Глава пятая

Что же делать? Бежать за коляской или подобраться к толстяку? Как же это сделать, и потом, он же не начнёт выбалтывать свои секреты, словно под зельем правды?

Зелье правды… Откуда я про него знаю? Откуда-то знаю. Даже знаю, как сварить. Надо будет попробовать. Достать бы котелок…

Пока я размышляла, толстяк развернулся к конторе, на которой было написано: «Новый Тихий квартал: дома для жизни». Ох… как же мне туда надо! Срочно надо! Стать бы …

— Мяу!

Кошкой? Я уставилась на обычную серую полосатую кошку, жалобно поджимающую лапку и вдруг… Дома стали огромными, небо улетело высоко-высоко, мой двойник тенью шмыгнула в трубу, а я осталась на улице одна. Чувствую голод и страх перед надвигающимися на меня толстыми ногами:

ТОП-ТОП-ТОП!

— Брысь! — громыхнуло с высоты, — что ж я тебя тогда-то не прибил, — рука толстяка, который стал просто великаном, тянется к камню, и я, что есть силы (не так-то просто с перебитой лапой), бегу в контору и прячусь за сваленными в углу корзинами.

— Ах ты… Гадина. Ну, погоди… Доберусь я до тебя!

Бездна… Сердце стучит — вот-вот выпрыгнет! И… Деньги?! Где они, если я — кошка с подбитой лапой? Что, если я их потеряла?

Я заметалась и… зазвенела. Не сразу сообразила, что это — монеты, а когда поняла, было уже поздно… Толстяк услышал!

— Ага… Попалась! — он уже наклонился к корзинке, ещё чуть-чуть и…

Меня спас мой двойник. Обычная полосатая кошка — худая, голодная, грязная — жалкое зрелище. Она вдруг вбежала в контору, бросилась своему же мучителю под ноги, и, как могла, прихрамывая, побежала прочь. Толстяк стал шарить в поисках камня, но где ж его найдёшь в богато обставленной конторе?

— Ну, погоди… Отравлю я тебя, ведьмино отродье! Попадись ещё мне…

Сижу за корзинками, у самого крыльца. Толстяк идёт в комнату и долго там роется. Потом выходит, оглядываясь с вороватым видом, засовывая за пазуху какие-то бумаги. Вдруг — вот удача! Один листок выскользнул и плавно опустился на дно корзины — будто лебедь на воду сел…

Тяну лапу, поддеваю когтем, листок — в зубы, и ползком, ползком к двери — из конторы иначе не выбраться, только бы толстяк не заме…

Бездна! Пришлось шмыгнуть в комнату — иначе бы он меня увидел. Попадаться ему на глаза никак нельзя, с какой-то важной бумагой в зубах. Нет… Нет, нет, нет! Он дверь закрывает!

Звук замка и удаляющихся шагов. Всё… Я одна. Заперта в конторе. Что делать? Ясно, что делать — бежать!

Самым сложным было вытащить задвижку окна — сильно болела лапа. Этот толстяк бросил камнем в кошку. Ещё один повод с ним поквитаться! Сижу на подоконнике, жду прохожих. Кто-нибудь, ну, пожалуйста! Мне нужна личина. Не уйти мне с переломанной лапой…

— Мама, мама! Смотри — кошка! Давай возьмём её к нам?

— Нет, Варди! У неё есть хозяева. Пойдём. Ну, пойдём же!

Варди… Варди. Хороший мальчик… Очень хороший! Ещё немного задержи на мне взгляд… Ещё чуть-чуть… Есть!

До чего же здорово оказаться шестилетним мальчуганом — маленьким, юрким, а главное — здоровым! Умница Варди, пока мама не видит, целыми днями лазает по деревьям — руки-ноги крепкие, коленки ссадин не боятся. В два прыжка оказываюсь на улице, ищу глазами кошку — не уйду я отсюда без неё, этот мерзавец грозился отравить бедняжку.

— Кис-кис-кис, кис-кис… Где же ты? Где…

Только сейчас понимаю, что листок тот всё ещё у меня во рту. Аккуратно складываю и прячу в набитый монетами карман коротких штанишек.

— Мяу!

— Вот ты где! Иди-ка сюда…

Серая моя спасительница идёт на руки — не вырывается. Всё — бежим к Лии! Там тебя накормят, а потом посмотрим, что можно сделать с твоей лапой.

— Варди! Варди, стой!

Топот детских ног за спиной… Только не это! Да что ж вы, мамаша, кругами-то туда-сюда ходите, а?

