Глава 20. Оливия

Утро, наполненное теплом и сумасшедшими ласками Альдера, заставило меня ненадолго поверить в то, что все у нас в итоге будет хорошо. А потом пришел слуга и доложил, что мои родители доставлены во дворец и ждут моего появления. Мы с моим темным принцем переглянулись и, поняв друг друга без слов, бросились одеваться. Перед тем, как уснуть, Альдер, видимо, отдал кое-какие распоряжения относительно моего гардероба, и к утру мне уже было, во что одеться. Я старательно отгоняла от себя мысли о том, что перед своим отцом принц неблагого двора назвал меня своей невестой. Наверное, он это сделал, чтобы защитить меня, потому что на деле никакого предложения не было.

Я готовила себя к тому, что все это в итоге окажется неправдой. Да, я любила Альдера, и как любовник для меня он был просто идеален. Но ни один темный никогда не свяжет себя всерьез со светлой фейри. Это против природы. Это нарушение всех установленных правил. Поэтому я с самого начала ни на что серьезное не рассчитывала. Если король Сайлас отпустит моих родителей, мы, скорее всего, просто вернемся в Конкордию и продолжим жить дальше так, как жили, за исключением того, что нашим правителем больше не будет монстр по имени Киллиан Алиас.

Когда я при помощи магии укладывала волосы, потому что после утра в объятиях Альдера они стали напоминать гнездо, темный принц подошел ко мне сзади и положил руки на плечи.

— Все будет хорошо, — уверенно заявил он, и по моему телу прошла волна тепла от того, каким целебным бальзамом эти слова оказались для моего сердца.

Поймав его руку, я коснулась невесомым поцелуем широкой ладони и улыбнулась.

Родители ждали нас в выделенных для них покоях, там же, как оказалось, был уже и король Сайлас Ваал. Под его тяжелым взглядом мне хотелось выпустить крылья и завернуться в них, как в непроницаемый кокон, но близость Альдера делала меня более храброй.

Несколько мгновений я просто разглядывала родных для меня фейри. Судя по всему, у них было время и возможность привести себя в порядок. Ничего не напоминало о днях, проведенных на рудниках. Я неуверенно шагнула навстречу родителям, которые сидели рядом на одном из диванов, установленных в гостиной, но взгляды, устремленные на нас с Альдером, заставили меня остановиться. Мама неодобрительно поджала губы, отец сурово сдвинул брови. Как будто преступницей, нарушившей законы Аркейна, в этой комнате была я.

— Приветствую вас, лорд и леди Ллау, — темный принц первым нарушил неловкое молчание. Со своим отцом он, видимо, уже успел увидеться, потому что они не обменялись даже взглядами.

Я присела в неглубоком реверансе, отдавая дань уважения присутствующему королю, и снова подняла взгляд на родителей, которые ни слова не обронили в ответ на фразу Альдера.

— Мы уже имели удовольствие побеседовать, — Сайлас, который расположился в глубоком кресле в стороне от моих родителей, изобразил на лице благодушную ухмылку. — Теперь, после смерти Киллиана, они смогли, наконец, рассказать мне правду. И я полностью снял с них свои обвинения.

Облегчение было таким сильным, что я окончательно перестала соображать и опустилась на свободный диван напротив родителей, не спросив позволения присутствовавшего короля.

— Что произошло на самом деле? — спросил Альдер, садясь рядом со мной.

Мой отец бросил настороженный взгляд на Сайласа и, получив одобрение, начал свой рассказ.

— Оливия ничего не знала, — предупредил он. — Все решения принимались без ее участия. Дело в том, что король Киллиан Алиас являлся узурпатором. Он незаконно захватил трон, не имея на него никаких прав. Просто так сложилось, что предыдущий правитель был достаточно безумен, чтобы вызвать недовольство своих подданных, и, окончательно потеряв терпение, они устроили восстание и переворот. Киллиан был тем, кто возглавил его.

Что-то такое я и подозревала.

— Все записи о предыдущем короле были уничтожены, разговоры о нем строжайше запретили, и наши дети, родившиеся после восстания, даже не знали о нем. Они верили, что Киллиан был истинным королем. Но, несмотря на то, что ему удалось захватить власть и окружить себя верными псами, истинной силы у него никогда не было. Поэтому он в конечном итоге пришел к мысли использовать Жезл Плодородия, чтобы укрепить свою власть.

Я вопросительно посмотрела на Сайласа. Если в Конкордии еще как-то могли повлиять на умы жителей и вытравить из их памяти предыдущий королевский род, то в Аркейне должны были трезво смотреть на ситуацию.

