Глава 9

Утро бала началось так, как начинаются все самые ужасные дни в моей жизни: с навязчивого стука в дверь, бодрых голосов и ощущения неминуемой катастрофы. Все маленькие девочки в детстве мечтали побывать на настоящем балу, танцевать вальс в пышном платье и встретить прекрасного принца. Я – нет. Мои мечты были куда более приземленными и, возможно, менее девчачьими. Я мечтала бегать быстрее всех, забираться на деревья выше всех, и, конечно же, давать сдачи, если вдруг найдется такой самоубийца, который решит меня обидеть. Поэтому утро перед балом, как и сам бал, я воспринимала как временное зло, которое нужно перетерпеть и просто пережить.

В комнату ворвалась армия служанок с бесконечными тюлями, кружевами и шпильками. Я вздохнула и приготовилась к пытке. "По крайней мере, это шанс осмотреться", – напомнила я себе, пытаясь найти хоть какой-то позитив в этой ситуации. В конце концов, кто знает, какие секреты можно выудить, наблюдая за придворными дамами, обменивающимися подозрительными взглядами над чашками чая.

Меня начали наряжать. Сначала надели некое подобие корсета, который, казалось, был сделан из стали и утягивал меня до такой степени, что я с трудом могла дышать. "Интересно, падать в обморок на балах – это часть программы?", – подумала я, пытаясь не задохнуться. Потом последовала бесконечная череда юбок, подъюбников и кружева. Я чувствовала себя слоеным пирогом, который вот-вот развалится.

Пока меня наряжали, служанки щебетали о предстоящем бале, о платьях, о кавалерах и о том, кто с кем будет танцевать. Я старалась поддерживать светскую беседу, но если честно у меня паршиво получилось, и в итоге я просто перестала пытаться и молча слушала. Мое молчание впрочем вообще никого не смущало, и я расслабилась решив, что так даже лучше.

Когда дело дошло до прически, я мысленно взмолилась. Они пытались соорудить на моей голове нечто, напоминающее то ли гнездо, то ли Вавилонскую башню. "Только не говорите мне, что там будут жить птицы", – подумала я, когда одна из служанок попыталась прикрепить к моей прическе перья.

После прически последовал макияж. Они нанесли на мое лицо столько пудры, что я начала напоминать привидение. "Главное, не чихать, – подумала я. – Иначе весь этот слой штукатурки разлетится по всему залу".

В общем, спустя несколько часов мучений, я наконец-то была готова. Я посмотрела на себя в зеркало и едва узнала саму себя. Передо мной стояла незнакомая девушка в пышном платье, с безупречной прической и мертвенно-бледным лицом. "Ну что ж, – подумала я. – Посмотрим, как долго я смогу продержаться в этом образе".

И тут появился Арес. Он был одет в элегантный мундир и выглядел, как всегда, безупречно. Он окил меня взглядом и скомандовал:

– Все вон!

Служанки в ужасе разбежались, оставив нас наедине.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, чувствуя, как во мне просыпается раздражение.

– Я принес тебе кое-что, – ответил Арес, доставая из-под плаща небольшой мешочек. – Подарок, – криво усмехнулся мужчина.

Он высыпал содержимое мешочка на стол. Там лежали ножи. Маленькие, но острые.

– Это что? – недоуменно спросила я.

– Это твоя страховка, – ответил Арес. – Спрячь их под резинку чулок.

Я закатила глаза.

– А ты хорошо их метаешь? – поинтересовался Арес.

– А об этом надо спрашивать до того, как их принес, – саркастически заметила я и, недолго думая, схватила один из ножей и метнула его в картину на стене изображающую королевскую охоту. Попала конечно не белке в глаз, но и целилась я не в пушистую бедолагу, а в надменно-высокомерную физиономию охотника, которая меня раздражала с первого дня, когда я поселилась в этих покоях.

Арес усмехнулся.

– Ладно, убедила, – сказал он. – Будь осторожна, Алекс.

И прежде чем я успела что-либо ответить, он исчез.

Что ж, бал вот-вот начнется. И я готова к нему, как никогда. В конце концов, кто знает, какие сюрпризы он мне приготовил. По крайней мере, теперь у меня есть чем ответить.

