Глава 12

Когда перегрузка вдавила Таиссу в кресло, с неё наконец слетела маска.

Они взлетали над океаном. А навстречу им вставал рассвет.

– Как тебе вид, Таисса-соблазнительница? – бодро поинтересовался Вернон. – Похищение продолжается полным ходом.

Таисса ошеломлённо оглядывала пилотскую кабину двухместного самолёта. Она сидела в пассажирском кресле в одном алом белье: чёрный шёлк упал на пол.

– И зачем было завязывать мне глаза?

– Чтобы ты не видела, где стоит мой второй по тайности самолёт, разумеется, – невозмутимо отозвался Вернон. – Первый сгорел по милости твоего любимого дедушки, если ты забыла. Поэтому пришлось лететь с тобой вслепую. К счастью, твоя прослушка не передаёт координаты.

Таисса бросила мимолётный взгляд на свой голый живот и почувствовала, что у неё горят щёки. Не переборщила ли она с нижним бельём и откровенностью?

– Надеюсь, фотографий нашего ночного полёта в сети не будет? – небрежно спросила она. – Неудобно выставлять милашку и скромницу Таиссу Пирс в таком виде. Не люблю, когда аудитория семейных шоу пялится на мою задницу.

– Некоторые задницы вполне того стоят. – Вернон повернул штурвал. – Но соглашусь с тобой: задницы, которые я считаю персонально своими, лучше кому попало не показывать.

– А ты считаешь мою задницу своей? – уточнила Таисса.

Вернон покосился на неё.

– Знаешь, с Пирс мы как-то не вели таких разговоров. Думаешь, стоит начать?

Таисса безо всякого смущения потянулась, демонстрируя свою грудь.

– Всегда стоит пробовать что-то новое.

– М-м. Сложно с тобой спорить. Будь на тебе платье, но…

Вернон откинулся на сиденье.

– Автопилот, – сообщил он. – Можешь считать, что мы летим в небольшой круиз.

Таисса хмыкнула, выглядывая в боковое окно.

– Разве тебе не нужно торопиться? Если где-то действительно растёт воронка, я бы не стала заставлять её ждать. Вдруг обидится?

Лицо Вернона потемнело.

– Да. Поэтому, как ты заметила, мы не плывём туда на круизном лайнере. Мы летим, и летим быстро.

Он кивнул на приборы. Выражение его лица оставалось напряжённым. Слишком уж напряжённым для того, кто вёз полуголую девушку на свидание, чтобы посмотреть на следы мёртвой воронки.

– Что ты ощущаешь, когда речь идёт о воронках? – негромко спросила Таисса, отставив развязный тон. – Каково это, Вернон?

Утреннее солнце светило прямо в глаза даже сквозь теневые экраны. Вернон отвёл взгляд от обнажённого живота Таиссы и с заминкой покачал головой.

– Это… странное чувство. Но одно я чувствую доподлинно. Причём всей кожей. – Он покосился на неё. – Я не слишком высокопарно выражаюсь, Таисса-слушательница?

Сейчас Таисса была готова даже на то, чтобы Вернон изъяснялся пятистопным ямбом. И плевать, что их подслушивают Светлые.

– Рассказывай.

– Помнишь, я говорил, что это похоже на желание чихнуть? Вот координаты я чувствую примерно так. Сначала направление, а потом чем ближе, тем сильнее свербит в носу.

– А будущие воронки? – быстро спросила Таисса. – Ты сказал, что воронки могут быть и прошлыми, и будущими. Дедулю это весьма озаботило.

Вернон кивнул. Судя по его лицу, он вполне понимал эту озабоченность.

– Дыра в ткани реальности затухает. Сфера не посылает новые воронки, потому что сферы, строго говоря, больше нет. Но есть риск, что будет остаточная волна.

Таисса мгновенно напряглась.

– Такое уже бывало раньше?

– Не знаю. Откуда мне знать? Если бы я был прежним собой, я бы вообще покрутил пальцем у виска. Какие, к дьяволу, затухающие волны? Какая ткань реальности? – Вернон фыркнул. – Паранойя, да и только.

Он помолчал.

– Но я чувствую, что это возможно. Если воронка возникнет, как бывший Страж, я обязан её остановить. Быть там. Вот только я не знаю, что делать, когда я там появлюсь.

– Накрыть её силовым полем? – предположила Таисса.

