Глава 17. Матвей

Больничный воздух густой и тяжелый. Он впитывает в себя все звуки, пока я сижу на стуле рядом с койкой бабушки. Она пришла в себя, открыла глаза, но в них нет привычной мне озорной искорки, только усталость и слабость. Беру ее руку, такую маленькую и хрупкую, всю в синих прожилках и несильно сжимаю в ладони.

- Ну что, бабуль, напугала ты меня, - говорю я тихо.

- Да ничего особенного, Матвейка, - шепчет она, и ее голос дребезжит. - Просто... закружилась голова. Все, как всегда.

Но я-то знаю, что не «как всегда». Она никогда не жаловалась, всегда была крепким орешком, а теперь смотрит на меня с такой тревогой, будто видит что-то страшное.

- Ты-то как? - внезапно спрашивает, цепко хватая меня за палец. - У тебя всё хорошо? Мне что-то тревожно за тебя.

Вот ведь. Сама еле дышит, а волнуется за меня.

- Да брось, ба, - отмахиваюсь я, делая беззаботное лицо. - У меня все отлично. Работа спокойная, как в аптеке. Дочку одного генерала охраняю. Сидит она в своем доме, как в крепости и я вместе с ней.

Бабушка смотрит на меня с недоверием, но сил спорить нет. Просто вздыхает. В этот момент подходит врач, и я выхожу с ним в коридор.

- Состояние стабилизировали, - говорит он, снимая очки. - Но вашей бабушке категорически противопоказаны любые волнения. Абсолютный покой. И... - делает небольшую паузу. - Ей показана операция. Шунтирование. И чем раньше, тем лучше. Ждать нельзя.

Я молча киваю, сжимая челюсти. Операция равно деньги. Моя зарплата опером не настолько шикарная, а нынешняя, «спокойная» работа вообще бесплатная... Но я отгоняю от себя дурные мысли. Решу и найду. Сделаю все, чтобы помочь бабушке.

Возвращаюсь в палату, натягиваю на лицо улыбку.

- Всё хорошо, бабуль. Врач сказал, скоро домой. Ты только отдыхай.

Сижу ещё полчаса, пока она не засыпает. Выхожу из палаты, чувствуя, как на плечи давит тяжелый груз. Надо решать кучу вопросов, а времени нет.

Внизу, у больницы, меня ждет Макс в своей машине.

- Ну как? - спрашивает он, замечая мое лицо.

- Нормально все, - отмахиваюсь, садясь на пассажирское сиденье. - Кризис миновал, можно ехать.

- Тогда по пути заедем в отдел, - говорит Марьянин, заводя двигатель. - Надо кое-что обсудить.

- Как скажешь.

Когда волнение за бабушку немного ослабевает, мысли про Маргариту захватывают сознание. Как она там? Всё хорошо? Достаю телефон и проверяю звонки и сообщения, попутно включая звук. Так и подмывает позвонить ей, но я гашу это желание. Ни к чему показывать излишнюю заинтересованность.

Память услужливо подкидывает образы вчерашнего вечера, что-то в поведении Марго не укладывается в логическую цепочку. А ее тошнота и раздражительность вообще... Это ведь признаки беременности? Волна злости поднимается откуда-то из глубины, стискиваю зубы и отворачиваюсь к окну.

Может сообщить Максу? Нет, это ее лично дело…. а я ещё и подельник. Улыбка появляется на губах, но какая-то горькая. Не то, чтобы я на что-то рассчитывал, но беременная девушка - это перебор…

- Так, по делу, - Марьянин нарушает молчание. - Я пробил ближний круг генерала Калюжного. Коллеги, родственники, друзья. Ничего криминального. Ни одной темной точки.

Я смотрю на него с недоверием.

- Разве так бывает?

- Конечно, нет, - усмехается Макс, резко перестраиваясь. - Святых в нашей работе вообще не бывает. Всегда есть какой-то скелет в шкафу.

- Может, тогда и угрозы никакой нет? - предполагаю я. - Может, генерал просто перестраховывается?

Начальник качает головой, его лицо становится серьёзным.

- Не думаю. Аркадий Павлович не из тех, кто станет зря нервы трепать. Угроза есть. Ищем. И ты смотри в оба. Если заметишь что-то, даже мелочь, сразу докладывай. Понял?

- Понял, - киваю я.

И тут мне в голову приходит вопрос, который вертелся с того момента, как я увидел суетливого Олега.

- Слушай, Макс, а кто подбирал персонал для генерала? Охрану, обслуживающий штат?

- Понятия не имею, - он пожимает плечами, глядя на дорогу.

Наверное, сам Калюжный. Или кто-то из его заместителей по кадрам. А что?

В его голосе нет ни капли интереса, но мне не дает покоя тот парень.

- Пока ничего, - уклончиво отвечаю я, глядя в окно. - Просто понаблюдаю.

Потому что если угроза реальна, то она может прятаться не где-то вовне, а совсем близко, прямо под носом у генерала. И моя «спокойная» работа внезапно может стать очень и очень опасной. И для меня, и для той строптивой «принцессы», которая уже успела влезть мне в голову.