Под конвоем строгой служительницы, с лицом, выражающим вселенскую скорбь и усталость от бренности бытия, меня повели ко входу в бальную залу. Ну что тут сказать, очередное светское мероприятие, где должны были сыграть в мою будущую судьбу, словно в лотерею. Или, по крайней мере, определить, как я буду протирать штаны (хотя, скорее, юбки) в ближайшие дни. Место сборища напыщенных индюков и разодетых кукол – вот как я про себя окрестила это мероприятие. Удивительно, как в мире, где магия это не сказка, люди все еще так трепетно относятся к этим пыльным, нафталиновым пережиткам прошлого. Балы, знаете ли, способствовали укреплению империй и решению политических вопросов. Ага, как же! Скорее, способствовали распространению сплетен и перемыванию косточек и обсуждения грязного бельишка всех, на кого найдется хоть мало мальски интересный компромат.

Еще до входа в этот "храм элегантности" я успела заприметить девиц, с которыми у меня произошел, скажем так, небольшой словесный пинг-понг. Конфликтом это называть было бы слишком пафосно. Ну, поругались немного, бывает. Они, словно стая голодных гиен, приговоренных к вечной диете, бросили на меня ненавидящие взгляды. Ну и ладно. Как говорится, собаки лают, а караван идет. Или, в данном случае, не идет, а медленно и мучительно ползет в направлении собственного унижения на этом "грандиозном" балу, надеясь не споткнуться о чью-нибудь кринолиновую юбку.

Мадам Распорядительница, эта ходячая энциклопедия светского этикета и кладезь лицемерия, подплыла ко мне, словно айсберг, решивший потопить не только "Титаник", но и мою репутацию заодно. Прошипела тихо, но весьма ядовито, словно кобра, наевшаяся лимонов:

– Будь моя воля, таких невоспитанных деревенщин я бы и на порог замка не пустила, не то что к правителю. Но за вас очень сильно просили, и я не посмела отказать. Запомните, девица, если вы выкинете какой-нибудь фокус, то вылетите из замка как пробка из бутылки с прокисшим игристым. И знайте, к вам никто больше не подойдет, даже не надейтесь. Здесь все очень чопорные, и подобного не простится. А посему, если вы еще хоть раз вздумаете нарушить правила приличия, или сказать что-то против, я лично прослежу за тем, чтобы вам пришлось не сладко.

Я даже не удостоила ее ответом. Зачем тратить энергию на столь незначительные цели? Лишь лениво усмехнулась в ответ, наблюдая, как ее и без того сморщенное лицо становится еще более похожим на печеное яблоко, забытое в духовке. Распорядительница зло фыркнула, оскорбленно поджала губы и пошла дальше командовать и давать наставления другим дебютанткам, видимо, надеясь, что хоть кто-нибудь из них сможет соответствовать ее непомерно завышенным стандартам. Да, она выглядела так, словно лично создала этот этикет, а теперь вынуждена страдать от того, что никто не может ему соответствовать в полной мере.

И вот момент истины пробил. Двери в бальную залу распахнулись, открывая взору ослепительную картину. Тысячи огней, зеркала, умножающие свет и себя, элегантно (насколько это вообще возможно в подобных нарядах) одетые гости, и музыка… Боже, какая музыка! Если это вальс, то я – китайский летчик. Все было настолько помпезно и вычурно, что мне на секунду показалось, что я попала не на бал, а в декорации к какой-то гротескной опере, где главная героиня вот-вот должна запеть о своей несчастной доле. В голове заиграла ироничная мелодия, и мысленно я приготовилась закатывать глаза в такт каждому па.

Девушки должны были пройти в зал по двое. Конечно, для экономии времени. Правителю тоже надо когда-то отдохнуть, да и вообще, если девушек много, а он один, - это уже попахивает гаремом и полным отсутствием логистики. Ведь, если бы они шли по одной, то правителю пришлось бы весь вечер сидеть и рассматривать каждую дебютантку в отдельности, а это, согласитесь, занятие весьма утомительное даже для правителя.