– Да. – Вернон помедлил. – На сегодня это лучший вариант. Вот только я, по всей вероятности, останусь внутри.

Их взгляды встретились.

– Мне это не понравится, – чужим голосом сказала Таисса. – Меня прислали, чтобы манипулировать тобой, в конце концов. Сложно раздеваться перед пустым местом.

– Держу пари, у тебя получится даже это. – Вернон бросил взгляд на лямки её лифчика. – Жаль, что я этого не увижу.

Таисса задумчиво улыбнулась. Раз уж она играет в самозванку…

– Знаешь, – проронила Таисса, заводя руки за спину, – мне это даже нравится. Я могу тебя дразнить сколько угодно, а ты…

Щёлкнула застёжка. Таисса с дразнящим видом улыбнулась Вернону, выскальзывая из тонких алых лямок.

– А ты ничего сделать не можешь. Ведь Светлые подслушивают, а ты стесняешься.

Алое кружево бюстгальтера упало рядом с чёрным шёлком. Таисса небрежно закинула ногу на ногу.

– Отрабатываешь задание по полной программе?

Таисса невозмутимо встретила взгляд Вернона.

– А почему бы и нет?

– Ну-ну. Раз я не хочу играть в покер на раздевание, ты решила заранее сдать мне все карты? – Взгляд Вернона упал ниже. – Кроме одной.

– Её, – насмешливо сказала Таисса, – ты сегодня точно не получишь.

Вернон внезапно тихо рассмеялся, вновь взявшись за штурвал. Таисса нахмурилась.

– Что?

– Да так, одна мысль пришла в голову. – Вернон коснулся экрана, и сетка карты укрупнилась, увеличивая фрагмент берега. – Знаешь ли, я тоже могу тебя поддразнить.

– Хоть десять раз, – легкомысленно отозвалась Таисса. – Только не разбейся. Кто же у нас будет воронкоискателем вместо тебя?

– Вот и я думаю, – вздохнул Вернон, пристально глядя на проплывающий вдоль борта берег. – Одна надежда на то, что силы затухания ни на что не хватит. Максимум – на одну маленькую воронку, чтобы засосать внутрь что-нибудь неприличное. – Многозначительный взгляд на бёдра Таиссы. – Твою последнюю карту, например.

Таисса поёжилась на сиденье. Если новая воронка могла возникнуть непонятно где…

– Надеюсь, это не розыгрыш, – только и сказала она. – Кажется, я испугалась и хочу под одеялко.

– Одеялко где-то там, – Вернон тряхнул головой, кивая назад. – А также термос, палатка, бутерброды, контрацептивы, антибиотики – полный комплект на случай небезопасных романтических приключений.

Таисса подняла бровь.

– Это ты так намекаешь на мою бурную биографию или на свою?

Вернон вновь тихо засмеялся.

– С тобой действительно веселее, чем я думал. Я-то хотел извиниться, что на тебя набросился, спросить, не беспокоит ли тебя, что тебя используют таким образом… – Вернон покосился на Таиссу. – Но оказалось, что мы можем обойтись без банальностей. Можем просто забавно провести время.

Таисса закинула ногу на дубль приборной доски.

– И не только, – проронила она, наслаждаясь согревающим кожу солнцем. – Ещё я чертовски хорошо намазываю крем от загара и пою колыбельные.

– Про массаж я уже слышал.

– Рада, что у тебя хорошая память.

Их взгляды встретились.

– Жаль, что ты умираешь, – негромко сказала Таисса. – Чертовски мало времени остаётся, чтобы тебя соблазнить.

– Придётся нам поторопиться, – невозмутимо согласился Вернон. – Увы, твоя прослушка самым бессовестным образом нас задерживает. Кстати, хочешь узнать, что за мысль пришла мне в голову?

Таисса насторожилась. Что-то в задумчивых глазах Вернона подсказывало, что мысль была непростая. И, возможно, грустная.

– Мысль эта очень проста, Таисса-откровение. Знаешь, почему в тебя влюбился Дир?

– Потому что я необыкнове… – Таисса осеклась под взглядом Вернона.

– Рядом с тобой он открыл другую грань себя, – просто сказал Вернон. – С тобой ему не нужно было скрываться: ему было плевать, что ты о нём думаешь. Ты смогла разговорить его так, как не смог никто. И в итоге он привязался к тому образу себя, который ты ему дала.

Таисса моргнула.