Заходим в отдел, и на меня накатывает волна чего-то родного. Запах старого кофе, пыли от папок и легкий шлейф табака из курилки. Здесь все то же самое. Макс удаляется к себе в кабинет, а я иду к операм.

- Лихачев! А мы уж думали, тебя в тюрягу кинули по-тихому! - это стебётся Кирилл Метелин, поднимаясь из-за стола и протягивая мне свою лапищу для братского рукопожатия, которое больше похоже на попытку сломать мне кости.

- Нет, просто в няньки подался, - хмыкаю я, отбивая руку.

- Ну и как, вкусно кормят у генерала? - Самара отлипает от монитора и расплывается в улыбке.

- Отлично кормят, - хмыкаю я. - Хочешь на мое место.

- Нет уж спасибо.

- Да он просто завидует, - вставляет свое слово Ратмир, самый спокойный и вдумчивый из нашей братии. Он подходит и тихо, чтобы другие не слышали, спрашивает: - Всё нормально там?

Я смотрю ему в глаза и понимаю, что он не для красного словца спрашивает., а правда беспокоится. Всё же хорошая у нас команда.

- Пока все тихо, а там…

- Возвращайся к нам, - хлопает меня по плечу Кир. - Без тебя скучно. Эти уроды даже на задержание нормально съездить не могут.

- Не начинай, - морщится Ванька. - Один раз накосячили.…

- Скоро, - говорю я. - Разберусь с этим делом и вернусь.

Макс заглядывает в кабинет, лицо у него напряженное. В руке он сжимает телефон.

- Лихачев, за мной.

Я следую за Максом в кабинет, и он поворачивает ко мне экран телефона. Сообщение от Ивы: «Недавно Рите звонили с незнакомого номера. Долго молчали и сбросили. Проверите?».

Ледяные мурашки выступают на коже.

- Пробил номер?

- Только что, - Макс отворачивается к своему компьютеру. - Оформлен на левое лицо. Никакой информации. Пустышка.

Вот же сука.

- Поехали уже, - говорю я. Руки так и тянутся самому набрать Рите, но я снова сдерживаюсь.

Мы молча выходим из отдела и садимся в машину. Макс заводит двигатель и выруливает со стоянки. Напряжение в салоне нарастает с каждой секундой, давит на виски.

- Кто, блядь, мог звонить? И зачем? - не выдерживаю я. - В случайности я не верю.

- Кто-то явно пробивает что-то, - спокойно говорит Макс, лихо обгоняя фуру. - Держи руку на пульсе.

Я лишь киваю, что-то мне подсказывает, что моя «спокойная» работа только что закончилась и начинается охота.

Марьянин сворачивает на подъездную дорогу к дому Калюжных, когда дождь усиливается до стенового. Ветер бьет по стеклам, а за окном кромешная тьма. В кармане вибрирует телефон. Смотрю на экран - «Принцесса». Обмениваюсь с Максом быстрым взглядом и улыбаюсь. Всё же не выдержала.

Подношу трубку к уху, сканируя периметр через залитое дождем стекло.

- Принцесса, - отвечаю я. - Уже соскучилась?

- И не мечтай, - в ее голосе улавливаю странное напряжение. - Слушай, мне нужно срочно уехать. Ненадолго. Просто предупреждаю.

Ещё чего придумала! Выпрямляюсь, а Макс прибавляет газу. Фары выхватывают въездные ворота. Взгляд цепляется за движение у забора. Темный внедорожник резко срывается с места.

- Исключено, - говорю я твердо. - Вернись в дом.

Выскакиваю из машины, а Макс бьет по газам, преследуя незваного гостя.

- А если нет, то что? - голос в трубке звучит вызывающе. - Ты вообще неизвестно где…

Вхожу на территорию и сразу вижу Маргариту. Она стоит на балконе своей комнаты. В одной руке телефон, в другой сигарета. Вот же зараза!

Стремительно проскальзываю в приоткрытую парадную дверь и пулей взлетаю по лестнице. Два шага через ее комнату, и я на балконе. Марго не замечает меня.

- Накажу… - тихо и хрипло выдыхаю я прямо в ее ухо.

Она вскрикивает и отпрыгивает, роняя телефон с балкона. Глаза как у испуганной птицы.

- Ты.… как ты…

- Брось гадость, - хмыкаю я и забираю из ее озябших пальцев сигарету. Жадно затягиваюсь и смотрю ей в глаза.

- Откуда ты взялся?

- Я твоя тень, Принцесса. А тени всегда рядом. Особенно когда ты ведешь себя плохо. - Отступаю на шаг, давая ей место для маневра. - Теперь марш в дом, замерзла совсем.

Она молча кивает и уходит, а я остаюсь на балконе ещё на несколько секунд. Докуриваю и жду, пока приедет Макс. Догнал или нет? Тишина звенит в ушах, нарушаемая только шумом ливня. Кто-то явно вел наблюдение за домом, но кто и зачем? Вопросов слишком много и пока ни одного ответа…