Так быстро я в жизни не бегала! Хотя откуда мне знать? Я ж не помню ничего. Набережная… Быстрей! Поворот и… Вот он! Дом Лии! Вбегаю на крыльцо. Кошку — на лавку, руки — в карманы. Бездна, я принесла всё до монетки — не растеряла после всех приключений — вот оно, настоящее волшебство! Деньги и заветный листок — на стол. Всё. Теперь можно выдохнуть — сесть, отдышаться, сбросить личину…

— Анис! — кричит Лия, что всё это время наблюдала, как незнакомый мальчуган с серой, грязной и голодной кошкой вываливает монеты из карманов на стол. — Что это? — с ужасом смотрит хозяйка на деньги.

— Это — твоё, — я порылась уже в своих собственных карманах (всё-таки хорошо быть просто собой), и выудила смятый клочок синей бумаги — расписка из кассы. — Вот. От хозяйки магазина.

— Анис… Это… Этого не может быть! — мама Мири обняла меня и заплакала.

— Давай покормим кошку? У нас есть молоко? Знаешь, она меня сегодня спасла.

Я гладила Лию по спине и говорила всё, что приходило в голову, потому что понимала, что она сейчас чувствует. Всё это время она работала сутки напролёт за копейки и не могла себя защитить только потому, что была слишком добра и доверчива. Но теперь… Теперь всё изменится. Нужно только вылечить Мири. И кошку.

— Мне никогда… Анис… никогда…

— Ты только в одном магазине продаёшь волшебные вышивки?

— Нет. Есть ещё несколько лавок, торгующих бельём. Я вышиваю сорочки — в них снятся вещие сны. Можно поговорить с ушедшими родными. Соблазнить мужчину или просто восстановить силы. Зависит от того, какой узор на подоле.

— Отлично! Теперь твои работы буду продавать я. Не возражаешь?

— Нет. Ох, Анис… Счастье пришло в наш дом с тёмной ведьмой — кто бы мог подумать?

Вечером мы устроили настоящий пир на весь Тихий квартал. Лия улыбалась, Кара посматривала на меня с одобрением, а я поила Туманку (так мы прозвали полосатую хромоножку) молоком и думала о том, в какой личине идти в Академию магии…

* * *

— Ешь! — сердилась Лия.

После моих подвигов по сбыту домотканых, вышитых вручную изделий, швея как с цепи сорвалась! Ватрушки, блинчики, пироги… Ну не могу я всё это съесть, тем более после полной миски сладкой рисовой каши с изюмом!

— Не могу больше… Правда, не могу! Всё, мне в библиотеку пора.

— Знаю… А ты не торопись! Чаю вон себе налей ещё.

— Лия… Что-то ты не договариваешь. Это из-за того листка из конторы толстяка? Там цифры какие-то… Я ничего не понимаю. А ты — молчишь.

— С этой бумагой и впрямь непонятно. Надо будет у Арма спросить — оборотень точно разберётся. Но я не об этом, Анис. Ты в Академию идёшь. В Академию магии. В библиотеку.

— Ну, иду. Что с того? Я пойду под твоей личиной, чтобы тот седой пожилой маг меня узнал. Он обещал, что меня пропустят. Ну, всё, побежала!

— Да послушай ты, неугомонная!

— Ну что ещё?

— Ворота.

— Какие ещё ворота?

— А такие, — Лия потянула меня за рукав и заставила снова сесть. — Ворота Академии. Конечно, он тебе разрешил посетить библиотеку! Тоже мне… Добряк выискался. Проверял он тебя, и теперь точно знает — не здешняя ты. Хитрец. Так что следить он за тобой теперь будет пристально.

— Почему?

— Потому, что была бы местной, знала бы, что никто на территорию Академии не войдёт просто так. Ворота там непростые.

— Знаешь, Лия… Я мало что помню. Вернее — вообще ничего. Но охранные заклинания знаю хорошо. Уверена, что обойду любую защиту. Не волнуйся за меня, ладно? Лучше Туманку покорми.

— Да вылакала твоя Туманка с утра уж две полные миски — куда только влезает столько? Накормлю я её, мне не жалко. И повязку на лапе поменяю. Я не о том. Не заклинания на тех воротах, Анис. Не магическая защита. Там… Похуже.

Ну, вот. Приехали! Ну что там такое может быть, а?

— Что там?

— Не «что», а «кто». Кверки.

— Кто?

— Кверки. Охранные Духи магических ворот. Ворота — они хоть и внушительные, но в них нет ничего кроме серого камня. А Кверки… Они хоть и милые, но комара не пропустят без особого разрешения. И к тому, кто тебе это разрешение на словах дал, не пойдут просто так. Так что маг, о котором ты рассказываешь, прекрасно знал, что дальше ворот никто тебя не пропустит.

— А ты откуда всё это знаешь?

— Я-то? Думаешь, я для Мири пороги не отбивала в этой Академии, чтоб она сгорела… Все надеялась, что дочку возьмут туда учиться… Но…

И Лия быстро и как можно незаметнее вытерла слезинку. Я тут же заговорила преувеличенно бодро:

— Понятно. Что же мне делать? Мы не можем сидеть вот так, сложа руки! Я всё равно туда пойду!

