Глава тринадцатая

— Ваше величество! Когда мы будем делать оглашение?

Дверь в его кабинет резко открылась. Асти, склонившийся за его плечом над бумагами (речь его величества на первом заседании кабинета министров должна быть безупречна), взглядом испросил разрешения и исчез. Он нервничал, когда матушка императора появлялась вот так, не в настроении и без предварительного уведомления.

— Матушка?!

Император поднялся из-за стола и поцеловал руку родительнице. В первый момент ему показалось, что речь идёт об оглашении обвинительного приговора как минимум. Смертельного и публичного — в духе времён Кровавых.

Чёрная драконица подняла бровь. Она великолепна в чёрном. Как и всегда…

— Позвольте мне самому решать.

Гневаться на неё просто нет сил — матушка прекрасна. Он указал на кресла у камина, но Чёрная была слишком возбуждена, чтобы сесть. Она нервно ходила по кабинету — и прекрасно воспитанному императору, увы, приходилось стоять.

— Но Золотая — ваша истинная! — матушка резко остановилась.

— С чего вы взяли, что именно она? Может быть, я просто решил поддержать девчонку, которой досталось в жизни? — он мог бы ответить по-другому, но решил поддразнить матушку, дав понять, что не стоит столь рьяно бросаться устраивать его личную жизнь.

Да, да… Именно так. Этикет — вещь, безусловно, важная, но драконы очень не любят, когда лезут в их личную жизнь и никому подобного не прощают! Даже вдовствующим императрицам.

— Но… сын! Я наблюдала за вами на приёме. Вы же хотите её…

Дракон приподнял бровь и улыбнулся. Мама ожидаемо смутилась.

— Хотите… коснуться. Защитить. Разогнали одним взглядом всех гипотетических поклонников бедной девушки! — императрица взмахнула рукой — чёрное ажурное кружево манжеты всколыхнулось — нервно и чувственно.

Она не выдержала и опустилась в кресло, сожалея о словах, что вырвались, и о том, что проявила излишнюю эмоциональность. Драконица хорошо знала своего сына. Если он начинал её дразнить — всё. Она может заставить молнию разрушить центральную башню дворца, но от мальчишки ничего не добьётся.

— Договаривайте, — улыбнулся император. — Я же вижу — вы хотите мне что-то сказать. Последний аргумент? Неопровержимый довод? Ну же, я право, заинтригован.

— Семейный охранный артефакт. Он же не…

— Что? Вы надели на это ни в чём неповинное создание знаменитую «удавку» нашего славного рода? Изумрудное ожерелье… Ну, конечно! Я должен был догадаться.

Он вспомнил, как девушка всё время касалась изумрудов, словно пыталась увеличить расстояние от украшения до своей шеи.

— Демоны, мама! А если бы капризный артефакт просто-напросто придушил девчонку? Об этом ты не подумала? Да он мог убить несчастную просто потому, что ты её не приняла. Сама знаешь, как плотно нити фей связаны со старшей из рода!

— Мне надо было убедиться, что она ничего против вас не замышляет. Она просто взяла и появилась! — вновь вскочила хозяйка дворца. — Вся такая… заплаканная и Золотая! Странно, не правда ли?

— Не могу не согласиться. Именно поэтому не стоит торопиться. И матушка…

— Что «матушка»? Матушка, да будет вам известно, сын мой, не молодеет с годами! Я стою на страже ваших интересов.

— Поэтому решили придушить мою «истинную»?

— Я желала убедиться.

— Убедились?

— Хватит морочить мне голову, сын! Когда? — не унималась родительница.

— А скажите мне, моя любимая матушка, откуда репортёры раздобыли столь красочные ожившие иллюзии с более чем неофициальной вечеринки? Среди приглашённых были маги, работающие на местные газеты?

— Сын мой, неужели вы думаете, что…

— Что во дворце ничего не проходит без вашего ведома? Абсолютно в этом уверен.

— Они всё равно пролезут, — отмахнулась драконица. — Лучше пригласить, проверить и контролировать — так безопаснее.

— Бесспорно, — император уже еле сдерживал смех.

— Лучше скажите, что вы делали рядом с Тёмной ведьмой, которая должна быть под следствием за превышение полномочий?

— Какое счастье, матушка, что я не должен никому отчитываться.

— Неужели вы попали под её чары?

— Матушка…

— Ухожу, — она протянула руку для поцелуя.