– Это прозвучало даже как-то… философски, – произнесла она. – А можно не про Светлячка, а про меня и тебя?

Знакомый взгляд серых глаз, насмешливый, любящий и немного печальный.

– Ещё проще. Со мной ты открываешь другую грань себя. Ту, кем ты не могла быть раньше.

В прозрачной кабине пилота повисло молчание. Таисса открыла рот – и осознала, что не знает, что возразить. Да и нужно ли возражать?

Они с Верноном смотрели друг на друга в свете восходящего солнца, и время опять стояло на месте. Минута, в которой они вновь были самими собой.

Уходить от этой искренности было невыносимо. Но Таисса стиснула зубы и тут же широко улыбнулась.

– Это о какой же грани ты думаешь? В платье или без?

– Тебе решать. Кстати, мы снижаемся.

Впереди виднелся скалистый берег. Параллельно берегу шло шоссе. На таком расстоянии Таисса даже могла разобрать синие квадраты указателей.

– Аэропорт рядом, – проговорил Вернон. – Повезло. Сейчас сядем и…

Он вдруг охнул, расширенными глазами глядя вниз.

– Тебе плохо? – быстро спросила Таисса.

Вернон мотнул головой.

– Стимуляторы спасают, – выдавил он. – Просто… она прямо под нами. Внизу.

Таисса опустила голову, вглядываясь в узкую полоску песка у скал.

Ни малейших следов воронки там не было.

Над головой собирались облака.

– Эй, первопроходимец! – позвала Таисса, шлёпая босиком по прозрачной воде. – Уверен, что притащил нас куда надо? Или просто хотел искупаться нагишом?

Вернон даже не обернулся, продолжая исследовать берег.

– Может, мне стоило одеться попикантнее? – риторически спросила Таисса.

Она скептически оглядела небрежно обрезанные джинсовые шорты и растянутую футболку.

– Хотя, казалось бы, пикантнее некуда.

Мокрый песок под ногами, солнце в разрывах облаков, прохладная вода и нетронутый скальный обрыв. На месте воронки Таисса бы зевнула и тихонько всосалась обратно.

– Что говорит твоё чувство Стража? – позвала Таисса вновь. – Оно вообще на страже?

Вернон обернулся. Таисса упёрла руки в бока, требовательно глядя на него.

– Серьёзно, мы зря сюда притащились? – повысила голос Таисса. – Здесь была воронка или будет воронка?

– Была, – отозвался Вернон вяло. – С тканью мироздания всё в порядке.

– Значит, караулить её до ночи мы не будем, раз она уже исчезла, – нетерпеливо сказала Таисса. – Но где она? Где её следы?

Она взглянула в глаза Вернону и увидела в них странную тоску.

– Где она? – повторила она тоном ниже.

– Я не знаю, Пирс. Возможно, мы никогда не узнаем.

Таисса внимательно вгляделась в Вернона. И вдруг поняла, что с ним происходит.

Ещё недавно он был вечным, бессмертным и всемогущим, почти всезнающим. Но это ушло. Ушло и уже не вернётся. И скоро ему предстоит умереть.

– Ты тоскуешь по несбыточному, – сказала Таисса негромко. – Ты был Стражем, он был частью тебя, но ни его, ни его знаний больше нет.

– Такова жизнь, Пирс. Хотя, признаться, бессмертие бы мне не помешало.

– Лучше бы Хлоя по-прежнему занималась продлением жизни, – пробормотала Таисса.

И тут линк Вернона требовательно завибрировал, разрывая разговор. Таисса поморщилась.

Вернон посмотрел на экран и присвистнул.

– К слову, о Хлое…

– Это она тебе звонит? – уточнила Таисса.

Вернон утвердительно кивнул, задумчиво глядя на линк.

– И тебе лучше при этом звонке не присутствовать, по крайней мере официально. Таисса-привидение, побудь призраком, хорошо?

– Буду молчать, – тотчас подтвердила Таисса.

Она отошла в сторону и тихонько присела возле воды.

Вернон коснулся линка.

– Сейчас не самое подходящее время, – ровно сказал он.

Из линка раздался пьяный женский смех.

– А когда оно подходящее, Вернон?

У Таиссы, сидящей на песке, взлетели брови. Хлоя напилась?

– Виски, коньяк или что-то более утончённое? – поинтересовался Вернон. Он с небрежным видом прислонился к скалистой стене и откинул голову. – Надеюсь, не какая-нибудь кислятина.