— Да пойдёшь ты, пойдёшь… Меня послушай. Вот, — и Лия протянула мне три вышитых синими цветочками кружевных накрахмаленных платочка, три крошечные булочки с изюмом и три золотые монетки. — Слушай и запоминай, Анис. На то, как Кверки выглядят особо не засматривайся — облик они меняют, и в большинстве случаев он обманчив. В первый раз не пропустят — подари им по платочки и уходи, понурив голову. Сядь в сторонке и жди, пока они сами тебя не пригласят. Выполняй всё, что ни попросят! Кверки любят шутить, и они не очень умные. Второй раз они тебя опять не пропустят — дари им угощение. Монетки отдашь в третий раз, последний. Думаю, если всё сделаешь правильно, ты действительно попадёшь в Академию. Смотри — ничего не перепутай!

* * *

До Академии путь не близкий. Денег у нас теперь много, можно было и коляску нанять, но я не стала. Солнышко светит, мир незнакомый раскрывается в пути во всей красе! В сердце столицы не то, что в нашем Тихом квартале — город шумит, пахнет магией и рябит разноцветными тканями. Ясно одно — здесь, в этом мире, куда мне удалось сбежать, всех страшно интересует вопрос: беден ты или богат. И как это ни банально — богатым быть куда приятнее…

Размышляя и рассматривая всё, что попадалось на глаза, я и не заметила, как оказалась перед воротами Академии магии.

Да-а-а… Права была Лия. Ворота… В общем, всем воротам ворота. Огромные, массивные, с искусно выбитой каменных дел мастером вязью заклинаний и символов и двумя истуканами по бокам. Небывалых размеров рыцарские доспехи, стояли, видимо, для красоты. Я не удержалась — постучала кулачком.

— Бом-бом-боммм…

Вдруг… Что-то запрыгало — то тут, то там — сверху вниз по полым гигантским доспехам. Маленькие, юркие зверки! Чем-то похожи на белок. Такие… милые. Жёлтые глазки, пушистые хвостики.

— Ты кто?

— Кто?

— Кто такая будешь?

— Я — Лия. Мне нужно в библиотеку.

— Ты — не наша…

— Не здешняя!

— В реестре обучающихся магов не зарегистрирована!

— Я… Мне обещали.

— Кто?

— Когда?

— Бумагу! Разрешение с подписью!

— Я… Он — магистр. Седой такой. Сказал — спросить, он распорядится. А это — вам. Подарок…

Я вынула вышитые платочки. Белки… То есть охранные духи. Ну эти… Кверки. Схватили платочки да как заверещат! И исчезли — только пыль золотая вьётся вокруг.

Как наказывала швея, я села поодаль на скамейку и принялась ждать. Всё оказалось так, как Лия рассказывала — белки появились с тихим хлопком у меня на коленях — золотая пыль столбом! Угостила их булочками. Закончился этот сказочный ритуал монетками, и вот — долгожданное разрешение за подписью магистра у меня в руках!

Едва я прошла за ворота — всё оказалось не так уж и страшно. Вежливые архивариусы (в роскошной библиотеке их было, наверное, с десяток) в одинаковых изумрудных мантиях говорили шёпотом, слушали внимательно и помогали, как могли. Не в пример этим белкам, которые мало того, что разжились гостинцами за мой счёт, так ещё и танцевать заставили, прежде чем отдать наконец ту злосчастную бумажку! Но я упрямиться не стала — Лия предупреждала, что кверки — создания вредные и шутки у них глупые. Так и получилось. Мысленно я поблагодарила маму Мири — ничего бы у меня без её бесценных наказов не вышло!

И вот они — книги по целительству, у меня в руках. Я ушла в рукописи с головой, не заметив, как осталась в зале одна, а за огромными стрельчатыми окнами башни библиотеки стемнело…

— Кто это там? — очнулась, услышав приглушённые голоса.

Подняла голову и узнала того самого седого магистра, он разговаривал с архивариусом и кивал в мою сторону. Огляделась — никого. Сколько же я тут сижу? Стены дрогнули перед глазами — слишком долго держу личину, но делать нечего — надо терпеть, тем более сейчас, когда меня, кажется, заметили…

— Кто разрешил?

— Вы, господин магистр. Вот бумага.

— Хммм… Да, да… Припоминаю…

Седой развернулся и зашагал ко мне. Так… Кажется, мне пора. Жалко, не всё я успела. Что ж, раз встречи не избежать, надо постараться заручиться разрешением посещать волшебное место, где столько полезных книг!

— Ну как? Нашли, что искали? — цепкий, острый взгляд смотрит прямо в душу, а я слабею — чувствую, ещё немного и личина растает…