Глава десятая

Когда я нахожу в себе силы обернуться, вижу, что Кирилл все еще в боевой готовности.

Так бывает?

Он усмехается:

— Да, я еще не закончил, но тебе, пожалуй, сначала стоит позвонить тем, с кем ты приехала, и сказать, что ты жива, и с тобой все в порядке.

Даже более чем в порядке. Но деталей я, конечно, ребятам расписывать не буду.

— Пойдем, я отведу тебя в душ и поищу многохвостку.

Наверное, он прав, и продолжение, если оно планируется, надо отложить. Не думаю, что расплавленные мозги пойдут мне на пользу. Да и там внизу я чувствую некоторый дискомфорт. Это на пике возбуждения он не имел значения, а теперь у меня четкое ощущение, что меня сняли с бревна.

Завернув меня в простыню, сам не заморачиваясь ничем подобным, Кирилл легко поднимает меня на руки и выходит из предбанника. Он так и несет меня голым на второй этаж, а в душе, выдав полотенце и сжав на последок ягодицу, оставляет меня одну.

— Иначе не удержусь, — хмыкает он, поглаживая член, который все-таки начал немного опадать. Сексуальный террорист. Повезло же кому-то.

Осознанно запрещаю себе задумываться на тему, кому именно.

Женат ли он, есть ли у него девушка, дети, сколько ему лет, и где он работает.

Это просто приключение на одну ночь! Подарок на старый новый год!

Сладкий сюрприз в утешение за все то дерьмо, через которое я прошла за последние месяцы.

Наступит утро, мы разбежимся, и больше никогда не встретимся.

Я даже адрес коттеджа уточнять не буду, чтобы не было соблазна.

Завернувшись в полотенце, я выхожу из ванны и теряюсь, не зная, куда идти, нооткуда-то снизу меня окликает хозяин дома, и я бреду на голос, шлепая босыми ногами по паркету.

В одной из комнат нахожу по-прежнему голого Кирилла. Да и в доме теплые полы, и он явно лишен стеснения, но я так не могу, поэтому прошу у Кирилла:

— Можно мне какие-нибудь тапочки? Я схожу за одеждой, она осталась в бане.

— Зачем тебе одежда? — удивляется этот бородатый тип. — Мы еще не закончили. Но с тапками я что-нибудь сейчас придумаю, обещает он. — Вот, проверяй.

Оказывается, пока я принимала душ, Кирилл нашел-таки многохвостку, и один из кабелей подошел к моему телефону, который он захватил из предбанника. И аппарт даже успел чуть-чуть подзарядиться.

Не отключая от питания, пробуждаю мобилку. Она радостно мне пиликает и выдает сразу тучу сообщений, что мне звонил абонент. Абонентов мне звонило, конечно, много, но чаще всего повторяются номера Аньки и Антона.

Испытываю жгучий стыд. Ребята за меня волнуются, а я тут предаюсь разврату вместо того, чтобы сначала их успокоить.

Глубоко вздохнув, набираю Аню.

Она отвечает почти сразу, и по голосу слышно, что она долго ревела. Наверное, почти все время, что меня нет. Мне становится совсем паршиво, как будто я действительно виновата в сложившейся ситуации.

— Катя? –спрашивает Аня так испуганно, словно ждет, что ей сейчас скажут, что найдено мое тело.

— Да, Нют, это я, ты только не волнуйся…

— Живая, господи, живая, — всхлипывая, бормочет она.

— Нют, ну ты чего, обошлось…

— Чего обошлось? — начинает кричать подруга. — Тебя три часа нет! Нигде нет! Мы все вокруг и рядом обошли! Ночь, снег валит, не видать ни зги! У тебя телефон не отвечает! Это ты нас так за Краснова решила наказать?

Я понимаю, что Аню начинает отпускать. У нее всегда так, как что случается, она молчит и ревет, а когда вопрос решится, ее несет срывать на всех скопившееся нервное напряжение.

— Нет, конечно. Просто мобильник разрядился, — виновато оправдываюсь я и на всякий случай жалобно добавляю: — Я сама испугалась, Ань.

Она судорожно выдыхает.

— Так, раз телефон заработал, значит, ты у людей. Как тебя забрать? — берет она себя в руки.

— Я сама не знаю, сейчас спрошу, — оглядываюсь на Кирилла, который слышит весь наш разговор, причем с обеих сторон. Динамики у меня громкие.

— Есть кому адекватному объяснить? — со смешком спрашивает он.

Точно, слышит Анькину истерику.

— Ань, дай Тохе телефон, все равно за руль сядет он.

— Антооооооон, эта стерва нашлась! Живая! Иди сюда срочно, придурок! — слышу я перед тем, как отдать трубку Кириллу.

Господи, пусть они ей там чего-нибудь накапают. Состояние ее, конечно, оправданное, но, если ничего не предпринять, то еще пара дней она будет выносить всем мозг.

Антон действительно более адекватно настроен и спокойно выслушивает инструкции, как от турбазы доехать до коттеджа Кирилла. Обещает быть в течение часа, а мне становится грустно от того, что старый новый год подарил мне не всю ночь с бородатым спасителем, а только ее кусочек.

Но Кирилл тормозит энтузиазм Антона:

— Парень, вы сто пудов там бухали. Куда тебе за руль? А если на брюхо сядешь? Там снега по пояс. Утром свою козу заберете, ничего до утра с ней не случится, а там уже и грейдер проедет, расчистит дорогу. Да. Нет. Правда, нормально. Живая, не ранена. Голос только вот хрипит.

В этом месте я краснею, потому что даже пока орала на дереве, голос посадила не так как в… гхм… тепличных условиях.

— Ничего не надо. Кто ж оставит человека зимой в беде, — смеется Кирилл в бороду. — Тем более она так мерзко кричала. Да на сосне. Серьезно на сосне. Только вы ей валенки какие-нибудь привезите, походу, моя собака сожрала ее обувь.

Так, чую, скоро легенды нашей компании пополнятся еще одной невероятной историей.

Когда мужчины возвращают нам с Аней возможность договорить, я пытаюсь ее успокоить, убедить, что со мной действительно все в порядке, а она задает мне всякие бабушкинские вопросы, типа, не заболело ли у меня горло, тепло ли мне, а потом без перехода:

— А чего за мужик-то?

Кирилл, сидящий рядом и поглаживающий мою коленку, заинтересованно вкидывает голову. Ну, мол, давай. Что скажешь?

— Нормальный мужик, — бубню я.

Мне, понятное дело, хочется Кирилла с Анькой обсудить, но не тогда, когда он греет уши.

— Кать, — ахает подруга, — он, что, тебя там насильно удерживает? Дай знать, Тоха ментам отбой дал, но мы сейчас Терентьевскую родню поднимем. Ты же помнишь, у него дядя полковник…

Мать моя женщина! Надо было в девять-один-один звонить, а они милицию на уши подняли. И только Терентьевских полковников мне сейчас не хватает! Без трусов, зато с полковником! Это называется "Звездато"!

— Все в порядке, Ань, — вздыхаю я. — Никто меня не удерживает, могу в любое время уйти.

Глаза Кирилла смеются.

— Тогда расскажи мне о нем хоть что-нибудь. Мне так спокойнее будет. А вдруг он маньяк? Зачем-то же он по лесу ночью шлялся!

— Расскажи, — шепчет мне Кирилл, скользя рукой вверх по бедру. — А я тебе помогу.