Глава 23

Мне не оставалось ничего другого, как только признать свое поражение.

Эльсанир галантно вывел меня из зарослей люстинцеи и просто ушел. Причем, если слух меня не подвел, насвистывая веселый мотивчик.

Похоже, его совершенно не смущало то, что он задумал. А ведь это без пяти минут мятеж против отца. Против короля Ленорманна!

Только я не собиралась становиться разменной монетой. А потому направилась в сторону ректората, полная решимости обо всем рассказать Драмиэлю.

Раз он мой дядя, то пусть защищает.

Правда, в глубине души тлел огонек сомнений.

А вдруг Эльсанир все это выдумал? А вдруг не существует ни лорда Ротберга, ни слезной истории про несчастную мать?

Как же сложно видеть во всем подвох и обман!

Я даже притормозила, представляя, как пристану с расспросами, а ректор ни сном ни духом, что у него есть брат.

Но ведь и Эльсанир понимает, что его слова легко проверить…

Ай, мне все равно надо к ректору. Тем более надо рассказать ему, что я снова почувствовала присутствие Темного.

Тряхнув головой, я ускорила шаг. Без приключений добралась до приемной, и на этом моя удача закончилась.

Меня остановила Джиллиан Гилли.

– Ректор просил передать, что на сегодня вы поступаете в мое распоряжение, – заявила она, едва я переступила порог, и указала на стеллаж, заваленный книгами.

Даже с виду книги выглядели древними, пыльными и громоздкими, разваливающимися на запчасти. Их корешки и углы были окантованы тусклым металлом. Да они же, наверное, тяжеленные как бетонные блоки!

– А он у себя? – я метнула взгляд в сторону кабинета.

Дверь была плотно закрыта и сияла защитными рунами. Причем, помимо алой магии самого Драмиэля, в них были переплетены зеленая и фиолетовая. Целитель и стихийник? Интересно…

Джиллиан недовольно поджала губы:

– Господин Саррах у себя, но вам туда нельзя. Он занят.

– А кто у него? – полюбопытствовала я.

– Господа из столицы.

– Ох, надеюсь это никак не связано с той кучей объяснительных, которые он отправлял последние дни.

– Мне это неведомо, а вам стоит умерить свое любопытство, Наталья. Займитесь работой.

Она отчитала меня таким тоном, что я решила ничего больше не спрашивать. Видимо, дело очень серьезное, если гости усилили защиту своей магией.

Я направилась к стеллажу и стала снимать книги одну за другой.

Первое впечатление было правильным. Фолианты рассыпались в руках, рассохшиеся корешки не держали страницы.

– И что мне с ними делать? – пробурчала я, подбирая с пола упавший листок.

Это была гравюра с изображением гербов древних человеческих родов. Мы проходили их по истории.

– Реставрировать, – сухо ответила секретарь. – Но сначала убедись, что там все станицы в наличии и что они сложены по порядку.

– Можно я тут сяду?

Я кивнула на свободный стол возле окна. Рядом с ним стоял стул.

– Садись.

Был еще один стол, ближе к Джиллиан. Но именно с этого открывался прекрасный обзор на дверь ректорского кабинета. А мой взгляд, будто завороженный, то и дело возвращался к сияющим рунам.

Я взяла первую книгу из стопки. Сдула с нее толстый слой пыли и громко чихнула. Пыль веселым облачком осела мне на плечи и голову, а я получила еще один выразительный взгляд от секретаря.

После уселась на стул и сделала вид, будто проверяю страницы, а сама незаметно, из-под ресниц, начала изучать плетения защиты на ректорской двери.

Хм… Такую можно только уничтожить, применив магию Разрушения. У меня не хватит ни опыта, ни терпения, чтобы распутать весь этот клубок, тем более в нем намешаны магии разных стихий и рас.

Не нарочно ли Драмиэль заперся от меня? Или это уже говорит моя паранойя?

Убедившись, что подслушать происходящее в кабинете не выйдет, я слегка приуныла. Перелистнула очередную страницу, машинально перевела взгляд на книгу и замерла.

Следующая страница была оторвана. Кто-то сделал это впопыхах, оставив неровный кусок, чуть расширяющийся книзу. И на той части, что оставалась, виднелся кончик крыла.

Меня окатило холодным потом.

Это не драконье крыло! У драконов нет перьев, тем более таких длинных и заостренных, словно наконечники копий, да еще черных, как ночь.