Перед глазами возник образ ведьмы — ехидный прищур, запах аниса… Странно. Он же ненавидит анис, как и полагается дракону! Но с некоторых пор аромат перестал раздражать. Скорее наоборот…

Он, в конце концов, император, и имеет право на шалости. Поэтому позволит себе отложить бумаги — всё равно речь, которую написал Асти, ему не нравится. Надо короче.

— Моран! — крикнул он камердинеру, едва Чёрная драконица покинула кабинет сына. — Одеваться.

- Я где-то читал, — прошелестело за занавеской, пока ловкие руки камердинера порхали над его величеством, — что, если мужчина не может выбрать между двумя женщинами — следует искать третью…

— Читал? — изумился император. — Ты умеешь?

— Я — тень императора, а не орка.

— В империи всеобщее бесплатное образование, — император нравоучительно поднял вверх указательный палец, камердинер — глаза, ибо дракон мешал ему выполнять свои обязанности. — Орки умеют читать.

— Если даже они (кстати, сочувствую учителям) умеют, то я — тем более.

— Так зачем мне третья истинная?

Его величество с любопытством рассматривал форму выпускника юридического факультета академии Правопорядка.

Махнул рукой, активируя артефакт личины.

— Как тебе? — спросил он у тени.

— Не очень. Аура немного отличается от ауры мага.

— Поправь.

Со стороны повеяло холодом. Камердинер незаметно сунул руку в карман и сжал амулет, хранящий от сглаза, порчи, проклятий и мстительных призраков — недавно купил у одной ведьмы на всякий случай — дворец кишит демоны знает кем в последнее время!

- Моран, — нахмурился император, — Бросьте вы уже эти суеверия. Стыдно — вы же мой камердинер!

— Именно поэтому, ваше величество, — с достоинством ответили дракону. — Моя обязанность — заботиться о себе, чтобы быть готовым прийти на помощь своему императору!

Это был хороший ответ, и на этой жизнеутверждающей ноте, император под видом стажёра отправился в отдел Элис.

В первую секунду он её просто не узнал, настолько она была… в своей стихии. Строгая. Бойкая. Настоящий начальник поискового отдела. Подчинённые её любят. Жизнь готовы отдать, не задумываясь. Ему бы во дворце таких хотя бы пару — уже можно жить. Внутри императора всколыхнулось что-то вроде зависти — едва уловимо, но уже в следующее мгновение зверь взревел: «Моя! В пещеру!»

Элис, действительно, была восхитительна. Он искренне любовался ею, одновременно впитывая всё, что происходило вокруг. А вещи вокруг происходили весьма любопытные! Столько интересной информации. Вскоре он понял, что речь его на заседании совета министров будет совершенно… другая. И Асти её лучше не показывать — сердце может не выдержать, а он ему ещё нужен.

Он отдал тени мысленный приказ отправиться по следу тех, кто отвечал за финансирование отдела пропавших. Он лично подписывал распоряжение! И распоряжение это касалось обеспечения артефактами. Он прекрасно помнит сумму, что стояла на документах! Помнит ощущение — он сделал всё, что мог для империи в столь трудное время! И что же получается? А? Бездна его раздери?! Сотрудники на свои деньги заказывали следилку? Обошли все банки, продали фамильные драгоценности?

Позор…

Пока «стажёр» ехал в карете, что благодаря какой-то непонятной магии не развалилась по дороге — мысли не давали покоя. Эмиссары, которых прикрывают первородные, конфискуют платёжные поручения. Отдать приказ Тени — пусть наведается к председателю совета директоров Объединенного Гномье-Драконьего банка. Надо же отследить, куда ушли деньги. Без документов — незаконно, а если оформлять нужные бумаги — то всё исчезнет — концов не найдёшь. Но ничего… Ничего. Он лично этим займётся! Лично…

Увидев трупы и то, насколько привычно Элис на них смотрит, дракон поморщился. Это… неправильно. Не говоря уже о том, какие взгляды кидает на начальницу оборотень.

Дальше — как в тумане. Зверь ревел. Магия — на пределе. Всё произошло… слишком быстро.

Элис нашла портал. Откуда у ведьмы такие способности? Ни дракон, ни ведьма — вообще никакое существо не может так чувствовать порталы! Вот так — на ровном месте. Никто не почувствовал. Никто! Даже он. Только она. Это настораживало…

Он предположил, что во всём замешаны вампиры — драконы привыкли в любой непонятной ситуации обвинять во всём существ, когда-то обладавших исключительным могуществом. Что-то действительно указывало на первородных, но не настолько, чтобы делать однозначные выводы.

