Глава 24

Утром Мария отчаянно не хотела просыпаться. Одно дело тратить магию на «лечение» фантомов, другое – на реального пациента. С непривычки она так выложилась, что с трудом проснулась, и тело казалось ей тяжелым и неповоротливым. Девушка пошевелилась, вспоминая, где это она уснула, и тут же распахнула глаза – нужно проверить мальчишку! Она впервые проводила операцию в таких условиях! Да еще магия! Удобно отрабатывать приемы на фантомах – точно знаешь, что не навредишь, но вчера она спасала мальчишку дроу, и кто знает, какие сюрпризы таит его организм? Понятия «сравнительная анатомия» в Академии не существовало. Заметил разницу между человеком и эльфом – молодец! Не заметил – значит, большая часть твоих пациентов будет людьми. Им тоже нужны целители! Тяжело вздохнув, девушка сползла с узкой эльфийской кровати и, пошатываясь от слабости, отправилась в купальню. Следом тенью скользнул Зар. Маша попыталась отказаться от помощи телохранителя, ей хотелось побыть в одиночестве, и вообще круглосуточное присутствие мужчины иногда ее напрягало. Однако дроу шепнул ей на ухо, что нужно поговорить, и Маша сдалась. Разговор касался «подарка». К удивлению Молнии, Заардан считал необходимым оставить парня у себя. Аргументы он приводил весомые – парень явно провел в замке какое-то время, так что знает много. Еще это хороший повод перехватить у матроны «игрушку» – позлить, заставить проговориться. Маловероятно, что такая важная персона, как «хранительница торговых путей», сама решила удивить невестку младшей жрицы Ллос. Скорее всего ей приказали, и приказали жестко. Растирая руки и ноги Маши жесткой мочалкой из серединки люффы, Заардан объяснял девушке, что матроны дроу все собственницы. Гарем – часть жизни в пещерах. Большой гарем с жесткой дисциплиной, строгой иерархией и определенной системой управления является показателем статуса женщины. Маша тихонько хмыкнула: – Значит, всего один муж – это мало? – Муж может быть и один, – Заардан взялся за спину, и девушка замурлыкала от удовольствия, чувствуя, как отступает болезненная тяжесть в мышцах. – Но кроме мужа в гареме должны быть наложники, слуги, танцоры, мальчики для различных игр и «сладости» для гостей. Служанками могут быть и женщины-полукровки, но их мало, и чаще они стоят на ступень повыше, ведь Ллос дала им возможность стать матерями. Маша озадачилась. Ей казалось, что культура дроу сформировалась в рамках жесткого дефицита ресурсов – еды, тепла, света, а значит, слабые там не выживают. Она задала телохранителю вопрос и получила ответ: – Да, слабые в пещерах не живут. Наш мир испытывает на прочность сразу после зачатия. Отвары, позволяющие скинуть плод, известны не только у людей. К тому же, – тут Зар замялся, – отвар могут подлить в напиток или соус. Вот сейчас Маша нахмурилась. На практике ей случилось видеть женщину с выкидышем на большом сроке, которую привезли буквально из-за стола – в пижамке и тапочках на босу ногу. Свекрови не понравилась невестка, и старая ведьма добавила противозачаточные таблетки в чай. В итоге – едва спасли женщину, речь шла даже об удалении матки. Счастье, что обошлось. Кстати, женщина, придя в себя, подала заявление в полицию с формулировкой «причинение тяжкого вреда здоровью», но увы, доказать ничего не смогла – чашки свекровь вымыла, а то, что она проболталась своему сыну – не доказательство. – Младенцы тоже весьма уязвимы, – вздохнул Зар, отгоняя какие-то свои воспоминания. – К тому же матроны очень следят за тем, чтобы дети рождались здоровыми. Вот этот деликатный намек Мария поймала сразу. Судя по всему, дети с явными признаками мутаций в пещерах не выживали. А учитывая малочисленность дроу – близкородственные браки там не были редкостью. – Откуда тогда полукровки? И почему они выживают? – спросила она, когда Заардан взялся промывать ей волосы. – Матроны путешествуют за пределы пещер, – пожал плечами дроу, – а еще несколько столетий назад крестьяне из окрестных селений приносили к пещерам ненужных детей. Маша поперхнулась и слабым голосом переспросила: – Ненужных? – У людей свои понятия о приличиях и морали. Ребенок, зачатый вне брака, губит мать, поэтому селянки нередко приносили таких малышей в пещеры. Они слабы, но могут принести свежую кровь, стать слугами или игрушками. Матроны рачительны и не выбрасывают то, что может пригодиться. Этот мальчик может оказаться сыном служанки от наложника или ошибкой юности младшей дочери многочисленного клана. За ними редко присматривают. Молния уже устала удивляться. Она повернулась, позволяя Зару промокнуть тело простыней, и сказала: – Полагаю, к завтраку явятся слуги матроны Дийринен, чтобы забрать «подарок». Что мы можем сделать, чтобы не отдавать его? Выкупить? Подозреваю, цена будет неподъемной. – Да, матрона Дийринен славится своим умением