По невероятному стечению обстоятельств (а я, если честно, больше склонялась к версии, что это был чей-то злой умысел, подстроенный в отместку за мой острый язык), я попала в пару к той самой дебютантке, с которой у меня случился словесный спарринг. Ее звали Изабелла, и она, видимо, разделяла мое "счастье" от этого союза. Она кинула на меня испепеляющий взгляд, от которого, наверное, должен был загореться мой кринолин, и демонстративно отвернулась. Что ж, и к лучшему. Меньше общения – меньше смертельных оскорблений.

Мы начали медленно двигаться вперед, следуя за другими парами дебютанток. Все шло, как говорится, штатно, без сюрпризов и неожиданностей. Я, как и положено воспитанной девице (сарказм, если кто не понял), не поднимала глаза и не пялилась на правителя, стараясь больше сосредоточиться на осмотре залы и гостей. Ведь я здесь не просто так, а по заданию. Сканировала, так сказать, на предмет потенциальных опасностей. Ведь, как известно, на балах плетутся интриги, завязываются романы (обычно, ни к чему хорошему не приводящие), заключаются сделки (чаще всего, невыгодные для одной из сторон) и затачиваются ножи за спиной (метафорически, конечно). И очень часто все это происходит одновременно. Да, бал – это не просто танцы в красивом платье, это целое поле битвы за власть, влияние и выгодные предложения. К слову, ножички под чулками у меня тоже были, - так, на всякий случай.

Вот назвали мое имя и имя Изабеллы, и мы, не сговариваясь двинулись к трону как по минному полю. Сама тронная конструкция, к слову, не так уж и возвышалась над остальными присутствующими придворными. Не было ни огромных колонн, ни золотых львов, держащих спинку трона. Ничего себе престол, который только на ступеньку выше простого места! Подобные решения позволяют понять, что нынешнему правителю чужды атрибуты былой власти. Или, может быть, у него просто плохой вкус? И тут я замерла в шоке, словно меня ударили молнией прямо в мой тщательно уложенный пучок. Моя нога, предательски запнулась о ковер, и я чуть было не размазалась по полу, но Изабелла, почувствовав момент триумфа, презрительно фыркнула и обозвала меня неуклюжей деревенщиной, не способной даже нормально ходить по дворцу. Но я даже не услышала ее слов. Все мое внимание было приковано к… ПРАВИТЕЛЮ !?!?

В голове проносился ураган противоречивых мыслей: "Этого не может быть! Это какой-то розыгрыш, ну или как минимум, жуткая ошибка! Может, я перепила снотворного накануне?". Но нет, это был он. Тот самый мужчина, с которым я целовалась в библиотеке, словно школьница на выпускном балу. Тот самый загадочный незнакомец, покоривший меня своим остроумием и… губами. Но что он здесь делает? И, если он правитель, то почему он скрывал это от меня? И самый главный вопрос: почему Арес ничего не сказал? К слову я у него за это спрошу.

Более того, этот правитель выглядел просто….сногсшибительно (определение, достойное бульварного романа, но что еще сказать?). Он не был дряхлым стариком, как я себе представляла. Да что там, он даже на стареющего не походил! (да, у меня определенно проблемы, и связаны они с тем, что сейчас я стою в дурацком платье, и уставилась на правителя, словно на последний кусок пирожного. ) Перед моим взором предстал молодой, очень привлекательный мужчина в самом расцвете сил. Его темные волосы элегантно лежали, обрамляя мужественное лицо с точеными скулами и сильным волевым подбородком. От него исходила какая-то животная сила, смешанная с аристократической надменностью. И в довершение ко всему, у него была просто потрясающая улыбка. Его глаза, цвета темного шоколада, сейчас смотрели на меня с нескрываемым интересом, и в их глубине мелькнула искра… узнавания? Или мне просто хотелось в это верить? Он приподнял бровь, словно спрашивая: "А ты что здесь забыла, милая?". И этот взгляд, этот чертов взгляд, заставил мое сердце пропустить удар и отправил по всему телу волну жара. Вот это поворот! Я – дебютантка на отборе, а он – правитель, который должен выбрать себе фаворитку. И, судя по всему, я попала в очень, очень неловкую ситуацию.

