Глава 11

Тесса вчитывалась в полученное письмо.

Дина не обманула. Ее тетя ей написала. Представилась, сказала, что ей очень понравились работы Тессы и что она заинтересована в сотрудничестве.

«Сообщите время, когда мы можем созвониться».

Тесса быстро набрала ответ.

В понедельник у нее уроки с утра, после обеда она совершенно свободна.

Ответ пришел через двадцать минут.

«Договорились. В четырнадцать часов я вас наберу».

Тесса отложила телефон в сторону. Ладно… Ладно. Пока нечего волноваться и переживать. Может, Александра Мансатова ничего интересного ей не предложит или, наоборот, поймет, что работы Тессы — неформат для детской литературы.

Одно Тесса знала точно: если они подпишут договор, Тесса приложит максимум усилий, чтобы исполнить его в срок. Максимум в три месяца.

Эта дата как дамоклов меч продолжала висеть над ее головой. Она бы рада не думать — не получалось.

Переступив порог собственного дома, Тесса рухнула на диван. Из нее точно все соки выжали. Она полежала некоторое время, попялилась в потолок.

Все. Хорош. Дальше пора двигаться.

С Соней они договорились встретиться у нее.

— Прибыла наконец-то.

— Прибыла.

— С тебя подробности.

— Думаешь, надо?

— Уверена.

— Тогда с тебя пицца.

— И роллы! — с воодушевлением добавила Соня.

— Одобрено.

— Пиво взять? По твоему голосу с утра я сделала вывод, что тебе не помешает немного взбодриться.

— Если безалкогольное.

— От него же проку не будет.

— Эй… Ты за меня переживаешь или за себя?

— Естественно, за себя, — засмеялась Соня. — Пить в одиночестве — дурной тон!

Тесса засмеялась в ответ. Они понимали друг друга с полуслова.

Иногда Тессе даже становилось не по себе. Она любила Ивку, но они не были настолько близки, не были родными душами. С Соней все иначе.

День прошел в полной прострации. За что бы Тесса ни бралась, все не то. В конечном итоге она занялась уборкой. На сколько, конечно, хватило сил. Вчерашние посиделки в бане сказывались на физическом состоянии. Моральное тоже подводило.

Варанов.

История с ним не закончилась. Что бы Тесса себе ни говорила. Есть, конечно, крохотная доля вероятности, что она ошиблась. Переклинило мужика в пьяном угаре, распорядился пригласить-доставить ее к себе. У богатых и влиятельных свои причуды.

Ее больше тревожил его взгляд, когда они расставались. Темный, едва ли не злой. Слишком пристальный.

Чем она снова ему не угодила?

Ой, все. Надоело. Тесса даже громко фыркнула.

Соня приехала ровно к обозначенному времени.

— Тук-тук. Можно?

Тесса поспешила навстречу.

— Тебе всегда можно. Привет… Ого, это все нам?

— А то ж!

Соня, миниатюрная блондинка с длинной косой, вручила ей несколько коробок с роллами. Сама продолжила держать две пиццы.

— Ты уверена, что мы это все съедим?

— А ты сомневаешься? И я что-то не поняла… Обнимашек не будет?

Тесса негромко засмеялась и обняла подругу. Они не видели несколько месяцев, хотя жили недалеко друг от друга. Запрыгни в машину и через час будешь у подруги. Но взрослая жизнь диктует свои правила. Или люди сами с готовностью навешивают их на себя?

Девушки прошли на кухню, и Соня начала выгружать содержимое пакетов на стол.

— Пиво я все-таки купила. И алкогольное, и без.

— Первое если тебе. Я точно пас.

— Что хоть пила вчера? — по-доброму поддела ее Соня.

— водку.

— водку?

_ угу. А еще играла в «козла» с двумя взрослыми мужиками и с одним из них сидела в сауне.

Рука Сони замерла.

— Что?

— Угу…

— Так, по-моему, я маловато взяла пива.