Здесь был нарисован феникс!

Под картинкой шла надпись, но сейчас от нее остались лишь несколько символов.

Когда я увидела их, в глазах на миг потемнело. Точно такие же символы есть на моем медальоне! Их сложно не узнать, ведь они отличаются от всеобщего языка, на котором говорят и пишут в Академии.

В полном ошеломлении, я потянулась рукой к груди. Захотелось достать медальон, убедиться, что зрение меня не обманывает. Но помешал голос Джиллиан:

– Все в порядке?

Я вздрогнула и спрятала руку под стол.

– Да, все отлично…

Вряд ли моя натянутая улыбка была похожа на искреннюю. Но Джиллиан только головой покачала и вернулась к своей работе.

Я же, охваченная нетерпением, принялась жадно перелистывать книгу.

Вырванная страница была не единственной. После нее не хватало еще двух десятков.

Судя по состоянию кожаного переплета, потемневшей серебряной окантовке и потрепанности обреза, этой книге могла быть не одна тысяча лет. Или больше. Страницы не бумажные, а пергаментные, текст и рисунки выцвели.

Когда-то эту книгу от действия времени защищали особые чары. В центре обложки до сих пор виднелся плоский камешек-накопитель. Его магия давно израсходовалась, и почему-то никто не захотел ее пополнить.

Видимо, книга была не очень важна.

Через пару минут я убедилась, что так и есть. Обычный гербовник – справочник по гербам и эмблемам разных рас и родов. Настолько древний, что в нем был целый раздел о родах Даргемии. То есть о черных фениксах. Но кто-то оставил от него лишь огрызки страниц.

– Госпожа Гилли, можно вопрос? – я подняла голову. – Откуда эта книга? Из библиотеки?

– Нет, эти фолианты давно сняты с учета. Они уже несколько веков хранятся в архиве, но сегодня господин ректор принес их и сказал, что вы должны пересчитать все страницы, сложить их по порядку и напитать защитный камень.

Вот те на!

И как же я это сделаю? У меня нет магии, способной наполнить накопитель!

Я хотела возмутиться, ведь задание было невыполнимым. Но вовремя прикусила язык.

Наверняка Драмиэль знал о вырванных страницах. И знал, что на них было. Он ведь ничего не делает просто так.

А значит, надо попытаться наполнить камень. Может, тогда станицы восстановятся?

Эта мысль меня увлекла. Я украла немного магии Джиллиан и направила ее в накопитель, но ничего не вышло. Магия секретаря рухнула в камень, как капля в иссохший колодец.

Мало!

Но брать еще очень опасно, она заметит. Вон как поводит плечами, будто замерзла.

Эльсанир как-то сказал, как ощущается мое вмешательство. Хотя он сам открывается для меня, чтобы я черпала его силу, но это все равно неприятно. “В ушах сразу появляется противный писк. Будто кто-то царапает когтем по стеклу”.

Так что брать магию без спросу нельзя!

На этой мысли я снова застыла.

Так я могу высасывать магию так же, как тот неизвестный убийца? Ох, это еще одно подтверждение в пользу того, что он феникс!

Теперь уже я передернула плечами, ощутив прилив паники. Все улики против меня! Если сестры Дормер или Эльсанир проговорятся…

От нахлынувших чувств сжало горло. В глазах защипало, и я в отчаянии ударила ладонью по книге. Причем так неловко, что оцарапала палец серебряным уголком.

– Ой! – вскрикнула, злясь на саму себя.

– У вас кровь, Наталья, – констатировала секретарь. – Возьмите салфетку, а то все тут запачкаете. И идите к целителю.

– Само пройдет, – буркнула я, но салфетку все же взяла.

А когда вернулась на свое место, камень в центре обложки тускло светился. На серебряном уголке виднелся след крови, и он на моих глазах быстро впитался…

***

Так, и что это значит? Он работает на крови?

Это была первая мысль, которая пришла мне в голову. Однако я ни разу не видела и не слышала про подобные накопители. Если не считать моего медальона.

Но мой медальон создан фениксами.

Неужели и этот камешек тоже?

В памяти всплыли строчки, скрупулезно переписанные Айзеном: “Раса фениксов владела тремя видами особо опасных сил: магией Разрушения, магией Крови и магией Созерцания”. Маги Крови умели выделять магическую энергию из своей крови и делать на ее основе разные штуки…

Ох!

