Глава 14

Филипп

Сказать, что я зол – это ничего не сказать. Я в бешенстве! Она на том конце коридора, в моём офисе, со своим мужиком. И не знаю, что меня раздражает больше: то, что исходящий запах ягод от неё всё так же, как тогда, кружит голову, или то, что она ещё не ответила за сына.

Она здесь больше двух недель, и за это время фирма быстро поднимается со дна. Как по щелчку пальцев прекратились происшествия, всё заработало, ничего не ломается, систему исправили.

Магия, не иначе.

И все две недели я как на иголках. Отец продолжает доставать меня с этой женитьбой на Арине, а это кукла громко на это намекает. Она и до этого раздражала, а после появления Анны в офисе от Арины у меня разыгрывается аллергия в виде острой нервозности.

Почти каждый день что-то происходит, и мне осталось пару шагов до отпуска с более подходящим названием – «запой». Только вот незадача – пить мне нельзя, не так, как мне этого хочется.

Я всегда решал все дела фирмы без участия Титова и не привык, что есть второе лицо, с которым нужно всё согласовать, отчего у нас почти что не дошло до скандала с Белозёровым. А самое интересное, что инициатором скандала был бы я, потому что я на взводе, в то время, как и он, и Анна словно каменные. И если на Белозёрова мне глубоко плевать, то вот эта безэмоциональность от Анны бесит до скрежета зубов.

Вот и сегодня получаю от секретаря договор с новой фирмой на поставку ткани для обивки, где требуется моя подпись. И мне что-то не вспоминается, чтобы я планировал менять поставщика, с ними у нас как раз всё было гладко. Схватив чёртовы документы и с трудом удержавшись от того, чтобы порвать их на куски, я выхожу из кабинета и направляюсь прямиком к Белозёровым. Не заботясь о хороших манерах, без стука толкаю дверь и буквально вваливаюсь в кабинет.

К моему огромному удивлению Анна одна, а её постоянного сторожа Белозёрова, что не отходит от неё ни на шаг, словно кто-то украдёт это «сокровище», нигде не видно. На моё появление она никак не реагирует и продолжает что-то изучать на мониторе своего компьютера. Набираю побольше воздуха и, мысленно приказывая себе держать себя в руках, приближаюсь к её рабочему столу.

– Это что? – бросаю документы на твёрдую поверхность.

Эта сучка продолжает тыкать по клавиатуре, как будто я пусто место, и когда чайник моего терпения начинает свистеть, грозясь сорвать крышку к хренам, эта звезда переключает своё драгоценное внимание на меня.

– Стучать, прежде чем войти, не научили? – спрашивает Анна ледяным тоном.

– Это моя фирма, моё здание и мой кабинет, в конце концов! – всё же срываюсь на крик.

– На шестьдесят процентов, – бросает, откинувшись на спинку кресла.

Дрянь!

– Что это такое, я спрашиваю?! – повторяю свой вопрос, игнорируя её остроумие.

– Договор о поставке ткани для обивки диванов, – объясняет, словно перед ней какой-то идиот стоит.

– Читать я умею, – шиплю сквозь зубы, наклоняясь над столом. – Какого чёрта, Анна?

– Уточни, пожалуйста, свой вопрос, я пока не понимаю, что тебе неясно, – тем же ледяным тоном говорит она, и мне хочется схватить её за плечи, встряхнуть хорошенько и спросить: «Ты живая вообще?».

– Не строй из себя дуру и объясни, какого чёрта ты заключаешь договора за моей спиной?

– А что не так? Тебя условия не устраивают? Или цена? А может быть качество? – заваливает вопросами, наклонив голову на бок.

Спокойно, Фил, она просто играет у тебя на нервах!

– Всё! Меня не устраивает всё! Особенно то, что ты не считаешься со мной!

– А зачем? Ты утопил фирму своими решениями, а я здесь, чтобы вытащить её…

– Закрой свой рот! – ору во весь голос.

Отхожу на шаг, делаю глубокий вдох и изо всех сил стараюсь успокоиться. Для себя, для своего здоровья, потому что ей всё нипочём. На её каменном лице не дрогнул ни один мускул с тех пор, как я зашёл в этот кабинет, в то время как я испытал не одну эмоцию. И, признаться в первую очередь самому себе, меня именно это и выводит из себя.