— Софья, давай я тебе напомню, что ты максимум пьешь одну баночку пива. Это твой максимум.

— Не важно. Ради истории про «козла» и мужика в сауне я готова открыть вторую. — Соня изо всех сил старалась сохранить серьезное выражение лица. — Слушай, я же правильно понимаю, что «козел» и мужчина в сауне — это не одно лицо, а игра и человек?

Тут уже не выдержала Тесса — откинула голову назад и засмеялась. Где-то на задворках сознания всплыло воспоминание — она кидает на стол последнюю карту, поворачивается к Елисею, не забыв придержать полотенце, которое настырно сползало с груди и с явным смаком начинает говорить: «А знаешь, кто ты, Елисей? Ко-о…»

Кажется, договорить ей не дали. Или все-таки она договорила?

— Это еще не все новости, Сонь.

— То есть я прямо вовремя появилась-напросилась в гости?

— Ты же знаешь, я всегда тебе рада.

Они устроились перед телевизором. Принесли невысокий столик, разложили его. Кое-как разместили на нем еду. Под фон включили плазму, где как раз шел добрый советский фильм «Королева бензоколонки».

— Переключить или оставить?

— Оставь, конечно. — Соня аккуратно разъединила куски пиццы.

— За встречу!

— За встречу…

— И за мою потерянную девственность, — сыронизировала Тесса, поднимая баночку с безалкогольным.

— Да ну нафиг, — присвистнула Соня, округляя глаза.

Тессе необходимо было выговориться.

— Да.

— Я требую подробностей.

Подробности… С этим сложнее.

Тесса отправила в рот очередной ролл.

— Можно сказать, я переспала с первым встречным.

Соня послала в ее сторону скептический взгляд.

— Не верю.

— Серьезно. Отдалась мужчине в день знакомства.

Соня демонстративно вскинула брови кверху и для пущего скептицизма скрестила руки на груди.

— В чем подвох?

— Я настолько читаема? — состроив рожицу, выдала Тесса.

— Нет. Но, согласись, звучит настораживающе. Даже, черт побери, интригующе. Девушке двадцать с гаком.

— Соня намеренно не назвала точную дату. — Она сторонится мужчин, не заводит отношений. Хотя красива. Да-да, Тесса, давай-ка мы с тобой отбросим лишнюю скромность.

Тесса так же демонстративно закатила глаза. И сделала одобряющий жест пальцами. Мол, продолжай, она слушает.

— И тут внезапно эта девушка, которая и на свидание на моей памяти бегала… э-э-э… даже не припомню когда…

— Ой, кто бы говорил…

— …внезапно заявляет, что переспала с первым встречным. Сразу возникает мысль — что-то тут нечисто. А, да, и еще до этого она что-то там вещала про «козла» и сауну.

Тесса отсалютовала баночкой повторно.

— Рассказывай.

— В двух словах сложно.

— Можно в трех. И даже четырех, мы же никуда не спешим.

Она кивнула в сторону накрытого стола. Да, тут еды хватит на несколько присестов.

— Ива отчудила…

— И почему я не удивлена? Ива — та еще засранка.

— Я ее люблю. Она меня тоже. Может, кто-то со стороны и думает, что она взбалмошная эгоистка. Я ее другой знаю.

И Тесса как могла передала то, что с ней приключилась. Рассказывая, она смотрела на произошедшее как бы со стороны.

Новость о картине, ужин с Варановым. Секс. Второй вечер в его компании.

Соня слушала не перебивая.

— Ну, собственно, вот.

Соня молчала. Ее приподнятые брови продолжали выражать удивление.

— Что скажешь?

— На ум приходит русский и могучий.

— Куда без него.

— Я в шоке.

— Я тоже.

— Тесс, хорош иронизировать. Я, конечно, понимаю… Хотя нет, ни черта я не понимаю! Ты говоришь, что отдалась… Нет, не так. Ты говоришь, что тебя практически без твоего согласия взял… хм… Варанов. Я про него слышала…

— Сонь, все в порядке, ты что-то побледнела.

