3. Стиль старшей сестры

Я никогда не была в этом ресторане. Более того, даже не знала об его существовании. Неслась мимо каждый день, смотря либо строго вперёд, либо внимательно себе под ноги, чтобы сохранить обувь в первозданной красе. Наверное, все эти летние месяцы на террасе было так же шумно, и посетители самозабвенно двигали кресла и стаканы по задрапированным белыми скатертями столам. Все лето… И сейчас на пороге осени это продолжало происходить в потустороннем мире, портал в который для меня вдруг чудесным образом приоткрывался на один вечер. На полчаса, хотя в запасе больше часа. Но столько откровений мой рассудок не выдержит.

Для душевного спокойствия я разрешала себе облизываться только на то, что было мне по карману. Каждый сверчок знай свой шесток, не просто так говорят. И моим шестком стали деревянные палочки, которыми мы с девчонками в редкие свободные вечера поднимали с белых тарелочек аппетитные суши. Мои любимые — с копченым лососем. Забывая на время своё полунищенское существование. И лично я вдобавок ложь, сказанную отцу.

Сейчас я повторила заученное и спокойно им проглатываемое: коллега к вечеру плохо себя почувствовала и попросила подменить ее до конца смены. Звонок якобы поймал меня уже на ступеньках метро. Теперь до десяти вечера меня для этого мира нет. Пей, папочка, чай без меня. Ложись спать тоже без меня. И не волнуйся. За меня! Все волнение оставь мне.

Для храбрости, как в далёком детстве, я одернула юбку, пусть та и не прикрыла дрожащие немного коленки. Не важно. Даже если мой счёт окажется больше тысячи, впервые воспользуюсь кредитной картой. Я же зачем-то ее оформила в прошлом месяце! Ну и с зарплаты закрою свой первый неожиданный кредит. У меня все пучком!

Все, кроме волос. Они растрёпаны ветром и… Мыслями! Ну вот зачем я решила влезть грязными ушами в чужую жизнь? Нужно человеку поговорить, пусть говорит в выключенный телефон. Делов-то! Включи воображение и чёрный человек сам собой исчезнет из зеркала… Но раз этому Глебу понадобился слушатель, то логически мысля, он попросит у телефона совета… Но какой из меня советчик! Я же во взрослой жизни просто никакая… Участница! Меня вот саму ежедневно со всех сторон заваливают советами про отца, которые ну никак неприменимы к моей действительности.

— Здравствуйте! Вам столик на двоих? — подступилась ко мне аккуратненькая официанток.

А во мне из аккуратненького осталась, наверное, только помада. Если, конечно, десять минут назад я случайно не облизала плотоядно губы. Голос у Глеба приятный. Мягкий и глубокий. Но точно не пробирает до мурашек. Несостоявшийся телефонный принц под номером три сумел растревожить лишь моих тараканов. Впрочем, лишить их покоя плёвое дело! Ну а так… Глебовские проблемы не моего ума дело! В этом ключе и стоит думать — коктейль за чужой счёт и ничего более… Серьезного! Психологическую помощь из себя строить не буду. Вон в интернете столько советов от суперкоучей, как посылать людей и проблемы лесом: платных и бесплатных, бери и пользуйся… На здоровье. И побереги чужое, а то я тут, кажется, одной тахикардией не отделаюсь… Хотя проблема Глеба может и выеденного яйца не стоит, а у меня заранее скорлупка на сердце под его наглым напором крошится…

— Нет, я одна.

И не смогла понять, отчего вдруг сделалось грустно. Явно не от того, что Глеб сбежал в день рождения от жены и из города. Неужели я села бы с незнакомым женатым человеком за один столик и на полчаса? Нонсенс! Да увидь от меня воочию, не раскрыл бы рта… Если только от удивления, насколько мой голос живет отдельно от внешности. Яркая помада не придаёт солидности, а только ещё больше подчеркивает сходство со старшеклассницей.