Снова женский смех из линка.

– Приезжай и попробуешь.

– Не только вино, как я полагаю.

Смешок Хлои.

– Не только.

Таисса мысленно поёжилась. Что-то в вызывающем тоне Хлои было неуловимо знакомым, напоминая Таиссе её о собственном поведении в роли самозванки. Может, не стоило этим злоупотреблять?

Таисса покосилась на Вернона, вспоминая его лицо, когда она медленно спускала с плеч алые бретельки. Хотя…

– Так что заставило без пяти минут королеву мира напиться? – поинтересовался Вернон. – Казалось бы, ты на вершине. Бери и властвуй.

– Если бы! – капризный голос Хлои прозвучал резким окриком. Две чайки, сидящие на покачивающимся бревне, вспорхнули и улетели. – Вернон, ты что, не видишь, что происходит? Ничего не изменилось! Никто из них не хочет власти! Они разбежались одиночками по углам, летают над крышами своих шато и спорят, кто у кого украдёт в сверхскорости бутылку бургундского!

– Сухого или полусухого? – деловито осведомился Вернон.

– Заткнись!

Из линка донёсся всхлип.

– Мои сны, – глухим голосом произнесла Хлоя. – Тёмные кристаллы, Источник, пыль, власть, память… Ты знаешь, что я почувствовала себя королевой, когда коснулась Источника, Вернон? Я думала, что я Великая, пока не упала и не умерла.

– Уснула.

– Какая-то часть меня умерла, – голос Хлои упал до шёпота. – Иногда мне снится, что она всё ещё лежит там. Несбывшаяся возможность. Кто-то стал Великим Тёмным раньше. Не я. Я твержу себе, что я больше, чем Тёмная, но разве это так? Может, поэтому я и полезла в это… ввязалась в махинации Харона. Я хотела дать им то, чего не было у меня. Дать миру много осколков себя и разрешить им собраться воедино.

Она вновь всхлипнула.

– Но они не собираются, Вернон! Не собираются!

Таисса сжала губы, поймав предостерегающий взгляд Вернона.

Слова Хлои задели в ней что-то. Была ли она, Таисса, осколком чего-то большего? Её сын мог стать Великим, её предок был Великим. Могла ли она стать Великой? И какой бы она стала – Великая Таисса Пирс? Светлая или Тёмная? Блондинка или брюнетка? С розовыми ногтями на полгалактики или без?

Таисса чуть не фыркнула и зажала себе рот.

– Хлоя, я здесь, – мягко сказал Вернон. – Но тебе ведь не я нужен. Тебе нужно, чтобы все эти парни срочно собрались и начали захватывать мир, но это так не работает. Всё, что ты можешь, – отставить бутылку, сесть и ждать. Или налить себе чашку чая и приступить к следующей авантюре. По обстоятельствам.

– Вернон, – тихо сказала Хлоя. Она словно его не слышала. – Вернон…

– Что?

– Ты ведь тоже осколок, – почти прошептала Хлоя. – Ты рассказывал Харону… Я знаю, кем и чем ты был. Кем-то большим, чем самый сильный Тёмный. Ты управлял планетой.

Вернон вздохнул.

– Не я. Помнишь Раджесс, которая захватила твоё тело? Всё происходило примерно так же, только мне ещё и пришлось смотреть, как я целуюсь с Пирс. Хотя, – он покосился на Таиссу, – надо сказать, эта часть была не худшей.

Смешинки в его глазах оказались ужасно заразными. Таисса вновь подавила фырканье и срочно отвела взгляд.

Хлоя пьяно всхлипнула.

– Да и какая разница? Всё равно мы все вымрем. Тёмные у бывших Тёмных не рождаются. Следующие поколения будут всё меньше, пока Светлые нас не задавят.

– Светлые не отказались бы припереть нас к стенке, кто же спорит, – согласился Вернон. – Но пока что им нравится жить мирно. Есть шанс, что если мы очень, очень сильно будем хотеть не убивать друг друга, то к ультиматумам никто не вернёмся. Кроме того, есть интересная демографическая закономерность.

Хлоя икнула из линка.

– К-какая?

Таисса уставилась на Вернона не с меньшим интересом.

Вернон вздохнул и отлепился от скалы, придавая себе лекторский вид.

