Глава 21

Таисса сидела, запрокинув голову к бетонному потолку, и с тоской думала, как ей хочется нырнуть в небо.

Сбежать. Дурацкое, стыдное, трусливое желание, но сейчас ей хотелось поставить время на паузу и просто исчезнуть. И вернуться, когда всё будет кончено и угроза минует. Чтобы с этой угрозой разобрался кто-нибудь другой. Чтобы мысль, что её тело собираются использовать как куклу, развеялась в тумане, словно несбывшийся кошмар.

– Что ж, теперь цель Лары очевидна, – донёсся до Таиссы голос Вернона. – Уже прогресс.

Таисса вздрогнула, возвращаясь в реальность. В полутёмный зал глубоко под землёй, где проходил импровизированный военный совет.

К ним с отцом присоединились лишь Вернон и Рамона. Позже они соберутся в расширенном виде, но не сейчас.

Потому что речь, среди всего прочего, шла о жизни и смерти Таиссы.

– У Лары три желания, – мрачно сказала Таисса. – Ей нужен космический корабль, собственное мёртвое тело и я, чтобы стать вместилищем для богини.

– Бьюсь об заклад, ты всю жизнь об этом мечтала, – подтвердил Вернон. – А уж мы-то как будем счастливы приносить тебе жертвы и строить алтари из шоколада – это вообще умереть не встать.

Таисса покосилась на спокойно сидящего отца и стоящую за его спиной Рамону и мысленно позавидовала их видимой невозмутимости. У неё самой неверие и ощущение нереальности происходящего переплетались с паникой, страхом за судьбу матери, стремлением победить – и новыми волнами паники, когда Таисса заново осознавала всю глубину пропасти, в которой они оказались.

Но думать рационально Таисса всё же могла.

– Логика страдает, – произнесла Таисса. – Что мешало Ларе спокойно строить космический корабль и похитить меня в последнюю минуту? В конце концов, даже похищение могло не потребоваться. Лара могла так выстроить историю, что мы бы вызвались полететь с ней в полном составе.

– Ещё бы и дверь придержали, – согласился Вернон. – Но сверхценность перемыкает мозги. А, судя по твоим словам, найти саркофаг богини и вернуть её к жизни для Лары действительно сверхценность.

– Боюсь, в культуре нашего гостя не слишком принято договариваться, – отозвался Эйвен Пирс. – Вспомните, в каком состоянии была та, кого он называет богиней, когда вы с Диром её нашли.

Таисса вздрогнула, вспомнив изувеченное страдающее существо в саркофаге.

– Может быть, перестанем употреблять термины из детских сказок? – сухо предложила Рамона. – Мои люди понимают, что такое коллективный разум, но когда речь идёт о богах, трудно относиться к этому серьёзно.

– Великий Тёмный существует, – возразила Таисса. – И есть пророчество о Великом Светлом.

Рамона покачала головой.

– Для тебя. Как древняя легенда, память о твоём наследии, часть нашей мифологии. Не как часть реальной жизни. Чем быстрее мы оставим такие слова, как «предначертанность», «богиня» и «пророчество» в сторону, тем легче нам будет вырабатывать план действий. Эйвен, ты со мной согласен?

– Я предпочёл бы не спорить о терминологии, – мягко предложил Эйвен Пирс. – В конце концов, саботаж космического корабля – это всегда саботаж, вне зависимости от того, ради чего он применяется.

Их с отцом взгляды встретились, и Таисса с твёрдым видом наклонила голову.

– Саботаж, – негромко подтвердила она. – Даже со мной на борту.

Вернон коротко кивнул.

– Не люблю фразу «человечество важнее, чем наши жизни», но альтернатив мало. Пока Лара на Земле, она просто опасна. Но когда она достигнет Источника и воскресит свою, – Вернон покосился на Рамону, – не-богиню, у всей планеты будут чудовищные неприятности. Кому-нибудь нужно объяснять почему?

– Сверхсущности хотят выстроить мир по-своему, – машинально ответила Таисса. – Не спрашивая никого. Взять хотя бы Стража.

– Именно. Даже если нас ждёт прекраснейшая из богинь, это всё же диктатор, бессмертный и непобедимый. А если воскрешение превратит её в монстра похуже Лары, конец придёт примерно всему, даже огурцам. И очень быстро.

– Огурцы жалко, – проронила Рамона с иронией.

Вернон развёл руками.

