12

В кабинете раздается тихий потрескивающий звук.

Свет выключен.

В углу стола слабо горит настольная лампа, придавая комнате полуинтимную атмосферу.

Я с полчаса смотрю на горящий камин.

Поднимаю бокал. Медленно раскачиваю плавающую в нем жидкость и опрокидываю, осушая одним глотком.

Из груди вырывается вздох облегчения.

Прикладываю холодное стекло ко лбу и зажмуриваюсь. По горлу растекается горячая жидкость, впрыскивая в вены дозу расслабления.

Давно я этого не ощущал.

Перед глазами вновь вырисовывается разгромленная комната.

Выломанный замок. Разбитый сервиз. Да эта девочка ураган. Могу поспорить, парни к ней на пушечный выстрел на подходят.

Не прикоснулся я к ней. Не смог. Увидел синяки и что-то перемкнуло в груди. Ну что же я, не человек что ли?

Дверь толкается так неожиданно, словно брошенная под ноги взрывчатка.

Я резко вскидываю взгляд. С секунду прихожу в себя.

— Сволочи! Да что вы знаете! Сами ничем их не лучше!

В кабинет вваливаются двое полицейских, крепко удерживая за руки вырывающегося паренька.

Перед глазами мелькает буйная темная макушка.

Целый и невредимый гаденыш.

Сколько там ему? Пятнадцать? Шестнадцать? Юнец совсем.

Я медленно ставлю бокал на стол, прослеживая его взглядом.

— Уймись, парень, — спокойно командую я. Поднимаю глаза. Он застывает и смотрит на меня, как на привидение, даже вырываться перестал. — Геройствовать раньше надо было. Ты сестру зачем подставил?

Парень с пять секунд молчит. Осознает. А затем вновь взрывается.

— Да как вы..! Да я..!

Я со всей мощи бью ладонями по столу. Он вздрагивает. Наверное мой взгляд слишком уж бешеный, потому как паренёк сглатывает и бледнеет, резко оседая.

— Не подставлял я ее, — сдавленно проговаривает, опуская глаза. — Хотел, как лучше, думал, переиграю их.

Повисает молчание. Парень несмело поднимает глаза. Почти, как мои. На тон светлее.

— Можете посадить меня, но ее отпустите, — тихо говорит он.

Я неодобрительно качаю головой, сжав кулаки в карманах брюк. Посадить... У них это семейное что ли?

— Как благородно, — проговариваю сквозь кривую улыбку. — Поздно уже. Отпускать я никого не намерен.

Парень слабо дёргается.

— Сестру не троньте, — говорит он тихо. Как-то уж слишком мрачно и обреченно.

— А вот это уже мне решать.

Парень дёргается ещё раз, но быстро сдается. Понимает, что бесполезно, не глупый.

Я киваю на выход и полицейские его уводят. Один остаётся. Смотрит на дверь, провожая взглядом напарника, а затем направляет лицо ко мне.

— С пацаном что делать? — спрашивает хладнодушно.

Я с минуту молчу. Смотрю на пустой бокал. Думаю. А затем решаю:

— Пусть отсидится в камере день второй. От него не убудет.