Глава 30

«Воспитательная» оказалась, конечно, пещерой, но какой! Гладкий пол с небольшим наклоном в одну сторону, вдоль одной стены различные приспособления из камня, дерева и железа, похожие то на крест, то на трон, то вообще непонятно на что! Свисающие с потолка и стен цепи, наручники, ножные кандалы и какие-то вовсе непонятные Марии железки. Целая стена, затянутая черным ковром, а на нем – хлысты, плети, кнуты, какие-то лопатки и даже железные когти! Все сделано тщательно, любовно и явно содержится в большом порядке. Еще вдоль стены стояли плетенные из кожи лари. Внутри обнаружилась «сбруя» разного размера, цвета и шипастости, зажимы разных форм и размеров, кляпы, маски, ошейники и браслеты, поводки и цепочки – и все из синеватой дровской стали или серебра. Маша даже зажмурилась на миг, представляя, как роскошно будет смотреться вот это вот на Заардане или Дэридане! Зар стоял за ее спиной и, кажется, даже не дышал, когда она перебирала все, что было аккуратно разложено по коробочкам и шкатулочкам. Иногда Маша замирала, не зная, что перед ней, и тогда телохранитель деликатно подсказывал: – Кольцо для продолжительной эрекции, госпожа. Крюк для подвешивания, госпожа. А это не для подвешивания. Масло для тела, госпожа, с добавками для возбуждения, а это для повышения чувствительности кожи. Тальк для кожи, госпожа, некоторые плети имеют в рукояти артефакт и бьют магией. В общем, Маша увлеклась, изучая богатейший арсенал, созданный для наказания и поощрения, и не заметила, как пролетело время. Ее действительно отвлекло все это, так что деликатный стук в дверь она восприняла почти спокойно: – Кто там? – Клятва готова, госпожа! Желаете принять ее прямо сейчас? Девушка потерла лоб, вспоминая, из-за чего, собственно, расстроилась. Ах да, выпила самогона, пожаловалась на жизнь свекрови и получила в нагрузку пять мужиков, которые ей даром не нужны! – Зайди! – сказала она строго, и в дверях тотчас показался Дэридан. – Закрой дверь. Ректор послушно закрыл дверь, опустился на колени и протянул Маше несколько листов, исписанных его четким почерком. Девушка дернула бровью, но восприняла его позу спокойно. То ли комната-пещера так на нее действовала, то ли «посланцы Ллос», но ей казалось правильным, что мужчина стоит на коленях, склонив голову и потупив глаза. Вот еще бы ремень ему на шею… Широкий, с шипами и кольцом для подвешивания к потолку… Отвлекшись от своих мыслей, Маша вчиталась в слова клятвы. Стандартные обороты «не причинять вреда ни делом, ни бездействием», «содействовать пользе Дома и клана», а вот финал пугал. В случае нарушения клятвы мужчина не только погибал на месте, но и развеивался прахом, покрывая позором потомство! – Отличная клятва, Дэр! – Маша позволила своей руке погладить мужчину по лицу. – Ты заслужил награду! Сегодня ты сам выберешь три предмета, которыми я воспользуюсь в этой комнате с тобой… А пока… Иди к моим подаркам, отдай клятву. Если не захотят приносить – выгоняй в коридор, пусть их подберут другие жалостливые матроны! Те, кто согласятся, пусть ждут в гостиной! Дэр поцеловал ее ладонь и медленно встал и вышел. За спиной тяжело дышал Заардан. – Мой жених, – промурлыкала Маша, закинув назад руку, поглаживая шею телохранителя, – ты сегодня был очень красив. Покажешь мне себя? Хочу выбрать для тебя самый нарядный ошейник! Заардан сглотнул и, словно цыпленок, зачарованный змеей, потянулся к завязкам рубашки. Он успел снять рубашку и покрутиться под взглядом жены, демонстрируя сильную гибкую спину, узкие бедра, красивые руки с длинными пальцами и крепкую шею. Взгляд медички плавно скользил по торсу Заардана, радуясь тому, что его темная, с серебристым отливом кожа не испорчена ни одним знаком. – Тебя не