— Вы знали? — спросила я тихо.

— О том, что Киллиан самозванец? — Сайлас нахмурился. — И да, и нет, ведь он объявил себя бастардом Его Величества короля Элая, а законных наследников у того никогда не было.

— Вообще-то были, — сказал мой отец. — Сбежавшая супруга короля, которую Киллиан не стал преследовать, на самом деле носила в себе дитя.

— И где сейчас это дитя? — тревога сжала мое сердце.

Я внимательно смотрела на родителей. Откуда им известно о возможном наследнике престола? Единственное здравое объяснение, которое приходило мне в голову: кто-то из них и является потомком великого короля, и носит в себе эту тайну всю свою жизнь. Но кто? Отец говорил о восстании так, будто сам лично присутствовал при нём, а значит, не мог в то время быть неродившимся дитя. Мама?..

В этот момент я поняла, что вообще ничего не знаю об этом перевороте. Ни когда он произошёл, ни кем в то время были мои родители, какое место занимал род Ллау и чем занимался при бывшем правителе. В любом случае, если моя догадка верна и кто-то из родителей — полноправный наследник престола, то мне предстоит стать принцессой благого двора.

И, значит, я точно не смогу выйти замуж за Альдера. Потому что мне, скорее всего, сразу найдут жениха из высшей светлой знати, чтобы укрепить положение семьи на троне.

Ком встал в горле, и я затаила дыхание в ожидании ответа.

— Королева погибла в родах, — в разговор внезапно вступила моя мама. — Но рядом с ней были верные фейри, которые смогли позаботиться о принцессе.

Значит, у короля Элая была девочка. Речь все же о маме?

Я совершенно по-новому посмотрела на женщину, которую знала всю свою жизнь. В ней, определенно, было что-то королевское. И как я раньше не замечала этого?

— К сожалению, среди фейри, окружавших королеву, оказался предатель. Он сообщил о девочке Киллиану. Но тот, вместо того, чтобы убить законную наследницу, решил укрепить свою власть, взяв ее в законные жены.

Я с трудом сглотнула. Потому что речь, похоже, все это время шла обо мне.

— Вижу, ты уже догадалась, — невесело усмехнулась моя мама. — Мы никогда не были тебе настоящими родителями, но воспитывали тебя, как родную дочь. И всеми силами пытались защитить от посягательств Киллиана.

У меня внутри как будто все обледенело. Я — законная наследница трона благого двора? И все это время Киллиан пытался сделать меня своей не от большой любви или всепоглощающей страсти, а из соображений собственной выгоды. Но почему тогда он так легко отпустил меня? Почему позволил улететь той ночью и даже не отправил погоню?

Ответ пришел практически сразу. Яд. Он отравил меня и знал, что почувствовав первые симптомы, я захочу вернуться. Он не предполагал, что Альдер меня перехватит и сделает своей пленницей.

Но почему, в таком случае, он не стал бороться за меня и не обменял на Жезл Плодородия? Решил, что артефакт для него полезнее?

Рот наполнился горечью от того, насколько мерзко все это выглядело и как дурно пахло. Пусть Киллиан никогда мне не нравился, то, как легко он смог от меня отказаться, было… больно. Наверное, со мной было что-то не так, раз мужчины без сожалений оставляли меня после первой же небольшой трудности. Альдер, несмотря на наши отношения, возненавидел меня практически мгновенно. Гораздо быстрее, чем полюбил.

Мой взгляд невольно метнулся к нему. Темный принц был абсолютно спокоен. Так, будто все сказанное моей мамой не было для него новостью. Неужели он знал? А невестой назвал по той же причине, что и Кил? Не мог претендовать на трон Аркейна из-за того, что был младшим сыном, поэтому решил замахнуться на соседний? В глазах закипели слезы. Все это было лишь моими домыслами и предположениями, не подкрепленными никакими словами или фактами, но в сердце все равно как будто вонзили нож. Внутри все скрутило от боли, и я с трудом протолкнула воздух в сжавшиеся легкие.

— Это значит, что я… — слова давались мне с трудом, и договорить так и не получилось.

— Да, ты на самом деле не Оливия Ллау, а Оливия Элай, — ровным тоном проговорила моя мама, как будто не раз репетировала эту речь. — Законная наследница трона благого двора. Как поведал нам Его Величество, твоя родовая магия уже проявилась.

— Родовая магия? — заинтересовался Альдер.

— Дар феникса, — сказала мама. — Королевский род Элай обладал им на протяжении веков. Носителей этой магии практически невозможно убить, но Киллиан нашел способ, утопив короля. Поэтому все носители крови Элай на инстинктивном уровне опасаются воды.