торговаться, – согласился Зар. – Изобразить смерть парня от ваших игр мы тоже не сможем – они потребуют тело… Они вышли в спальню. Там невесту ждал с завтраком Дэридан. Он строго посмотрел на Зара и усадил Машу за столик у окна. Еду им подали двух разных видов – эльфийские семена, побеги и фрукты, дровские грибы, мясо и рыбу. Сначала мужчины все проверили и только потом наполнили тарелку невесты. Беседа за столом не клеилась – каждый пытался найти выход из ситуации. – Зар! – Маша подпрыгнула на месте. – Изобразить тело мы как раз сможем! Фантом! Дроу нахмурился: – Госпожа, но его будут проверять! Магию сразу почувствуют! Мария хитро прищурилась: – А ты вспомни, какой мы устроили розыгрыш в морге! Дроу вспомнили, переглянулись и одобрительно покивали. Компания студентов, с которыми постепенно сдружилась попаданка, оказалась шебутной и яркой. Они с охотой слушали истории Молнии о жизни и учебе в другом мире, а потом воплощали что-то из ее рассказов в жизнь – криво, косо, но так, что даже преподаватели, ругаясь, не могли не хихикать. Однажды Маша рассказала о практике в морге. Поскольку в студенческие ручки Академии Целителей настоящие тела попадали редко, ей откровенно позавидовали, а потом… С кухни ближайшей столовой украли несколько бараньих туш и зачаровали их под фантомы, которые лежали в подвале. Причем сделали это так искусно, что поначалу никто подмены не заметил. А вот в момент «работы с препаратом» из фантома вдруг потекла настоящая кровь, запахло разложившейся плотью, да и мышцы отделялись от костей с противным хрустом. В общем, писку, визгу и шума было много. Баранину расколдовали и вернули на кухню, шалунов наказали, заставив отмывать «морг», но ректор сделал выводы, и с тех пор на занятиях по анатомии всегда было в наличии хотя бы одно настоящее тело – со всеми последствиями. – Козу, молодого барашка или косулю можно купить в городе! – сразу ухватил мысль Дэридан. – Леди Эффенбах и Эдан не откажут нам в помощи, но придется потянуть время… – Скажем обалдуям у входа, что я еще сплю, – улыбнулась Маша, – а я пока все нужное подготовлю. Только как его потом спрятать? – Дэр отправит в Академию, – отмахнулся телохранитель, – ему как раз новый секретарь нужен, вот и выучит. Ректор поморщился, но не возразил. В Академии действительно хватало свободных вакансий. Не особенно денежных или важных, но многие устраивались на работу в Академию Целителей, желая подготовиться к поступлению или скрыться на время от мира, поэтому ректор держал два-три места свободными на случай появления беглецов или особенно талантливых студентов. Обсудив еще кое-какие детали, Дэридан умчался за животным, а Зар и Маша вернулись в спальню. Там он облачил Машу в платье цвета стали с отделкой кожаными ремешками и металлическими заклепками. Юбку украшали полосы кожи, усаженные шипами, а манжеты были наполнены серебряными иглами, которые использовались для медицины, пыток и удовольствия. Смотрелось одеяние хищно и агрессивно, при этом внутри платье было вполне удобным, закрытым, с мягкой подкладкой и широким поясом. – Это платье говорит о том, что ты недовольна своими мужчинами и ищешь развлечений, – объяснил Зар. – Охранники госпожи Дийринен могут предложить себя в мужья или наложники… – Как правильно им отказать? – сразу спросила Маша. – Можешь не отказывать, – пряча жгучую ревность, ответил дроу, – скажи, что тебе нужны носильщики для паланкина, и дай время подумать. Сами откажутся. Мария фыркнула, но запомнила. Как только Зар доплел ей косу, девушка отправилась к мальчишке. Он так и спал на столе, закрепленный силовыми нитями. Было видно, что ему отчаянно хочется свернуться клубком, но растяжки не позволяли. Усилием «включив» магическое зрение, Маша принялась осматривать пациента и была изумлена скоростью его регенерации. Конечно, она применила магию, но ее особым зрением было отлично видно такие подробности, которые земному врачу практически недоступны – например, скорость тока крови, насыщенность кислородом и даже восстановление нервной ткани. По сути, мальчишка был уже здоров, только сильно истощен – на регенерацию ушли все запасы организма. Сняв повязки, девушка поняла, что Иш все еще спит, но, кажется, не по своей воле – просто зелье Аделаиды не давало ему проснуться. Пришлось отправлять Темной вестника. Она появилась в комнате легко и непринужденно. Поздоровалась и сразу кинулась осматривать парнишку со своей точки зрения. Помахала амулетами, потыкала какими-то палочками и довольным тоном заявила, что вращенных в плоть амулетов нет, Тьмы нет, и вообще довольно здоровый экземпляр, даже жалко будить. – Да мне бы его накормить, обтереть, и пусть дальше спит. Матрицу легче будет снимать… – Матрицу? – живо заинтересовалась Темная. Пришлось ей изложить идею, которую Аделаида поддержала: – Парнишка