«Профессора Альдема ко мне. Немедленно!» — мысленно отдал он приказ.

— Элис! — крик оборотня.

Он дёрнулся на этот крик и вдруг увидел, что ведьма тает, становится прозрачной — на глазах ускользает, словно прячется стыдливо за ширмой — это… Портал! Но… как? Он не слышит гул. Этого просто не может быть!

Не думая, не анализируя, кидается за ней, успевает схватить. Но выдернуть из ловушки… Ему не удается. Эта дурочка отталкивает его руку. И проваливается. Исчезает.

Он видит странно-отрешенный взгляд, словно она уже…

— Не-е-е-ет! — кричит он. И дракон согласно ревет. Никуда не денешься. И никому не позволено нападать на его женщину. Которой он потом он будет долго и старательно объяснять этой… женщине… избранной… Элис… его Элис, почему так делать нельзя.

А пока… Пока успеть броситься в портал за ней.

…

От первого удара удалось увернуться, второй — отбить. Как — сама не понимаю, некогда рассуждать. Сил почти не осталось, но я собираю всё, что есть в последнее атакующее заклинание.

Где-то справа раздаётся полный боли крик. Ага! Попала! Надеюсь, тебе так же хорошо, как и мне сейчас. Счастье, что я успела оттолкнуть мальчишку. Только знающих историю стажёров мне тут не хватало. Жалко — молодой совсем. Глупый…

Это была последняя мысль — откат от заклинания взорвался болью в груди. Мама… Ирис… Я иду к вам…

Ну, вот и всё. Закрыла глаза и почему-то подумала: как жаль, что тёмные ведьмы не умеют летать. Как жаль, что они — не драконы. У драконов огромные, сильные крылья!

Крылья — чёрные, темнее самой Тьмы Первозданной заслоняют небо, хлопают над самой головой, я — лечу.

Лечу!

Распахиваю глаза и тут же закрываю.

— МАМА!

Вокруг талии сжимаются огромные когти, ветер свистит в ушах — я лечу под облаками в нежных объятиях дракона. Так вот что происходит с тёмными там, за вратами Бездны… А я-то думала, увижу маму и Ирис. Нет, так, конечно, тоже неплохо. Летим. Но можно мне потом увидеть родных, а?

Торжествующий рёв зверя, резкий разворот.

— Ой, не урони меня, пожалуйста-а-а-а!

Кричу — от страха, от возбуждения, от того, что я — жива! Жива! Теперь я это точно знаю!

Дракон взмыл вверх, и уже через секунду ухнул вниз — отвесно, на бешеной скорости, от которой захватывало дух — на тех, кто осмелился бросить вызов. В нас полетел огненный шар — враг просто так сдаваться не собирался. Зверь изогнул шею — из пасти вырвался огонь! Яркое, жаркое пламя почему-то показалось родным, знакомым, даже ласковым. Внутри кровь вспыхнула, побежала по венам так же, как вырвавшийся из пасти столп пламени — весело, по-звериному дико.

Внизу раздался вопль — отразился от камней, забрался в пещеры и стих… Лишь пепел вьётся над скалой, где расположились похитители. Мои несостоявшиеся убийцы. Жаль. Нет, выхода не было, но лучше бы взять живыми.

Дракон заложил крутой вираж — торжествуя и одновременно высматривая — не осталось ли кого в живых. Зверь посмотрел на меня — вспыхнули янтарные глаза. Мне показалось — недовольно.

И вдруг… Когти разжались!

— МАМА-А-А-А-А! Что ж ты делаешь, тупая летучая ящерица! Мышь недоделанная… Думаешь, плюёшься огнём — теперь всё можно, да?

Я ещё много чего кричала. Зря, конечно. Но я ж думала — всё! Умираю. Который раз за сегодня? Ежеминутно прощаться с жизнью — кто, скажите мне, такое выдержит? Вот только вряд ли меня поймёт дракон, что, изящно поднырнув под ругающуюся в полёте ведьму, поймал на спину, и даже помог перевернуться, подтолкнув задней лапой под пятую точку…

Страх сменился восторгом! Я… верхом на драконе! Чёрном. Прекрасном…

Надо мной — взмахи сильных крыльев, под нами — горный хребет Первых драконов. Не так уж и далеко от столицы — где-то пару суток пути на экипаже (конечно, не таком, как в нашем Департаменте…).