Иногда я и в своём биологическом возрасте начинаю сомневаться. Особенно, когда вместо дамочки отражение в дверце шкафа подсовывает подростка-переростка в одежде старшей сестры. Но, говорят, это пройдёт… С годами! А с гадами, типа Бориски, юность на лицо наоборот помогает удержать дистанцию. Пусть взрослых дур в постель укладывает в счёт ботинок другого дурака с кольцом на пальце…

Сесть на террасе я не рискнула не только из-за погоды, но и из-за шума. Попросила официантку отыскать для меня укромный уголок, потому что мне нужно совершить очень важный звонок. В чем-то даже рискованный. Но рискую я, если только, собственными туфлями, которые сама же и оттопчу себе под столом, чтобы не открыть рта лишний раз.

Меню я не открыла — боялась увидеть цены и передумать что-либо заказывать. Спросила про глинтвейн. И удача улыбнулась мне в лице молоденькой официантки, которая действительно была молоденькой по паспорту. С возрастом только мужчины ошибаются. Женщины — никогда. Спросила ее про сладкое. Выбрала вишневый штрудель. Нарушать правила всегда следует начинать с пожирания сладкого после шести вечера и никак иначе.

— Вот видишь… — ответил Глеб на мое сообщение, что я нашла глинтвейн.

Ответил голосом на мою эсэмэску. Испугался, что не позвоню? Или позвоню, только когда выпью для храбрости, а ко времени, когда мне принесут выпивку, он может уже растерять всю свою храбрость, если та потребовалась ему, чтобы пообещать исповедаться незнакомой девушке.

— Все, как ты хотела. Скинь адресок места с глинтвейном.

— Ты любишь горячее вино? Я заказала белое с яблоками.

— Одна моя знакомая девушка любит. Буду знать, куда пригласить, когда та замёрзнет. Холода не за горами.

Знакомая девушка… Короче, налево он ходит регулярно. Ну не мое это дело. И я поделилась с ним ссылкой на заведение. Пусть заводит шашни, с кем хочет. Это его жене должно быть противно. Почему же так противно мне? Сердце никак не успокаивалось, а наоборот до боли сжималось.

— Сима, сколько у нас времени?

У нас? Сделалось ещё противнее. Сказал бы лучше — у меня, чтобы искупать тебя в моих помоях. Вернее будет, нет? А ты не знала разве, о чем пойдёт речь? Ну не о жене же! Отчего у мужика не может быть каких-то других проблем, кроме… Жена, как я понимаю, для него вообще не проблема! Как и муж для моей бывшей одноклассницы и такой же бывшей непорядочной подруги. Хотя чего это я берусь судить людей по постели… Не мне ж ее стелили! Только почему-то больно упала именно я…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Так тяжело решиться перезвонить респонденту, а встретиться лично просто шаг в пропасть. И когда я решилась на это, звонящий оказался козлом в квадрате и вором вне закона. Хорошо, что не успела сделать третий шаг — к Борису в постель. Но зачем я проецирую опыт с Борисом на Глеба? Он не третий «принц». Ему я перезвонила не для знакомства, а поздравить… Пожалеть… Мы, бабы, любим жалеть убогеньких… Особенно, если они богаты и плачут… Так что на самом деле до телефонного номера моего третьего шанса я ещё не добралась. Но он есть в базе. Хотя бы в небесной канцелярии!

— Вы говорили, что вам… — я нарочно сделала акцент на его персоне и паузу, чтобы успокоить расшалившееся сердце. — Будет достаточно получаса. Но я сказала дома, что задержусь на работе до десяти. Это на случай, если вам захочется поговорить ещё…

— А вам выпить? Ещё? — перебил Глеб со смешком. — До скольки они открыты?

— Без понятия…

И про расписание работы общепита, и про то, зачем вы, милый козел, задаете подобные вопросы…

— Как далеко вам до дома?

— Сорок минут где-то.

— На метро?

— Да, на метро… В чем дело?

