Глава 7. Оливия

Подготовка к свадьбе шла омерзительно гладко, несмотря на все мои диверсии. Но, кажется, вернувшийся Киллиан лично наблюдал за процессом, и ничто не могло помешать нашему бракосочетанию. Мой жених был в прекрасном настроении, и, подозреваю, этому способствовали его визиты в темницу, где он мог от души поиздеваться над Альдером, и наши совместные ночи.

— Зачем ты мучаешь его? — спросила я накануне свадьбы. — Неужели недостаточно того, что ты обманом забрал у него жезл и сделал своим пленником?

— Ответ ты получишь, когда я окажусь в тебе на глубине девяти дюймов, — Киллиан окинул меня плотоядным взглядом и приглашающе похлопал ладонью по простыне.

— Восьми с половиной, — поправила я, чтобы позлить его.

Из груди короля вырвалось тихое угрожающее рычание. Одним плавным движением мужчина оказался на ногах и, вырвав из моих рук расческу и отшвырнув ее прочь, он опрокинул меня на кровать.

— Сколько бы ни было, — выдохнул он мне в лицо. — Они все твои.

При падении мой халат распахнулся, продемонстрировав Киллиану отсутствие на мне нижнего белья, и король, кажется, потерял над собой контроль. Раздвинув мои ноги, он провел языком по влажным складочкам. Я застонала, не в силах держать в себе реакцию на такое интенсивное воздействие и, получив поощрение, жених начал вылизывать меня, как будто я была его любимым десертом.

Несмотря на то, что все мои чувства и ощущения сконцентрировались в низу живота, я не могла перестать думать об Альдере. Когда мы познакомились, мне пришлось некоторое время изображать из себя застенчивую скромницу. Отец предположил, что всю нашу семью будут проверять всеми возможными способами, и проколоться было нельзя даже в мелочи. Первым испытанием было приглашение одного из принцев в его комнату. Но, во-первых, остаться с ним наедине было грубейшей ошибкой. А во-вторых, перед поездкой отец показал мне портреты всех отпрысков короля Сайласа, с трудом добытые агентами разведки Конкордии, и пригласивший меня мужчина точно не имел отношения к королевской семье.

Второе испытание настигло меня сразу после первого, и наедине с принцем Альдером изображать целомудренную деву было весьма непросто. Мне все время казалось, что в любой момент он поймает меня на фальши и назовет лгуньей, но его высочество даже если что-то понял, никак этого не показал.

А третье испытание пришло ночью, после того, как я легла спать. Преступно соблазнительный темный принц явился ко мне во сне и вытворял со мной такие вещи, о которых мне, в силу своего возраста и происхождения, знать еще не следовало. В результате я проснулась вся в поту на сбитых простынях, грудь тяжело вздымалась от учащенного дыхания, а между ног было горячо и влажно. Настолько, что мне пришлось помочь себе, чтобы снять напряжение, а потом отправиться в холодный душ, потому что верный, множество раз проверенный способ не помог. Низ живота продолжал требовательно пульсировать, и унять эту жажду мог лишь объект моих фантазий. Но случай это воплотить выдался лишь спустя долгий, показавшийся мне вечностью месяц.

— У тебя уже есть пара на этот вечер? — спросила мама, подкрашивая губы перед зеркалом. — Мне казалось, принц Альдер проявляет к тебе интерес.

Я перелистнула страницу книги, которую читала, когда мама зашла в мою комнату с безапелляционными расспросами.

— Не думаешь же ты, что тёмный принц пригласит на Осенний Бал представительницу Благого Двора, — ответила я и, перевернувшись на живот, положила книгу на подушку. — По меньшей мере ему грозит падение в глазах всего двора.

Хотя я изображала полную безучастность к вечернему балу, что-то сжималось внутри всякий раз, когда кто-нибудь стучался дверь, но не передавал от Альдера ни записки, ни устного послания.

