Глава 30. Матвей

Тишина в квартире давит на уши, становится все более невыносимой. Я бьюсь головой о стену в прямом и переносном смысле. Роюсь в данных от Самарина, снова и снова переслушиваю запись с охранником. Все упирается в Олега и мешает мне докопаться до правды. Я снова и снова прокручиваю в голове наш короткий диалог в камере, выискивая хоть какую-то зацепку, но упираюсь в сплошную бетонную стену.

А ещё эта тошнотворная тревога за Риту. Я не знаю, как она, все ли в порядке. «Абонент недоступен» и это сводит с ума. Что, если я прав и Олег всего лишь прикрытие, а настоящая угроза всё ещё там, на свободе, и Принцесса сейчас абсолютно беззащитна?

Я не выдерживаю и звоню Наталье Юрьевне. У нее должен быть доступ хоть к какой-то информации. Голос предательски проседает, когда я прошу ее позвонить Рите.

- Говорит, всё нормально, - сообщает Наталья Юрьевна. - Устала, отдыхает.

Казалось бы, можно выдохнуть. Но нет, тревога не отпускает, а превращается в тяжелый, холодный камень на дне желудка. Это необъяснимо, иррационально, но я чувствую, что что-то не так. Червячок внутри гложет с удвоенной силой. Это не просто тревога. Это что-то физическое, животное. Мне тошно без нее и пусто, хоть и сложно в этом признаваться даже себе.

А ещё Макс, словно подливая масла в огонь, сообщает:

- Кстати, Калюжная утром улетает в Швейцарию. Отец решил, что ей нужно сменить обстановку.

Ледяная волна прокатывается по позвоночнику. В голове мгновенно складывается картина: изолированный аэропорт, частный самолет, чужая страна. Идеальная ловушка.

- Это самоубийство, - вырывается у меня слишком громко и резко.

Макс смотрит на меня с подозрением.

- Олег за решеткой, все остальное не наша забота. Угомонись.

Я не отвечаю, потому что кроме опасности, есть кое-что ещё. То, о чем я предпочитаю не думать. Но я не могу позволить Рите просто уехать. Исчезнуть из своей жизни.

Эта мысль жжет изнутри, смешиваясь с животным страхом и тем самым запретным влечением, которое я так и не смог задавить в себе. Внезапно ловлю себя на мысли, что начинаю понимать Олега. Не его методы, а эту всепоглощающую одержимость. Это желание быть рядом любой ценой, контролировать, владеть. Разница лишь в том, что он наблюдал из тени, а я... я перешел все границы. Я становлюсь таким же маньяком, каким все считают его. Только моя одержимость прикрыта благородными побуждениями - "спасти" и "защитить". Но суть-то одна. И самое стремное, что мне уже всё равно. Решение принято окончательное и безапелляционное.

Кривая усмешка появляется на губах, а рука сама тянется к телефону. Я набираю номер Ратмира, он единственный, кто может мне помочь.

- Салимов, - раздается в динамике сонный голос друга.

- Рам, не время спать. У меня дело жизни и смерти, - важно сообщаю я.

- Лихачев, ты обкурился что ли?

- Если бы, - хмыкаю небрежно. - У меня проблемы, нужна помощь. Желательно чтобы никто не знал.

- Масштаб треша? - спрашивает он без тени удивления. Я слышу, как он зажигает сигарету.

- Тебе не понравится….

- Я в предвкушении, - усмехается Ратмир, шумно выдыхая дым. - Где встречаемся?

Поздним вечером мы встречаемся на одной из заправок за города. Я вкратце объясняю суть операции и даю четкие указания. Ратмир лишь качает головой, называя меня конченным идиотом, но не отказывает в помощи. Друг всё-таки.

В утром мы стоим в плотном потоке машин, не упуская из вида служебный автомобиль Калюжного. Я вижу Риту, сидящую на заднем сидении. В машине только она и водитель, никакой страховки. Идиоты самонадеянные…

- Я готов, - отзывается в наушнике Ратмир и притирается к Мэрсу, вынуждая того съехать на обочину.

- Тогда погнали, - усмехаюсь я, натягиваю на физиономию балаклаву и делаю рывок к машине.

Адреналин бьет в кровь. Я делаю глубокий вдох и распахиваю дверь тачки, в которой едет Маргарита. Все происходит за считанные секунды. Я вырубаю водителя, а Ратмир занимается девушкой, используя какую-то технику отключает ее сознание без вреда для здоровья. Подхватывает на руки и несет в нашу машину.

Я прыгаю за руль и, когда дверь за другом захлопывается жму на газ прямо по обочине. Быстро, насколько это возможно в пробке, перестраиваюсь в крайний левый, разворачиваюсь через сплошную и вдавливаю тапку в пол. Двигатель рычит, колеса свистят на резком повороте, и мы вырываемся на свободу.

- Чисто сработали? - спрашиваю я, не отрывая глаз от Риты.

- Время покажет, - смеётся Ратмир. - В любом случае скоро будет жарко.

Он смотрит на меня в зеркало заднего вида.

- Матвей, ты отдаешь себе отчет? Теперь мы в одной лодке. И если ты ошибся...

- Я не ошибся, - цежу сквозь зубы. - Ее жизнь в опасности. Я чувствую это.

- Надеюсь, твои чувства нас не подведут.

Мы едем в напряженном молчании, пока я не сворачиваю на заброшенную заправку.

- Дальше без меня, - говорит Ратмир.

Я выхожу и перекладываю Риту в свою машину.

- Спасибо, брат, - протягиваю руку другу.

- Должен будешь, - он коротко качает головой. - Думай, что будешь делать дальше. Калюжный поднимет на уши все МВД, а ты станешь врагом государства.

- Я знаю.

Салимов разворачивается и уходит, оставляя меня наедине с моим безумием.

Я же сажусь за руль и снова трогаюсь в путь. Еду в старый бабушкин домик в дачном поселке. Там нас никто не должен искать. Бабушка давно туда не приезжает, здоровье не позволяет, а я не большой любитель дачной жизни. Но сейчас просто сам бог велел…