Я вздрогнула, вспомнив, как бурные воды реки тащили меня вслед за течением, как смыкались надо мной, не оставляя ни единого шанса сделать вдох. Я была уверена, что это конец, и если бы не Альдер…

Я снова посмотрела на мужчину, что сидел рядом со мной. Он глубоко о чем-то задумался и, кажется, совершенно перестал обращать на меня внимание. И от этого мое сердце снова пронзило болью.

— Как Киллиан заставил вас пойти на преступление? — спросила я то, ради чего мы все, кажется, здесь собрались. Сайлас, который уже поговорил с моими родителями и знал ответ, поднялся с кресла и отошел к окну. Отодвинув в сторону тяжелую гардину, он впустил в гостиную яркие лучи утреннего солнца, и моя тревога немного отступила.

— Он сказал, что похитит тебя и возьмет силой, — с явным трудом проговорила моя мама. — Он поклялся, что будет делать с тобой ужасные вещи, если мы не согласимся на его условия и не выкрадем Жезл Плодородия из хранилища Аркейна.

— Но почему вы не рассказали об этом Его Величеству? — искренне изумилась я. — Мы могли бы навсегда остаться при темном дворе и никогда больше не подчиняться Киллиану.

— Что это была бы за жизнь? — мама бросила неуверенный взгляд на короля Сайласа, который стоял к нам спиной и что-то разглядывал за окном. — Ты сама знаешь, как относятся к светлым при темном дворе. Простите, Ваше Величество, но это невозможно было не почувствовать. Недоверие, презрение, уверенность, что все светлые — лицемеры и лжецы. К тому же, моя сестра с семьей осталась в Конкордии. Во власти Киллиана.

Понятно, этот ублюдок все продумал, всех поймал на свой крючок и сделал все, чтобы не дать сорваться.

— Итак, подведем итоги, — король неожиданно повернулся к нам. — Лорд и леди Ллау, вы получили мое прощение и можете вернуться в Конкордию. Я вас больше не задерживаю. В свете новых обстоятельств, где леди Оливия внезапно оказалась наследницей престола, полагаю, вам предстоит много дел, чтобы подготовить ее возвращение и последующую коронацию.

Отец медленно кивнул, приняв решение короля Сайласа. Мама промолчала. А у меня в голове не укладывался тот факт, что эти фейри никогда не были для меня родными. Они всегда относились ко мне с любовью и заботой, и ни разу не дали почувствовать себя нежеланным ребенком.

Я с тоской посмотрела на Альдера. Неужели все прекратится, так толком и не начавшись?

— И когда мы вернемся в Конкордию? — спросила я.

— Как только все узнал, я отправил делегацию к советникам Киллиана. В Конкордии сейчас полная анархия, потому что король не только не оставил наследников, но и вызывал недовольство своим правлением в последние годы. То, что он сделал с Жезлом Плодородия, стало последней каплей, и фейри, пострадавшие от разрастания пустоши, готовы были поднять восстание. В моих интересах сделать так, чтобы под боком у Аркейна не было столь беспокойного и неблагополучного соседа. Поэтому, как только послы подготовят благодатную почву, вы, леди Оливия, сможете торжественно вернуться и принять корону.

— То есть я еще какое-то время пробуду в Аркейне?

В сердце встрепенулась надежда. У меня будет еще несколько дней с Альдером, которые навсегда сохранятся в моей памяти.

— Вы согласитесь быть моей гостьей? — в глазах Сайласа на миг промелькнуло что-то хищное.

Гостьей ли? Или, может, пленницей? Ему выгодно сделать меня своей марионеткой.

Наверное, тревога отразилась в моих глазах, потому что Сайлас жестко усмехнулся.

— Вам не о чем волноваться, леди Оливия. Альдера во дворце не будет. Ему предстоит уладить некоторые разногласия со своим братом Конрадом.

Что? Альдера не будет рядом?

— Не думаю, что это хорошая идея, отец, — темный принц нахмурился. — И, пока вы все здесь, я бы хотел кое-что сделать.

— Даже не думай об этом, — Сайлас шагнул к сыну, но тот уже встал с дивана и остановился напротив моего отца.

— Лорд Ллау, — склонив голову, сказал он. — Я бы хотел попросить у вас руки вашей дочери, Оливии Ллау.

На некоторое время в гостиной воцарилась тревожная тишина, которая не предвещала ничего хорошего.

А потом разразилась буря.

— Ты в своем уме? — зашипел Сайлас. — Она же светлая!