– А я о чём? Этот проект нужно саботировать аккуратно и чисто, чтобы корабль отлетел подальше и тихонько развалился на куски, желательно не замусорив орбиту. Ещё лучше, если Пирс вылетит из обломков в спасательной капсуле. Другое дело, что справиться с этой задачей будет, мягко скажем, трудновато.

Он вскинул голову.

– Найт, ты с нами? Учти, мы будем искать альтернативы до последнего.

– И правильно сделаете, – раздался холодный голос Найт. – Саботировать будущий космический корабль почти нереально. Электронную защиту коллективной Лары мне не пробить, а через живую охрану не пробиться вам. Не забудьте, что, если Лара захочет, стройку будут охранять сотни Светлых.

– А она захочет, – пробормотала Таисса.

– Вполне себе причина для того, чтобы ты вернулась к нам целиком, не находишь? – мягко спросил отец Таиссы. – Найт, ты нам нужна.

– Это ты сейчас так говоришь, – устало отозвалась Найт. – И забываешь, что вы можете получить вторую Лару.

– Найт…

– Эйвен, даже если бы я хотела, меня нет здесь по-настоящему. Мне нужно расконсервировать мощности, и делать это одним махом тоже рискованно. Потому что свою боль я заперла и там тоже. Вам не нужен неуравновешенный электронный сверхразум, поверьте мне.

– Один такой сверхразум у нас уже есть, – согласился Вернон. – Впрочем, я не прочь, чтобы ты составила Ларе компанию.

– Компанию Ларе в корабле составишь ты, если захочешь, – парировала Найт. – И Таисса, потому что ей деваться некуда. Но не ты, Эйвен. Даже если вы долетите, у Источника любого бывшего Тёмного выведет из строя. На таком расстоянии от Земли это означает смерть.

Вернон вскинул голову.

– Думаешь, этим всё закончится? – поинтересовался он, и его голос едва заметно дрогнул. – Победить здесь у нас нет шансов? Мы все радостно полетим в космос на поиски Светлого Грааля?

Небрежный тон уже не мог её обмануть. Таисса вдруг ощутила всей кожей, что Вернон сейчас паникует не меньше неё. И боится – за неё.

Потому что не может её защитить.

Голос Найт был неумолим.

– А у вас есть выбор? Сейчас Лара неуязвима. Корабль будет построен, и Лара заберёт Таис в любом случае. База Рамоны её не защитит. Спрячешь её, и погибнут несколько миллионов человек. Если ты не хочешь лететь, Таис, у тебя лишь один выход – умереть.

Повисла тишина. Найт произнесла вслух то, о чём думала сама Таисса.

– Я знаю, – проговорила Таисса. – Но как можно удержать Лару от уничтожения городов, пока корабль не окажется в космосе? Верить её слову невозможно, это мы уже видели.

– Сдержки и противовесы, Таис, – произнёс Эйвен Пирс. – Мы попробуем сделать так, чтобы наши с Ларой угрозы уравновешивали друг друга.

Вновь наступило молчание.

Молчание, которое могли прервать лишь те слова, которые Таисса собиралась сказать.

– Пусть Ларе передадут, что я согласна лететь с ней. – Таисса сжала губы. – И я полечу. Даже если мы в итоге саботируем корабль.

Тишина.

Маленькая комната глубоко под землёй. Двое людей, стоящие во главе маленькой армии. Вернон Лютер, которому осталось совсем немного. И она. Девочка, которой удалось выбраться из слишком многих передряг, чтобы одна из них не стала последней.

– Летишь в космос, значит? – небрежно проронил Вернон. – С Ларой? Тогда я точно с вами.

Таисса покачала головой.

– Нет, Вернон. Ты нужен здесь.

Вернон фыркнул.

– На весьма впечатляющий срок аж в два месяца? Нет, спасибо.

– Воронка в ткани реальности, – напомнила Таисса, не повышая голоса. – Она может возникнуть. Тебе нельзя покидать Землю.

Лицо Вернона застыло.

– Лучше бы и правда вернулась Омега, чтобы расставить всё и всех по местам, – пробормотал он. – Но миллиард лет до её возвращения – это слишком долго. Я не доживу. Может, уговорим её поторопиться и уложиться хотя бы тысяч в десять?

Таисса грустно улыбнулась. Похоже, её судьба предрешена: лететь с Ларой и до последнего пытаться остановить её. Или погибнуть вместе с ней, когда корабль взорвётся.