отметили знаком клана? – удивилась Мария вслух, не касаясь кожи дроу, а лишь обводя контур его плеч. – Мать сказала, что это привилегия жены, – сглотнув, ответил Зар. – Мне нравится твоя чистая кожа, – Маша все же коснулась телохранителя, и его пробила мелкая дрожь. – Она такая гладкая, мягкая и так красиво обтягивает твои мускулы… Увы, несмотря на прочитанные и выслушанные километры эльфийских баллад, комплименты Мария делала как медик, но Заардан плавился от ее прикосновений и не вслушивался в то, что она говорила. Дроу год с лишним ждал, пока девушка сама коснется его, и теперь искренне наслаждался теплом ее пальцев на своей прохладной коже. Маша успела пробежаться пальцами по крепкому торсу телохранителя, коснуться бледных сосков и красивых мышц живота, когда в дверь снова постучали. Вздохнув, девушка бросила Заардану: – Накинь плащ! Не хочу, чтобы тебя видел кто-нибудь кроме меня! Дроу просиял и тотчас закутался. Госпожа не желает им делиться, это так сладко! За дверью стоял Дэридан: – Госпожа, мужчины готовы принести клятву. Маша молча прошла мимо него в гостиную и остановилась. Там было не пять мужчин, а гораздо больше! Дюжина? Полторы? – Дэр, кто это? – нахмурилась Мария. – Мадам Мардэн подарила мне пять мужчин. Дэридан сжал губы и принялся объяснять. Оказывается, эти мужчины тоже не из скалы выпали – у них есть матери, сестры и дочери, которые решили позаботиться о родственниках. Чтобы им легче жилось у человечки, каждому в «приданое» выдали слуг, рабов и полукровок, чтобы мужчины не портили руки тяжелой работой. – И что, отослать их обратно нельзя? – вздохнула Маша. – Это же приданое, – еще сильнее сжал губы Дэридан. Он знал, что его жена добра и жалостлива, но делить ее внимание с дюжиной мужчин не собирался. А ведь по правилам кланов дроу матрона должна уделить внимание каждому мужчине клана хотя бы раз в месяц. Именно внимание – касание, порка, выговор с рукоприкладством… Матроны больших кланов поручали ежемесячный «обход мужчин» дочерям или внучкам, но клан Миринен пока не имел других женщин, так что Маше придется все делать самой. Одна только мысль об этом заставляла дроу сильнее сжимать кулаки и представлять, как бы он расправился с соперниками, будь это обычный дровский гарем! Маша обвела мужчин взглядом, замечая, что они все же заметно различаются. «Носильщики» походили на Зара и Дэра – высокие, красивые, хищно-грациозные, с правильными чертами лица и красивыми телами. «Приданым» были мужчины попроще – пожилые, юные, средних лет, но все ниже ростом, одетые в грубую коричневую одежду и ошейники. Вот ошейники Машу взбесили окончательно: – Убрать! – ткнула она пальцем в грубую металлическую полосу, кое-как обшитую кожей. Старик недоуменно вскинул голову и сказал: – Госпожа, если на нас не будет знаков принадлежности, любая матрона сможет претендовать на нас, едва мы покинем ваши комнаты. Медичка дернулась и прошипела: – Мои мужчины носят знаки моего клана! Ее голос почему-то эхом разнесся по пещере, и «носильщики» в один миг пальцами разорвали ошейники на своих слугах. – Клятву! – жестко потребовала Маша, оглядывая разношерстную толпу. Дроу рухнули на колени и вслед за Дэриданом повторили слова клятвы. Потом поранили пальцы, и каждый ткнул каплей крови в ладонь девушки. Тому, что алые пятнышки втянулись в кожу, она совсем не удивилась. Кажется, посланцы Ллос не просто так сидели у нее на голове и плечах! – Теперь разойдитесь! Я хочу остаться со своими мужьями! – скомандовала Мария. Дэридан и Заардан расправили плечи, прочие мужчины тихо ушли. – В воспитательную комнату, – прищурилась девушка, – и захватите заготовки гербов. Не нравится мне то, что любая встречная может предъявить на вас права! Через пару минут