора и многозначительно смолкла.

– Два года назад у них коллега разбился… сорвался с башни, когда пытался поймать воришку, – подлила масла Хлоя.

– Вы нарочно? – заподозрила подруг Сули.

– Что – нарочно? – подняла бровь Кора, – правду говорим?

– Пытаетесь выдать меня замуж!

– А разве ты еще не вышла? – сердито удивилась Хлоя, – через день у него ночуешь, слуги тебя хозяйкой зовут, мать Петриса – дочкой. Только в храм не идешь, все богов пытаешься провести, забыв, что они все видят и обмана не прощают.

– Я не хочу целыми днями сидеть дома, вышивать чепчики! – сердито насупилась секретарь, – и пить чаи с его соседками и кузинами! Я с ними с ума сойду. Мне с вами интересно.

– Так и скажи Петрису. Что будешь работать неполный день. Мы с утра и без тебя обойдемся, у нас теперь Эми есть. А ты будешь приезжать к обеду, – примирительно предложила Хлоя, – ведь иначе с горя все подушки зальешь слезами, если у него и в самом деле лопнет терпение.

– Я говорила. Он не слышит…

– Значит, не так говорила, – уверенно возразила Кора, – если хочешь, чтобы тебя услышали и поверили, нужно не просто сказать, а найти подходящее время, доходчивые слова и самое главное – привести убедительные доводы в пользу своего требования. Многие мужчины наслушавшись россказней злоязыких знатоков считают всех девушек капризными упрямицами. И даже глупышками. И убеждены, что их нужно перевоспитывать и вообще держать в строгости. Ради их же собственного блага.

– И зачем мне нужно, чтобы меня водили на коротком поводке, как собачку? – насупилась Сули.

– Затем что ты его любишь, – мягко улыбнулась ей сваха, – и, если Петрис уйдет, будешь несчастна. Очень. Пойми, ты моя подруга, и я всей душой желаю тебе безоблачного счастья. Но оно зависит лишь от тебя. Ведь только ты сама можешь сказать Петрису о своей любви, объяснить жениху серьезно и ласково что он обручен не с ветреной дурочкой, а с самостоятельной женщиной, которой недостаточно для счастья чаепитий со сплетницами. И неважно, что так живут его матушка и кузины. Ты – другая. Его кузины никуда не побегут от самодура-мужа, если он имеет значительное состояние. Они будут терпеть все придирки и ходить по одной половице.

– Я все отлично понимаю… – Сули горестно вздохнула, – но как только затеваю с ним беседу о своих условиях – начинаю сердиться или плакать. И мы очень быстро забываем, с чего начали разговор. То он меня утешает… то я его успокаиваю.

– А разве нельзя выпить какое-нибудь зелье? – ученице очень хотелось хоть чем-то помочь новой подруге, – для хладнокровия.

– Можно, конечно, – усмехнулась Хлоя, – только Петрис не поверит. Он за эти годы хорошо изучил Сули, и прекрасно знает, что спокойно говорить на тему своей свободы она не может.

Секретарь печально кивнула и стерла с щеки слезинку.

– Мне даже хотелось кого-нибудь нанять, – призналась она со смущенным смешком, – как нанимают певцов серенад. Чтобы спел за меня Петрису, как сильно я его люблю, но жить домашней клушей все равно не смогу. Закисну… заскучаю… начну злиться и вредничать. Самому же хуже будет.

– Стоп, – решительно объявила Кора, – больше ни слова. Я тебя поняла. И хочу напомнить, что каждый работник агентства имеет право раз в год на любую бесплатную услугу. Ты в этом году не брала… да и в прошлом, по-моему, – тоже. Значит сейчас заказываешь мне встречу с твоим женихом для обсуждения условий заключении святого союза. Я сама сообщу ему о твоих требованиях, и составлю свадебный договор. Но учти, Сули, заказ я беру без отмены. А то он потом тебя пригреет, приласкает, и ты растаешь, а донна Кора останется в дурочках.

Несколько минут Сули обдумывала это предложение. Хмурила брови, кусала губы, заламывала пальцы и вновь сжимала кулачки. И наконец уверенно объявила:

– Не пригреет. Я не выйду из этого дома, пока ты не позволишь. Клянусь. Бери заказ.

– Заказ взят при свидетелях, – торжественно и строго объявила сваха. – В случае нарушения клятвы три года отслужишь в «При-по» без права расторгнуть контракт.