Изабелла, почувствовав мое замешательство, злорадно ухмыльнулась и решила воспользоваться моментом. Она грациозно склонилась в реверансе перед правителем, произнеся при этом сладким голосом:

– Ваше Величество, для меня большая честь предстать перед вами на этом балу.

Правитель одарил ее вежливой, но слегка отстраненной улыбкой, а затем снова перевел взгляд на меня. И в этот момент я поняла, что влипла по самое не хочу. Что делать? Притвориться, что мы не знакомы? Сбежать? Сознаться во всем? В голове роились десятки вариантов, каждый из которых казался хуже предыдущего.

Но времени на раздумья не было. Правитель, все еще глядя на меня, обратился к Изабелле:

– Благодарю вас, милая Изабелла. Вы выглядите прекрасно, – а затем, не отрывая от меня взгляда, добавил, – Но, боюсь, сегодня мое внимание приковано к другой дебютантке.

И тут он медленно, подчеркнуто медленно, опустился со своего трона и, как хищник, двинулся в мою сторону. Зал замер в ожидании, а я стояла как парализованная, не в силах пошевелиться.

Он подошел ко мне вплотную и, наклонившись к моему уху, прошептал так, чтобы слышала только я:

– Ну здравствуй, любительница библиотек. Не ожидал увидеть тебя здесь. Идеальный шторм, не иначе. Теперь всем пирогам пирог, полная… кхм, неожиданность, в общем. И, судя по всему, впереди меня ждет очень интересный вечер. Или, скорее, ночка. И дело даже не в том, что мне нужно будет выкручиваться из этого конфуза, а в том, как объяснить Аресу, почему я целовалась с правителем, не зная, кто он такой. Хотя??? У меня имелось к Аресу тоже несколько вопросов.

Мужчина вернулся на свое место, а мы протопали на отведенное для дебютанток место. Неплохое начало вечера. Вечер перестает быть томным, как говорится.

Музыка заполнила зал, мелодия вальса закружила в голове, и я, словно в замедленной съемке, наблюдала, как правитель, с нескрываемым вызовом в глазах, направляется прямо ко мне. Изабелла, глупышка, видимо решила, что улыбка предназначалась ей, и уже приготовилась триумфально блистать в объятиях Его Величества. Она даже сделала шаг навстречу, расплывшись в приторной улыбочке. Но правитель, не удостоив ее даже мимолетным взглядом, прошел мимо, словно мимо старой мебели, и протянул руку мне.

Зал ахнул. Я почувствовала, как на меня уставились сотни глаз, прожигая дыру в моем злосчастном бальном платье. Сглотнув ком в горле, я приняла его приглашение. Кажется, выбора у меня все равно не было.

Мы вышли в центр зала, и я ощутила на себе всю тяжесть этого момента. Каждый жест, каждый взгляд – все было под микроскопом. Музыка понесла нас в вальсе, я старалась не смотреть ему в глаза, пытаясь хоть как-то сохранить остатки самообладания. Тишина давила на уши.

– Что молчим, милая? – нарушил он молчание своим бархатным голосом.

– По этикету положено, – буркнула я в ответ, стараясь казаться невозмутимой.

– А в библиотеке ты как-то не очень-то следовала этикету, – хмыкнул он, и я почувствовала, как мои щеки начинают предательски краснеть.

– Ну, вы тоже, – огрызнулась я, – лезете целоваться с незнакомками, да еще и скрываете, что вы правитель.

Он слегка нахмурился.

– И что же это меняет? – спросил он серьезно.

Я остановилась, и он тоже прекратил кружить меня в танце.

– Абсолютно все меняет – выпалила я. – Какая тут вообще может быть речь о романтических отношениях? Ты мой подопечный, я твой телохранитель. Интимные отношения недопустимы.

Он рассмеялся. Звук его смеха был неожиданным и приятным, словно мелодия, немного смягчающая напряжение в зале. Он склонился ко мне и тихо прошептал на ухо.

– И ты действительно думаешь, что это все меняет? Что романтические отношения между правителем и… телохранителем невозможны?

Я почувствовала, как мое сердце начинает биться быстрее. Его близость сбивала с толку, а его слова заставляли мир вокруг терять четкость.