потенциально хороший маг. Не целитель, к сожалению, но магия камня и металла штука полезная. Может артефактором стать, если постарается, или боевиком, если не повезет. Что нужно от меня? – От тебя и от Эдана, – призналась Молния, – мы, когда на баранину фантомы накладывали, поняли, что легче всего изобразить недавно умершее тело с помощью эльфийской магии жизни и некромантии. Темная магия тоже подходит, ну и следы целительской нужны, мы ж вроде как били и лечили. – Затейливо, но интересно! – признала Аделаида, вынимая из кармашка на поясе блокнот и стилус. – Так, давай по порядку! Пока леди Эффенбах составляла список заклинаний и желаемый эффект, в комнаты принесли бульон для больного и записку от матроны Дийринен. Она вежливо осведомлялась, понравился ли лэри Марии ее подарок, и все ли с ним благополучно? Потом на полстраницы расписывала, как привязана к мальчишке и как он для нее дорог. Записку девушка прочитала вслух, и Делла тотчас фыркнула: – Она точно знает, что парень должен был умереть. – Похоже на то, – Маша задумчиво покачала ногой. – Надо как-то потянуть время, потом показать ей целого Иша, но не отдавать… Как это сделать? Зар предупредил меня, что смерть «игрушки» – подстава. Но я слишком мало понимаю в тонкостях этикета дроу, чтобы правильно закрутить эту интригу. И все же мальчишку мне жалко. Если бы не наши навыки, он бы умер, просто падая на колени. – Подозреваю, что эту интригу закрутил кто-то поопытнее нас, – безмятежно улыбнулась Аделаида, – однако можно поднять твой статус немедля. Ты пока считаешься невестой, поэтому ниже по статусу, чем засевшая тут дамочка. Однако ты помолвлена с любимым сыном младшей жрицы Ллос, а это уже статус. Можешь оскорбиться на ее намеки и в ответ заявить, что ты взяла себе мужей по обычаям своего мира. Для дроу ты невеста, а по своим правилам – жена! Маша поперхнулась травяным отваром. – Но я не брала себе мужей по обычаям моего мира! – Но этого никто не знает! – с безмятежным лицом заявила Темная и пригубила свой напиток. Молния хихикнула. Кажется, она поняла, что Эдан-эльф нашел в этой чопорной брюнетке, всегда затянутой в строгие платья. Какой тонкий, даже слегка извращенный юмор! Возможно, воспитаннику Академии дроу как раз его и не хватало в жизни? Мария взяла бумагу и под диктовку Заардана и Аделаиды написала ответное письмо – с громом, молниями и парочкой медицинских проклятий. Не смертельно, но неприятно и сразу даст понять, в каком настроении был отправитель. Записку унесли, и Мария отправилась поить парнишку бульоном. Через пару минут в окно тихонько стукнули, и Зар осторожно его открыл. В проеме показался Дэридан: – За входом следят, – невозмутимо сказал ректор Академии Целителей, втаскивая в комнату небольшого барашка. – Пришлось наложить отвод глаз и левитировать. Вес, думаю, подойдет. Маша сравнила ягненка и мальчишку и кивнула: – Годится. Печень есть? Выдавите немного крови на простыню – полосами, как следы от порки. Заардан и Дэридан на миг накрыли парня простыней, чтобы видеть, как должны лежать пятна, потом утащили барана в купальню и вскоре вернулись с окровавленной тряпкой в руках. – Отлично. Леди Эфенбах, поможете с иллюзией? Делла походила вокруг сонного мальчишки, посмотрела так и эдак, и под ее взглядом на коже растеклись кровоподтеки, раскрылись кровавые раны, лицо и так выглядело бледным, а губы потрескались от кровопотери. – Теперь он выглядит как надо, – сказал Дэридан, оценив «подарочек». – Осталось убедить матрону его продать. – Не продать, – сморщилась Аделаида, – лэри Мария забирает мальчишку как виру за оскорбление! Лэра Дийринен обратилась к ней, как к незамужней девице. А между тем вы с Заарданом давно ее мужья по обычаю ее мира! Дар и Зар рухнули на колени. Маша застыла в недоумении. – А, – улыбнулась леди Эффенбах, – это твои мужчины приносят тебе глубочайшие извинения за то, что неподобающе себя вели. Мужья оказывают жене больше почтения, чем женихи невесте, и, например, при выходе из кареты один должен был подставить тебе колено вместо ступеньки, а второй – голову вместо поручня. Так что теперь недели две будут вымаливать прощение. Маша вздохнула, махнула рукой и приказала: – Вставайте! Идем скандалить. Леди Эффенбах, нет ли у вас в дорожном саквояже энциклопедии по заморочкам дроу? Я устала налетать на них за каждым углом! – Есть, – безмятежно улыбнулась Темная, – я сделаю для тебя копию! – Благодарю! – Маша накинула на парня простыню и скомандовала: – Вставай! Иш, взбодренный ее тоном, моментально открыл глаза и встал. – Завернись в тряпку, идем! – после этих слов Молния развернулась на каблуках и, представляя на месте неизвестной ей матроны Дийринен заместительницу начальника травмпункта, зажимающую лекарства и инструменты, рванула по коридору так, что свита едва ее догнала.