Пусть орёт, бьёт, ругается, выскажет мне всё, что на самом деле думает, только не вот это.

– Если это всё, то попрошу покинуть мой кабинет, – раздаётся у меня за спиной.

Сжимаю кулаки, слыша в ушах неровный стук своего сердца.

– Я не буду это подписывать, пока сам не проведу переговоры, – говорю я, развернувшись лицом к ней.

Анна молчит, смотрит на меня пустым взглядом, и желание сорваться с места и нащупать у неё пульс, убедиться, что она живая, становится всё больше.

А, может, тебе просто хочется к ней прикоснуться? А, Филипп? Может, ты хочешь проверить себя?

– Переговоры уже проведены, обе стороны довольны, договор составлен, тебе надо просто подписать, – вырывает из мыслей голос Анны.

– Я! Я не доволен, мать твою! – в два шага оказываюсь у её стола, где она действует мне на нервы, стуча ручкой о твёрдую поверхность.

– Обоснуй! – вскидывает руку, наконец-то, переставая бесить меня этим стуком.

– Я имею больше прав, чем ты, Ягодка, запомни это. И без моей подписи никакого контракта не заключишь. А моей подписи, – тыкаю пальцем в чёртовы документы, – на этих бумагах не будет! – разворачиваюсь и быстрым шагом выхожу из кабинета, где всё пропахло её ароматом.

Чёртова сучка! Какого хрена ей вообще понадобилась моя фирма?! Сидела бы и дальше в своём Лондоне, трахалась бы со своим Белозёровым и не трепала бы мне нервы. Чего она добивается? Жизнь мне подпортить приехала?

– Филипп Антонович, – выскакивает Лена передо мной, преграждая дорогу к моему кабинету. – Вас ждут, – почти шёпотом говорит она.

– Кто? – прищуриваюсь я.

– Из полиции, – приблизившись ко мне, отвечает ещё тише.

– Что? – непонимающее смотрю на неё, потом на закрытую дверь.

Обхожу девушку, а потом, сделав пару дыхательных упражнений, улыбаюсь как подобает владельцу компании и захожу в кабинет. На диване в уголке отдыха сидит мужчина в гражданском, и уже предполагаю, что Лена что-то напутала, но мужчина встаёт, услышав, как захлопнулась дверь.

– Добрый день! Старший сержант Суворов Владислав Игоревич, – представляется и показывает удостоверение.

– Здравствуйте, – киваю и прохожу к своему месту. – Чем могу помочь? – спрашиваю и показываю рукой на стул по ту сторону, приглашая его присесть.

– Кем вам приходится Арина Беляева? – спрашивает сержант, присаживаясь на предлагаемый мной стул.

Я едва нахожу силы сдержаться от тяжёлого вздоха и матерного водопада.

– Она моя… любовница, – отвечаю и откидываюсь на спинку кресла. – А в чём проблема?

– Мы задержали её в сильном алкогольном опьянении на автомобиле… – мужчина мычит, открывает чёрную сумку-папку из искусственной кожи и вчитывается в документе. – «Ламборгини ссс…».

– Я понял, – останавливаю его мучения.

– Транспортное средство принадлежит вам? – задаёт вопрос, продолжая сверяться с бумагами.

– Да, я подарил ей эту машину, – всё же вздыхаю.

Эта тачка пылилась в гараже пять лет, ездить на ней я больше не захотел. Слишком остро ощущались воспоминания того злополучного вечера. А Арина пищала как ребёнок, когда увидела её, потому что эта лимитированный выпуск.

– Угу-у, – протягивает сержант и делает себе заметки.

– Так чем я могу помочь? Почему вы приехали лично, а не позвонили? – интересуюсь, так и не поняв сути его визита.

– Ваша любовница очень просила найти именно вас, и не в коем случае не связываться с её отцом. Правда поначалу она очень громко кричала, кто её родители, и что он сделает с инспекторами ДПС, которые посмели остановить её, после чего заплакала и беспрерывно называла вашу фамилию, – поясняет мужчина, и я начинаю понимать, куда приведёт этот разговор. – И, как сами понимаете, средствам массовой информации будет очень интересно, что дочь…

– Ясно, – поднимаю руку, тем самым прекращая его монолог. – Сколько? – без обходительных разговоров спрашиваю я.