— Вам на работу завтра во сколько?

— Глеб, в чем дело?

— Уже ни в чем… Я заказал вам такси на десять часов.

— Как?! — я чуть не подавилась скопившейся во рту слюной. — Вы понятия не имеете, куда мне ехать…

— Главное, сумейте сказать адрес водителю. Я с оператором просто прикинул километраж. Я не трогаю вашу анонимность.

— Я заметила, — выдала я уже сухо.

— Не проверяйте мою порядочность! Напоить девушку и отправить домой ночью на метро? Этого вы от меня ждали?

Порядочность? Мне кажется, она у вас под большим вопросом… Или вы из тех мужчин, для которых супружеская верность не является мужской добродетелью? Но все эти вопросы останутся на искусанных губах. Только бы не прокусить язык, прикусывая!

— Исповеди. Я до сих пор жду вашей исповеди. За этим вы меня пригласили, как мне показалось…

— Да вы точно ангел, слетевший в наш грешный мир с небес… Исповедь! Вот же сказанули! Вы своё имя отрабатываете?

Ладонь вспотела от горящего уха и раскалившегося телефона. Нужно переключиться на наушники, если вообще не отключиться… Оплачу я этот чертов торт и глинтвейн из своего кармана! А его тысячу переведу в приют на корм котикам! Хоть кому-то от неё лучше станет. Мне уже плохо!

— Нет, ваши деньги, — начала я не хамить, а всего лишь называть вещи своими именами.

— Ну… За тысячу я мог бы попросить что-то другое…

— За тысячу вряд ли…

— Серафима, вы обиделись, что ли?

Я молчала.

— Хоть скажите, на что?

Да знала б я на что! На мои мысли о вас!

— Вы будете говорить или нет? Спасибо… Это я не вам…

Бармен принёс глинтвейн и спросил, буду ли я заказывать кофе или чай? Я ничего не буду — и говорить тоже. Просто мотнула головой. Этот-то меня видит. Тот — нет, к счастью!

— Сима? Вы меня ещё слушаете?

— Глеб, я вас уже больше десяти минут слушаю, а вы так ничего до сих пор и не сказали. Вам скучно, что ли? Решили поскучать вдвоём?

— Ну… — он снова там у себя смеялся. — Были б мы вдвоём, мы бы не скучали… Сима, сколько вам лет?

Да, блин горелый! Я сделала обжигающий глоток. И второй тоже. На губах осталась сладость, в душе — горечь.

— Вы для какой цели интересуетесь? У нас в центре с шестнадцати можно работать. С разрешения родителей. Шестнадцать вам мало? Нужно восемнадцать?

— Но вам же не шестнадцать и не восемнадцать? Иначе говорить нам не о чем.

— А о чем вы собрались со мной говорить?

— О вашем опыте с мужчинами. О чем же ещё?

Захлебнуться или подавиться — что именно должна была я сделать после его слов? Промолчать. Но я не сумела выдержать паузы. Достаточной для того, чтобы этот Глеб выдал продолжение недосказанного. Или он все сказал, а я не поняла?

— С какой стати мне обсуждать с вами свою личную жизнь?

— Потому что до одиннадцати вас не ждут дома, например? Недостаточная причина, разве?

Сделал паузу, но я не сделала глупость — не раскрыла рта. Сима, учись молчать. Могла бы уже научиться, живя с отцом. Не реагирую же на его глупости. Просто киваю. Как кивнула официантке вместо благодарности за принесённый торт. За него словами надо благодарить собеседника, который в собеседники не набивался. Это я сама позвонила и… Влипла. Хотя я никуда ещё не влипла. Стакан тёплый и почти полный. А меня тепленькой этому Глебу не взять. Тяжело. Далеко. Или… Нет, он ведь не может приехать сюда к десяти сам, вместо такси. Нет, сам, на такси, он же пьяный. Но какой смысл… Он в глаза меня не видел. Мужчины любят не ушами!

