Глава 46

Оливия ал Вилентор

Опять знакомая спальня, похоже, меня ждет продолжение истории. На широкой кровати лежала безучастная Вилена. Тонкая, хрупкая фигурка выглядела почти детской на огромном ложе. Темные глаза, не моргая, смотрели в одну точку. Над ней склонился почтенный, уже знакомый мне лекарь и качал головой.

- Нужно поесть, госпожа. Силы стремительно покидают Вас, - увещевал он фею.

- Я не голодна, господин Дариус, - тихо отвечала темная.

- Его Сиятельство будет очень недоволен, - предпринял еще одну попытку целитель.

- Мне все равно, - безразлично проговорила она.

- Вилена, милая, - в комнату вошел обеспокоенный князь. – Почему ты снова ничего поела? Может мне стоит заменить повара? – девушка молчала. – Ммммм, какой чудесный аромат, - продолжил Тэо, зачерпывая ложку бульона. – Давай, хоть немного.

Фея приоткрыла рот и проглотила, потом еще. Тэонрэд все на что-то надеялся, но я ясно видела, она уходит, медленно, постепенно. Здесь ее больше ничего не держит, и жуткая магия ожерелья не сможет задержать надолго.

Комната скрылась в черной дымке и проявилась вновь.

- Почему она не просыпается, Дариус? – в ярости сжимал кулаки князь, вглядываясь в застывшее лицо Вилены.

- Это ее решение, мой господин, - горько ответил целитель.

- Заставь ее очнуться, - зло сверкая глазами, приказал правитель.

- Простите, Ваше Сиятельство, даже если волью в нее всю свою магию, девушка не придет в себя, - пытался объяснить почтенный лекарь. – Ее истинный мертв, нет такой силы во всех существующих мирах, чтобы заставить вернуться к жизни.

- Нет, нет-нет. Этот артефакт, - указал на драгоценное ожерелье, - вполне на это способен, - настаивал князь.

- Разочарую Вас, но я предупреждал, - вздохнул Дариус.

- Вон! – заорал Тэо. – Убирайся!

- Как прикажете, - поклонился и вышел.

С тех пор Тэонрэд потерял покой и сон, пытаясь найти средство, чтобы разбудить темную. Он перерыл всю свою библиотеку, вызывал сильнейших целителей, все было бесполезно. Итог всегда один: темная рано или поздно шагнет за грань. Единственное, что не пускает ее – это проклятое ожерелье. Именно оно удерживает маленький кусочек ее души.

Тогда он решился попросить помощи у той, к кому никогда бы не пошел добровольно. В тот же день к вечеру герцогиня прибыла в замок. У постели дочери сидела сломленная горем женщина. Нет ничего больнее для матери, чем пережить собственное дитя. Дрожащей рукой она гладила темные локоны и острые скулы. Ее тьма выплеснулась, окружая Вилену, пытаясь дозваться. Черные ленты скользили по тонким запястьям и отступили, принимая тщетность попыток. То, что осталось – лишь оболочка, ее девочки здесь больше нет.

- Сними ошейник, Тэонрэд, - мертвым голосом произнесла герцогиня. – Это единственное, что ты можешь сделать. Вилену не вернуть. Сними и отдай мне ее тело, я позабочусь о ней.

- Нет. Я не в силах отпустить, - отчаянно шептал князь. – Никогда!

- Что ж, тогда живи с этим. Ты собственными руками уничтожил свою любовь, - постаревшая в один миг леди встала, бросив прощальный взгляд на дочь, и ушла.

- Ты моя, - словно в бреду бормотал Тэо, - навсегда.

И снова черная дымка заполнила комнату, а мне стали показывать обрывочные фрагменты. Князь с каждым днем все больше сходил с ума. В его спальню, а потом и во все личное крыло перестали допускаться ванхэймы и другие существа. В каждом он видел угрозу для своей возлюбленной и ее подобия жизни. Паранойя набирала обороты, и Тэонрэд исчез из дворца вместе с феей. Он отправился на север в самые отдаленные и гиблые места своего княжества – Мертвые горы. Острые скалы, пронизывающий ветер и жуткий холод делали их абсолютно не пригодными для жизни людей, но самому сильному орами там вполне комфортно. Своей магией он воздвиг величественный замок изо льда – Хрустальный замок, и там вдали от всех охранял покой своей любимой. Ее, казалось, бездыханное тело лежало в центральном зале на ледяном постаменте. Князь сидел рядом, сгорбившийся, осунувшийся, уже мало походящий на человека. Тонкие пальцы гладили шелковые локоны, а сухие потрескавшиеся губы шептали:

- Моя, ты только моя, - сверкал больными глазами орами.

До чего же он довел себя! Воистину, кому-то любовь дается в награду, кому-то в наказание, а для кого-то – это испытание, проверка, и Тэо не справился. Его чувства отправили возлюбленную за грань. Он так ничего и не понял, и навлек беду не только на себя, но и на весь мир. Его навязчивая идея, близкая к сумасшествию, извратила источник мага, и ванхэйм переродился в злобное чудовище, охраняющее покой темной феи. Огромные звериные лапы с острыми когтями, гибкое тело, покрытое чешуей, что не пробьешь ни одним зачарованным оружием, косматая голова с пастью, полной острых зубов, и хвост с ядовитым жалом на конце. Холодные, льдистые глаза сверкали яростью. Это полностью магическое создание не знало усталости, ему не требовались сон и пища, лишь родная стихия, что подпитывала его силы. Тварь стала единственным живым обитателем Хрустального замка.