— Какая разница, если я люблю ее? — парировал Альдер.

Любит? Мое сердце подскочило к горлу и, кажется, там и осталось. Кровь жидким огнем растеклась по венам.

— Об этом не может быть и речи, — присоединился к королю мой отец. — Ещё никогда в истории Конкордии не было браков светлых с тёмными.

— Ой ли? — недоверчиво прищурился принц. — Так уж и не было?

Отец нахмурился, очевидно, пытаясь что-то вспомнить, но в итоге просто махнул рукой.

— В любом случае, — ответил он. — Этого не будет. Оливия выйдет замуж за светлого фейри, и это не обсуждается.

— А моего мнения никто спросить не хочет? — не выдержала я. — Узнать, чего хочет будущая королева Конкордии?

— Ты не станешь королевой, если выйдешь замуж за тёмного, — в спокойном до этого голосе отца появился гнев.

— Ну и ладно, — я взяла руку Альдера и сразу почувствовала себя намного смелее. — Тогда сажайте на трон кого хотите, а я останусь здесь.

— Думаешь, это так просто? — невесело усмехнулся отец. — Думаешь, можешь просто взять и отказаться? Новый король, кем бы он ни был, не оставит в живых законную наследницу. Поэтому ты либо примешь корону Конкордии, либо умрёшь.

Я бросила беспомощный взгляд на Альдера, надеясь, что у него найдутся аргументы, но принц молчал. Он что, так просто откажется от меня? Отступит, испугавшись того, что наши родители против?

— Эль, — позвала я тихо, заглядывая ему в глаза.

Только бы он не сказал, что отказывается от своих слов.

Но мой принц решительно нахмурился и, наконец, заговорил.

— Много лет назад между Конкордией и Аркейном царил мир. Действия безумного короля привели к разладу, и Киллиан сделал все, чтобы продолжить этот конфликт, но мы с Оливией можем стать теми, кто положит начало новой эпохе. А наш брак станет залогом крепкого союза.

Сайлас задумался всего на одно мгновение.

— Нет, — покачал головой он. — Возможно, тебе придется занять трон Аркейна, если Элджерон, как и Конрад, не оправдает моих ожиданий.

— Меня никогда не готовили для этого, — опешил Альдер. — И ты ни разу не говорил…

— Все, чем мы занимались, все поручения, которые я тебе давал, все уроки — это и была подготовка, — сказал король, и взгляд темного принца стал откровенно растерянным. Он, как и я, узнал в этот день много нового.

— Думаю, нам лучше покинуть Аркейн немедленно, — предложил мой отец. — Во избежание, так сказать…

— Во избежание чего? — не выдержав, я сорвалась на крик.

— Во избежание глупостей. Идем, Оливия, я открою портал.

И отец, больше не глядя на меня, стремительно поднялся. Схватив меня за руку, он направился к выходу.

Я попыталась вырваться, но он был гораздо сильнее меня. От чувства надвигающейся катастрофы кровь в моих венах закипела. Это моя жизнь, бездна их всех побери! И я в состоянии сама выбирать свой путь.

— Я так просто не откажусь от нее, — заявил Альдер, сказав именно то, что я хотела услышать. — Я люблю Лив и не собираюсь жить без нее. Хотите вы этого или нет, но мы поженимся.

А потом его как будто осенило, и он посмотрел на меня.

— Ты же согласна стать моей женой? — спросил он.

— Согласна, — у меня больше не было сомнений в нем, и это придало мне сил. Я вырвалась из хватки отца и метнулась в надежные объятия своего мужчины. В моих глазах стояли слезы. Несмотря на то, что я никогда не строила долгосрочных планов относительно Альдера, расставаться с ним сейчас было равносильно смерти.

— Оливия, — донесся до меня строгий голос отца. — Мы найдем тебе достойного мужа среди благого двора.

Как будто Альдер был недостойным. Я заглянула в его глаза.

— Нет, — произнесла на выдохе, видя в нем ту же решимость, что горела во мне. Мы оба, кажется, были готовы бросить вызов всему миру, если потребуется. Моя магия танцевала на коже, пробиваясь наружу язычками призрачного пламени. Оно не жгло и, судя по всему, не причиняло никакого вреда моему мужчине, но я чувствовала мощь, которая бурлила в моих венах, готовая выплеснуться на каждого, кто посмеет встать между нами.

— Что это? — неожиданно прозвучал сдавленный голос мамы.

— Не может быть! — потрясенно выдохнул папа. — Разве такое возможно?

Что? О чем они?