— На нас и без того косо смотрят, когда мы попросту обсуждаем погоду, — добавила я и замолчала, тупо уставившись в книгу. Взгляд блуждал по строчкам, но я ни слова не понимала из прочитанного, потому что мысли мои были далеко.

По правде эти обсуждения погоды были больше похожи на обмен тайными знаками. То, как он задерживался неприлично долго, когда прикасался губами к моей ладони. То, как безотрывно смотрел на мои губы всякий раз, как мы заговаривали. То, как тяжело вздымалась моя грудь, когда он распахивал рубашку, и как горячо становилось внизу живота при каждом будто бы случайном прикосновении его бёдер.

Всякий раз я говорила себе: нет, так продолжаться не может. Связь между светлыми и тёмными запрещена — этому негласному закону подчиняются все и в Конкордии, и в Аркейне. Но, великая Туата-Де, как же тяжело держать себя в руках!

— И то верно, — сказала тем временем мама, примеряя мои серьги. — Пусть он и принц, незачем рисковать честью. Однако, прошло уже несколько недель, и тебе здесь совсем не с кем поговорить.

— У меня есть ты, — безучастно заметила я, вспоминая при этом долгие тайные прогулки под луной.

— Милая, — мама села на край кровати и заправила мне за ухо пару волнистых прядей. — Я так горжусь тобой. Так долго жить среди тёмных, под всеми этими взглядами — непростое испытание, но ты не теряешь достоинства. Пусть и без пары, приходи сегодня на бал и затми всех, чтобы тёмные не слишком задирали свои длинные носы.

— Хорошо, мам, — слабо улыбнулась я и вновь сделала вид, что увлечена чтением.

Правильно, что Альдер не пригласил меня на бал. Одно дело — тайно встречаться ночью, чтобы обсудить наших отцов и полюбоваться видом ночного Аркейна с самой верхней башни дворца. И совсем другое — войти в бальный зал, сопровождая светлую.

Когда дверь за мамой закрылась, я уронила голову в подушку. Что ж, раз он меня не пригласил, я вольна была делать, что захочу. Например, сделать так, чтобы пригласил его старший брат Элджерон — настоящий Элджерон, — который каждый раз при встрече провожал меня взглядом, наполненным таким вожделением, что вызывал желание принять душ, чтобы смыть с себя эту липкую похоть. Такой поступок был бы, наверное, большой глупостью с моей стороны, но мне невыносимо хотелось заставить Альдера чувствовать хоть что-то, потому что он, кажется, уже так глубоко проник мне под кожу, что вытравить его оттуда не было никакой возможности. Стыдно признаться, но я мечтала об этом мужчине. Я, аристократка благого двора, спала и видела, как в мое тело врывался темный принц, клеймил меня своими жалящими поцелуями, присваивал каждым прикосновением.

Для осуществления моего коварного плана оставалось не так много времени, но, к счастью, я прекрасно знала, где бывал принц Элджерон в это время дня. Отец любил повторять, что друзей надо держать близко, а врагов еще ближе, и мне было известно, куда не следовало ходить, чтобы не столкнуться ненароком с нежеланным мужчиной.

Отложив в сторону книгу, я переоделась в более подобающий наряд и отправилась на поиски принца Элджерона. Брат Альдера оказался именно там, где я и предполагала, в королевской оранжерее. Поравнявшись с редкой разновидностью ядовитого мха, я остановилась и задумчиво уставилась перед собой. Тот, кого я ждала, появился спустя несколько мгновений.

— Что привело вас сюда, прекрасная Оливия? — брат Альдера был чуть выше его ростом, но такой же темноволосый и идеально сложенный. Наверное, некрасивых детей Сайлас Ваал сбрасывал с обрыва еще в младенчестве.

— Хотелось проветриться и подумать наедине с собой, — я изобразила на лице смущение. — Не думала, что здесь еще кто-то есть.

Некоторое время принц Элджерон изучал меня взглядом, после чего тьма в его глазах начала отступать.

— В таком случае, прошу простить меня за то, что невольно нарушил ваше уединение.