Странно, что сюда проникли похитители — это закрытая, охраняемая территория — заповедник мантикоры. Опасные магические существа пугливы и скрытны, но работники заповедника утверждают, что тщательно следят за особями, что обитают здесь.

Кто ж такой смелый, что не побоялся быть растерзанным?

Пока я размышляла, меня аккуратно поставили на ноги, которые тут же подогнулись, но на колени я не упала — император, обратившись в человека, повёл себя как настоящий мужчина — поддержал женщину, не дал тёмной ведьме упасть. Мундир стажёра выглядел нелепым маскарадным костюмом (да он, собственно, им и был!).

Поздравляю, госпожа сыщик! Тебя развели, как девчонку. Демоны… Могла бы и догадаться!

- Вы что вытворяете? — рявкнул император, сжимая в объятиях.

— А? — не поняла я. — Кто?

— Почему оттолкнули меня? Я бы смог вас вытащить!

Император был в гневе — глаза сверкают, крылья носа раздуваются. Хотелось упасть — в снег, на камни — куда и на что угодно, только бы эта пытка прекратилась! Гнев императора. Гнев дракона. Это невозможно объяснить — это лавина, подавляющая волю, крошащая в песок всё твоё существо…

— Почему вы дрожите?

— Знобит, — честно ответила я. — А оттолкнула, потому что спасала стажёра, студента пятого курса. Мальчишка бы погиб! Вы на моём месте поступили бы иначе?

Я собрала все силы и с вызовом посмотрела дракону в глаза. Где-то там, в глубине зрачка мужчины ещё мерцал янтарь драконьего взгляда.

— Глупая, — он притянул меня к себе и… поцеловал.

Это было… Как полёт на драконе! Хотя нет… Лучше!

Я обнимала его, гладила плечи, ерошила волосы — чёрные, мягкие. Мы пили горный, колючий воздух, впитывали — свежий, острый запах друг друга, время от времени хватаясь за руки, чтобы не упасть в Бездну собственных чувств…

— Элис, — простонал он мне в губы и… укусил.

Я, не раздумывая, ответила тем же — не родился ещё тот дракон, что ведьму кусать будет безнаказанно!

— Элис…

Он коснулся кончиками пальцев щеки, а я подалась вперёд — стать ещё ближе.

— Тупая… летучая ящерица? И… Как? Недоделанная…мышь?

— Я падала! Я думала, что… Ваше ве…

— Меня зовут Эдвард, — проговорил он, глядя прямо в глаза, сжимая в объятиях. — Эдвард. Назови меня по имени!

Я вспыхнула и потянулась к его губам. Ведьмы — натуры страстные. По крайней мере, нормальные ведьмы. Не такие, как я, сумасшедшая Крейдер. Мне всегда было некогда. Но дело не только в этом. Я не желала, чтобы чувственная сторона просыпалась. Мне было… Стыдно жить. Осознавать, что я — выросла, превратилась в молодую женщину, а Ирис — нет. Ирис навсегда осталась маленькой девочкой, а с ней и часть меня — тоже. Позволить себе «проснуться» означало бы предать её.

Кроме того, познать зов тёмной и найти мужчину… Это значит — забеременеть. Ребёнок. Разве могу я защитить его, если до сих пор не поймала тех, кто отнял у меня сестру?

И вот сейчас я целуюсь с драконом, на вершине скалы — под самыми облаками, и магия ведьм тут совершенно ни при чём…

Я влюбилась.

Плохо. Очень плохо! Ведьмы не выходят замуж. Силу потерять я не имею права, во дворце императора — золотая…

— Скажи! — приказывает дракон, впившись взглядом.

— Эдвард…

Торжествующий рёв, мужчина подхватывает меня на руки и тащит в пещеру.

Объятия, поцелуи… Я понимаю — сейчас произойдет то, что я гнала от себя столько лет. Наверное, потому, что ждала его. Своего Чёрного дракона.

С меня слетает шинель, с него — мундир, трещит по швам рубашка на груди. Я замираю от восторга, потому что могу прикоснуться к гладкой смуглой коже, почувствовать, как бьётся его сердце.

Стены и потолок нашей пещеры вздрагивают — грохот, гул, сверху сыпется странный серебристый песок…

— Демоны, — ворчит раздосадованный император.

— Что происходит? — шепчу я.

Сердце стучит — так или иначе, мы в поле зрения похитителей — сколько их неизвестно, и мы только что едва не погибли. Но такое ощущение, что дракона это ничуть не тревожит!

— Ничего особенного. Мама…