Глава 27

Утром я проснулась будто другим человеком. Все мои мысли были заняты предстоящим переездом, и я предвкушала этот момент, хотя все еще жутко переживала. Меня успокоила Ксюша, которая махнула рукой и сказала «да брось, надоест — переедешь ко мне».

Маму я, конечно, огорошила, но она не была против, наоборот поддержала меня и сказала, что нечего мне слушать их ссоры с отцом.

Пока я собирала вещи, то несколько раз передумала переезжать к Марку, но потом взяла себя в руки и сказала себе, что в этом нет ничего страшного и я уже взрослая, не сидеть же всю жизнь у материнской юбки?..

Я постаралась взять самые необходимые вещи, но у меня все-равно получилось несколько сумок, и я не стала их перебирать, авось пригодятся.

Марк приехал за мной в три часа дня и самостоятельно дотащил сумки из моей комнаты в машину. Я как можно быстрее хотела со всем этим покончить и не повстречаться с отцом, но судьба решила распорядиться немного по-своему, решив, что по-тихому мы уехать не должны…

Когда мы уже попрощались с Ниной Николаевной и вышли во двор, то сразу наткнулись на отца, в сопровождении одного из охранников. Он как раз только-только вошел во двор и, увидев нас, зверел на глазах, а Марк, оставаясь холодным как лед, задвинул меня за свою широкую спину.

— Я тебя не приглашал, Молотов, — прошипел папа. — Проваливай из моего дома.

Брюнет хмыкнул.

— Мы как раз собирались это сделать, — ответил он, но продолжал стоять на месте.

— Мы? — переспросил отец. — Никаких «мы» не будет. Ты уберешься отсюда сам подобру-поздорову, иначе…

— Иначе что? — тон Марка сменился и от него по спине побежали мурашки.

Охранник отца дернулся к нам, но замер, потому что брюнет перевел взгляд на него.

— Не рекомендую нас трогать, — мой мужчина продолжал держать меня за своей спиной. — И останавливать тоже не надо.

Подхватив меня под локоть, Марк повел меня к выходу, держа на расстоянии от отца и охранника.

— Вероника, вернись! — рявкнул отец и сделал пару шагов следом за мной. — Он не сможет тебя защитить, а я смогу!..

— Ты меня защитишь? — я резко остановилась и выдернула свою руку из захвата. — Не говори чепуху, папа! Марк — единственный, кто защищал и заботился обо мне, пока ты протирал штаны! О какой защите ты говоришь, если переписал на меня компанию, которую у тебя хотят забрать за долги какие-то сумасшедшие бандиты? Ты только лишь подвергаешь меня опасности и заставляешь поступать так, как угодно тебе!

В носу закололо от подступающих слез, но я запретила себе плакать. Не сейчас.

— Ника…

Я развернулась и пошла прочь, выходя за ограду.

Чушь! Какая же чушь! Чего отец пытается добиться? Сумасшедший!

— Ты в порядке? — Марк подошел сзади и положил ладонь мне на плечо.

— Да, — я упрямо поджала губы, чтобы брюнет не видел, как те дрожат. — В полном. Увези меня отсюда, пожалуйста.

Мужчина кивнул.

— Полезай в машину…

* * *

Я обживалась.

Майя была просто на седьмом небе от счастья, потому, что я постоянно была рядом с ней. Девушке не хватало общения и материнской любви, так что я была только рада тому, что могу, в какой-то мере, заменить ее.

Владлен принял меня без каких либо проблем, сказав лишь, что мой отец свихнулся и скоро обанкротится, если не возьмет себя в руки. Оказывается, бандиты давно взялись за саму компанию, и перехватывают крупных клиентов. Умный ход, я не могла не признать этого.

Мама пару раз заезжала к нам и в один такой день сообщила мне, что уже подала на развод и решения своего не поменяет, деньги отца ей не нужны, ей вполне хватает прибыли из ее салона красоты. Но как бы уверенно мама не говорила мне это, в душе она очень переживала.