Я улыбнулась краешками губ. Эти взаимные расшаркивания могли длиться бесконечно долго, а мне надо было, чтобы он начал действовать. Поэтому, закатив глаза, я плавно осела к ногам своего собеседника. Принц, что было вполне предсказуемо, не стал звать целителя, а положил мою голову к себе на колени и принялся торопливо расстегивать пуговички на платье.

— Что вы делаете? — спросила я, перехватив его руку.

Если принц и смутился, то вида не подал.

— Вам стало дурно, — сказал он. — Наверное, корсет зашнурован слишком туго.

На мне не было корсета, и мы оба прекрасно это знали.

— Ваши действия недопустимы. Боюсь, мне придется рассказать обо всем отцу. — Я дернулась, чтобы подняться, и на этот раз Элджерон поспешил мне на помощь. Взгляд, обращенный ко мне, был более чем понимающим.

— Вы создаете о себе обманчивое впечатление, — заметил он. — Вам палец в рот не клади.

— Вы приписываете мне качества, которыми я не обладаю, — я опустила взгляд. — Я всего лишь веду себя в соответствии с воспитанием.

— Что ж, — он довольно долго молчал, обдумывая свои дальнейшие действия. — Тогда позвольте мне загладить свою вину.

Я бросила на него заинтересованный взгляд из-под ресниц.

— Каким образом?

Лицо принца приобрело то самое выражение, которое я не раз на нем замечала. Не трудно было догадаться, о чем именно он подумал. Приличная девушка на моем месте давно бы дала ему пощечину и ушла, но я была дочерью дипломата и просто сделала вид, что не поняла толстый намек.

— На самом деле, вы могли бы кое-что для меня сделать, — я смущенно улыбнулась. — Родители целыми днями на переговорах, и мне здесь довольно скучно.

В его глазах зажглась неприкрытая похоть.

— Я с удовольствием скрашу ваш досуг, — тихим, глубоким голосом предложил мужчина.

— В рамках приличий, — поспешно добавила я.

— Сегодня состоится Осенний Бал, — судя по всему, план в голове Элджерона созрел мгновенно. — Позвольте мне быть вашим спутником.

Что мне, собственно, и требовалась.

Я постаралась скрыть торжествующую усмешку.

— Если это не противоречит правилам приличия все же… — недосказанность повисла в воздухе, и принц Элджерон поспешил преодолеть мою нерешительность.

— Не противоречит. А мой отец, уверен, одобрит мой выбор.

Как будто речь шла о браке, а не о приглашении на бал.

Я сделала себе мысленную пометку быть осторожнее с этим мужчиной, иначе ситуация могла выйти из под контроля, и утром после мероприятия я рисковала обнаружить себя в центре скандала.

Договорившись, что принц зайдет за мной, я отправилась собираться. Мне хотелось выглядеть не просто великолепно, а сногсшибательно, чтобы Альдер, увидев меня, забыл, как надо дышать. И когда мы с Элом появились в зале, я безошибочно нашла в толпе темноволосую макушку его брата. Только Альдер вовсе не выглядел пораженным, потому что, кажется, даже не заметил моего появления, слишком увлеченный своей собственной спутницей.

Я начала сомневаться в своих выводах. Что, если неподдельная страсть, что временами мелькала в красивых серебристых глазах, была лишь плодом моего воображения? Что, если, к своему стыду, я выдавала желаемое за действительное? Альдер казался абсолютно счастливым, кружась по залу со своей парой. Ну, насколько вообще счастливым мог выглядеть темный. Я тоже изо всех сил изображала сдержанное веселье, хотя принц Элджерон, что то и дело прижимался ко мне бедрами, с каждым мгновением раздражал все сильнее. Если он думал, что я сквозь слой кринолина не почувствую его крепкий стояк, то очень сильно ошибался.

— Складывается впечатление, что ваши мысли очень далеко отсюда, прекрасная Оливия, — дыхание Элджерона опалило мое обнаженное горло, и я едва зубами не заскрипела, когда он будто бы невзначай коснулся раскаленной кожи губами.