У Сони была своя история.

К сожалению…

Несколько лет назад Соня была в плену. В «гостях» у одного олигарха. И с тех пор она тоже сторонилась мужчин. Особенно тех, у кого власть и влияние.

Она даже некоторое время отказывалась принимать людей, не могла никого лечить. Потом, конечно, не удержалась, вернулась.

Соня облизнула верхнюю губу. В глазах ее застыла тревога.

— Этот Варанов… Получается, он злой человек…

Соня дала свою ремарку.

— Добрым его не назовешь. — Тесса уставилась на плазму.

Вроде выговорилась.

И даже вроде легче стало.

А все равно тянуло что-то внутри. Не давало покоя.

— На этом пока ставим точку. Я сейчас про мои злоключения. У тебя что нового?

— Я, собственно, почему к тебе лично заявилась-то. — Соня продолжала хмуриться. Она точно мыслями улетела куда-то. — На майские в поход на пару дней не хочешь сходить?

— Хочу, — сразу же ответила Тесса не раздумывая.

Природа, река, лес. Возможно, горы. Вот что ей надо для промывки мозгов. И для катарсиса.

— Вот и я хочу. Я тут понаглела немного и поставила нас на бронь. Думаю, ругаться ты не будешь.

Какое там… Тесса протянула руку и с благодарностью пожала ладонь Сони.

Соня осталась у нее ночевать. Они долго еще сидели, болтали. По комнатам разошлись после полуночи.

Соня честно пыталась заснуть. Она не первый раз оставалась в гостях у Тессы, и проблем со сном не было.

Но не сегодня. Она некоторое время полежала, пялясь в потолок. Тени замысловато прыгали по потолку, нагоняя скуку и тревогу.

Три месяца…

Часики неустанно тикали. Тик-так, тик-так.

Слишком быстро бежало время. И как его остановить, замедлить…

Не выдержав наплыва мыслей, девушка встала с дивана. Прислушалась к тишине дома. Тесса вроде бы спит. Или делает вид, тоже как вариант.

Потянув за собой пончо, без которого Соня практически никуда не ездила, она вышла на небольшую веранду. Первым делом по старой доброй привычке посмотрела на ночное небо. Оно было бескрайним, но не черным, а, скорее, бархатным темно-синим.

Полная луна красиво залила небо бледным светом.

Никак не спалось. Надо бы, но…

Старые демоны оскалили морды, выглянули из глубин бессознательного.

Соне и без них было тревожно. Она знала о проклятье Тессы не понаслышке. Можно сказать, с него и началась их дружба.

То, как Соня принимала в себе шаманку, — другой разговор. Точнее, другое место для воспоминаний и тревог. Она долго не могла примириться с собственным пугающим даром. А бабка Агафья щедро подбрасывала дрова в огонь. Чтобы ярче пылал, выше. Чтобы маленькая Сонька обожглась и навсегда забыла путь к духам. Или богу. Тут уж кто как смотрел и что видел.

Соня почти никому не рассказывала о своих встречах с бабкой Агафьей. Родители за такое по голове не гладили. Брат тоже по первости ругался, грозил ремнем по заднице пройтись, если она дурь из башки мелкой не выгонит. Не понимали они, что Соня иначе не могла.

Потом Тёмыч понял… Точнее, увидел. И начал ей помогать, покрывал как мог. А мог он очень даже неплохо. Талант у брата был. Да и кто в здравом уме откажется от помощи другим? Не Тёмыч точно. Он последнюю рубаху другу отдаст, если тот будет в ней нуждаться.

Маленькая Соня ужасно боялась местную шаманку. Какие только слухи про нее не ходили! Начиная с того, что ее тело уродливо, покрыто бородавками и что сама по ночам она превращается в зверя. Рыщет по лесам, деревням. Порчу на людей и скот наводит.