— Глеб, вы часто так звоните незнакомым девушкам, когда вам скучно?

— Мне никогда не бывает скучно. Это у вас скучная работа. Я думал вас чуток развеселить. А вы и повелись, будто только этого и ждали!

Он рассмеялся — усмехнулся, если расценивать смешок в контексте сказанного. Но при том при всем его голос не был злым. Это и было, наверное, самой веской причиной, почему я все ещё оставалась с ним на линии, даже была уже в наушниках. На экране светилось время разговора. Я ни с кем так долго ещё не говорила. Ни с кем из сильного пола. Наверное, никто не был ещё так сильно пьян, чтобы выдать столько чуши мне в уши!

— Вы не первый, кому понравился мой голос и кому я перезвонила… Хотела от души поздравить с днём рождения. Или вы наврали про него? Ради шутки?

— Нет, в этом я не лгал.

— А в чем тогда солгали? В том, что недовольны сотовой связью?

— Скажите, Сима, а вы свято верите, что получаете от респондентов правдивые ответы? Например, про их семейное положение, за которым следует просьба перезвонить? Или вы спецом задаёте этот вопрос под конец, чтобы не забыть ответ?

— Я позвонила поздравить вас с днём рождения! — заскрежетала я зубами, точно на них был песок, вместо сладкой крошки с медовика. — Не более того!

Я жевала, зажевывала его слова и мое отвращение к ним. Хотела сделать голос медовым — не получилось.

— А другим вы звоните, чтобы познакомиться?

— Да!

— Так кто же сейчас ждёт вас дома?

Да чтоб он… Кто кого анкетирует тут, блин!

— Какое ваше дело? — не повышала я голос только из-за того, что находилась в общественном месте, куда люди приходят отдохнуть… От проблем, а не загрузиться чужими, как я!

— Раз не хотите озвучивать свой возраст и семейное положение, скажите, имеется ли у вас опыт расставания после длительных отношений? Длительных — это не один месяц. Отношения — это не только постель. Мы друг друга поняли?

— Нет, я вас не поняла.

И это было правдой.

— Короче, было такое, что вы строили на мужика планы, а он вас кинул? Так понятнее?

— Мне ничего непонятно. Что вам вообще от меня надо?

— Чтобы вы поделились со мной своим женским опытом. Ну, вас бросали? Собственно можете не отвечать. Я уже понял ответ.

— Тогда объясните мне! — повысила я голос, чтобы перекричать в ушах собственное сердце.

— Это долго, нудно и неинтересно. Он ушёл к другой?

— Он просто ушёл, когда мне больше всего нужна была его помощь. Короче, в радости я ему нравилась, а вот в горе нет.

— А что за горе такое было?

— Мама умерла, и папа малость кукухой поехал. Ну, на какое-то время мне стало не до свиданий. Ну и… Мне быстренько нашли замену…

— Вам было больно?

— Ну… От другого мне было тогда куда больнее. Наверное, есть какой-то предел боли, после которой уже начинаешь к дополнительным неудачам относиться, как к данности. Ушёл, туда ему и дорога. Ещё вопросы будут?

— И вы до сих пор ищете ему замену? Вот так, по телефону?

— Да никого я не ищу!

— Сами же сказали, что перезваниваете…

— После двух неудачных попыток больше не перезваниваю.

— Только, чтобы поздравить с днём рождения. Да?

— Если бы вы не сказали, что женаты, я вас бы даже с днём рождения не поздравила.

— Я же сказал, что для вас свободен, забыли?

— Я с женатыми не встречаюсь, — отчеканила я, уже готовая ткнуть пальцем в красную кнопку.

Пусть все услышанное и сказанное потонет во вселенском взрыве!

— То есть это поиск мужа, да? А не романтических отношений?

— Чего вам от меня надо? Вы же меня в глаза не видели!

— А если я предложу встретиться?

Офигеть… Если он не офигел, то я точно прифигела…