Все вроде бы было хорошо, но у меня складывалось впечатление, что все рушится и я очень долго не могла избавиться от этого чувства…

Первый день августа встретил нас сильной грозой, которая все никак не собирались прекращаться, лишь в шесть часов вечера тучи разошлись, и солнце осветило мокрые дорожки.

Сегодня мы собирались поужинать все вместе у нас дома, поэтому половину дня мы с Майей занимались приготовлением пищи, и лишь чуть позже к нам присоединилась Ксюша, которая здорово нам помогала. Как бы там не было, но заниматься готовкой втроем намного веселее и быстрее, чем одной.

— Вот же… — пробормотала я, заглядывая в холодильник. — Май, мы вчера забыли купить сыр и помидоры! — я обернулась к девчонкам. — Я сбегаю быстро, а вы пока отбейте мясо!

— Я могу съездить, — Ксюша облизнула пальцы от чесночного соуса, которым заправила салат. — Так быстрее.

— Не надо, тут не очень далеко, — я взяла в руки свой телефон и посмотрелась в отражение микроволновки, убеждаясь в том, что нормально выгляжу. — Так, я скоро!

Выйдя за дверь, я вышла за ворота и направилась в сторону магазина, который был всего в десяти минутах ходьбы.

Быстро купив все, что нам было нужно, я уже возвращалась домой, когда почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Это было очень странно, но мне будто огнем в затылок плевались! Буквально через пару секунд я услышала позади себя шаги и ускорилась, потому, что страх поднимался к горлу из самых недр души…

— Вероника!

Я остановилась так резко, что больше было похоже на то, что я натолкнулась на невидимую преграду. Медленно обернувшись назад, как-то глупо держа в руках треугольник сыра и несколько помидоров в пакетике, я увидела того, кто окликнул меня.

Напротив меня стоял мужчина. У него были черные волосы, завязанные в небрежный пучок на затылке, аккуратная борода, карие глаза, которые смотрели цепко и внимательно, не отвлекаясь на шум проезжающих мимо машин. Незнакомец был высоким и обладал крепким жилистым телосложением, которое виднелось через плотно сидящую футболку. На вид мужчине было за тридцать, хотя это борода могла его старить…

— Вы кто? — спросила я, готовая сейчас же все бросить и бежать, куда глаза глядят.

— Меня зовут Александр Борзов, — мужчина лениво подходил ко мне ближе, держа руки в карманах. — Я несостоявшийся партнер твоего отца.

Внутри меня все задрожало, и я постаралась успокоиться, уверяя себя, что этот человек ничего не сможет мне сделать на улице, где полно свидетелей. И я уже где-то слышала эту фамилию, а точнее кличку… Борзой!..

— А что вы хотите от меня? Извините, но я не имею к делам отца никакого отношения! — я собиралась пойти дальше, но мужчина быстро оказался рядом и положил руку на плечо, заставляя притормозить.

— Не надо бояться меня, я не причиню тебе никакого вреда, — он обошел меня и посмотрел прямо в глаза.

Сердце ускорило свой ритм, и готово уже было выскочить из груди, даже не смотря на то, что пока никакой угрозы не было. Я чувствовала, что от этого человека нужно держаться подальше, все мои инстинкты вопили об этом.

— Вы говорите мне это после того, как один раз пытались убить, а второй раз похитили и… тоже пытались убить? — я скривилась, будто передо мной стоял не человек, а лежала куча навоза. — Не смешите меня!

— Да, некрасиво получилось. Если бы я знал, что все так сложится, то и пальцем тебя не тронул, — он как-то не хорошо улыбнулся. — Видишь ли, твой папаша обманул меня — взял деньги на развитие своей конторы и пообещал сделать меня своим партнером, а потом кинул. Это не хорошо-о, — протянул он. — Но, с помощью шантажа, угроз и насилия, я добился того, чего никак не ожидал…

— И чего же вы добились? — я поджала губы, стараясь дышать спокойно и не поддаваться приступам паники.

Александр улыбнулся, хищно рассматривая меня, и от этого взгляда хотелось поежиться.

— Твой отец был в отчаянии, когда предложил мне жениться на тебе, ведь ты единственная наследница всего, что есть у Ивана. Долг вырос и чтобы не потерять сейчас все, что у него есть, он пошел на крайние меры. Ты — гарантия его честного слова.