— Я пытаюсь насладиться каждым моментом праздника, — солгала я. — И запомнить каждую деталь в мельчайших подробностях. После завершения дипломатической миссии мы с родителями вряд ли хоть раз ещё окажемся при неблагом дворе.

— Я могу сделать так, что вы не покинете Аркейн, — губы принца снова скользнули по моей шее и, кажется, он принял дрожь отвращения за что-то другое, потому что и не подумал отступить.

— О чем вы? — прямо спросила я, ненавязчиво пытаясь увеличить дистанцию между нашими телами.

— Я мог бы поговорить с нашими родителями и попросить вашей руки, леди Оливия.

У него от похоти совсем голова работать перестала?

Я вытаращилась на мужчину в непритворном изумлении.

— Вы серьезно? Союз благого и неблагого двора?

— Кто же должен стать первым, — принц пожал плечами и вновь склонился к моему уху. — Я же вижу, что вы тоже этого хотите.

Хочу, безусловно. Но не с ним.

Улыбнувшись так сладко, что у Элджерона все внутри, наверное, слиплось, я извинилась перед ним и отправилась к родителям. Находиться и дальше в компании озабоченного идиота было невыносимо. Тяжелый взгляд прожигал лопатки, и я точно знала, кому он принадлежал, но ни единым жестом не выдала своего ликования. Все же Альдер следил за мной. И когда я, сославшись на духоту, вышла на балкон, мой темный принц не заставил себя ждать.

— Вы в курсе, что мой брат уже обсуждает с отцом вашу свадьбу? — голос Альдера звенел от ярости.

— У вашего брата слова не расходятся с делом, — неприятно удивилась я. — У него нет повода считать, что я согласна на брак.

— Боюсь, вы забыли донести свою позицию до Элджерона, — мужчина, что полностью перегородил выход на балкон, шагнул вперед, заставив меня прижаться спиной к кованым перилам.

— Досадное упущение, — вздохнула я, все еще не понимая, что происходило. Но Альдер был не менее решительным, чем его брат.

— Значит, для светлых в порядке вещей давать надежду одному мужчине, а потом принимать предложение другого?

— А вы на что-то надеялись? — начала злиться я. В последние дни темный принц вообще как будто меня избегал, а при встречах делал вид, что не заинтересован. А тут откуда-то взялась… ревность? Как будто я уже принадлежала ему.

— Хотите сказать, мы с вами действительно погоду обсуждали при встрече?

Может, и погоду, вот только при этом между нами так искрило, что это было просто огнеопасно.

— В любом случае, это уже не важно, — я огляделась по сторонам. На Аркейн опустилась ночь, и балкон, как и зал, был украшен фонариками. И если в тени притаился случайный свидетель, мы для него были как на ладони, поэтому купол тишины был бы не лишним. Заклятие сорвалось с пальцев, и нас окружил тонкий магический щит. Альдер в ответ на это лишь хмыкнул, после чего вернулся к своим претензиям.

— Отчего же не важно? — все таким же наполненным яростью голосом спросил он.

— Потому что это не может продолжаться, — выдохнула я, как никогда остро ощущая его близость. Жар его тела окутывал меня, притягивал настолько, что я едва сдерживалась, чтобы не прильнуть к нему. И дело было вовсе не в прохладной ночи, а в том, что меня безумно, просто неприлично влекло к этому мужчине.

— Что именно? — серебристые глаза опасно сощурились.

— Наши встречи, — охотно пояснила я. — Весь этот невинный флирт. Я не могу так больше.

— Не хотите меня видеть? — его голос упал до хриплого шепота.

— Хочу больше, — я чувствовала себя пьяной. Признание сорвалось с губ, но во мне не было и тени смущения или раскаяния. Мне хотелось, чтобы он знал.

— Например, — Альдер придвинулся еще ближе, и его бедра коснулись моих. То, как его член радостно дернулся в штанах, трудно было не почувствовать.