– Одно другому не мешает, – прошептал он, слегка прикусив мочку моего уха. – А сейчас, думаю, нам стоит выйти подышать свежим воздухом и поговорить наедине. Здесь слишком много любопытных глаз.

Не дожидаясь моего ответа, он снова увлек меня в танце, но на этот раз мы двигались к балкону. Толпа расступалась перед нами, и я чувствовала на себе завистливые и одновременно обеспокоенные взгляды. Изабелла, кажется, была готова проглотить меня живьем. Но мне было все равно. Я ее не боялась, а вот правителя я опасалась. Вернее того, что он задумал.

И вот мы на балконе. Прохладный ночной воздух приятно освежал разгоряченное лицо. Внизу простирался темный сад, освещенный лишь лунным светом. Казалось, здесь можно спрятаться от всего мира, от любопытных глаз и запутанных правил. Но это была лишь иллюзия.

Я оперлась о перила, стараясь держаться подальше от правителя, но в этом замкнутом пространстве это оказалось не так-то просто. Его присутствие ощущалось всем телом, как легкий электрический разряд.

– Здесь спокойно, – нарушил он молчание. – Можно немного расслабиться.

– Расслабиться? – язвительно переспросила я. – После того, как вы объявили меня… не знаю, даже как это назвать… фавориткой вечера? Да на меня сейчас смотрит весь двор, как на государственную подстилку.

– Но ведь это всего лишь игра, – пожал он плечами. – Формальность. Легенда, если хочешь. В любом случае, мне нужно было кого-то выбрать.

– И почему же это была именно я? – с подозрением спросила я.

– Потому что ты единственная здесь настоящая, – ответил он, глядя мне прямо в глаза. – Все остальные – лишь маски, тщательно выстроенные образы. А ты… ты свежа и непредсказуема. И, признаюсь, меня заинтриговал наш разговор в библиотеке.

Я прищурилась, стараясь разглядеть его истинные намерения. Он был слишком хорош в этой игре, слишком убедителен.

– Интрига – это хорошо, – процедила я. – Но не стоит ею увлекаться. Я здесь не для развлечений и, к сожалению для вас, мне нельзя иметь никакие несанкционированные романы.

Он усмехнулся.

– Неужели? А мне казалось, в последний раз, ты была совсем не против, чтобы я к тебе прикоснулся…

– Последний раз, я не знала кто вы, – перебила его я. – А сейчас знаю. И я, к сожалению, не разделяю вашей очарованности мной.

– И все же… чтобы подтвердить легенду, я должен… – он сделал паузу, многозначительно посмотрев на меня, – обнять тебя.

Не дожидаясь моего согласия или протеста, он притянул меня к себе и заключил в крепкие объятия. Я замерла, как олень перед фарами. Его объятия были сильными и теплыми, и на мгновение я почувствовала соблазн расслабиться и просто насладиться этим моментом. Но разум взял верх.

– Сильно не увлекайтесь, Ваше Величество, – пробормотала я, стараясь сохранить ровный тон. – Я все-таки ваш телохранитель. А если вы будете меня целовать, то я просто не смогу увидеть, если вдруг на вас кто-то захочет напасть.

Он отстранился, но не выпустил меня из объятий. В его темных глазах плясали веселые огоньки.

– Ох, какая ты предусмотрительная, – рассмеялся он. – Я и забыл, что имею дело с профессионалом. Находчиво. Очень находчиво. Что ж, я буду помнить об этом. Обещаю, не буду тебя целовать, пока не убежусь, что все вокруг безопасно. Но… не зарекайся.

У меня перехватило дыхание. Я знала, что заигрываю с огнем, и все же не могла отвести от него взгляд. Он был опасен, но чертовски привлекателен. Так, так, так. Мне это уже категорически не нравится. Кажется в этом и заключалась хитрая игра Ареса. Эта мысль молнией прошибло мой мозг и я начала выстраивать все что знала.

– Правитель, как давно вы знаете Ареса? – задала вопрос, а сама внимательно изучаю его лицо.

– Всю жизнь, – отвечает мужчина и ни один мускул не дрогнул у него на лице.