– Ну, девушка нарушила много дорожных законов, чуть не сбила пешеходов на светофоре…

– Я понял, – киваю и достаю чековую книжку.

Отвалил ему немаленькую сумму. Сержант Суворов, довольной как чеширский кот, поблагодарив меня за уделённое время, встаёт на ноги.

– Ваша любовница внизу, в машине сотрудников ДПС, как и автомобиль, – ставит меня в известность.

Господи, за что мне это?!

– Отвезли бы её домой, что вы её сюда привезли, – недовольным тоном говорю я, но всё же встаю и иду следом.

– Это не входит в наши обязанности, – отвечает он.

А взятки брать в ваши обязанности входит?

Собираю свои вещи и спускаюсь вместе с мужчиной вниз, где меня уже ждёт, сидя на капоте «Ламбы», с сигаретой между пальцами с длинными, красными ногтями Арина.

– Люби-и-имый, – протяжно, словно кошка в марте месяце, зовёт она и тянет руки ко мне.

– Ты что устроила, мать твою?! – шиплю, опуская её конечности. – По какому поводу накидалась среди бела дня?

– Так мы ведь женимся, я праздновала, – икает и хихикает.

Вот те на!

– И откуда эта информация? – интересуюсь я, уперев руки в бока.

– Мне папа открыл эту тайну, – шёпотом отвечает она, приблизившись к моему лицу. – Прости, сюрприз испортил, да? – строит обиженную мину.

– Ага, испортил, – кивнув, я впиваюсь в её локоть и, подняв её задницу с капота машины, собираюсь усадить её в свой автомобиль.

– Отпусти! – пищит Арина. – Подожди, – вырывается она.

Смотрю на неё и сжимаю кулаки от злости. Ну дура! Зачем я с ней связался? Ну, она сама ко мне прилипла, а я не отталкивал, мне, собственно, было плевать, с кем мужские потребности справлять.

Арина подходит к пассажирской двери, открывает её, и из тачки вылезает парнишка лет пяти.

– Какого хрена, Арина? – вскидываю руками, в конец охренев. – Откуда этот ребёнок? – смотрю на глазастого мальчика, что держит в руках какую-ту игрушку и с интересом озирается по сторонам.

– Это племянник, – машет рукой, словно это вещь, а не живой человек.

– Что он, мать твою, делает в этой машине?! – ору на неё, не заботясь о том, что меня могут услышать посторонние люди, или что этот концерт станет достоянием всего офиса и его работников.

– Сестра попросила отвезти его к моей маме…

– Ты села за руль, в хлам пьяная, зная, что у тебя в машине ребёнок? – приблизившись к ней, я поднимаю руку, чтобы схватить её за горло, но испуганный моим ором мальчик останавливает мой порыв. – Ты совсем с головой не дружишь?

– Да что ему будет, – пожимает плечами и прикуривает новую сигарету.

Вырываю эту фигню, жамкаю в руке и выбрасываю на тротуар.

– Идиотка! – отталкиваю её, подхожу к мальчику и беру его на руки. – Всё хорошо? – спрашиваю и улыбаюсь, чтобы не напугать его ещё больше.

– Да, – заторможено кивает парнишка.

– Отлично!

Захлопываю дверь «Ламбы», выхватываю ключи у этой дуры, закрываю тачку и направляюсь к своему припаркованному внедорожнику. По стуку каблуков убеждаюсь, что Арина идёт за мной. Тем лучше, иначе я бы за волосы тащил её до машины.

– Филя! – кричит она, и только за это искаженное имя хочется ей всечь.

Нахожу ключи в кармане и, разблокировав машину, открываю заднюю дверь, усаживаю мальчика и пристёгиваю его.

– Мы сейчас же поедем к бабушке, – говорю я и подмигиваю пацану.

Разворачиваюсь, и Арина тут же липнет ко мне и что-то пищит. Я её уже не слышу, потому что мой взгляд прикован к женщине в паре метров от меня.

Анна стоит на ступеньках, держится одной рукой за перила и смотрит прямо на нас.