В висках стучало с бешеной скоростью. Я не могла поверить в то, что сейчас услышала совершенно от постороннего человека.

— Ты лжешь, — прошипела я. — Не может такого быть! Отец ни за что бы не отдал меня…

И правда, не могло, но в голове медленно стал складываться пазл: запрет на отношения с Марком, документы компании на мое имя…

— Увы, — Александр сложил руки на груди. — Но это чистая правда. Когда встал выбор между потерянными миллиардами и счастливым будущем дочери, твой отец без угрызения совести выбрал миллиарды. Но ты не переживай, я сам тебе обеспечу счастливое будущее…

Голова закружилась и я едва ли не потеряла равновесие, если бы этот человек не придержал меня за руку.

Я — разменная монета в грязной игре, которую затеял отец. Ну, каково это, Ника?..

— Вижу, ты очень рада, — ухмыльнулся Борзов. — Я знаю, что ты сейчас живешь с этим своим бывшим военным, — он скривился. — Но это ненадолго. Живи и радуйся, пока есть время, но скоро тебе придется оставить свою привычную жизнь. Молотов не сможет тебя защитить, потому что он один, а нас много… — Александр наклонился к моей шее и вдохнул запах моей кожи. — Сладко пахнешь…

Я не выдержала — тут же отскочила и изо всех сил бросила свои пакетики прямо в мужчину, но он лишь отмахнулся от них.

— Не надо меня вмешивать в свои грязные дела! — закричала я. — Разбирайся с моим отцом сам, а меня оставь в покое! Мне не нужно его проклятое наследство, забирай все себе! — и после этих слов побежала что есть силы, будто за мной в эту самую секунду гналась целая стая диких волков.

Прибежав на свою улицу, я остановилась и оглянулась, понимая, что вокруг никого нет, и никто меня не преследовал. Постояв некоторое время, я перевела дыхание и постаралась прийти в себя, потому что возвращаться к таким ошалевшим лицом и пугать подруг не хотелось.

Господи, что за бред? Что происходит? Как меня, человека, у которого есть свои права, можно отдать замуж за это чудовище только потому, что отец задолжал ему кучу денег? Что это за дикость такая?.. Это на самом деле чудовищно, но что если у меня нет выхода, и этот монстр действительно не шутил и скоро мои дни будут сочтены? Что если все будет так, как он сказал?..

Когда я вернулась домой, то с трудом скрывала свое растерянное лицо, но не оставаться же мне на улице, в самом деле?

— Ника, а где покупки? — услышала я, стоило только зайти на кухню.

— Ничего не было, — ответила, завязывая фартук. — Обойдемся тем, что сеть.

— Помидоров не было? — недоверчиво спросила Майя.

Я кивнула.

— И сыра? — подключилась Ксюша.

— Да, — сказала. — И сыра тоже.

Девушки переглянулись.

— Ты какая-то странная, — сестра Марка нахмурилась. — Тебя бабулечки обворовали что ли?

Я выдавила из себя улыбку, продолжая заниматься делами.

— Нет, просто помидоры плохие были и сыра нужного не оказалось…

Подруги понятливо закивали, продолжая заниматься своими делами.

У меня все буквально валилось из рук и перед глазами постоянно всплывало лицо Борзова, поэтому, когда я случайно порезала палец и, отказавшись от помощи, пошла в ванную, обрабатывать рану, но засела там надолго, умываясь холодной водой и уверяя себя, что все будет хорошо.

Пульсирующая боль немного меня отрезвила, но не настолько, чтобы из головы пропал голос и образ этого мерзкого типа. А еще я злилась на отца. Даже нет, не злилась — я ненавидела его. Он поступил со мной как с каким-то котенком, решив без сожаления отдать чужому человеку, только вот знаете, я бы даже котенка пожалела и не отдала абы кому, а меня, собственную дочь, родную кровь, не пожалели и собираются отдать в руки какого-то криминального авторитета…

За ужином я вела себя тихо, в то время как ребята не смолкали. Они обсуждали дела на работе, шутили, наслаждались компанией и вкусной едой. Я как могла, поддерживала беседу, но Марк все-равно заметил, что со мной что-то не так, похоже, у меня это на лице написано было.