– Его или вашу? – нахмурилась.

– Мне кажется ты подозреваешь своего дядю в чем-то? – ответил вопросом на вопрос правитель.

– Да, – кивнула. Я готова была высказать предположения, но это было опасно. Все улики были косвенные, и могли быть интерпретированы по разному, и поэтому инстинкт самосохранения велел мне пока помалкивать.

– И в чем же?

– В том, что он не так прост как кажется, – обтекаемо ответила, пытаясь откровенно уйти от ответа. Рано я полезла к правителю со своими высказываниями на счет Ареса, рано.

– Ха-хахахха, – засмеялся мужчина. – Это и так понятно. Он руководит тайным отделом, так что он и должен быть не простым. – А разве ты простая? — вдруг перевел разговор с Ареса на меня мужчина.

– Я глупая, – произношу глядя мужчине в глаза без тени улыбки или кокетства.

– Почему ты так решила? – мой ответ удивил правителя, потому что его брови взметнулись куда-то вверх.

– Потому что ввязалась в эту авантюру, – говорю тихо, но собеседник меня прекрасно слышит. – Тебе не нужен телохранитель, ведь так? – я перешла на “ты”, чувствуя, что выканье после нашего поцелуя в библиотеке как-то будет неуместно, да и не слышит нас никто сейчас.

– Уже не нужен, – подтверждает мою догадку мужчина.

– Как я и думала, – поджимаю губы чувствуя себя не просто глупой, а клинической дурой. Вывернувшись из объятий Правителя я хотела вернуться в зал, но он не позволил. Взял меня за локоть и потянул на себя, попутно разворачивая, и вот он снова обнимает, а у меня кожа горит и плавится под его пальцами. Внутри происходит что-то непонятное, словно во мне пожар.

Его взгляд прожигал меня насквозь, словно испепеляя все мои попытки сохранить хладнокровие. В этих темных, искрящихся глазах я видела то ли насмешку, то ли вызов, а может, и то, и другое одновременно. Он смотрел так, словно знал обо всех моих мыслях, обо всех моих сомнениях. И я, как завороженная, не могла отвести взгляд.

Он медленно, словно хищник, подкрадывающийся к своей жертве, приближался к моему лицу. Я чувствовала его горячее дыхание на своей коже, и это сводило меня с ума. В голове билась лишь одна мысль: "Бежать! Бежать как можно дальше!" Но ноги будто приросли к полу.

И вот его губы коснулись моих. Легко, едва ощутимо. Но этого оказалось достаточно, чтобы во мне вспыхнул пожар. По телу словно пустили электрический разряд, а по венам потекла лава. Все вокруг перестало существовать. Были только он и я, и этот поцелуй, который сметал все преграды и доводы разума.

Я больше не могла сопротивляться. Мои руки сами собой поднялись и обвили его шею, прижимая к себе. Я отвечала на его поцелуй с такой страстью, о которой даже не подозревала. Это было безумие, но такое желанное, такое долгожданное безумие.

Мы целовались, словно в последний раз, отдаваясь этому моменту целиком и полностью. Его губы были такими нежными и одновременно такими требовательными, его прикосновения зажигали во мне огонь. Я тонула в нем, теряла счет времени и пространству. Казалось, что мы одни во всем мире.

Но сказка не могла длиться вечно. Кто-то громко кашлянул у выхода на балкон, возвращая нас к реальности. Мы резко отпрянули друг от друга, словно нас окатили ледяной водой. В груди зияла пустота, а в голове царил хаос.

Мы повернулись к вошедшему. И мое сердце пропустило удар. В дверях стоял Арес. Его лицо было непроницаемым, но я чувствовала, как от него исходит волна гнева. Взгляд его серых глаз был холоден и опасен.

– Прошу прощения, что прерываю, – произнес он ровным голосом, но я чувствовала, что он едва сдерживается. – Но Его Величеству пора вернуться в зал. Гости заждались.

– Ты что творишь? – Арес практически шипел мне в лицо угрожающе прищурившись. Он сканировал меня, изучал и видимо видел что-то, что ему очень не нравилось.