– За последние века Светлые или Тёмные несколько раз оказывались в дисбалансе. Тёмных становилось сильно больше, Светлые устраивали очередную перестройку мира, да и неурожай когда-то больно бил по всем подряд.

Он помолчал.

– Так вот, каждый раз баланс каким-то непостижимым образом выравнивался. Поддерживать сильное преимущество не удавалось никому. В течение пары поколений всё возвращалось на круги своя.

– Ну допустим, – уныло отозвалась Хлоя. – Хотя я тебе всё равно не верю. Ты далеко.

– Далеко, – согласился Вернон. – И люблю другую.

– Мёртвую, – фыркнула Хлоя. – Харон говорил, что она настоящая, но я ему не верю. Она и ему лапши навешала на уши.

– Или со мной была настоящая Таисса Пирс, или чертовски хорошая актриса, – вновь согласился Вернон. – В любом случае если я таскаю её за собой, то делаю это не зря. Моё сердце не свободно, как говорят в плохих пьесах. Уверена, что хочешь петь вторую партию?

– Иди к чёрту, – неожиданно отозвалась Хлоя очень трезвым и злым голосом. – И знаешь что, Вернон Лютер?

– Что, Хлоя Кинни?

– Ты хуже любого похмелья.

Связь прервалась.

Таисса словно наяву увидела, как Хлоя раздражённо отключает линк и швыряет его на другой конец комнаты. Нет, лучше сразу в камин.

Таисса задрала голову. Облака почти закрыли небо, и прозрачная вода казалась серой. Видно было каждый камешек. Таисса наклонила голову, вглядываясь: ей показалось, что в редком солнечном луче что-то блеснуло под водой.

За спиной послышались шаги.

– Не возражаешь, Таисса-разборчивость?

Вернон стоял над ней. Таисса похлопала рукой по песку.

– Садись вторым голосом, – предложила она. – Можно даже третьим.

Вернон тяжело сел рядом. Таисса покосилась на его лицо и невольно поразилась тому, каким мрачным оно было.

– Тебя это сильно подкосило, да? Что мы не нашли воронку?

Вернон помолчал.

– Немного, Таисса-притворство.

– Или звонок Хлои? – предположила Таисса. – Пьяная меланхолия заразна.

– Уж скорее пьяная философия, – отрешённым тоном отозвался Вернон, глядя на горизонт. – Но её стенания сложно не экстраполировать на себя самого. Хотя бы на пару секунд.

– Раз, – произнесла Таисса. – Два. Пара секунд прошла. Твои страдания закончены?

Вернон покачал головой, не отрывая взгляда от прозрачной воды, уходящей вдаль.

– Я ведь тоже осколок. Мы все осколки чего-то… и мы жалеем, как Хлоя. Пьяными вечерами – или так, на пару минут, задумавшись.

Он повернулся к ней.

– Ты тоже осколок, Таисса-божественность. Помнишь неземную искру, которую ты отдала Диру. Ты о ней жалеешь?

– Нет, – мгновенно ответила Таисса, не думая. – Дир погиб бы, если бы я её ему не отдала. Он был без сознания, ранен, а его способности…

Таисса осеклась. Глаза Вернона расширились.

Он только что спросил её об искре настоящей Таиссы Пирс. И Таисса ответила легко и просто, как ответила бы только настоящая Таисса.

– Вернон… – начала Таисса.

Вернон накрыл её руку своей. В его глазах не было паники из-за прокола. Только грусть.

– Глупо с моей стороны напоминать тебе о её прошлом, – негромко сказал он. – Я так хочу поговорить с ней.

– Я здесь, – так же негромко отозвалась Таисса. – Говори.

Вернон издал короткий смешок.

– Я уже спросил. Ты жалеешь, что тебе пришлось отказаться от искры? От чего-то, чем ты была?

Таисса перевела взгляд на свои обрезанные шорты до колен и развела руками.

– Я всегда была собой. Растерянной, тоскующей, разной – но собой. Иногда даже счастливой.

– Иногда?

Таисса улыбнулась.

– Чаще, чем ты думаешь.

Их взгляды встретились поверх морского берега, облаков, линков и подслушивающих Светлых. Поверх прошлого и будущего. Вместо них.

Серые глаза и тёмные. Встрёпанные тёмные волосы. Пальцы, касающиеся друг друга. Скалистый берег, не нависающий над ними, но приютивший их.

Таисса улыбнулась Вернону.