И сами же шли к ней, кто засветло, кто только в темноте. Последних Агафья гнала метлой. Причем в прямом смысле.

Дом на краю деревни не просто звал Соню. Манил, притягивал.

Бабка Агафья тоже по первости не жаловала ее.

— Ну и чего ты тут отираешься, а? Сонька-Сонька, шла бы ты домой.

Соня протягивала букет лесных трав бабке Агафье и тихонько спрашивала:

— Правильный я сбор собрала?

Старая женщина вздыхала, брала букет, вертела его в руках.

И повторно вздыхала.

Шаманка, конечно, та еще была. Сильная и злая. Особенно в последние годы.

И где-то рядом с рубежом она дала слабину.

Соня долго кружила ее в отношении Тессы. И, наконец, однажды услышала:

— Двадцать лет я отвоевала… Пусть живет девка. А дальше…

Соня подалась вперед, всматриваясь в морщинистое лицо.

— Не смей ей помогать. Поняла, Сонька? Не твоего ума дело это. И слабачка ты, чтобы бороться с духами, что вьют над этой семьей. А вот если злой человек придет…

Агафья откинула голову назад и захохотала.

От ее дикого хохота Соню дрожь пробрала. До чего же жутко.

Злой человек… Злой человек. Эти слова набатом звучали в голове девушки.

Почему именно злой человек? Почему именно злодей? Разве мир не держится на добре?

Можно сотни тысяч раз посылать вопросы во Вселенную и не найти ответ. Добро должно быть с кулаками, и иногда только сила способна соблюсти баланс.

Она, насупившись, смотрела на ведунью. Та протянула ей чай.

— Пей. Травяной… Сейчас будешь учиться у меня готовить. Нечего попусту ходить, — тяжко вздохнула Агафья, глядя на непутевую девчонку с двумя толстыми косами. — Вот что мне с тобой делать, а? Настырная ты. И без присмотра не оставишь. Делов еще накуролесишь, потом расхлебывай с того света. Снова возвращайся. А я не хочу. Хватит. Вот мне где этот мир…

Бабка провела ребром ладони по горлу.

— Но кое-что втолкую в твою светлую голову, Сонька. Запомни: любой дар — это проклятие. А наш так тем паче. Люди сначала в ноги кидаются, просят, клянчат. А потом что? Проклинают, крестом осеняют при встречи, а то и вовсе морду воротят.

Соня знала.

— И платим за него мы все. Все платим. А что касается твоей подруги… — Бабка Агафья села за стол и руки на столешницу положила: — По-хорошему, отдать ее надо было. Мать накосячила, а теперь дитя будет страдать.

— Не понимаю…

Соня нахмурилась.

— А ты и не должна, потому что не твоего ума дело. Паганини вон тоже продал душу. Только, сволочь, не свою.

— Паганини?

Откуда шаманка из глухого края, у которой телевизор только недавно появился, могла знать о велик^и^. скрипаче — тот еще вопрос.

— Ага, был один музыкантишка. Пиликальщик. Девку свою убил, а ее душу в скрипку заточил. И когда играл, душа девицы плакала. Любит у нас народ чужими душами расплачиваться. Как чай?

— Вкусный.

— Ты пей, пей давай. А мать Тессы — та еще сука. Как-то услугу она мне оказала, я молодая была, глупая, повелась на ее льстивые речи, а в итоге должницей стала. И сейчас явилась, за дочь просила. А нахуя, спрашивается?

— Бабка Агафья…

— Что? Мата русского не слышала? Да мужики во дворе похлеще ругаются. Сама-то небось тоже иногда припечатываешь.

Сонька отчаянно покраснела. Бывало дело, чего уж. Когда у тебя старший брат, иначе и быть не может.

А бабку Агафью, хоть и боялась до жути порой, любила и с большим уважением к ней относилась.

А еще сильно по ней скучала.

Соня вернулась из прошлого и снова посмотрела на небо.

Вот и появился в жизни Тессы злой человек.

Значит, надежда есть.

Есть же?