– Вы же так хотели меня под него подложить, – парировала я в ответ, а самой было стыдно, но не признавать же это, в конце концов.

– Не говори глупостей, – мужчина даже отпрянул и изобразил на лице негодование. Но в том-то и дело, что изобразил, потому что я не верила ни единому его слову.

– Ему не нужен телохранитель, – прошипела в в ответ. – Ему нужна фаворитка.

– Ты не понимаешь, – взвился Арес. – Ему телохранитель не нужен, потому что проснулся его дракон.

– Тогда отправляйте меня домой, раз я не нужна и у него с драконом все наладилось, – психую.

– В том то и дело, что я не смогу, даже если найду портал, – тихо отвечает Арес.

– Почему? – я опешила.

– Потому что тебя не отпустит он, – и Арес кивнул на спину правителя, который вышел в бальный зал, оставив нас вдвоем с Аресом на балконе.

– Но почему? – кажется меня заело на этом вопросе.

– Ты еще не поняла? – во взгляде дядюшки промелькнула вселенская усталость. – Потому что ты его истинная пара, которая и разбудила его дракона.

– Но… этого не может быть, – тихо прошептала я.

– Я знаю, это сложно принять, – произнес Арес, смягчив тон. – Но именно поэтому все и произошло. Ты должна была оказаться рядом с ним, чтобы пробудить его силу. Это судьба, девочка моя.

– Судьба, говорите? – язвительно переспросила я. – А как насчет моего мнения? Никто не потрудился спросить, хочу ли я быть чьей-то "истинной парой". Да и вообще, я планировала просто выполнить задание и вернуться домой!

– Твоё мнение важно, – мягко ответил Арес. – Но есть вещи, которые выше нас. И сейчас ты часть чего-то большего, чем просто миссия. Ты нужна ему. Нужна этому миру.

– Нужна? – в моем голосе звучало отчаяние. – Да я даже не понимаю, что здесь происходит! Драконы, истинные пары… Это все как дурной сон! Я просто хотела спасти брата, отработать договоренный срок телохранителем и на этом все.

– Я знаю, – Арес подошел ближе и положил мне руку на плечо. – Я знаю, как это тяжело. Но ты сильная. Ты справишься.

– А что мне делать? – спросила я, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Что я должна делать со всей этой "судьбой"? Быть его игрушкой? Фавориткой на одну ночь?

Арес вздохнул.

– Нет. Ты должна быть собой. Он полюбит тебя за то, какая ты есть. А судьба… Судьба поможет вам найти общий путь.

– А как насчет вас? – я посмотрела на него с подозрением. – Вы ведь знали об этом, да? Знали, что я его истинная пара. И все равно отправили меня сюда. Почему?

Арес отвел взгляд.

– Я надеялся, что ты сможешь его защитить, – признался он. – Думал, что это будет просто задание. Я ошибся. Прости меня.

Я молчала, переваривая услышанное. С одной стороны, я чувствовала себя преданной и обманутой. С другой – понимала, что Арес действовал из лучших побуждений. Просто он не знал, что все обернется именно так. Или знал?

– И что теперь? – спросила я спустя некоторое время.

– Теперь… – Арес посмотрел на меня с теплотой. – Теперь ты примешь решение. Ты решишь, что делать дальше.

Он замолчал, давая мне время обдумать все. А я стояла на балконе, глядя на темный сад, и пыталась понять, как жить дальше. Именно сейчас я поняла, что пути назад у меня нет и обратно в свой мир я уже не вернусь никогда.

Стоя на балконе, я чувствовала себя загнанной в угол. Слова Ареса эхом отдавались в голове: "Судьба… истинная пара…". Да плевать я хотела на эту судьбу! Я хотела домой, к брату, к своей привычной жизни. Но пути назад нет. Я заперта здесь, в этом чужом мире, втянута в какую-то непонятную игру, где моя роль – разбудить дракона и стать чьей-то "истинной парой".

Нет, это слишком. Слишком много, слишком быстро. Мне нужно время. Время все обдумать, прийти в себя, понять, что делать дальше. И первое, что я должна сделать – это уйти отсюда. Уйти подальше с этого бала, от этих взглядов, от этого чувства, что я – экспонат на выставке.