Я подняла голову с груди Альдера, куда прижалась в поисках защиты и утешения, и огляделась по сторонам. Вокруг нас кружили мельчайшие частички золотой пыли, образуя плотный кокон.

Тень узнавания промелькнула по мрачному лицу Альдера.

— Что это? — спросила я. Сердце рванулось в груди от внезапно охватившей меня паники.

Нет! Ничто в этом мире не сможет разлучить нас.

— Благословение Туата-Де, — вместо своего сына ответил Сайлас Ваал.

Я почувствовала настойчивое жжение в спине, и в следующий миг мои крылья с силой вырвались наружу, разорвав в клочья ткань одежды. То же самое произошло и с Альдером. Он с изумлением смотрел в мои глаза, и в его взгляде было… Счастье?

Что с нами произошло?

Мои перья слабо трепетали, и все попытки сложить крылья не увенчались успехом. Они возвышались надо мной непроницаемым пологом, и на какое-то время мы с темным принцем оказались отделены от всего мира. Повинуясь внезапно вспыхнувшему желанию, я потянулась к его губам, но он первый врезался в меня сокрушительным поцелуем. Язык Альдера настойчиво скользнул мне в рот, заставляя меня желать большего. Я, напрочь забыв о том, где мы и в какой компании, сладко застонала ему в губы. Руки темного принца, что лежали на моей талии, спустились ниже, вжимая меня в его бедра и мгновенно восставший член. Я бы многое отдала, чтобы его внутри в этот момент, но голос короля Аркейна отрезвил меня.

— Что ж, поздравляю, — холодно сказал он. — Будем считать, что вам повезло.

Повезло?

Я все еще не понимала, что произошло. Просто в какой-то момент дыхание Альдера стало моим дыханием, биение наших сердец синхронизировалось и, как мне показалось, он еще глубже проник мне под кожу. Как будто это было какое-то божественное предназначение. Я просто знала, что не смогу без него, и что нам ни в коем случае нельзя разлучаться.

Моя грудь высоко вздымалась от тяжелого дыхания. Лохмотья, оставшиеся от туники, висели на моих руках, едва прикрывая наготу, но все это было не важно в сравнении с тем, как смотрел на меня Альдер. В его глазах будто сиял звездный свет, освещая мою душу и проливаясь бальзамом на раненое сердце.

— Это благословение Туата-Де, — повторил он слова своего отца. — Посмотри.

Альдер осторожно отстранил меня от себя, чтобы я могла оглядеться. Мой взгляд мгновенно упал на его крылья, которые из непроницаемо-черных стали золотыми.

— Твои крылья, — выдохнула я. — Они поменяли цвет.

— Как и твои, — тепло усмехнулся он и снова притянул меня в свои объятия. Мне не надо было оборачиваться, я просто поверила ему на слово.

— Есть легенда, — тихо сказала моя мама, решив, видимо, пролить свет на произошедшее. — Что когда в Аркадии складывается истинная пара, предназначенная друг другу звездами, Туата-Де дарит им свое благословение, чтобы никто и ничто не могло встать на пути их счастья. Но я никогда не слышала, чтобы что-то подобное случалось на самом деле.

— Это значит, что теперь ничто не сможет нас разлучить? — спросила я, подняв голову и посмотрев на Альдера.

— Раньше тоже не могло, — уверенно ответил он. — Но теперь никто не станет и пытаться.

— И мы поженимся?

— Вы уже поженились, — все так же холодно отозвался Сайлас. — То, что произошло, было брачным ритуалом.

— А теперь впереди брачная ночь, — шепнул мне в ухо темный принц, и от его слов у меня по телу прошла дрожь предвкушения. Осознание было медленным, но очень сладким. Этот мужчина, самый любимый и самый желанный, по праву принадлежал мне.

— Что мы теперь будем делать? — услышала я голос отца.

— Нам остается только смириться, — кажется, Сайлас не был особо доволен тем, как все повернулось, но выбора у него не было.

— Мы должны вернуться в Конкордию и принести народу благую весть, — предложила мама. — Благой двор не будет рад темному королю, но узнав, что он Истинный, они возликуют. Потому что нет более светлого знамения, чем золотые крылья.

— Да, отправляйтесь, — согласился Сайлас. — Это не то, чего я ожидал, и все же… Уверен, с этого момента многое в Аркадии изменится к лучшему.

Я улыбнулась, глубоко вдыхая запах любимого мужчины. Его тепло окутало меня, когда отец открыл портал в наше имение в Конкордии, и сияющий вихрь унес нас прочь. Что бы ни ждало нас в будущем, я была уверена, что вдвоем мы точно справимся.