– Саботаж космического корабля – это наш лучший шанс, – произнесла Таисса. – Если Лара погибнет, планы этого существа будут сорваны.

– По меньшей мере, коллективный разум распадётся, и мы получим окно, чтобы не дать ему «собраться» обратно, – согласилась Найт. – Но у нас будет только одна попытка, поэтому я категорически против любых покушений на Лару до полёта. Из космоса она не отомстит, но стоит ей выжить здесь, и мы получим миллионы погибших.

– Да и не получится к ней подобраться, – добавила Рамона. – Светлые будут защищать Лару как свою. Особенно партия Александра.

– Ещё бы, единственный путь к Источнику, – хмыкнул Вернон. – Как же без неё?

Они обменялись взглядами.

– То есть саботаж корабля – дело решённое? – спросила Таисса.

– Это решение лежит на столе, – поправил Эйвен Пирс. – Но мы всё ещё рассматриваем варианты, Таис. Как ты понимаешь, твоя жизнь имеет значение для нас всех.

Спорить Таисса не стала. Просто поднялась.

– И ещё одно. Я хочу освободить маму.

Все уставились на неё. Глаза отца блеснули.

– Что ты предлагаешь, Таис? – спросил он. – Силовая операция не годится. Даже Элен отступилась бы.

– Но не опустила бы руки, – возразила Таисса. – У нас есть ресурс.

Она коснулась линка и включила виртуальный экран, демонстрируя всем ленты новостей.

– Прямо сейчас миллионы людей негодуют, что Лара взяла в заложники невинных людей и уничтожила центр города. Они не меньше нас хотят её остановить.

– Не все, – покачал головой Вернон. – Кто-то радуется. А кто-то, судя по моим данным, и вовсе готов образовать секту, поклоняющуюся Ларе.

– Тут мы ничего не сделаем. Но если объединятся те, кто возмущён, кто готов рисковать, кто хочет спасать жизни, кто ценит их…

Их с отцом взгляды встретились.

– Я выйду на площадь перед музеем, где держат заложников, – произнесла Таисса. – И те, кто захочет, выйдут со мной. Во всех городах, на всех площадях. Вместе мы покажем, – она запнулась, но продолжила безжалостным тоном самозванки, – что не желаем терпеть произвол инопланетного мертвеца.

Эйвен Пирс едва заметно кивнул. Во взгляде Рамоны, устремлённом на Таиссу, мелькнула гордость.

– Молодец, девочка.

– Таис, всё, что может пойти не так, пойдёт не так, – в голосе Найт было предупреждение.

Здесь она была права. Лара может схватить её, бросить в криокамеру, и Таисса даже не успеет очнуться.

– Я знаю. Но мы человечество, и мы не сдадимся, – твёрдо сказала Таисса. – Весь мир это увидит, и Лара тоже.

– Тебе неплохо бы снова взять с собой Хлою, – произнесла Рамона озабоченно. – Так, на всякий случай. Какой бы мистической ни была ваша связь, тебе она пригодится.

– Не получится.

Лицо Вернона вдруг стало очень мрачным.

– Я согласна с Верноном, – кивнула Таисса. – Нельзя. Мы даже представить не можем, какие пытки ждут Хлою, если Лара её поймает. Мы…

– Дело не в этом, Таисса-заботливость, – устало сказал Вернон. – Причина в другом.

Следующие два слова ударили Таиссу колоколом по ушам.

Словно сквозь сон она слушала, как Рамона одобряет её идею и уточняет детали. Как Найт собирается разослать по сети официальное сообщение, кратко рассказывающее о разрушениях, устроенных Ларой. Как Вернон спокойным тоном добавляет туда признание в своей косвенной вине и вине Совета в том, что те не остановили создание новых Светлых. Как Эйвен Пирс передаёт призыв Таиссы выйти на улицы с требованием освободить заложников. Как в их голосах слышится надежда, и в них словно вплетаются другие голоса: голос Элен, мамы…

И как два слова стучат в мозгу всё громче и громче.

У Таиссы всё сильнее звенело в ушах. Наконец она резко встала.

– Завтра в полдень, – наконец сказала она, не в силах оставаться. – Я пойду. Мне надо подышать воздухом. И… набраться сил перед завтрашним днём.

Если у неё вообще останутся силы после того, что она только что услышала.

Таисса едва заметила, как дверь открылась перед ней.

На Вернона она больше не смотрела.