«Серьезный противник», – размышляла я, вглядываясь в серый потолок пещеры. Если он все еще там, нас ждет большая проблема. Потихоньку завозилась под теплым одеялом, привлекая внимание бодрствующих мужчин.

- Оливия, - первым ко мне подошел Рэйнольд, - мы бы хотели поговорить с тобой.

В это время я обратила внимание на того, кто стоял немного позади Рэя. Не может быть!

- Неолиэль? – неверяще уставилась на него. – Ты-то как здесь оказался?

- Моя леди, - одним слитным движением он плавно опустился передо мной на колени (это еще что за новости?), - позволь мне все объяснить, - и тут мой живот позорно заурчал, привлекая к себе слишком пристальное внимание.

- Ты голодна, любимая, - констатировал Рагор, усаживаясь рядом со мной прямо на каменный пол. – Сначала завтрак, все разговоры отложим на потом, - безапелляционно заявил он, передавая мне тарелку с ароматной кашей.

Светлый император замер статуей самому себе и даже дышать перестал, глядя на то, как я с удовольствием поглощаю такую простую пищу и совершенно ни на что не жалуюсь. Как же плохо ты меня знаешь, Рэй! Все равняешь с другими женщинами, которые были в твоей жизни. Только подумала об этом и с удивлением обнаружила, что совершенно не испытываю больше той всепоглощающей ревности, которая могла целыми днями мучить меня, стоило только представить всех его бывших любовниц. Некоторые мои доброжелатели утверждали, что есть и нынешние. От этого становилось еще больнее, а сейчас – ничего. Я не слишком хорошо знакома с магией истинности, но предположу, что это работает только, если двое будут хотя бы ценить и уважать друг друга. У нас же так не получалось. Мои искренние восхищения мужчиной всегда были очевидны. Я никогда не стеснялась говорить об этом ему, пусть немного коряво и где-то наивно, а он воспринимал все как должное. Со временем что-то перегорело во мне. Постепенно ушла не только боль, но и острота чувств. И вот теперь смотрю на этого, без сомнения, красивого мужчину, а внутри пустота и лишь отголоски былых эмоций.

Перевела взгляд на сумеречного эльфа и явственно видела тонкую нить, что все же связывала нас. Значит не ошиблась. А он все это время просто глушил нашу парность. Вот паршивец! И чем же, спрашивается, не угодила, что он посчитал возможным все скрыть. Истинная – великий дар богини, но эти двое, кажется, совсем не рады такому подарочку. Что ж, я их сюда не звала, сами явились.

- Малышка, я прямо всей кожей ощущаю твой боевой настрой, - щекотно зашептал мне в ухо Дамир. – Может хотя бы выслушаешь их?

- Ты решил стать защитником? – зашипела рассерженным зверьком. – Сговорились за моей спиной? – прищурилась, ища ответы в глазах Гора, а он лишь тихо посмеивался, сверкая золотыми огоньками.

Неолиэль тир Теоран

Какое же это счастье, наконец, увидеть ее, живую и невредимую. Меня просто разрывало от абсолютно разных, неизвестных мне ранее ярких эмоций: безудержная радость, надежда, но в то же время неуверенность и страх. Как воспримет мой обман? Посчитает ли из-за этого недостойным? Прогонит с позором или даст шанс все исправить? За время, проведенное бок о бок с Рэем, я научился читать его. Уверен, в его голове сейчас бродили похожие мысли.

Когда она продрогшая и уставшая появилась на пороге нашего укрытия, я не поверил своим глазам. Новости о трех мужчинах, что уже прочно вошли в ее жизнь несколько выбили из колеи, но я всегда знал и был готов к тому, что не буду единственным, тем более, моя истинная очень сильна, значит для равновесия потребуются не менее могущественные маги. А вот Рэя это открытие задело сильнее. В тот вечер нам так и не удалось все обсудить. Я очень ждал, но, с другой стороны, опасался разговора.

Ночью я почти не сомкнул глаз, украдкой любуясь удивительно красивым и гармоничным лицом Оливии. Ей снилось что-то больше похожее на кошмар. Она часто хмурила брови и даже всхлипнула пару раз, вызывая непреодолимое желание обнять, утешить, забрать ее боль. А утром, увидев меня, она очень удивилась, а я начал судорожно подбирать слова, чтобы попытаться объяснить ей все, но выходило откровенно плохо.

Насытившись простой кашей и не выразив и капли недовольства, Ливи в очередной раз подтвердила свою непохожесть на наших женщин. Она особенная, а я – настоящий дурак, что боялся позволить себе осознать это раньше. Теперь у меня появился шанс все исправить, главное – не упустить его.

Тактично дав нам троим возможность объясниться, демоны отправились на разведку, правда Рагор и Дамир с Дуэйном никуда не спешили и устроились неподалеку.

- Я столько раз в голове прокручивал, что скажу тебя, малышка, когда, наконец, найду, но сейчас все эти слова кажутся глупыми, ничего не значащими, - эмоционально начал Рэйнольд. – Не знаю, сможешь ли ты простить мне когда-нибудь мою самонадеянность, невнимание к тебе, но я очень постараюсь показать, как раскаиваюсь, своими поступками. Просто позволь быть рядом. Клянусь, что никогда больше не позволю себе пренебрежения и докажу, что достоин твоего внимания. Что ты ответишь мне? – с надеждой вглядывался в лицо феечки.