– С кем же ты была счастлива? – задумчиво произнёс Вернон.

– Ты сейчас говоришь с ней или со мной? – сварливым тоном самозванки поинтересовалась Таисса, заставляя себя войти в роль. – Или с кем вообще?

Вернон тихо улыбнулся ей в ответ.

– Ш-ш, – прошептал он.

И поцеловал её.

Таисса и Вернон лежали на песке, взявшись за руки.

Если бы Вернон был здесь с самозванкой, наверное, он молчал бы, чтобы не испортить иллюзию. Вместо этого он был с Таиссой – и молчал, потому что каждое слово могло быть услышано.

Облака над головой разошлись. Таисса оглядела запачканную песком футболку и рассеянно подумала, что скоро нужно будет возвращаться. У Вернона Лютера много дел, и обязанностями бывшего Стража они не ограничиваются.

– Вернон? – подала голос Таисса.

– М-м?

– Мы не нашли воронку. Получается, ты похитил меня зря. – Таисса приподнялась на локте. – Значит, должен заплатить штраф.

Брови Вернона взлетели.

– Да ну?

– Или выкуп, – серьёзно подтвердила Таисса. – Как получится. Я отрабатываю задание для Светлых, не забывай. Мне нужно принести им добычу в клювике, а ты пихаешься. Впрочем, я всегда могу тебя связать.

– В другой раз, – прервал Вернон с усталым вздохом. – Чего ты хочешь, Таисса-стяжательство?

Таисса коварно улыбнулась. Она знала, чего потребовала бы у Вернона самозванка, мечтающая подобраться к нему поближе ради целей Совета. И это полностью совпадало с её собственными желаниями. Вот только Совет тут был ни при чём.

Таисса легла напротив лица Вернона и положила ладонь под шёку.

– Хочу поговорить с Л., – тихо сказала она. – Через линк. Чтобы никто не подслушивал. А дедуле я потом что-нибудь наплету.

Вернон долго смотрел на неё. Они лежали на песке, глядя друг другу в глаза, и это было интимно и будоражаще одновременно. Как может быть так тихо в центре бури?

– Так что? Решишься?

Вернон молчал, хмурясь. А потом с резким вздохом откинулся на спину.

– Я не улечу отсюда, пока мы не найдём воронку, – с силой сказал он. – Это даже не дело чести, Пирс, это нечто большее. Каждый раз, когда меня звала закрывшаяся дыра в пространстве, я видел что-то. Ни разу это ощущение не приводило меня в никуда! Ни разу, чёрт подери!

– Но сейчас-то мы ничего не нашли, – осторожно напомнила Таисса.

– Здесь что-то должно быть, Пирс. Обязано быть. Я уверен, что прилетел не зря.

Таисса капризно вздохнула.

– Ну ладно, допустим, мы остаёмся играть в кладоискателей, – протянула она разочарованно. – Но если мы ничего не найдём, то разговор с Л. мой. Не отвертишься.

– Не собираюсь, – невозмутимо подтвердил Вернон. – Но если прав я, и мы найдём здесь следы воронки…

– В любом случае это место отследит дедуля, – пробормотала Таисса. – Уж он-то ничего не упустит. Так что тогда?

Блеснувшая улыбка.

– Ты не произнесёшь ни слова по дороге домой.

Таисса онемела. Ничего себе условие!

– А… поцелуи считаются?

Вернон протянул руку и отряхнул песок с её волос.

– Когда твой язычок вытворяет всё, что тебе хочется, выходит забавно, – заметил он задумчиво. – Но мне куда интереснее, что будет, если отобрать у тебя контроль над ним вообще. Доверяешь ли ты мне настолько, чтобы отдать его?

– Насовсем? – с подозрением спросила Таисса.

– До вечера.

Вернон вскочил.

– Вперёд, Таисса-советница. Время искать и действовать.

Таисса вздохнула. Вставать ей не хотелось. Да и зачем? Что тут есть? Мелководье и скалы, больше ничего. Прозрачная вода, камешки… вон что-то блеснуло снова…

Таисса неохотно поднялась на колени и подалась вперёд.

И чуть не рухнула лицом в воду.

– Вернон, – изменившимся голосом позвала она.

Вернон мгновенно оказался перед ней. Песок опадал вокруг его ступней, оседая на камешках и на деревянном кольце с кристаллом, лежащем под водой.

Кольце, которое Вернон когда-то надел на палец Таиссе.