оба мужчины стояли перед Машей на коленях, а она возмущенно ходила туда-сюда по гладкому полу и все никак не могла унять свое беспокойство. Ей отчаянно хотелось запустить пальцы в распущенные волосы Дэридана и хорошенько дернуть, наказывая за свое плохое настроение и вообще за приезд в пещеры. Мужчины покорно ждали, и эта покорность заводила Машу еще больше. Наконец она решила, что нельзя сдерживать такое простое желание. Если она немного потрогает волосы Дэридана – ничего страшного не произойдет! И с легким рыком девушка опустила сразу две руки на голову ректора, вплела пальцы в волосы и слегка потянула. Ответом ей стал стон, полный блаженства! От неожиданности она забыла, что пальцы оплетают длинные пряди, и дернула за волосы сильнее. Стон стал громче, а потом раздался шепот: – Простите, что не удержался, госпожа, я так долго об этом мечтал! Изумленная Маша отвесила Дэридану увесистую пощечину, а он прижался к ее руке горячей щекой, едва ли не мурлыкая. – Извращенец! – девушка хотела сказать это с отвращением, а получилось тягуче и довольно. Ее собственные слова отдались приятным эхом внутри, и почему-то Машу это не возмутило. Дэр, прикрыв глаза, наслаждался теплом женщины, а она подняла его голову за волосы и заглянула в глаза: – Будешь носить ошейник или мне выжечь свой знак на твоем теле каленым железом? – Как угодно госпоже! – Дэридан сглотнул. Его тело не имело украшений, и он не понимал прежде, как мужчины могли подставлять себя под железо, иглу или клинок, желая сохранить на себе знак внимания любимой женщины. А вот теперь понимал и готов был терпеть любую боль, только бы Маша смотрела ему в глаза и была рядом! – Встань! – повинуясь приказу, дроу вытянулся и позволил женским рукам блуждать по телу в поисках лучшего места для отметины. Маша погладила плечи, руки, прошлась по спине, бедрам, по шее, легонько куснула дроу за ключицу, оставляя отпечаток зубов, отчего мужчину пробило дрожью. Потом взъерошила его волосы и сказала: – Нет, не хочу портить твою кожу. Ошейник. С гербом и увесистой петлей, чтобы удобнее было подвешивать тебя к потолку! Дэридан стек на пол, принимая позу покорности, подставляя шею. Маша выбрала из шкатулки полосу синеватой стали, обшитую нежной замшей, прикрепила к тонкому колечку свой герб, а тяжелое кольцо-карабин оставила сзади. Потом двумя руками торжественно надела на Дэридана ошейник и кивнула Заардану: – Сплавь магией, осторожно! Под взглядом дроу замок расплавился, превращая ошейник в монолит, после этого Мария подняла голову супруга и поцеловала в губы: – Выбирай три предмета, как я обещала! Сегодня у нас праздник! Пошатываясь от восторга, ректор убрел к сундукам, а Маша повернулась к Заардану. Цеплять ошейник на младшего мужа уже не хотелось. У него была такая аппетитная шея! Ее хотелось покрыть поцелуями, а не железом! Разглядывая коробку с ошейниками, Маша поморщилась и взяла другую – с наручами. Покопалась в ней и вынула пару широких кожаных наручей с красивой многослойной нашивкой. В центр нашивки Зар по ее приказу прикрепил гербы, а потом она надела ему эти самые наручи, и с помощью магии они превратились в неснимаемые. – Тебе нравится? – пальцы Марии пробежались по плотной коже наруча. – Очень, госпожа! – Заардан действительно был счастлив. Ошейник он, конечно, принял бы, как положено послушному мужу. Но Маша интуитивно нашла то, что ему нравилось больше. Наручи означали защитника, которым он, в общем-то, и был для своей жены. – Ты можешь выбрать два предмета для игр, – милостиво сказала девушка и зевнула, – боюсь, на большее меня сегодня не хватит! Зар прижался губами к ладони госпожи и направился к ковру. Ему давно нужна была встряска, а что может быть лучше хорошей порки?