Решение пришло спонтанно, словно инстинкт самосохранения взял верх. Я накинула на плечи шаль, оставленную кем-то на перилах балкона, и направилась к выходу. Никто не обратил на меня внимания, все были слишком заняты танцами и разговорами. Скользнув мимо пар, кружащихся в вальсе, я вышла из зала и направилась в сторону сада.

Сад был огромным, лабиринтом из кустов роз, фонтанов и каменных статуй. Я шла наугад, вглубь, все дальше и дальше от дворца, пока не оказалась в самой дальней его части. Здесь было тихо и спокойно, лишь шелест листьев и журчание воды нарушали тишину. Я присела на скамейку, укрытую плющом, и закрыла глаза. Нужно было успокоиться.

Что я знаю? Я знаю, что меня использовали. Использовали как пешку в чужой игре. Арес отправил меня сюда, зная, что я могу стать "истинной парой" правителя. Он надеялся защитить его, но при этом подверг меня опасности. Или он надеялся на что-то большее? Может, он рассчитывал, что я стану инструментом в его руках, чтобы влиять на правителя?

Еще я знаю, что меня тянет к этому правителю. Этот поцелуй… Он был безумным, страстным, таким, какого я никогда не испытывала. Но это ничего не значит. Это лишь химия, животный инстинкт. Я не хочу быть его игрушкой, его фавориткой. Я хочу быть свободной, независимой, хозяйкой своей жизни.

И еще я знаю, что ему нужна моя помощь. Арес сказал, что я нужна этому миру. Но почему? Что происходит в этом мире? Почему он в опасности? И почему именно я должна его спасать? Что за сила во мне, что разбудила его дракона?

Нужно найти ответы на эти вопросы. Нужно понять, что происходит на самом деле. И только тогда я смогу решить, что делать дальше.

Я открыла глаза. Темнота сада больше не казалась такой пугающей. Наоборот, в ней было что-то успокаивающее, словно она давала мне защиту и укрытие.

Не успела я хоть немного успокоиться, как почувствовала чье-то присутствие. Сердце бешено заколотилось. Медленно подняла голову и увидела его. Правитель стоял в дверях беседки, его фигура казалась еще более величественной в полумраке.

– Как ты меня нашел? - спросила я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри все кипело.

Он сделал шаг вперед, его глаза внимательно изучали мое лицо.

– Почувствовал, - ответил он тихо, словно это было само собой разумеющимся.

Я усмехнулась.

– Почувствовал? Значит, это и есть "истинная пара"? Когда чувствуешь другого, словно он – часть тебя?

В его глазах промелькнуло удивление, даже шок.

– Откуда ты знаешь?

– Арес рассказал мне все, - ответила я прямо, не отводя взгляда. – Теперь я хочу знать, что такое "истинная пара". Что это значит для тебя? Что это значит для меня?

Правитель молчал, словно подбирая слова. Он подошел ближе и присел рядом со мной на скамью, оставляя между нами небольшое расстояние.

– Истинная пара, это когда ты не только чувствуешь где она, но и что чувствует, – произнес мужчина. – Ты злишься.

– Это не сложно и так понять, даже не являясь истинной парой, – зло парирую. Да я злилась и психовала. – А как бы ты реагировала, если б тебя использовали и играли тобой.

– Тоже злился бы, – кивнул мужчина. – Я понимаю тебя, но ничего изменить не могу.

– Не можешь или не хочешь? – я уставилась на правителя в упор, взгляд не отводила.

– Давай так, – начал собеседник и повернулся ко мне. Взял меня за руки, а меня словно током пробило, но руки я не убрала. От него исходило такое спокойствие, такое тепло, что я поддалась соблазну и оставила свои руки в его лапищах. – Мы ловим бунтовщиков и я отпускаю тебя в твой мир.

– Арес сказал, что ты не сможешь без истинной пары, – я нахмурилась. Может я что-то не так поняла из объяснений Ареса.

– Он ошибается, – ответил правитель. – Я клянусь тебе, что отпущу тебя.

– Договорились, – кивнула я, отчего-то ему веря больше чем словам Ареса.