Мысль была внезапной, как удар молнии.

Ну конечно! Это ведь они создали те артефакты, которые сейчас пытаются воспроизвести драконы! Вот в чем проблема. Драконы могут веками стараться, но у них ничего не получится.

Я тихо хихикнула. Но тут же прикусила язык и метнула на Джиллиан быстрый взгляд. Та вроде бы ничего не заметила.

Следя за ней, я потерла камень раненым пальцем. А вдруг и правда сработает?

Я не особо верила, но внутри все замерло в ожидании. Даже сердце пропустило удар.

И чудо свершилось!

Камень засветился ярче. Его поверхность стала золотисто-прозрачной, словно янтарь, и по ней побежала паутинка багровых трещин. Сияние перекинулось на мелкие камешки в серебряной окантовке. Да и само серебро посветлело, с него исчезла вековая патина. А потом книга в моих руках начала изменяться. Будто кто-то отматывал время назад, и я наблюдала, как восстанавливается истертый корешок, потрепанный обрез, возвращается цвет тисненым буквам на обложке…

Магия творилась прямо у меня на глазах. Магия моих предков! В тот момент если бы рядом раздался взрыв – я бы ничего не заметила. А потому пропустила момент, когда открылась дверь ректорского кабинета. Кто-то прошел мимо стола, но я даже не обратила внимания.

– Наталья, – прозвучал надо мной голос Джиллиан.

– А?! – я подскочила на месте и схватилась за сердце. Книга упала под стол. – Ох, зачем так подкрадываться?

– Я уже третий раз вас зову. Зайдите к господину Сарраху.

– Он ведь занят, – напомнила ей, наклоняясь за гербовником.

– Уже нет. Пока ты витала в облаках, его гости ушли.

– Так мне прямо сейчас идти?

– Да, он ждет.

– Хорошо.

Когда подобрала книгу, она уже не светилась. Прижав ее к груди, я направилась к кабинету. Постучала. А в ответ донесся протяжный хрип.

Я с ужасом глянула на секретаря.

– Заходи, – кивнула мне Джиллиан.

– А вот и ты, Наталья, – Драмиэль поднялся, когда я переступила порог. – Как раз вовремя.

Вид у него был подозрительно радостный.

– Ага, а у вас все в порядке? – я придирчиво осмотрела его.

– Да, вполне. Ты мне очень помогла с бумажками, так что я смог даже поспать пару часиков, пока поверенный от короля не нагрянул вместе со своей свитой.

Упоминание о короле заставило меня насторожиться.

– А зачем они приходили?

– Как обычно. Скоро ведь бал – самый важный за последние пять лет. Приедет сам король и много высокопоставленных лиц, чьи отпрыски учатся в Академии. Нужно позаботиться об их безопасности. А учитывая обстановку, его величество решил, что мы тут сами не справимся. Кстати, я заказал для тебя из столицы модистку.

Я удивленно моргнула.

– Модистку? Зачем она мне?

– А где ты думаешь брать бальное платье?

– Ну… свое надену. Оно симпатичное.

– Это недопустимо! – он хлопнул ладонью об стол. – На этом балу я объявлю тебя частью рода Саррах. Ты должна быть в особенном платье, в цветах нашего рода. А еще нужна гербовая лента.

Мои глаза стали в два раза шире. Потому что гербовые ленты носили наследники титулов.

Значит, Эльсанир ничего не выдумал? Как бы сейчас спросить…

Момент был удачным. Но на меня вдруг напала неловкость. Эль сказал, что брат Драмиэля пропал. А вдруг он погиб или его убили? Не хочется бередить такие воспоминания. Да и как сам Драмиэль отнесется к тому, что я копалась в его прошлом?

– Есть возражения? – нахмурился ректор.

– Нет-нет, – поспешила заверить. – Платье так платье.

– А это что? – он заметил книгу в моих руках. – Старый гербовник?

– Да, это он. Я его восстановила! Ой… точнее, пыталась…

Под конец мой голос совсем приуныл.

Я положила гербовник на стол и поняла, что он такой же дряхлый, как был. Да, камешек посветлел. Но полученной им энергии не хватило, чтобы сохранить изменения. Чудо длилось всего пару мгновений.

– Хм…

Ректор погладил камешек кончиками пальцев и прикрыл веки. Словно прислушался к самому себе.