— Вероника, все хорошо? — тихо спросил он, наклонившись над самым ухом.

— Да, — стараясь как можно больше уверенности вложить в слова, проговорила я. — Все здорово, просто немного устала.

Было видно, что мужчина не особо мне поверил, но кивнул и не стал донимать расспросами.

— Ника расстроилась, что не получилось приготовить мясо «по-французски», — влезла Ксюша, услышав наш разговор. — Пошла в магазин докупить продукты, а ничего не нашла. Вернулась с пустыми руками.

Да, знала бы ты Ксюша, что на самом деле со мной случилось…

— Ну, ничего, — проговорил Марк. — В следующий раз все купим и приготовим, — он посмотрел на меня, и мне пришлось улыбнуться.

— Конечно, — ответила я, беря в руки бокал с соком и отпивая чуть-чуть, чтобы скрыть неловкость.

Боже мой, я не могла успокоиться. Мне ужасно хотелось оказаться где-то в одиночестве и закричать во все горло, разгромить что-нибудь, расплакаться от несправедливости! Но все это я держала в себе — улыбалась и старательно поддерживала разговор. Ужасная жгучая боль разъедала мне ребра и я готова была разорваться на части, пока не почувствовала на своей коленке горячую ладонь Марка, который сжал ее, приводя меня в чувства.

Он знал, что со мной что-то было не так, но спрашивать при всех не пытался. Господи, а что я скажу ему, когда мы останемся одни? У меня плохо получается врать…

Вскоре ребята ушли, оставляя нас. Майя быстренько юркнула в свою комнату, сославшись на усталость, а Владлен сразу ушел в ванную.

Убравшись на кухне, мы с Марком тоже поднялись наверх, решив позже принять душ вместе.

— Рассказывай, — Марк запер за мной дверь своей комнаты и сложил руки на груди, преграждая мне путь. — Быть не может, чтобы ты из-за какого-то мяса была такой странной. Тут скорее что-то другое.

Стараясь не делать испуганный вид, я села на постель и сложила руки на коленях.

— Все хорошо, правда. Я просто устала.

— Ты врешь.

По коже прошел электрический ток, и я вздрогнула.

— Я говорю правду, — твердо сказала. — Прекрати себя так вести.

— Как «так»? Так, как будто пытаюсь тебя от всего уберечь? — тихо прошипел мужчина.

Я поджала губы и отвернулась от него.

Брюнет вздохнул, подошел ко мне и сел рядом.

— Прости, — проговорил он, сразу же меняя тон. — Просто я не хочу, чтобы ты скрывала от меня что-то серьезное. Вот сейчас, глядя мне в глаза, скажи, что ты ничего не скрываешь — я успокоюсь, и не буду приставать к тебе с расспросами.

Тут я просто не выдержала и, наконец, заплакала, утыкаясь в надежную грудь.

Я плакала, жалея себя, плакала, ненавидя отца, плакала, потому что боялась будущего, которое оставалось для меня неизвестным. И мне было не стыдно рыдать на груди у Марка, который терпеливо поглаживал меня по голове и шептал что-то успокаивающее. Я так боялась потерять его, ведь если это случится, внутри меня рухнет целый мир. Но в данной ситуации, встает два варианта дальнейших событий — либо я сейчас же рассказываю все Марку и мы вместе думаем как решить все эти проблемы или же я молчу, разрываю с ним отношения, ссылаясь на то, что он мне не нужен и все было ошибкой, а затем возвращаюсь домой, где полоумный отец отдает меня как вещь в руки человека, для которого я буду не более чем рабыней. Проблема лишь в том, что в первом варианте Марк все-равно сделает все по-своему, а во втором не оставит меня в покое и в итоге поймет, почему я так поступила, что приведет к непредвиденным последствиям, в процессе которых мужчина может серьезно пострадать от рук бандитов…

В итоге Марк не дождался от меня каких-либо объяснений моего странного поведения, потому что я банально уснула в его руках. Хотя, может оно и к лучшему…