— Например это, — я окончательно отбросила прочь маску благовоспитанной леди и, приподнявшись на цыпочки, впилась в его губы жадным поцелуем.

В тот момент мне было все равно, увидит нас кто-то или нет. Запретность моих чувств лишь добавляла им остроты. У меня не было сомнений во взаимности. Взгляды, которыми иногда награждал меня принц Ваал, могли бы растопить ледник. Он тщательно скрывал свою страсть под маской равнодушия, но мое сердце было не обмануть.

Губы Альдера обрушились на меня в ответном поцелуе. Мужчина крепко прижал меня к парапету, и ощущение того, что прямо за спиной у меня темная бездна, сделало меня отчаянной. Мои руки жадно скользили по его телу, пробрались под рубашку, и я едва не застонала, почувствовав под пальцами гладкую горячую кожу, обтянувшую стальные мышцы.

— Идем, — на миг разорвав поцелуй, прошептал принц.

Я не успела спросить, куда.

Одним движением Альдер запрыгнул на тонкий парапет и протянул мне руку. Я сомневалась ровно одно мгновение. Это был вопрос доверия и, как бы это ни было иррационально — я полностью доверяла этому мужчине.

Вложив пальцы в его ладонь, я мгновенно оказалась рядом. Под нами лежал ночной Аркейн, освещенный тысячами огней. Несмотря на поздний час, в королевстве кипела жизнь. Мне показалось, я даже услышала музыку, что доносилась откуда-то с большой площади. Видимо, первый день осени праздновался не только во дворце.

Альдер посмотрел мне в глаза и усмехнулся, а в следующий миг рубашка на его спине разлетелась в клочья, выпуская огромные черные крылья. Я покачнулась на парапете, потеряв равновесие и, подхватив меня на руки, мужчина одним мощным взмахом взлетел. Ветер ударил мне в лицо, принеся с собой запах костра и яблок. Глаза начали слезиться, но я не могла закрыть их, потому что не могла перестать смотреть. Конечно, в своей жизни я видела немало фейри, но неблагого принца в его истинном облике — никогда.

Альдер Ваал был прекрасен. Взошедшая луна серебрила полночно-черные перья. Ветер сорвал остатки рубашки, оголив рельефный торс, и у меня кружилась голова от желания принадлежать этому мужчине. Он нес меня, закладывая виражи вокруг башен замка. Сильное сердце билось под моей щекой, вторя моему рваному, возбужденному дыханию. Я с силой вцепилась в плечи мужчины, когда он спикировал к одному из окон. Вероятно, все было предусмотрено заранее.

Не было ни звона разбитого стекла, ни удара, мы просто на огромной скорости влетели в темное помещение. Принц развернулся в полете, и в момент приземления я оказалась на нем. Крылья смягчили удар, но я все равно не на шутку испугалась и попыталась вырваться из крепких объятий.

Альдер не стал меня удерживать. Пока я осматривала комнату, которая, судя по всему, была спальней, он лежал на полу, подложив руки под голову, и наблюдал за мной темным, голодным взглядом. Крылья раскинулись под ним шелковистым покрывалом, и он не торопился их убирать.

— Нас будут искать, — безудержная страсть, что туманила разум, отступила, и на смену ей пришел холодный расчет.

— Не будут, — беззаботно отозвался мужчина. Не отрывая от меня взгляда, он медленно поднялся. Я инстинктивно шагнула назад, когда массивная фигура нависла надо мной.

— Почему? — выдохнула едва слышно. Наверняка родители уже заметили мое отсутствие. Да и Элджерон тоже.

— Потому что я создал временной карман и поместил нас в него. Сколько бы мы ни пробыли здесь, в зале не пройдет и мгновения. Я могу сделать тебя своей пленницей на целую вечность, и никто об этом даже не узнает.

И почему-то эти страшные слова, что прозвучали как приговор, лишь еще сильнее возбудили меня.