– Значит, у тебя получилось, – констатировал он, потом посмотрел на меня. – Я до последней минуты надеялся, что ошибаюсь. Но мне надо было убедиться, что мои догадки беспочвенны. Потому и принес тебе эти книги. Их давно списали с учета, но не уничтожили из-за камней. Ты знаешь, что это за камни?

Я кивнула:

– Накопители. В них магия, которая защищает книги от износа.

– Верно. Только обычные накопители универсальны, чтобы их мог наполнить любой маг. А в этой книге – особенный.

Драмиэль замолчал, глядя на меня с ожиданием.

– Сделанный фениксами, – прошептала я.

– Верно. Но не обычными фениксами, а лучшими артефакторами всех рас и времен. Магами Крови. Только они могли напитывать подобные камешки своей силой. Понимаешь, что это значит?

– Нет…

– В тебе все три исключительные силы: магия Крови, магия Разрушения и магия Созерцания. А такой гремучий набор может быть лишь у одного существа. У прямого наследника королевского рода.

– Ух… ты… – только и смогла выдохнуть я.

На остальное уже сил не хватило. Перед глазами все поплыло, и я ощутила, как медленно подгибаются ноги. Мир завертелся и канул в пропасть…

– Наталья! – кто-то похлопал меня по щекам. – Ты как?

Я открыла глаза и уставилась на Драмиэля. Тот обеспокоенно заглядывал мне в лицо. А я даже не помнила, как оказалась лежащей в его кресле.

На глаза вдруг навернулись слезы. В груди что-то заныло.

– Значит, я прямой наследник королевского рода? И что теперь с этим делать…

Я полезла за шиворот и достала медальон. Корона на нем хищно сверкнула, отразив свет из окна.

Ректор глянул на артефакт в моей руке и отвел взгляд.

– Не знаю. Но я сразу понял, кто ты такая, когда увидел у тебя эту вещь.

– И ничего не сказали. Почему?

– Я и сейчас не хочу ничего говорить. Слова могут быть смертельно опасны.

– Это связано с вашим братом?

Он вздрогнул и отшатнулся. А я наконец-то смогла нормально сесть и одернуть юбку. Потому что лежать перед взрослым мужчиной было не очень удобно.

– Ты знаешь о нем? – Драмиэль напряженно взглянул на меня.

– Да. Он мой отец, верно?

Ректор тяжело вздохнул.

– Верно.

– Значит, он каким-то образом попал в мой мир и встретил там мою мать? Вы знаете, почему он ее бросил? Почему сбежал?

Нахлынувшие воспоминания заставили меня подскочить. Я подалась вперед, хватая ректора за рукав.

Мне важно было это услышать. Что мой отец не был подлецом, бросившим беременную девушку. Что с ним случилось какое-то несчастье. Так мне было бы проще смириться с тем, что он бросил меня. И с тем, что мамы не стало…

– Потому что не мог иначе, – бесцветным голосом произнес Драмиэль, перевел взгляд на мои пальцы, смявшие ткань его рукава, и тем же тоном продолжил: – Он не подчинился приказу короля и сбежал. Его нашли. Если бы он попытался остаться, то пострадала бы твоя мать.

– Она и так пострадала! – взорвалась я. – Умерла в психушке, неся бред про драконов! А вы мне с первого дня врали, что других миров не существует. И меня заставляли врать!

Я уже кричала, забыв что нас могут услышать.

Не знаю, в какой момент ректор активировал антипрослушку. Мне было не до этого. Меня терзало желание высказаться наконец, выкричать свою боль, разочарование и несбывшиеся надежды. Всю обиду маленькой девочки, которая росла без родителей. Глаза жгло от слез, грудь разрывалась, словно из нее хотело вылететь что-то ужасное и уничтожить весь мир, который принес столько боли.

А Драмиэль схватил меня в охапку и прижал к себе.

Только тогда я поняла, что меня трясет от рыданий.

– Прости, – услышала шепот над ухом. – Так было нужно.

– Кому?

– Тебе, мне… твоему отцу…

Я оцепенела в его объятиях. Даже перестала рыдать. Чуть отодвинулась от промокшей насквозь рубашки, шмыгнула носом и недоверчиво переспросила:

– Моему отцу? Вы знаете, где он?

Мой ищущий взгляд встретился с полным сочувствия взглядом мужчины.

– Да. Он в тюрьме. Короли не прощают обиды.